Я и моя подруга ломаем сюжет

Ненавижу быть слабой, беспомощной. Как сейчас!

Чертова машина соскользнула с трассы и теперь тонет в реке. Ремни безопасности не отстегиваются, стекла разбились, и кабина заполняется водой.

Ледяная она окутывает всё тело. Стараюсь отстегнуться, но не получается. Я уже по грудь в воде. Трещин всё больше. Скоро это место станет могилой. И не только моей.

Марфа с ужасом смотрит на меня. Двери заблокированы, мы не можем выйти. Понимаю, что это конец. Как это глупо! Пережить столько болезней в детстве, чтобы сейчас умереть от переохлаждения и утопления с подругой!

Сильно сжимаю её руку. Бог, боги! Если вы существуете прошу! Пусть Марфа попадет в хорошее место! Пусть мы снова встретимся.

Подруга была моей самой главной отрадой в жизни. Её большое сердце подарило мне любовь, которой так не доставало тогда. Вечно занятые родители, пытавшиеся оплатить мои больничные счета, одноклассники, торопившиеся уйти по скорее из белой палаты. Но Марфа всегда приходила. С широкой улыбкой на лице.

Холодная вода проникает в горло и сдавливает грудь. Последнее, что я вижу наши сцепленные руки с браслетами дружбы, что мы подарили друг другу ещё в 3 классе. На её запястье были 4 квадратика складывающиеся в имя «Варя», а на моем «Марфа».

Мы были хорошими подругами.

***

Я в темноте. С детства не люблю темноту. До 12 лет спала с ночником. Может это ад? Поэтому здесь темно? А Марфа значит в раю?

К горлу подкатывает ком, а на глаза накатывают слезы. Я уже по ней скучаю.

Вдыхаю, как можно глубже, чтобы успокоиться. Внезапно чувствую запах цитрусов. Откуда здесь цитрусы? Вдыхаю ещё раз. Действительно пахнет апельсинами и какими-то душистыми травами, как в индийской лавке.

И тут я понимаю, что чувствую телесность. На мне что-то лежит. Что-то широкое и теплое. Это одеяло? И сама я лежу на чем-то мягком? Я на кровати.

Боюсь открыть глаза, вдруг мне все это кажется? Закусываю губы до боли и сильно распахиваю глаза. В них сразу бьет яркий солнечный свет.

- Ай! – закрываю лицо ладонями.

Незнакомый потолок. Он шел кругами и на нем были какие-то странные символы. Да и сама комната. Я словно оказалась в турецком или индийском историческом сериале.

Может это галлюцинации? Хотя нет. Тогда бы не было больно от света и не чувствовались запахи.

Я заметила глазами туалетный столик. На нем было множество флаконов, но главное – зеркало. Если в нём я увижу то, о чем я думаю то… Интересно, а я могу сойти с ума после смерти?

Аккуратно вставая с постели, я замечаю, что одета в тунику и свободные штаны. Похоже на мою пижаму. Босые ноги аккуратно сходят с ковра и ступают на деревянный пол. Вот я почти у зеркала. Снова кусаю себя за губу и смотрюсь в него.

На меня смотрит невероятной красоты девушка. Длинные черные волосы волнами окутывали плечи и спину, серые ясные глаза, прямой нос, пухлые алые губы, соболиные черные брови и густые ресницы.

Мама, да, тут роковая женщина!

Красотка смотрит на меня удивленным, почти испуганным, взглядом и повторяет мои движения. Также трогает свои щеки, гладит волосы… Вот только никак не могу смириться с тем что это не я!

Я была обычной внешности, а не сногсшибательной моделью! И волосы были подстрижены под каре.

Дверь скрипнула. Я испуганно дернулась.

В комнату зашла полная невысокая женщина лет 30-35, одетая в бордовое сари. У неё были роскошные рыжие волосы и морщинки у глаз. Увидев пустую постель, она наткнулась на меня. Её взгляд был удивленным.

Не успела я подать звук как незнакомка несмотря на габариты вмиг оказалась около меня, прижимая голову к своей руки и нежно гладя.

- Ай! Госпожа как Айяна волновалась! Знаете, как волновалась?! Вы же 2 дня не просыпались! Айяна знаете, что себе успела на придумывать?! А ваш отец? Он постарел на 10 лет за вас! – женщина продолжала гладить меня по волосам, волнительно причитая.

Отчего-то в глазах защипало, и я начала рыдать. Обняв неизвестную в ответ, я уткнулась в неё.

Я умерла, потеряла лучшую подругу, очнулась в другом теле и на меня нахлынуло чувство вселенской несправедливости.

- Айяна, мне было так плохо, - сказала я, уже после понимая кто передо мной.

Айяна, моя няня и личная горничная. Добрая и невероятно сильная женщина, воспитывавшая меня, как родную дочь. Теплая и безгранично любящая мама-медведица.

- Ай! Госпожа! Теперь мы вас будем беречь ещё сильнее! Выкинем все эти глупые кандалы для тела! Голова снова заболит сразу лекаря звать будем или в храм!

Хлюпая носом вспоминаю. Да, у меня болела голова пару дней. Мучилась постоянной мигренью, а потом упала и…

- Госпожа, вам в кроватку нужно! Вы же болеете!

Айяна подняла меня, как перышко, и словно маленькую укутала в одеяло.

- Айяна скажет господину, что вы очнулись, и вернется. Айяна быстрая не переживайте!

Нянюшка тут же скрылась за дверью, а я потерла глаза.

В голове вертелись чужие воспоминания. Воспоминания этого тела. Я аристократка. Большую часть жизни провела в южных странах, вот почему и дом выглядит по-восточному. А слуги иностранцы.

В целом картина была ясна кроме одного… Я не помнила своё имя!