Я - физрук: чемпион. Книга четвертая

Глава первая, в которой я возвращаюсь в ставшую такой родной школу, узнаю последние новости, ну, и это... Ну вы поняли!

В Колдовгаст пришла зима. Настоящая! Приволочившая на хвосте те самые обещанные снежные шторма, которыми меня пугали еще до Нового Года. Край Чародейства и Волшебства угодил под власть неумолимой стихии, засыпавшей все вокруг толстым слоем белых хлопьев. Трескучие морозы опускались до минус двадцати градусов, с моря, почти не переставая, дул пронизывающий до костей ветер, замораживая все, что попадалось на его пути. Дыхание яростной неистовой зимы.

"Сильвия" едва успела воткнуться в одно из свободных мест в битком забитой судами гавани, оледеневшая и покрытая белой изморозью, до того, как сильный попутный ветер, гнавший нас по стылым водам, не превратился окончательно в бешенного зверя.

Вот мы и дома! Капитан Бофур теперь мог больше чем на месяц залечь в спячку. Довольный и с наваром. Я таки умудрился всунуть ему туго заполненный серебром кошель. И обещался, как получится, прислать ему для сугрева и приятного времяпрепровождения пару-другую бутылочек сорокапятиградусной. Этому обещанию он обрадовался даже больше, чем деньгам...

Я же, собранный и деятельный, спустился по трапу в заметаемый сугробами прибрежный городок и внезапно понял, что, судя по всему, придётся добираться до Школы исключительно доступными лишь мне одному способами. То есть или на своих двоих или на волшебной метле. Дороги были завалены снегом, ветер, завывая, нес сплошную снежную крупу, здорово ограничивая видимость. Мороз грыз все не прикрытые одеждой участки тела. Да никто даже и не помыслит в такую погоду куда-либо выехать! Тем более на вечер, когда небо стремительно темнело, а ночь была готова упасть с заснеженных небес на голову.

Мелькнула соблазнительная мысль завернуть в уже знакомую гостиницу и там провести пару дней в тепле, выжидая лучшей погоды. Ну уж нет! Что-то в последнее время у меня появилась стойкая антипатия ко всяким там гостевым домам. Домой, только домой, в Колдовгаст! Ничо, полчасика полета на метле не испугает такого закалённого и опытного путешественника, каким я, несомненно, в последнее время стал. Прорвемся. И я уверенной, затянутой в перчатку рукой вытащил из бездонных глубин вещевого мешка свою волшебную метлу.

В общем, когда спустя почти час, в сгустившихся сумерках я подлетел к величественной, засыпанной снежным покрывалом громаде Колдовгаста, то напоминал оледенелое пособие для начинающих скульпторов под названием - "на горе стоит статУя, у статУи нету х..., хм". Во всяком случае мне показалось, что у меня после этого отчаянного перелета не осталось вообще ничего. Живого и чувствительного. В первую очередь, наверно, мозгов, которые мне выдуло ледяным ветром в первые же минуты полета.

Как я вообще добрался и не сверзился вниз, да ещё не заплутал в окружившем меня белесо-сером мареве, ума не приложу! Наверно потому, что шел на автопилоте, а сам намертво примерз к древку своего скакуна.

Немножко не так я предвкушал свое триумфальное возвращение. Ну, понятно, я не ожидал фанфар или красной ковровой дорожки с кучкой лицемерно улыбающихся преподов из шайки Дуплуса, ожидающих меня на другом конце с цветочками в руках. Но и столь позорную посадку не рассчитывал!

В итоге я отчаянно дребезжащей от намерзшего льда снулой рухлядью грохнулся прямо на ступеньки перед огромными центральными дверями замка и в тот же миг поклялся себе отыскать и выучить заклинание внутреннего обогрева. С грацией попавшего под воздействие жидкого азота Т-1000 я, кряхтя и постанывая, кое-как поднялся на ноги и толкнул двери. Школа, узнав меня, гостеприимно приняла в свои объятия...

Своей дикой, покрытой снежной коркой рожей я наверняка напугал бы даже привыкших в видам моржей и белых медведей эскимосов, но на мое счастье в просторном холле опустевшей Школы никого не было. Шла последняя неделя школьных каникул. Впереди было много работы... И очень длинный путь в мою келью.

Когда я, трясущийся, как припадочный, из последних сил волочивший за собой метлу и мешок, ввалился наконец в свои апартаменты, то омертвевшими, едва двигающимися под натянутым шарфом губами лишь с простуженным хрипом промямлил:

- П... Пи... Пи... Нет, не то! Пиви!.. Пиви, сук-к-кин сын! Живо сюда! Водки теплой, борща гор-горячего...

