Я не покину тебя

Тёмное ночное небо простиралось над Эквестрий. Его центр заняла большая белая луна, отражающая солнечный свет, освещающая им тёмные леса и деревянные домики, жавшиеся своими стенками к монолитной крепостной стене Замка Двух Сестёр. То была столица Эквестри, ещё совсем молодой державы, объединившей в себе пони всех трёх рас — единорогов, пегасов и земнопони. Солнце опустилось совсем недавно, поэтому на небе виднелись лишь призрачные огоньки далёких звёзд. Настоящих звёзд. Безучастных, тусклых и почти незаметных.

Если бы кто-нибудь решил посмотреть в этот момент на луну, он смог бы увидеть, как на её фоне промелькнула небольшая тёмная фигурка. Это была принцесса Луна. Она, переполненная предвкушением, распирающем её грудь, летела по небосводу, чтобы нанести на него изумительный рисунок созвездий. Это была её магия. Её стихия. И эта ночь будет особенной! Ведь Луна готовилась к ней на протяжении всей недели: придумывала чудесные узоры и скопления звёзд, дабы подданные Эксветрии, и её сестра, принцесса Селестия, могли разделить великолепие этой ночи вместе с Луной. Замедлив темп, принцесса замерла прямо по центру луны, наслаждаясь видом на Вечнодикий лес. Затем она перевела взгляд на город, а также на тоненькие его улочки.

«Пустые» — грустно подумала Луна. Пони, лишь заходило солнце, прятались по своим домам, совсем не глядя на ночное небо. Но Луна надеялась, что они хотя бы через окна смогут увидеть её будущее творение. К тому же, фестралы точно обратят на него внимание, ведь не спят по ночам! И Селестия. Сегодня за обедом она пообещала, что не будет спать и дождётся созвездий, которые создаст Луна.

«Хватит грустить, пора творить!» — мысленно подбодрила себя принцесса и печаль сменилась улыбкой. Наконец то она займётся любимым делом! Её рог засветился голубоватым сиянием, а глаза стали белыми, ничуть не уступая по яркости луне. Ещё пару мгновений Луна не двигалась с места, а затем, будто молния, принялась летать по ночному небу. Она сама напоминала в этот момент комету, лучившуюся белым светом. На самом деле она была окружена, обсыпана со всех сторон маленькими яркими звёздочками, которые разлетались от неё в разные стороны и замирали на небосклоне, образуя причудливые узоры.

Всё это заняло у принцессы всего-навсего несколько минут, слившихся для неё в одно чудесное мгновение, наполненное радостью. Рог Луны перестал сиять, а сама принцесса, заложив крутой вираж, опустилась на балконе самой высокой башни замка двух сестёр, откуда она с сестрой управляла небесными светилами. Луна посмотрела на небо, чтобы оценить результат, и у неё аж захватило дух. Это было ещё прекраснее, чем она представляла. Мириады звёзд, ярких и сияющих, усеяли тёмное небо, образуя прекрасные созвездия. Губы принцессы расплылись в кроткой довольной улыбке. Ветер ласково касался её шёрстки, шевеля гриву.

«Как же это волшебно» — подумалось Луне. И ей отчаянно захотелось, чтобы прямо сейчас рядом с ней была сестра, чтобы они могли вместе насладиться этой чудесной ночью. — «Она скорее всего в своей спальне, смотрит с балкона» — подумала Луна. — «Может, прилететь к ней?» — закралась в голову принцессы забавная идея. Но к сожалению, она её быстро оставила. Это не соответствовало этикету. А Селестия была очень щепетильна в вопросах этикета и требовала от остальных того же, не делая поблажек даже Луне. Вздохнув, Луна, облокотившись об перила балкона, принялась любоваться своим творением.

Через пару часов, принцесса Луна проснулась в своей просторной кровати и первым делом взглянула на часы. Полночи она любовалась звёздами и опомнилась тогда, когда спать ей оставалось всего-навсего пару часов. Как итог, принцесса не выспалась. До рассвета оставалось примерно пол часа. Это значило, что она, к тому же, проспала. Ведь на то, чтобы привести себя в порядок, как раз эти пол часа и требовались. А ведь до места, где её ждёт сестра, дабы вместе опустить луну и поднять солнце, ещё надо было дойти. Мигом стряхнув с себя остатки сна, принцесса вскочила со своей кровати и, мимоходом дёрнув шнур у двери, вбежала в уборную. Тут же в её комнату вошли фестралы — её слуги. Они уже долго стояли под дверью, не решаясь войти. Во первых, беспокоить сон Принцессы Ночи было серьёзным нарушением этикета, а во вторых, абсолютно бесперспективным занятием, ведь разбудить Луну было почти не реально.

