Я не сын маминой подруги

Февраль 2005 года.

Данька стоял, спрятавшись за углом школы искусств, и ловил ртом снежинки, медленно спускающиеся с неба, которое из серого превратилось в ярко-синее. Окончательно ещё не стемнело, однако сумерки неумолимо сгущались.

Да где этот Епифанов? Почему так долго? Так-то не месяц май, стоять тут. Тем более, в семь часов ему надо быть дома. Конечно, сейчас ещё... ещё... Данька достал из внутреннего кармана куртки свою гордость: серебристо-чёрный маленький телефон. С полифонией, между прочим! С цветным дисплеем, с разными играми, и даже с камерой на один и три.

Правда, прозрачный чехол уже пожелтел от времени, но мама обещала Даньке подарить на двадцать третье февраля новый, чёрный, под кожу, с тонким ремешком, - такой, чтобы можно было повесить телефон на шею.

Телефон этот Даньке подарил на Новый год зять Дима. Да-да, у девятилетнего третьеклассника Даньки уже есть зять, и даже маленький племянник Стасик. Всё потому, что сестра Даньки, Лена, старше его на целых семнадцать лет.

Когда Данька Рубцов появился на свет, его маме, Валентине Андреевне, было сорок два года; отцу, Александру Михайловичу, - сорок восемь, а сестре Ленке - семнадцать.

Как утверждает отец, с тех пор спокойная жизнь в их семье закончилась. А если верить маме, которая иначе, чем "горе луковое", Даньку не называет, аист где-то на подлёте Даньку явно подменил.

В школу - то к учителям, то к директору, то на педсовет - мама ходит почти так же часто, как на работу. Даже на заседании комиссии по делам несовершеннолетних дебют Даньки уже состоялся. Это случилось после того, как Данька затолкал картофелину в выхлопную трубу соседской машины. Пузатый и вредный дядя Боря вечно придирался к Даньке и его друзьям. А жена соседа, тётя Клава, высокая плотная женщина средних лет с короткими волосами, похожими на шерсть рыжего барана, всегда поджимала губы, едва завидев Даньку, и постоянно жаловалась маме.

Правда, батя тогда так ему всыпал, что Данька сидеть не мог до следующего дня. И ещё его гулять целую неделю не выпускали, а в школу и из школы водили "под конвоем". Позорище.

С тех пор Данька осторожничал. Соседям не пакостил, с гаражей не прыгал. И даже отказался попробовать курить, когда неделю назад один из друзей притащил сигареты, которые стащил у старшего брата.

Кто всегда относился к Даньке хорошо и даже в какой-то мере уважительно - так это зять Дмитрий. Ленка вышла замуж три года назад, когда окончила институт, вернулась домой из краевого центра и начала работать бухгалтером в управлении социальной защиты населения.

Дима был младше Лены на два года. За полгода до их знакомства он вернулся из армии и начал "мутить бизнес" с одним из друзей. Вскоре молодым предпринимателям, которые успели открыть два магазина автозапчастей, понадобился бухгалтер на удалёнку.

Хорошо всё-таки, что Димка влюбился в Ленку, женился на ней и забрал её жить к себе. Хотя Данька честно не понимал, как в Ленку можно влюбиться - настолько вредной она ему казалась. Постоянно умничает и придирается к нему, Даньке. А пока жила с родителями, контролировала брата пуще, чем мать с отцом.

Сейчас-то она совсем другая стала, подобрела, особенно, с тех пор, как родился Стасик. А ещё с тех пор, как Дима купил крутую тачку. Никто из Ленкиных подруг на такой не ездит, а она ездит.

Дима никогда не придирается к Даньке. При встрече неизменно жмёт исцарапанную и не всегда чистую Данькину ладонь и говорит: "Здорово́, Данила! Опять подрос? Совсем мужик!" Данька зятя очень уважает и гордится им. И совсем не из-за крутой тачки, хотя и из-за неё тоже. Но гораздо больше из-за того, что Дима когда-то всерьёз занимался самбо, а потом служил в ВДВ.

А незадолго до Нового года Дима купил себе новый телефон, последнюю модель. Данька не ожидал, что Дима решит отдать ему свой, и в голову ничего подобного не приходило. Он даже не сразу поверил своему счастью. Думал, что Дима шутит, разыгрывает его. Однако подарок оказался настоящим.

