Я - нежить. Волк в овечьей шкуре

— Великий Инквизитор Лорн, бич вампиров и оборотней, палач ведьм и колдунов, гроза нежити и нечисти, наконец-то, ты попал в расставленную ловушку. Сегодня ты сдохнешь, а мои дети перестанут дрожать от страха, обретя долгожданную свободу, — слушая злорадный женский голос, чуть не рассмеялся, несмотря на своё незавидное положение.

— Это как посмотреть, — хмыкнул в ответ, — Смерти я не боюсь, потому что слишком долго топчу эту землю. Давно мечтал уйти на покой, а что до твоих порождений, то я выпестовал себе достойную замену. Не знаю, кто встанет во главе ордена, да это и не важно. Главное — мои братья не посрамят великое дело охоты на монстров. Можешь не верить, но вскоре тебе придётся убегать, поджав хвост, а то могут и подпалить. Когда запахнет жареным, не говори, что я не предупреждал,

Ну а что, подумаешь, пафосная речь…

Перед смертью можно, к тому же — всегда хотел нахамить Богине, тем более — той, которая решила отправить меня на тот свет.

У нас с Кассией довольно сложные отношения. Какое-то время мы даже сотрудничали, объединившись против общего врага. Жаль, что потом пришлось разойтись в разные стороны, но это и не удивительно, учитывая мою профессию.

Если бы в последние годы эта зазнавшаяся стерва не решила поработить весь мир, не пришлось бы вмешиваться и выкашивать нечисть.

Раньше Инквизиция уничтожала только зарвавшихся тварей, тех — кто перешёл черту и нарушил законы, выведенные кровью на теле Вселенной, но, когда Кассия попутала берега, ничего не осталось, как вмешаться и вступить на тропу войны.

Мы выиграли, очистив мир от гнуси, которой Богиня его заполонила, только вот я кое-что упустил и угодил прямиком в лапы этой хищной бестии.

— Прощай, Лорн. Я буду о тебе вспоминать, — Богиня демонстративно вытерла скатившуюся по щеке слезу.

Я бы поверил, если бы не знал её так хорошо. Актриса ещё та — пробы негде ставить.

— Долгие проводы — лишние слёзы. Давай уже, делай чего хотела.

Сейчас я был полностью беззащитен. Западня, в которую попал, держала крепко. Охранный контур лопнул почти сразу, как только меня утащило в божественные слои мироздания.

Кассия победно улыбнулась и одним движением запустила руку в мою грудь, чтобы в следующую секунду вырвать горячее сердце.

— А-ха-ха-ха-ха! — женский смех был последним, что отпечаталось в моем угасающем сознании.

Отправляясь в небытие, мысленно усмехнулся, потому как Богиня просчиталась. Я заранее предвидел подобный исход событий, и был к нему полностью готов, обеспечив подушку безопасности.

Ну, как подушку?

Скорее — постелил соломки, чтобы было мягче падать.

Ритуал я подготовил заранее. Единственное, чего опасался, превратиться в нежить, которую сам же и уничтожал.

— Уу-уу, — простонал тихо, чувствуя, как раскалывается голова, — Это сколько же я вчера выпил?

Наверняка, после уничтожения очередного гнезда слетевших с катушек вампиров или логова взбесившихся оборотней, устроили с друзьями попойку, но тогда я точно не проснулся бы на шёлковых простынях, а очнулся в замке Ордена Инквизиции, в своём кабинете, на неудобном диване, в крайнем случае — в верхней комнате трактира в компании любвеобильной Тессы.

Сейчас же я находился в совершенно незнакомом месте. Несмотря на головокружение и летающих мошек перед глазами, приподнялся на локтях и обвёл взглядом окружающее пространство.

Первое, что бросилось в глаза — это роскошь, ошеломляющая и немного сбивающая с толку.

Я никогда не нуждался в деньгах, но предпочитал их тратить на хорошую выпивку, женщин и благотворительность.

Иногда, знаете ли, очень приятно осушить бокал столетнего виски, или же посмотреть в сияющие глаза довольной любовницы, вдевающей в уши серьги с изумрудами и рубинами, но, пожалуй, самым запоминающим было и будет — улыбка маленького ребёнка, получившего из моих рук обычную игрушку и пару конфет.