Фестралы принялись торопливо помогать принцессе наводить порядок: причёсывали её гриву, надевали на неё регалии. Луна же, тем временем, умывалась заранее принесённой слугами водой. Она была остывшей, но на этот раз это было весьма кстати — помогло взбодриться.

— Покиньте нас. — наконец, когда фестралы сделали всё, что от них требовалось, произнесла Луна и фестралов будто бы ветром сдуло. Настал самый важный момент её утренних процедур. На всякий случай оглядевшись, дабы убедиться, что никого в её уборной точно нет, Луна активировала свой рог и достала из самой дальней полки небольшую баночку. В ней хранились блёстки в форме звёздочек. И каждое утро Луна покрывала ими свою гриву, чтобы выглядеть как настоящая владычица ночи. В отличие от сестры, у Луны магическая грива ещё не сформировалась, и она довольствовалась обычной синей. И это был её самый страшный секрет. Ведь узнай кто, что звёздочки не настоящие, Луна бы сгорела со стыда. Разумеется, все знали, что это блёстки, но тактично делали вид, что восхищены.

И всё-таки, она опоздала. На какую-то минуту, но опоздала.

— Доброе утро, принцесса Селестия. — поздоровалась Луна, войдя на балкон и обозначив лёгкий поклон. От ночной магии тут не осталось и следа.

— Доброе утро, принцесса Луна. — поприветствовала сестру Селестия, недовольно оглядев ту. Опоздание сестры даже в несколько минут злило Селестию.

— Мы готовы к ритуалу смены светил. — произнесла Луна, проигнорировав недовольное выражение на мордочке сестры. Она решила, что пока не будет спрашивать у сестры об её впечатлениях о вчерашней ночи. Пускай прекратит злиться сначала.

Селестия коротко кивнула, мол, приступай. Поскольку сейчас на небе всё ещё красовалась луна, именно Луне следовало начать. Принцесса Ночи перевела взгляд на небо. Каждый раз, опуская луну, на неё накатывала грусть. Её созвездия потускнели, а кое-где и вовсе почти пропали. Её магия была такой красивой, но такой быстротечной. Но Луна утешала себя тем, что её рисунки будут жить в её собственных воспоминаниях и памяти других пони.

«Так, хватит грустить. Пора опускать луну» — мысленно упрекнула себя Луна. Её рог зажёгся сиреневым свечением. Пару мгновений, и луна начала своё движение, медленно уходя за горизонт. Рог Селестии также засеял, в отличие от рога Луны, жёлтым светом, и на смену луне стало подниматься солнце, знаменуя этим начало нового дня. Ритуал был проведён, а это значит, что для Селестии находиться тут, наверху, больше не имела смысла. Поэтому она, развернувшись, поцокала к лестнице. Луна, слегка засмотревшаяся на рассвет, бросилась следом за сестрой.

— Сестра. — едва догнав сестру, уже на лестнице, Луна поравнялясь с ней. — Сестра, как вам созвездия, что мы сотворили этой ночью?

— Ох, Луна. — Селестия смущённо отвела мордочку в сторону, а голос прозвучал как-то виновато. — Прости, мы не видели твоих созвездий.

— Но… почему? — голос Луны стал на несколько тонов тише и принцесса едва сдерживала его, чтобы он не задрожал.

— Прости, у нас было столько дел вечером, что мы уснули прямо за письменным столом. Так что мы не смогли — всё также виновато произнесла Селестия. — Но сегодня ночью мы точно не заснём, обещаем!

— Сегодня ночью мы будем в мире снов. — севшим голосом произнесла Луна. — Нам нужно восстановить силы.

— Ох, хорошо…

Остаток спуска с башни прошёл в тишине. У Луны в голове вертелись слова сестры: «Сегодня ночью мы точно не заснём, обещаем!». Забавно. Именно так вчера за обедом Селестия и ответила, когда Луна попросила её не спать эту ночь и понаблюдать за небом. И ровно это те Селестия сказала прямо сейчас.