Теперь у Даньки самый навороченный телефон не только в семье (и у мамы, и у бати "пищалки" с чёрно-белым дисплеем), но и в классе.

Итак, сейчас уже восемнадцать пятнадцать. Вроде, у Веньки Епифанова занятие в школе искусств должно было закончиться без пяти шесть. Где он там?!

Венька Епифанов был новеньким в их классе. Семья Епифановых переехала в их городок в середине ноября прошлого года.

Венька, единственный из мальчишек их класса, занимался в музыкальной школе (по классу флейты) и посещал художественное отделение школы искусств. К тому же, учился на одни пятёрки.

За прошедшие три месяца Епифанов ни с кем в классе не сдружился, но и не поссорился. Хотя Пашка Тетерин, главный заводила и самый сильный парень в их классе, несколько раз пытался Веньку задирать, тот от конфликтов уходил.

Потому Тетерин решил устроить Епифанову "тёмную" просто так, для профилактики. Чтобы тот не слишком заносился. А Даньке удалось узнать о том, что сегодня вечером Тетерин и трое его друзей будут караулить Веньку возле оврага, мимо которого лежал путь к единственной в районе девятиэтажке. Именно в этой девятиэтажке живёт семья Епифановых.

Не то что бы Данька был настроен против Пашки Тетерина. Авторитет его он, в принципе, никогда оспорить не пытался. Но и друзьями они не стали. Скорее, относились друг к другу нейтрально. Но допустить, чтобы с безобидным Епифановым поступили настолько некрасиво, Данька не мог. Он не терпел несправедливости. А тем более, не терпел, когда четверо против одного.

Наконец-то на крыльце школы искусств появилась тщедушная фигурка Вениамина. Данька, узнав одноклассника, скорее, по очертаниям и вещам, потому что стало почти совсем темно, коротко, но громко свистнул.

- Епифанов! - позвал Даня, появляясь из-за угла.

- О, Рубцов, привет! - Венька поправил очки. - Ты чего тут?

- Тебя жду, - Данька зашагал рядом.

Они были почти одного роста, только Венька слишком уж тощий. Данька был покрепче. Тем более, он не по музыкалкам бегал, а ходил на занятия по самбо. Ну... не очень долго пока ходил, только начал прошлой осенью. Очень уж ему хотелось когда-нибудь победить зятя Диму. Но только в честном бою, без всяких там игр в поддавки.

- Зачем? - не понял Венька.

- Затем, что хочу тебя до дома проводить.

- Я не девчонка, чтобы меня до дома провожать! - возмутился Епифанов.

- Я тебя не как девчонку и провожаю. Рюкзак твой не тащу, и эту штуку тоже.

Данька указал на длинный чёрный футляр, который Венька держал в руке.

- Это тубус, - сообщил Епифанов.

- А он тяжёлый? - с интересом спросил Данька.

Мало ли, вдруг пригодится?

- Нет, - покачал большой круглой головой Венька. - Лёгкий.

- Жаль, - сокрушенно вздохнул Данька.

- И всё-таки, что тебе надо, Рубцов?

- Вот привязался! Тебе Пашка Тетерин решил сегодня тёмную устроить.

- Пусть попробует! - Епифанов даже приостановился, а его веснушчатое лицо вспыхнуло.

- Конечно, попробует! С ним будут ещё трое.

- Ого! - плечи Епифанова опустились. - Если бы один на один, я бы поборолся! А так...

Данька снисходительно покачал головой и даже языком цокнул, как всегда делала его вредная сестра Ленка. Поборолся бы он! Видали силача?

Вскоре они уже подходили к оврагу, и Данька весь подобрался. А через пару секунд в него прилетел снежок. Потом раздался громкий свист. А потом дорогу им с Венькой преградили четыре тёмных силуэта.

- Да здесь ещё и Рубцов! - в голосе Пашки Тетерина звучало удивление. - Ты что, тоже в великие художники метишь? Репин? Или Шишкин?

- Малевич, - неожиданно ответил Епифанов.

В следующий момент Венька получил короткий удар в скулу и сел в сугроб. Хорошо, что после того, как Данька Рубцов его предупредил, он успел снять очки и спрятать.

