Я хотела летать. Книга 2. Тёмное время.

Эсми уже около месяца жила на острове драконов. Изначально она думала, что ей придётся провести в этих пещерах только одну ночь, но время шло. Рэмэнд так и не появился — скорее всего, потеря Эсми сильно ударила по его корпусу.

Драконы показали девушке отдельное крыло; туда могли попадать только создания человеческого роста. Две недели девушка приводила комнаты в порядок: стирала и убирала давно забытые вещи. Прочность этих тканей поражала воображение.

Иногда драконы просили её показать какие-то их старые вещи. Девушка слушала занимательные истории о появлении той или иной безделушки. Ей позволили носить местные платья, правда, они больше напоминали восточные наряды для танцев живота. Рейнелин объяснила это тем, что драконы — очень горячие существа, но умолчала о своём состоянии после дождя. Дракайна провалялась без сознания целую неделю.

Ксэлдра так и не проявляла любви к новенькой — как оказалось, она была без ума влюблена в Рэмэнда. Едкие колкости, после осознания проблемы, теперь были для Эсми ежедневным «массажем». Иногда, когда дракайна слишком сильно доставала девушку, беловолосая передавала картины их поцелуя или очередной милой беседы. В такие моменты враг капитулировал, бросая проклятия.

Больше всего Эсми нравился Рэлд. Он был спокоен, властен, но не честолюбив. Всегда решал споры справедливо и не предвзято. К нему часто обращались другие драконы. Чем-то его рутина напоминала дворецкого в жизни ущелья. Дракон часто помогал Эсми и всегда давал дельные советы.

Орфим же перестал выказывать своё недовольство, но после поступка девушки всячески её опасался. Даже поговорить с ним порой было невозможно. Страх, что всё его существование будет стёрто в один миг, наглухо засел в его сознании.

— Безумная старуха! Я когда-нибудь вспорю ей кишки! Сколько можно изводить меня?!

Блондинка мирно читала местный древний фолиант, как её сознание разорвало воплем молодого дракона. Очень часто в приёмной слышались подобные мысли, но сейчас это было очень похоже на угрозу.

— Ты сгинешь, и некому будет тебя спасти, а твоё королевство с лживым миром скоро падёт! Старая мразь!

Эсми выглянула из своего укромного уголка. Крупный коричневый дракон, не стесняясь в выражениях, шёл в сторону лётной площадки — наверное, сбросить стресс. Придётся начать слежку.

Ещё один неприятный факт был в том, что за месяц нахождения на острове блондинка разрушила уже три заговора на свержение Рейнелин. Очень многим не нравилось жить под людским гнётом. Королева держала всех в узде, но совет ставил палки в колёса.

— Почему ты просто их не прикончишь? — мимолётно спросила Эсми.

— Потому что они обезумели от горя, а не от злобы. Раз ты уже достаточно сильная, скоро мы сможем спастись, — печально ответила подруга.

Завтрак в этом месте всегда был одинаковым: рыба. И на обед — рыба, на ужин — какие-то коренья. Иногда с большой земли дракайна приносила более приятные пожитки, но они быстро подходили к концу. Делиться с ящерицами всё равно приходилось.

Эсми лениво ковырялась в тарелке. На кисти с самого утра красовалась метка дракона. Сегодня был её день рождения. Ни о каком праздновании и речи не шло — она тосковала по своим друзьям.

Кое-как затолкав в себя остатки еды, отправилась на пробежку. Девушка старалась держать себя в форме. Поскольку нельзя было, чтобы другие драконы узнали о её существовании, беловолосая часто носилась по комнатам своего роста. Сегодня она решила побегать в пещерах четырёх знакомых ящериц.

На удивление, никого не было. Рейнелин одна лежала под каменными сводами, вымотанная разговорами с молодым поколением. Её бирюзовая чешуя мерно поднималась в такт дыханию. Эсми никогда не уставала наслаждаться этим зрелищем.

Закончив пробежку, девушка удалилась в свою комнату. Кипа прочитанных книг валялась на каменном блестящем полу. Небольшая куча тряпок и матрас из сена служили ей кроватью. Она нашла старый гребень из кости какого-то животного — он помогал ей справляться с длинными волосами.

Небольшое подобие журнального столика стояло в самом углу. Она нашла это создание, когда выгребала эти комнаты. Раньше это был стол для детей: весь испачканный кляксами, с маленькими зарубками от зубов. Почему-то на душе скребли кошки, когда она смотрела на него. Здесь лежали её вещи, которые она успела собрать с собой.

Сейчас Эсми писала Вейлу каждый день. Они очень скучали друг по другу — последний раз Эсми прилетала зимой. Семья уже спряталась в своей пещере, благополучно перегнав и стадо коров. Как девушка поняла, их уже начали искать после её исчезновения. Скорее всего, стадо придётся продать, но пока что велись споры о дальнейших действиях.

Мельком глянув на камень, девушка тяжело вздохнула. Два дня брат молчал. Это заставляло нервничать куда сильнее. Осмотрев завал из книг, она взяла последнюю, которую не дочитала. Рухнув на постель и подняв столб пыли, девушка чихнула пару раз и полностью погрузилась в чтение.

Через какое-то время её отвлёк знакомый запах и лёгкое дуновение спёртого пещерного воздуха. Аромат мускуса, солёной воды и хвойного дерева ударил в нос. Сердце забилось, словно в клетке. Солнечное сплетение скрутило от волнения. Откинув книгу, она собиралась вскочить на ноги, но в эту секунду над ней уже нависла знакомая фигура.