«Неужели ради меня ей даже как-то по новому ответить сложно? Неужели она так легко врёт? Неужели принцессы могут не исполнять обещания?» — в голое Луны множились вопросы, на которые она уже давно себе ответила. Да, сложно. Да, так легко. Да, могут. На протяжении последних лет Луна чуть ли не каждодневно задавала себе эти вопросы.

Наконец, принцессы спустились с башни. Селестию тут же окружили различного рода пони — чиновники, министры, офицеры. По аристократически элегантно (не толкаясь, деликатно, принцесса всё таки) Луну оттеснили от сестры, и вся эта процессия, блистающая золотою тесьмою на одежде, аксельбантами, медалями, либо золотыми, либо в форме солнца, направилась через двор в сторону тронного зала, куда их повела Селестия, возвышающаяся над ними словно знамя. А Луна осталась одна, разве что несколько несколько гвардецев-фестралов стояли в сторонке, дожидаясь своей госпожи. Хмуро глядя в след этой сверкающей процессии, Луна на секунду скривилась от всего этого золотого блеска, но быстро спряталась под маску спокойствия. Не дело перед подчинёнными выходить из себя, пускай они и не видят мордочки. Гордо подняв голову, она отправилась в свою часть замка, в свои покои. Гвардейцы молча пошли следом за ней.

«Ни один не подошёл ко мне. Конечно, я ничего не решаю. Я лишь украшение. Могу только Луну опустить, а на остальное всё равно»

— Пс, Найт Бласт. — тихо шепнул один фестрал идущей рядом с ним фестралке с короткой фиолетовой гривой. — Ты почему опоздала?

— Я проспала. — так же тихо ответила фестралка.

«Всем нужна лишь Селестия. А до меня — какое дело. Даже сестре нет до меня дела»

— В последнее время мне кажется, что во дворце все недосыпают. Ты видела мешки под глазами принцессы Селестии? — заметив, что принцесса как-то странно покосилась на него, фестрал прикусил язык.

— Да я просто забыла, что я днём дежурю, всю ночь на звёзды смот… — но Найт Бласт не договорила, потому что её сослуживец округлил глаза и приложил копыта ко рту, мол, молчи, боясь, что Луна на них цыкнет. Но Луна не слушала их, она была поглощена мыслями и не заметила, как фестралы отстали от неё на десяток метров.

«Меня не слушают, меня будто бы и нет» — вдруг Луна замерла и, развернувшись, уставилась на подоспевших к ней фестралов.

— Мы желаем принять ванну. Прикажите слугам набрать её в моей ванной комнате. — ровным, беземоциональным голосом произнесла принцесса. Гвардейцы, которые ожидали выговора, молча кивнули и Найт Бласт побежала вперёд, чтобы предупредить слуг.

Через некоторое время, Луна уже сидела в ванной, которую подготовили к её приходу фестралы. Ванна была действительно большой, так что кипятить воду тут явно помогал какой-нибудь единорог. Вода обжигала, синяя шёрстка намокла, а грива, будто бы швабра, свисала и падала на глаза. Блёстки в форме звёздочек давно смылись с гривы и теперь уныло лежали на дне ванной. Сама Луна сидела, прижавшись к углу ванны, уткнув глаза в подобранные к груди задние ноги. Её зубы были плотно стиснуты, а внутри, где-то в горле, стоял ком, перетекающий в грудь, где зудела будто бы пустота, неприятное чувство, тянущее вниз. Её крылья были безвольно опущены в воду и колебались, вместе с небольшими волнениями воды. Эмоции волнами прорывались, и попытки Луны сдержать их с каждым разом становились всё безнадёжнее.

«Никому нет дела до моей ночи. Всем всё равно. Им плевать, им плевать» — Луна сделала протяжный глубокий вдох, больше походящий на всхлип. — «Ради кого я стараюсь, если даже сестра обманула, не смотрела, уснула, ей не интересно. Никому не интересно. Луна никому не нужна, я никому не нужна». Принцесса не выдержала. Сколько раз она клялась себе больше не плакать, и вот опять. Из её больших бирюзовых глаз брызнули слёзы, и эхо звука, раздающегося, когда слезинки ударялись об воду, эхом раздавалось по пустой ванной комнате.