Данька первым кинулся на Тетерина, и вскоре на его стороне был перевес. Потом Данька дрался уже против двоих, а потом, вспоминая все навыки, которые успел получить на тренировках, и все приёмы, которым его научил Дима, - со всей четвёркой "смельчаков".

Он получил несколько ощутимых ударов, был подбит глаз, а из носа текла кровь. Затрещала куртка. И вдруг Данька услышал странный вопль. Он даже не сразу понял, что это орёт Венька Епифанов.

- Убьюююууууу!.. - во всё горло орал Венька, воинственно размахивая своим тубусом. - Разошлись! Пошли вон отсюда! Иначе берегитесь!

И тут же одному из "смельчаков" ощутимо прилетело по голове, а потом и второму. В это время Данька, изловчившись, разбил нос Тетерину.

- Бежим, парни, они чокнутые! - гундосым голосом крикнул Тетерин, зажимая ноздри.

- Да, я чокнутый! - крикнул вслед улепётывающим "смельчакам" Венька. - Ещё раз сунетесь - убью!

- А говорил, что он лёгкий, - тяжело дыша, Данька кивнул на тубус.

- Главное - мотивация и сила удара, - авторитетно заявил Епифанов. - Меня папа научил так. Он сказал, кулаки - не наше оружие. Наше оружие - интеллект. Но если нападут, хватать, что под руку попадётся, и отбиваться, что есть сил. Один раз кому-то хорошо прилетит, тебя станут считать бешеным и не будут связываться. А тебе куртку порвали.

- Знаю, - Данька ощупал куртку на предмет повреждений и прикинул, что примерно ему скажут дома.

Но потом он вдруг застыл, и внутри всё похолодело.

- Что случилось, Даня? - спросил Венька, увидев его лицо.

- Телефон, - испуганно прохрипел Данька. - Где телефон?

- Потерял? - с ужасом спросил Венька.

Данька не мог ничего сказать, горло слишком сильно пересохло. Потому он просто обречённо кивнул.

- Вот потому мне родители и не покупают телефон, - затараторил Венька, опустился на колени и начал рыть снег, как собака, почуявшая грызуна. - Папа говорит, бессмысленное приобретение. Легче деньги просто по ветру пустить, без заморочек.

- Это подарок, - откашлявшись, ответил Данька. - Муж моей сестры подарил, Дима. А он...он, знаешь, десантник. Настоящий.

Данька тоже встал на четвереньки и начал рыться в снегу.

- Десааантник, - с уважением протянул Венька. - Подарок да, тем более жаль... В овраг телефон улететь не мог, мы слишком далеко от края. Значит, где-то здесь. Давай ещё искать.

Они перерыли весь снег на том участке, где происходила драка, и уже почти отчаялись, когда Данька нащупал что-то твёрдое и холодное.

Сначала он очень обрадовался, но только сначала. Увидев, во что превратился его телефончик, Данька охнул, а потом даже всхлипнул. Видимо, в пылу борьбы по телефону основательно потоптались, и скорее всего, даже не один человек.

Чехол был порван, а корпус телефона треснул. Трещины, похожие на паучьи лапы, расползлись и по всему дисплею. Понимая, что это абсолютно бесполезно, Данька попытался включить телефон. Стоял и тупо нажимал кнопки. Дисплей и клавиатура оставались тёмными и безжизненными. Как дом, в котором пусто, и никого нет. И всегда теперь будет пусто.

Как же так? Почему он не уберёг Димкин подарок? И как теперь об этом Диме рассказать? А рассказать придётся, утаить не получится.

Наверно, Дима очень расстроится и разочаруется в Даньке. И дело даже не в том, что больше ничего не подарит, а в том, что перестанет доверять. И руку перестанет пожимать, и говорить: "Здоро́во, Данила!".

- Знаешь, что? Пойдём сейчас ко мне и обо всём расскажем моему папе, - Венька истолковал выражение лица Даньки по-своему. Решил, что тот боится идти домой из-за наказания, - Потом он проводит тебя до дома и всё объяснит твоим родителям. Уж моему-то папе они проверят и не будут тебя ругать за телефон и за куртку.