Янтарные глаза затягивали в свою пучину. Они дарили чувство тепла и защищённости. Девушка тут же обвила руками шею мужчины. Взгляд Рэмэнда потемнел. Эсми облизнула пересохшие губы. Его бархатный низкий баритон разорвал тишину:

— Я скучал, малышка. С днём рождения.

Он впился в мягкие губы так жадно, словно был гоним жаркими ветрами пустыни. Дракон горел, разжигая собой и нетерпение Эсми. Его руки начали блуждать по полуобнажённому телу, ловко развязывая все незатейливые узелки её одежды.

Пара остановилась лишь на секунду, смотря в потемневшие от похоти и желания глаза друг друга. Он ждал согласия, а она уже не могла терпеть. Мужчина издал низкое рычание, заставляя Эсми трепетать. Желание тугим узлом пульсировало и болело в самом низу живота.

Как хищник, он чувствовал её запах. Она заводила его всё сильнее. Тонкие ножки обхватили мускулистое тело. Сделав несколько зазывающих движений тазом, девушка прижалась через штаны к пульсирующей плоти.

От сдерживания зверя внутри себя на лбу выступила испарина. Запах мускуса ударил ещё сильнее, вытесняя из головы Эсми всё остальное. Он кусал её шею и ключицы, разрывая тонкую ткань, которая прятала розовые соски. Аккуратно посасывая каждую грудь, мужчина наблюдал за реакцией. Эсми же тихо застонала и немного выгнулась к нему навстречу, продолжая бесстыдно тереться об его вставший член, хоть немного таким образом принося себе облегчение. Его язык был таким горячим, что от этих прикосновений ей становилось только жарче.

Она смотрела на него из-под полуоткрытых ресниц. Чёрные пряди намокли и прилипли ко лбу; его хищный взгляд выражал нетерпение. Мужчина уже практически был ослеплён своим желанием. Наблюдать за движением его языка было невероятно. Это заводило ещё больше, а он спускался всё ниже.

Хлипкая ткань не выдержала напора, оставив Эсми абсолютно обнажённой. Ей было не стыдно — смущение и краска не заливали лицо. Она ждала этого момента с того раза, как увидела Рэмэнда в том зале. Желание почувствовать его внутри было таким жгучим, что она не хотела тратить время на подготовку.

В прошлой жизни она никогда не занималась сексом, но знала, что это больно. Книги не сравнимы с тем, что она испытывала сейчас. Рэмэнд знал о каждом её желании и фантазии. Поэтому сейчас он лишь улыбнулся своей фирменной улыбкой, оголяя белоснежные клыки, и расположился между ног девушки.

— Господи, я уже мокрая с головы до ног, пожалуйста, хватит играть со мной, — девушка мягко намекала, что смачивать и возбуждать её дополнительно не нужно.

Она услышала в ответ только игривый смешок. Он нежно провёл губами вокруг пульсирующего места, а потом щёлкнул по нему языком. Эсми дёрнулась от острых ощущений и тихо заскулила. Рэмэнд, довольный такой реакцией, захватил клитор губами и начал нежно посасывать. Девушка выгнулась, руки впились в чёрные волосы. Она могла его остановить, потому что не понимала этих новых ощущений.

Пик наслаждения пришёл быстро. Она рассыпалась под ним на тысячу осколков, получив разрядку. Всё тело сотрясало; Эсми жадно хватала ртом воздух. Мужчина же удовлетворённо наблюдал за сценой, развернувшейся перед ним.

Эсми бесстыдно раздвинула ноги пошире. Запах её феромонов накрыл брюнета с головой. Она призывно погладила себя по влажным половым губам.

Сорвав с себя одежду, он навис над ней. Эсми нежно гладила его мускулистый торс и плечи, отмечая сексуальность его фигуры. Затем она улыбнулась ему одной из своих хищных улыбок и юркнула рукой вниз. Его член был горячим, он дёргался в нетерпении, лёжа в её ладони. Она провела по нему пару раз вверх и вниз, наслаждаясь тихим стоном своего партнёра.

— Ты слишком долго сдерживаешься для своего первого раза, принц. Долго мне ещё ждать? — она сильнее сжала кольцо из пальцев в основании члена.

Что ей нравилось — ему никогда не надо было повторять дважды. В её голове прозвучал его томный голос:

— Моя королева, вы сами напросились.

От этих слов её тело покрыли мурашки. Она закинула руки ему на плечи, обвив ногами талию, не давая ему ни малейшего шанса на отступление. Он довольно заурчал, впиваясь ей в губы. Только он проник языком в её рот, как она почувствовала горячую головку, которая медленно толкнулась в неё.

Да, было действительно больно — обжигающе больно. Медленными движениями Рэмэнд стирал это ощущение, пока не осталась только похоть и желание. Они рычали и стонали, сливаясь вместе разумом и телом. Было чертовски приятно.

Эсми была под ним и его яростными толчками, чувствуя на шее его зубы и тяжёлое дыхание. Казалось, они совсем обезумели от того, как долго сдерживали себя. Эсми даже уцепилась за мысль сожаления в разуме брюнета, что он так долго тянул.

Связь, которой они сковали себя, делала все ощущения острее. Иногда казалось, словно мужчина и женщина менялись местами, получая удовольствие на двоих. Пот бежал по смуглой загорелой спине, иногда задерживаясь на лёгкой баррикаде в виде шрамов. Эсми хваталась за брюнета, как за спасательный круг. Воздуха стало катастрофически не хватать.

Рэмэнд замедлился, давая им небольшую передышку. Девушка благодарно поцеловала его пересохшие губы. Он нежно ответил на её ласку, и его резкие толчки превратились в медленную муку. Эсми снова застонала ему в губы, и их танец продолжался до самой ночи, пока она, совсем обессилев, не заснула на его руках.