И рухнул там, где и стоял. Бесславно вытянувшись на медвежьей шкуре прямо перед жарко натопленным камином. Подо мной тут же образовалась талая лужа. А ведь меня то поджидали, спустя несколько секунд сообразил я, купаясь в благодатных волнах ласкающего тепла. Огонь поддерживается, волшебные светильники горят, в комнате полный порядок. Все на своих местах. Чисто, тепло и уютно. На моих суровых глазах навернулись скупые слёзы умиления. Дом! Милый дом!

Бух! Как-то особенно шумно сдвинулся воздух и посредь комнаты возник ушастый длинноносый коротышка самого прохиндейского вида, в зелёных щегольских одеждах. Мой домашний эльф Пиви собственной персоной!

- Хозяин!.. Геральт! Толик!.. - восторженно заверещал он, кидаясь ко мне. - Ты вернулся!

- Павлуха!..- прохрипел я, стискивая в дружеских объятиях его щуплое тельце. И тут же уловил стойкий запах спиртного. - Все так же побухиваешь втихую, маленький мерзавец? И опять без меня?!.

Весь вид эльфа выражал первозданную радость, его личико искренне светилось. Мне даже стало как-то еще теплее. В дом, где тебя ждут, вдвойне приятней возвращаться.

- Понял, понял, счас все будет, - засуетился Пиви, лучась, как новогодняя елка. - Каждый день ожидал вашего возвращения, все наготове, почти!.. Счас все будет!

И с шумных буханьем эльф исчез. Я усмехнулся, кое-как приходя в себя и предвкушая знатный ужин. Тепло уже проникло в мои замороженные конечности и возвращало к жизни. Я поднялся и переоделся. Марку следует держать. Как никак сам преподаватель по защите от Тёмных сил и заклинаний вернулся, а не какой-нибудь хер в стакане...

Когда вновь в комнате образовался Пиви, гружённый снедью, я уже полностью соответствовал своему званию, вымытый, побритый, причёсанный, одетый в чистое, с видом победителя терпеливо ждал за столом. Эльф с размаху шваркнул передо мной целый набор из тарелок, кастрюлек и кувшинов. Я, одобрительно вскинув бровь, придирчиво рассмотрел съестное. Варенная, с укропчиком горячая картошка, селедочка, свежий хлеб, сыр, яйца вкрутую, кровяная колбаса, жаренная курица, кувшин компота из сушек, запотевшая бутыль грамм на семьсот с прозрачной таинственной жидкостью, очень подозрительно смахивающей на продукт из лаборатории моего коллеги Германа Бухольца...

- Вот, все свеженькое, с пылу с жару! Небось на походных то харчах и отощали, а? - радостно отрапортовал, потирая ладошки, Пиви и, немного помявшись, прибавил: - Только, это... Профессор... Водка холодная. И... Что такое борщ?

Сделав эльфу приглашающий жест, я взялся за вилку и придвинул к себе кастрюльку с картошкой. Загадочно усмехнулся:

- Эээ, братец, борщ это вещь. Особливо горячий, да под водочку, в качестве закуски в такое холодное собачье время года, как нынче. Живы будем, научу варить, обещаю. А летом вот хорошо окрошка идёт...

Тараща на меня простодушные глазёнки, в ожидании очередной великой философской истины, Пиви отработанным движением протянул рюмку.

- Ну, Павлик, за долгожданную встречу! Вздрогнули!

- За ваше возвращение, профессор!

После первой, когда самогонка живительным нектаром пронеслась по пищеводу, отогревая мои замороженные внутренности, я блаженно зажмурился. Да, все-таки дом есть дом. Везде хорошо, а дома лучше. Закусив кусочком селёдки и хлебушком, я требовательно сказал:

- Ну, друже, рассказывай, что тут да как, покуда я отсутствовал. Все что ни происходило, все без утайки выкладывай. Потом моя очередь. Как тут все наши: Бухольц, Тварина? Как Жаболап? Ты не думай, сейчас мы просто пьем за встречу. На днях закатим настоящую пирушку для всех друзей. Я проставляюсь.

- Кому? - поинтересовался эльф, нападая на жареную курицу. Он уже порядком нахватался моих присказок и знал, что обозначают те или иные словечки. - Пирушка это здорово... Без вас все скучали, профессор.

- Да тому же Жаболапу, - пояснил я. - Ты даже не представляешь, как он меня выручил.

- Что, даже на таком расстоянии?! - изумился Пиви, проникаясь огромным уважением к шаманским способностям ушастого зеленокожего коротышки.

Я, плеснув по второй, загадочно усмехнулся.

- Да не дрейфь, все расскажу. Первый узнаешь, в какие такие переплёты я попал за время отсутствия. Ты давай про местный бомонд выкладывай.