Эх, если бы это помогло вернуть подарок Димы, пусть бы ругали хоть сто лет! Данька готов был даже принять другое наказание, более суровое. Пусть бы отец опять всыпал ему по первое число, лишь бы телефон вновь начал работать.

- Пойдём, - вздохнул Данька.

Всё же в идее Веньки было рациональное зерно.

Епифановы жили на седьмом этаже, и Венька с Данькой добирались наверх в лифте.

Дома у Епифановых вкусно пахло тушёной капустой с мясом, и Данька непроизвольно сглотнул. Несмотря на вселенское горе, охватившее его, растущий организм требовал своё.

Пока парни нерешительно переминались с ноги на ногу в прихожей, из комнаты вышел среднего роста худощавый и светловолосый молодой мужчина в очках и с небольшой бородкой.

Увидев Даню, он удивлённо поднял брови:

- Ого! Это откуда ты такой красивый?

- Лёша, что там? - из кухни выглянула миниатюрная черноволосая женщина с короткой стрижкой. Она тоже была в очках.

- Да вот, Вениамин друга впервые привёл. И сразу такого геройского.

- Что случилось, мальчики? - испугалась мать Веньки. - На вас напали?

- На меня напали, а Даня меня защищал, - широко раскрыв глаза, затараторил Венька.

- Погоди, а где твои очки? - спросила его мама.

- В рюкзаке, в очечнице.

- Не в очечнице, а в футляре! - укоризненно ответила мама Веньки. - Оба марш мыть руки, и за стол! Пока ужинаем, всё расскажете.

Если честно, Даньке за столом было вообще не до разговоров - настолько вкусным оказался ужин, состоящий из отварной картошки и тушёной капусты с фаршем. Уплетая за обе щеки вторую порцию, Данька искренне недоумевал, почему сестрёнка Вени, трёхлетняя Катя, воротит нос от тарелки, смешно надувает то губы, то щёки и бросает исподлобья сердитые взгляды на Веньку.

Если Вениамин был копией отца, то Катя - матери. Только у тёти Лиды, как велела Даньке называть её хозяйка дома, короткая стрижка и очки, а у Кати очков нет, зато есть на голове красивый розовый то ли цветок, то ли бант.

Когда Вениамин поведал родителям о сегодняшнем вечере, тётя Лида и дядя Лёша переглянулись.

- Я думаю, сын абсолютно прав, нужно идти, - подытожил беседу дядя Лёша, осмотрев то, что осталось от телефона Даньки. - И не только домой к Даниилу, но и в школу завтра. Очень уж хочется посмотреть в глаза этой совсем не великолепной четвёрке. А тебе, Даниил, огромное спасибо. Ты настоящий человек.

И тут дядя Лёша протянул Даньке руку, совсем как Дима.

- Достойного сына твои родители воспитали. И я им обязательно об этом скажу.

...Родители Даньки ничего особо достойного в поступке сына не усмотрели. По поводу телефона отец сказал, что это вполне закономерный исход. Удивительно ещё, как такая вещь у Даниила целых полтора месяца продержалась, - вот так сказал отец. Но пообещал дяде Лёше, что Даньку не накажут ни за куртку, ни за телефон.

Однако в школу завтра идти с дядей Лёшей и отец, и мать Даньки категорически отказались. Им и так хватает с сыном и позора, и проблем, - так они сказали. Если вызовут, то пойдут, а так - нет.

Наутро классный руководитель тщетно пыталась добиться от Даньки, почему у него на глазу кровоподтёк, - Данька молчал. А в конце четвёртого урока на пороге класса появились дядя Лёша Епифанов и ...Дима.

Данька сидел, втянув голову в плечи, не в силах поднять глаз, а уши его пылали. Казалось, если сейчас было бы темно, то уши эти освещали бы всё вокруг.

Вскоре в класс вошли директор и завуч, а потом начался грандиозный разбор полётов. Пашке Тетерину со товарищи были сделаны соответствующие записи в дневниках, а отдельный разговор с хулиганами и их родителями был назначен на завтра.

После уроков Венька ушёл домой с отцом. Данька вышел из школы, от всей души надеясь, что Дима уже уехал по делам, однако машина зятя стояла у школьного крыльца.