Я создавал приюты для беспризорников по всему миру. Старался хоть как-то облегчить их жизнь. Некоторых взял к себе в ученики и вырастил из них великих воинов. Сам же…

Самому мне много было не нужно. Не позволяла кочевая жизнь. Постоянные мотания по всему миру в поисках свихнувшихся тварей не давали возможности осесть на одном месте и насладиться богатством и роскошью, которые я мог себе позволить.

Несмотря на то — что у меня имелось несколько собственных особняков, куча замков и даже парочка дворцов, разбросанных по разным государствам, ни в одном из них я не задерживался больше чем на пару дней, ибо на полноценный отдых не хватало времени.

Там, куда обычно от меня бежала зарвавшаяся нечисть, не имелось дорогих отелей, комфортабельных гостиниц и торговых центров. В тех местах даже душ иногда негде было принять, а туалет, чаще всего, находился на улице, за первым попавшимся кустом.

Именно поэтому, я сейчас так удивился, ибо последнее что помнил…

Голову резко сжало, словно тисками, а затем, в неё хлынул поток воспоминаний.

— Дрянь! Лживая, хитрая, коварная дрянь! — прошипел я, представляя, как собственными руками сверну шею Богине, которая всё-таки подготовила мне ловушку и убила, точнее — попыталась убить, ибо я оказался изворотливей этой гадины и предугадал подобный исход событий.

— Так, ну и где я в итоге оказался?

Пришлось очень сильно напрячься, чтобы не вырубиться от слабости и боли.

Нахмурился.

Моё новое вместилище оказалось довольно немощным, по сравнению с предыдущим.

Хотя, стоит ли удивляться?

Ведь попасть я мог только в тело того, кто умирал, причём не по собственной воле, а был убит, либо погиб при какой-нибудь нелепой случайности.

Сейчас я лежал на огромной кровати с балдахином из тёмно-зелёного, вышитого золотом шелка. Пододеяльник оказался из тончайшего белого льна, простыни — из того же, но с изысканным кружевом по краям. На прикроватной тумбочке из полированного красного дерева стояла хрустальная ваза с увядающими розами, опавшие лепестки которой лежали на вычурном серебряном подносе. Воздух был пропитан тонким ароматом старой древесины, лаванды и чего-то ещё, сладковатого и неуловимого. Пол оказался застелен ковром с высоким ворсом зелёного цвета, а стены обшиты панелями из тёмного дерева и украшены витиеватой резьбой. На одной из них висело большое зеркало в позолоченной раме, отражающее лишь фрагмент комнаты. Мягкий свет не позволял рассмотреть всё как следует, но и того, что я успел увидеть, хватило с лихвой.

Первым делом ощупал своё новое тело и пришёл к выводу, что я вполне себе обычный человек, к тому же — молодой и в достаточно неплохой форме: не совсем задохлик, но и не качок, что не могло не радовать.

Значит, ритуал прошёл вполне успешно.

Интересно в какую часть мира меня занесло?

Вот Кассия удивится, когда узнает, что весь её план полетел псу под хвост. Правда придётся подождать, прежде чем я смогу увидеть её вытянутое от изумления лицо. Сначала нужно встать на ноги и обрести прежнюю силу, и уж тогда…

А пока, я бы не отказался посмотреть на себя в зеркало.

Попытался приподняться и сразу ощутил резкую боль в затылке, но упорно встал на ноги и сделал два шага вперёд. Чуть не упал. Хорошо, что идти было недалеко. Уперся рукой в стену и вскинул голову, рассматривая свое отражение на зеркальной глади.

— Ну что же, довольно неплохо, — сделал я вывод из увиденного.

У меня оказались аристократические черты лица с высокими скулами и аккуратным подбородком, светлая кожа без единого изъяна. Хотя вру, круги под глазами казались огромными, да и бледность зашкаливала, но это могло быть результатом смертельной травмы предыдущего носителя этого тела. Неизвестно сколько времени он находился в «отключке», прежде чем я занял его вместилище. Глаза — яркие, очень яркие, изумрудного оттенка, сверкали умом и уверенностью, а если присмотреться внимательнее — то можно было разглядеть весёлые искорки самоиронии и ехидства.

Ну а как иначе? Ведь они выражали мои собственные эмоции.

Говорят: глаза — зеркало души, и я полностью с этим согласен.

Аккуратно подстриженные брови, прямой нос, тонкие губы, сложенные в язвительную усмешку — немного бледные и потрескавшиеся, но это не беда, скоро пройдёт.