- Ну, за богему тогда!

В принципе, особо много Пиви и не рассказал. За неделю, что меня не было в Школе, ничего и не изменилось. После злополучного Нового Года и гибели Генри Стинга, списанной на несчастный случай, словно воцарилось шаткое зыбкое равновесие. Некое перемирие. Школа по-прежнему пустовала. Все до единого ученики разъехались. Такого ещё не бывало. Но, видимо, ужасная трагедия на балу заставила даже тех, кто планировал остаться, убраться на время каникул домой. Так же разбежалась и половина школьного персонала. Главная новость заключалась в том, что из Колдовгаста укатил даже ее мудрый и незаменимый директор - Арчибальд В. Дуплус. О как. Я поневоле задумался.

Помнится, старый змей упоминал, что намерен по весне отбыть по каким-то запланированным важным делам. Неужели эти дела наступили раньше срока. И с чем они связаны? С подготовкой к намечаемому экзаменационному жертвоприношению с целью пробудить от магического сна давно почившего Темного Властелина?

А что же его главный пособник и теневой кардинал, скрывающийся под маской безобидной преподавательницы по изучению Предсказаний Мари Фьючер? А этот субчик так же вел себя тише воды, ниже травы. Нигде особо не отсвечивал, изредка показывался в коридорах Школы и всегда неизменно отвечал на приветствие слегка рассеянной улыбкой. Во мне вновь все закипело от глухой злобы. Ну ничего, даст Бог, мое время придет.

Аларик Юнкерс почти не вылазил из своей башни, предпочитая проводить все свободное время среди своих многочисленных поделок. Доктор Клизмер незадолго до моего приезда уехал на родину, отдохнуть и набраться сил. Завидую. Бухольц продолжал делать то, что умел лучше всего - заниматься, алхимическими опытами и бухать. Человек творческий, имеет право. Это я одобряю. Тварина почти не покидал своей вотчины, ухаживая за перешедшими на зимовку волшебными животными. Жаболап, следуя в точности моим наставлениям, все время проводил в домике Якоба. Помогал по домашнему хозяйству, что-то потихоньку ворожил, да обучал домашнего эльфа Тварины - грязнулю Бэкиша какой-то забубенной гоблинской игре в кости. В которую, разумеется, неизменно выигрывал, к великому изумлению и негодованию Бэкиша, который день ото дня стремительно беднел, но все еще не терял надежды отыграться.

Тихо, относительно тихо и спокойно было в Колдовгасте. Мне такое обманчивое спокойствие однозначно было не по нутру. Некоторые вещи неизменны по определению. И это хорошо. Но у меня из головы не уходили предстоящие выпускные экзамены. Зима... Она пролетит, как мимолётное видение, уйдёт как похмелье с бодуна. Я и опомниться не успею, как зацветут деревья, пригреет солнышко и над Колдовгастом ощерится торжествующая ухмылка ее директора. Дуплус обьявит, что такого-то числа, там-то и там-то всех нас, то бишь мою группу во главе со мной, ждут. Очень сильно ждут. И что-то мне подсказывало что все решится в Чародейской роще. В Чащобе Мрака. Решится. Только в чью пользу?

Слегка посмурнев, я разлил по третьей. Осведомился:

- Еще новости есть? А то все одна рутина, приятель... Хотя, отсутствие неожиданных новостей это тоже неплохо.

Пиви, опрокинув свою стопку, смешно зашевелил сморщенным носом, зажевал кусочком сыра, выдохнул и, приняв вид Нобелевского лауреата, изрёк:

- Даже и не знаю, профессор... Среди малого народа прошел слушок о проявлении потусторонних сил в Саммервилле. Поговаривают о разгуле новогодних духов!

С хитрецой покосившись на меня, Пиви сунул длинный нос в кувшин с компотом. Я досадливо крякнул. Надеюсь, сэр Эктор Плазмович не переборщил с игрой в переодевалки и праздничными колядками! С этого замшелого, но по-своему честного и благородного призрака станется удариться в грандиозный загул.

- Пустяки. Привидения знают, что делают. Я у них в некотором долгу. Пусть хоть иногда выбираются на свежий воздух. Они, в принципе, нормальные парни. Хоть и мертвые. Еще что-нибудь?

По поддатой рожице эльфа я видел, что он о чем-то недоговаривает. Надеюсь, не собирается меня огорошить известием о том, что решил связать свою жизнь узами брака с какой-то эльфийской вдовушкой и сбежать от меня в свадебное путешествие!

Я наколол на вилку кругляш колбасы, закинул в рот, смачно прожевал и буркнул:

- Давай-давай, колись. Не тяни тролля за яелы.