Больше всего Даньке сейчас хотелось провалиться сквозь землю. Как он мог так подвести Диму? Человека, которого уважал больше всех на свете?

Дмитрий вышел из машины и протянул Даньке руку:

- Здоро́во, Данила! Ну и физиономия у тебя. Чувствуется, что вчера не скучал.

Данька пожал большую и сильную ладонь Димы и нерешительно улыбнулся.

- Ты знаешь, что у нас в городе открылось новое кафе? Там делают самый настоящий фастфуд. Знаешь? Гамбургеры, картошку фри. Хочешь, поедем туда сейчас?

- Я не знал про такое кафе. Поехали! - обрадовался Данька, но потом вспомнил про телефон, про синяк под глазом и опять сник.

- Вперёд, - Дима легко подтолкнул Даню за плечи. - Давай, занимай место согласно купленному билету.

Когда они садились в машину, из школы как раз понуро выходили вчерашние оппоненты Даньки и Веньки. Заметив, как при виде машины его зятя у них отвисли челюсти, Данька почувствовал себя полностью отомщенным. Вот только телефон...

- Не переживай так, Данила, - сказал Дима, когда они сидели на красном, почти кожаном диванчике в новом кафе и макали длинные брусочки картошки в смешную маленькую упаковку с соусом. - Это тебе урок. С вещами нужно обращаться аккуратно, внимательно и бережливо. А телефон... Хочешь, отдам тебе свой? Он намного круче того. Смотри.

Дима достал из кармана чёрный телефон.

- Тут и камера с бо́льшим разрешением, и памяти намного больше, и корпус смотри, какой.

- Нет, - испуганно потряс головой Данька. - Нет, мне не надо.

- Почему? - удивился Дима. - Не нравится? Или родителей боишься? Так ты же не украл его.

- А как ты узнал...про телефон?

- Валентина Андреевна Лене позвонила, рассказала, а Лена - мне. Вот я и приехал в школу. Так что по поводу телефона?

- Нет, - уже твёрже ответил Данька. - Не надо. Понимаешь... Мне был нужен именно тот. Это как старый друг. Я не хочу другой, даже если он круче.

Дмитрий удивлённо и задумчиво смотрел на мальчика. Пожалуй, тяжеловато придётся в жизни Даньке, если он останется таким.

После кафе Дима отвёз Даню домой и уехал по делам. Однако вечером он приехал домой к Рубцовым и привёз Даньке точь-в-точь такой телефон, как тот, первый.

- Вот, еле нашёл. Модель, говорят, устаревшая и не очень популярная, потому не привозят, - глядя в сияющие глаза Даньки, сказал Дима.

К телефону прилагалась маленькая чёрная сумочка, которую можно было носить на шее.

- Балуй его давай ещё больше, Дмитрий, - проворчал Александр Михайлович. - Пусть думает, что заслужил. И так не ценит ничего, никакой благодарности! Ещё месяц пройдёт, и этого телефона не будет так же, как первого.

Данька долго рассматривал телефон, осторожно гладил пальцами чехол, а потом вдруг совсем по-детски зарыдал, размазывая кулаками слёзы по щекам, выплёскивая всё то, что накопилось в нём за прошедшие сутки.

А по поводу судьбы телефона отец ошибся: этот телефон прослужил Даньке вплоть до окончания школы, потом уже только для звонков, несмотря на то, что первый сенсорный смартфон появился у Даниила в 2010-м году.

* * * * * * *

После той памятной драки у оврага, Данька и Венька стали друзьями не разлей вода. Правда, каждый оставался при своих увлечениях: Даниил не полюбил рисовать и не проникся к игре на флейте, а Вениамин наотрез отказался посещать секции по самбо, а потом и по волейболу вместе с другом. Однако их отношения это ничуть не портило, наоборот, столь разные мальчишки дополняли друг друга, да и делить им было нечего.

А спустя три года жизнь их развела. Когда мальчикам было по двенадцать лет, семья Рубцовых перебралась в краевой центр. Сначала уехали Лена и Дима, потому что Дима продал свою часть бизнеса компаньону, а в большом городе начал новое дело.