Густые, волнистые, цвета воронова крыла волосы оказались в беспорядке. Поднял дрожащую руку и провел ото лба к основанию черепа, тут же ощутив огромную шишку. Поморщился от боли, но затем снова улыбнулся.

Я жив, я обманул саму смерть! Я снова молод и полон надежд.

Удивительно так остро ощущать бурлящие внутри эмоции. С годами они затухают, теряют краски, а потом… потом исчезает вкус к жизни, остается только ничего не значащая серость.

Именно поэтому я позволил загнать себя в ловушку. Я потерял смысл своего существования. Погоня, охота, убийства и ни капли покоя: ни семьи, ни детей, ни чувств, ни привязанностей, потому что последнее — слабость, непозволительная роскошь для Великого Инквизитора, огромный риск и ахиллесова пята.

Зато теперь, мне никто не помешает начать новую жизнь, где можно позволить себе нечто совершенно иное, отличимое от всего, что было раньше.

Пожалуй, при следующей встрече, лет эдак через триста, скажу Кассии спасибо. Уверен, мы с ней ещё встретимся, а вот друзьями или врагами, покажет время.

Только хотел сделать шаг обратно, как меня повело в сторону, боль в висках начала пульсировать, отдавая в челюсть и затылок. Казалось, что внутри головы забился неистовый молот, каждый удар которого сопровождался яркими вспышками перед глазами. Прислонился лбом к холодной, гладкой поверхности зеркала, пытаясь хоть как-то приглушить неприятные ощущения. С трудом сглотнул, чувствуя, как пересохшее горло скрипит, будто старая, ржавая дверь.

В памяти начали всплывать обрывки снов: хаотичные, пугающие образы, перемешанные с реальностью. Смутные тени, шёпот незнакомых голосов, бесконечные коридоры, из которых не было выхода.

Всё это накладывалось на призрачную боль, пронизывающую насквозь и оставляющую ощущение пустоты где-то глубоко внутри, там — где под ребрами рваными толчками билось сердце.

— Стоп, стоп, стоп. Спокойно, Лорн. Не суетись. Похоже начали возвращаться воспоминания бывшего владельца тела.

Сделал глубокий вздох и пошатнулся.

Нужно добраться до кровати, благо до неё было всего лишь несколько шагов. С трудом преодолел расстояние и упал на остывшие простыни.

Руки и ноги дрожали. Обливаясь холодным потом, я попытался сосредоточиться и упорядочить поступающие в мозг видения, но память казалась разорванной, обрывки событий смешались в непонятный узор. Единственное, что я отчетливо увидел — это яркая вспышка света и оглушительный крик, после которого наступила темнота… жуткая, давящая, наполненная только пульсирующей болью.

Бешено стучащее сердце начало останавливать свой бег.

Тук-Тук-Тук… Тук… Тук… Тук…

А затем… абсолютное безмолвие и полная, беспросветная темнота.

Я — то приходил в сознание, то — опять проваливался в чёрную бездну.

Когда в очередной раз открыл глаза, понял, что окончательно проснулся.

Быстро огляделся на предмет неожиданных посетителей и облегчённо выдохнул. Нужно было придумать стратегию поведения с домашними. Пока я находился в бессознательном состоянии, память бывшего владельца тела частично восстановилась. Теперь я знал практически всё о себе и об окружающем меня мире, за исключением последних нескольких дней предшествующих смерти Александра Бестужева.

Однако, знания эти оказались довольно шокирующими. Я очутился в совершенно другом Мире. По сравнению с моим прошлым Миром, магия здесь находилась практически на самом зачаточном уровне, а вот наука шагнула немного вперёд.

Ритуалы и заклинания напоминали скорее примитивные техники, а не могущественные чары, способные изменить реальность.

Тех — кто здесь обладал хоть какими-то способностями, я назвал бы магами на минималках, а не могущественными одарёнными. Стало смешно. В моем Мире они годились разве что в ученики настоящим чародеям, ни больше — ни меньше.

Ах да, проживал я сейчас в Российской Империи и являлся младшим сыном потомственного аристократа Алексея Петровича Бестужева, который служил канцлером при дворе императора Николая Павловича Романова.

А ещё, был сплошным разочарованием для своего родителя, который надеялся, что я, точнее, бывший владелец этого тела, пойдет по его стопам.

Увы и ах, ничего подобного не случилось. Юный бунтарь решил всё сделать по-своему и в итоге поплатился жизнью. Знать бы ещё как именно это произошло?

Хотя, не всё ли равно.