Пиви наклонился ко мне, приподнявшись с сидения кресла, в котором он по привычке громоздился на подушке, и проникновенно сказал:

- Тебя тут разыскивали.

Я, невольно затаив дыхание, в сердцах чертыхнулся и едва не сплюнул.

- Пиви, обормот ушастый! Ты можешь без нагнетания эффекта? Тоже мне, лицидей Большого Театра выискался! Кто еще меня искал, пока я занимался, подмечу, очень важными делами в Грозенскуле?

Пиви, сохраняя трагичность момента, замогильным голосом произнес:

- Не далее как третьего дня, в школу заявился один человек. Спрашивал вас, профессор. Именно вас. Преподавателя по защите от Темных сил и Колдовства Геральта Даркена.

- Постой. Откуда какому-то пришлому знать, что этот пост в нашей школе занимаю именно я - временный подменный учитель на один год? И какого рожна я понадобился этому хмырю?

- На тот момент директор уже покинул школу, и с ним в учительской беседовала профессор Мегера Шмондис. Из учителей с ними был вроде бы еще Адольф Мерлински. Наверняка они объяснили ему, что вы отбыли по очень срочным и неотложным делам и раньше начала второго учебного семестра не вернётесь.

Я снова потянулся за бутылкой, наморщив лоб. Мне совсем ни к чему определённого рода популярность. Все его знают, всем он нужен... Нет, это точно не про меня. Предпочитаю быть подальше от начальства и поближе к... К водке.

- Думаю, что хоть некоторые подробности состоявшейся в учительской беседы тебе известны, - полуутвердительно сказал я, разливая самогонку.

- Этот человек представился отцом одного из ваших учеников, профессор, - сделал круглые, на зависть старейшине филинов глаза мой домашний эльф. - И очень настаивал на личном разговоре с вами!

Чуть не поперхнувшись напитком (а со мной такое редко случается) я недоуменно проскрипел:

- Ч-чего?.. Со мной? Этого мне только не хватало! Неужели один из моих оболтусов что-то ляпнул своим длинным языком дома и его папаша примчался на разборки по поводу того, что тут вообще творится в последнее время? Имя он хоть назвал? Представился?

Пиви молча выхлебал свою порцию, с видом некоторого превосходства посматривая на меня, типа пить научился, засранец маленький, и сказал:

- А как же. Заявил, что его зовут Амадей Элтон Стинг. И он очень хочет узнать, как так вышло, что в стенах нашей Школы погиб его старший сын.

Набранный мною в рот вкусный вишневый компот, чтоб прополоскать зубы, веером рубиновых брызг прыснул из моего рта и заляпал физиономию возмущенно пискнувшего эльфа. Екарный бабай! Действительно, только разборок с родичами погибшего мне сейчас и не хватало для полного счастья! И если смерть бедняги Ипахондрия Симула руководству Школы удалось каким-то невероятным образом замять перед его родителями, то здесь, судя по всему, подобный фокус не прошел. И безутешный отец семейства лично прибыл в разгар зимы в Колдовгаст, чтобы потребовать объяснений по поводу "несчастного случая". И как вовремя слинял наш директор! Я поневоле восхитился этим лицемерным трухлявым пнем. Как жопой чуял грядущие проблемы, плешивый стручок!

- М-да, - откашлявшись, промычал я, стараясь не замечать скорбной, залитой компотом мордочки Пиви. - Дела... Только одного не пойму, а почему он требовал встречи именно со мной? Пусть бы и брал за шкварник Дуплуса с его замом!

- Слухи, наверно, быстро расходятся, - предположил эльф. - Возможно, отец Генри узнал о ваших своеобразных методах обучения?..

- А о том, что здесь тлеет заговор, в который оказался втянут нечистыми на руку учителями во главе с директором его сын, он не узнал? - раздражённо воскликнул я. - Неужели и здесь мне придётся быть крайним? Одно хорошо, что он не застал меня...

Пиви, вытерев лицо полотенцем, с нарочито бодреньким видом указал пальчиком на бутылку и прощебетал:

- Доподлинно не знаю, что ему нагородили в учительской. Но любезно разрешили остаться в школе до вашего приезда, ввиду долгой дороги и ухудшившихся погодных условий. Кажется, мастера Стинга поселили в одной из гостевых комнат для особо важных персон в Южной башне. Я так понял, что он человек по-своему напористый и останавливаться не намерен...

Я, с замершей над рюмкой бутылкой, с отвращением посмотрел на эльфа:

- Павлик, браток, может, хватит уже на сегодня новостей, а? Я из-за них только головную боль приобрел. Теперь придется выпить больше, чем планировал!

Эльф лишь сокрушенно развел ручками. Я же, набулькав по полтишку, ожесточённо заскрипел зубами. Да уж, час от часу не легче!