"Ремонтный" бум был в разгаре, и новое дело Дмитрия хорошо набирало обороты. Дима работал сразу в двух направлениях: открыл фирму, занимающуюся отделкой помещений, и магазин по продаже товаров для ремонта. Лена во всём помогала мужу, а Валентина Андреевна и Александр Михайлович, выйдя на заслуженный отдых и перебравшись в краевой центр, водились с внуком Стасиком.

В день отъезда Рубцовых Венька Епифанов пришёл к ним утром и находился рядом с Данькой вплоть до того момента, как машина Рубцовых скрылась за поворотом улицы. А ещё он принёс Даньке гостинцы от родителей и записку от сестры.

Шестилетняя Катя была влюблена в Даньку и почти со дня их знакомства постоянно обещала ему, что непременно "женится на нём, когда вырастет". В записке крупными кривыми буквами, через одну "смотрящими" не в ту сторону, было старательно выведено:

"ДАНЯ Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ!"

Восклицательный знак был огромным и жирным, но грамматических ошибок в тексте не оказалось. Видимо, Венька помогал сестре, чем мог.

Вот так Данька впервые получил от женщины признание в любви.

Какой бы крепкой ни была дружба, в детском возрасте она не очень часто выдерживает испытание временем и расстоянием. Сначала друзья созванивались каждый день, а потом всё реже. Позже, когда появились социальные сети, общение свелось к переписке.

У каждого из мальчиков появились свои собственные интересы, своя жизнь, насыщенная и увлекательная. После окончания школы Вениамин поступил в "Строгановку" и уехал в Москву. Там он постигал искусство монументально-декоративной реставрации.

Даниил остался в том городе, в котором они все тогда жили, и окончил автотранспортный колледж. По баллам он не прошёл ни в один из вузов, в которых хотел бы учиться.

Дима предлагал помочь с поступлением и дальнейшим обучением в коммерческой группе, и мама Даниила готова была согласиться, однако сам Даниил был категорически против.

Получив диплом в колледже, он начал работать по специальности, подрабатывал водителем и грузчиком в фирме Димы. Он подумывал о том, что неплохо было бы поступить заочно в какой-нибудь институт, но пока лишь подумывал.

Собирался Даниил и обзавестись собственным жильём, разумеется, в ипотеку, как только ему дадут на работе нужную справку, но это пришлось отложить, потому что Даниилу принесли повестку из военкомата. Пришла пора пройти срочную службу. Почему-то в весенний призыв его не побеспокоили, а вот осенью, даже почти зимой, пригласили на комиссию. Даниилу был уже почти двадцать один год.

Валентине Андреевне исполнилось шестьдесят три года, а Александру Михайловичу - шестьдесят девять. Отец относился к службе философски, как чему-то неизбежному, но без фанатизма. А вот мать была категорически против. Она потому и мечтала так горячо о том, что сын получит высшее образование и начнёт делать карьеру, как многие современные парни.

Но у Даниила, как всегда, имелось собственное мнение и своё видение ситуации. Вместо того, чтобы пойти к знакомой мамы, которая обещала поспособствовать с нужными справками, Даниил пошёл прямиком в военкомат.

К двадцати одному году он превратился в высокого, сильного и крепкого русоволосого парня с правильными чертами лица, небольшими, но выразительными синими глазами и упрямым, чуть-чуть тяжеловатым подбородком.

От девчонок не было отбоя, но "та единственная" пока не появилась, да и сам Даниил с этим не спешил, потому на службу его провожали только родные и друзья. Они же и ждали его возвращения.

Даниил проходил службу неподалёку от Питера, в автомобильных войсках. В десант, как Дима, попасть не получилось, но Даниила всё устраивало, и он остался на год сверхсрочной, несмотря на большое недовольство мамы.

Именно этот факт и стал отправной точкой для событий, которые произошли в жизни Даниила в последующие несколько лет.

Через пять месяцев после начала сверхсрочной службы, Даниил помогал механикам во время диагностики оборудования. Необходимо было спуститься в подвал за нужной деталью, и бойкий Даниил вызвался принести её.

В подвале, помимо запасных частей, хранились реагенты, и накануне произошла утечка одного из них, но об этом пока никто не знал. Вроде, небольшая утечка, но хватило для того, чтобы, когда Даниил открыл двери и включил свет, что-то громко хлопнуло, и парня отбросило назад.