Я наконец услышал море

Когда я пришёл в себя, то наконец то услышал море. Я ещё не успел открыть глаза, как ощутил, его нежное покачивание. Это такая давняя мечта. Стать единым с великой стихией.

Всех моих сил хватает, лишь чтобы поддержать сознание, но я не могу ни открыть глаза, ни подняться. Пытаюсь это сделать, но падаю обратно и вновь погружаюсь в темноту.

Очнувшись в следующий раз, первое что я ощущаю, уже сумев открыть глаза, это острую боль. Мои глаза просто не выдерживают этого бесконечного белого цвета. Вся предоставленная мне каюта, идеально белая.

От одного только освещения здесь пронизывает холодом. Но что удивительнее, это окно на дальней стороне каюты. Никогда бы не подумал, что на кораблях они могут быть в пол. Чёрная, почти теряющая свои очертания мебель. Вид от которой кажется, какой-то отдельный, потусторонней дикостью. Хотя занятная деталь на столе, меня все же заставляет несколько смутиться. В том странном и нелепом смысле. Там стоит хрустальный шар. Кажется, такие используют гадалки. Будь здесь хоть немного цвета в помещении, место было бы крайне роскошным.

Эта монохромность стала в какой-то момент будоражить, или, скорее, пугать. Напугавшись от странной и незаконченной мысли. я резким движением повернул голову к собственному телу, взглянуть на руки. Они прежние, бледнее, чем обычно, но все же живые, цветные.

В тот момент, придя к осознанию реальности, я все ещё не рисковал вставать, хотя слабость уже отступила. Все это место было безумно красивым, а ещё до безумия пугающим. Да, стоило бы осмотреться, но предыдущее пробуждение все ещё даёт о себе знать.

Не торопясь и очень медленно, я все же поднимаюсь с кровати. И, судорожно держась за стену, обхожу это богатое помещение. Сундуки, шкатулки, фарфоровые бюсты и кисти с украшениями, и не в меньшем количестве банки с формалином, с частями тел различных животных. Все как один альбиносы.

Вот уж и правда интересно, чей же это мог бы быть багаж? Да и что такое случилось, что я оказался здесь? В месте, явно не предназначенном для посторонних глаз.

Но кое-что во всей этой безумной коллекции меня все же привлекло. Очень узенький небольшой стеллаж с книгами. Книги в одинаковых белых обложках, все кроме одной. Вот она то меня и заинтересовала. Что-то же заставило настоящего хозяина каюты укутать это в черный цвет.

В этой книге оказался очень знакомый мне рассказ. Рассказ о трагичной любви. Красиво, нежно. И все по итогу мертвы. Что ж это неумирающая классика сюжетов о любви всех времен.

Прежде я уже читал что автор упрямо заверяет о реальности этой истории. Влюблённые, чтобы не были вместе, предпочли отдать свои жизни, дабы вечность провести в объятиях друг друга ну, правда, что за глупость?

Толщина этой книги заставляет задуматься. Вряд ли для романа нужно столько страниц, даже если вставлять иллюстрации. И я без сомнений пролистываю историю, чтобы увидеть нечто странное на страницах сразу после неё.

Я никогда прежде не видел этот язык. Такой резкий, абстрактный, словно иероглифы какие-то или, просто странные формулы. Хотя рисунок на одной из страниц довольно интересный, загадочный, со множеством странных деталей. И все это выведено вручную.

Но именно в этот момент я замечаю под столом какое-то изображение, присматриваясь поближе, уже чётко вижу пентаграмму. Она хоть и не точно такая же, но очень похожа на рисунок, на одном из разворотов книги в моих руках.

И в мою голову приходят странные идеи, которые я рвусь выполнять, даже не задумавшись. Вот я уже сажусь прямо на пол, всматриваюсь в мелкие детали, ищу все несостыковки и берусь их исправлять. Символ за символом, черта за кругом и закорючкой, линия за линией, круг за кругом.

Получив идеальное повторение, я удовлетворён, но шум моря сменяется каким-то гулом. Голова раскалывается. Не знаю, что с этим делать, наверное, стоило бы вернуться в кровать, но меня что-то останавливает. Я сажусь в кресло напротив стола и зову их.

– Леди Маргарет. Сэр Льюис.

Теперь я внимательно смотрю стеклянный и бесцветный в шар. Он был совершенно непрозрачным, но теперь внутри него словно расступились тучи. Цвет так и не появился, но мягкие ватные облака начали расползаться в стороны, пытаясь вырваться оттуда. И тут я перевёл свой взгляд наверх.

Там оказались две бесцветных фигуры, танцующие в воздухе прямо над шаром. Они видели лишь друг друга, обнимали и кружились. Без остановки. Ведь это то, о чем они мечтали, да? Вечность в объятиях друг друга.

Гул потихоньку спадает, шум волн смешивается с мелким стуком барабанящих капель дождя. Корабль резко во что-то врезается, поднимаясь наверх, и я падаю с прибитого к полу кресла, ударяясь головой об стол.

Теперь уж в этом месте есть хоть немного цвета. Собравшись с силами, пытаюсь приподняться, но снова этот оглушающий треск. Словно сам звук выкатывает меня на другую сторону каюты.

Я смотрю в окно. В то само, неестественно огромное. По нему внезапно пробегает трещина. И внезапно разламывая, видимую, из окна часть корабля, огромное серое щупальце с немыслимой силой бьет по трескающемуся стеклу. Удар, ещё один, и оно пробивается внутрь, вместе с щепками, битым стеклом и пластом соленой воды.

Это место все ещё черно белое. Влюблённая пара так и не перестаёт танцевать. Но, прямо сейчас, на мгновение, они заметили меня.

И позвали к себе.