Я помню твое имя

Серые половицы мостика, что бежали вперед, не издали ни скрипа. Только робкие волны глодали подпорки и кроме этого плеска даже ветер молчал.

Человек обернулся. Позади темнела гладь воды, что тянулась к горизонту. И там, на исходе зрения, маячила суша цвета ржаного хлеба. Может холмы или скалы, что упираются в угрюмое, подернутое облаками небо.

Сам не зная зачем он пошел по мостику в сторону острова.

Казалось что сама земля исторгла громадную серую глыбу, а потом кто-то расколол ее как орех. На одной половине зеленело высокое ветвистое дерево. Тяжелые корни крепко обвили глыбу и намертво вгрызлись в камень. На другой половине торчала высокая и худая статуя воина с копьем и в шлеме.

Мосток привел к трем деревням ступенькам, по обе стороны от которых торчали невысокие красные столбики.

Он поднялся и прошел внутрь. Когда-то землю здесь вымостили камнем, а теперь вся кладка поросла зеленой травой. Глыба и правда напоминала полый орех. Внутри, по левую руку, громадный дуб кичился густой кроной. По левой стороне вился каменный мосток. Он закручивался в спираль, тянулся все выше и выше, так что края не видно, если не задрать кверху голову. Ни какой опоры нет. Как эта дорога не падает — непонятно. Посреди острова журчал родник. Вокруг источника кружком ютились белые камни размером с кулак или чуть больше. Подле него росли цветы: невинные ландыши, яркие колокольчики и еще какие-то желтые. За ними взор упирался в выход. В точно такой же деревянный мосток, что и за спиной. И точно так же он упирался в большую воду.

- Что ты здесь делаешь?- раздался голос откуда-то сверху. Он посмотрел на каменную дорогу. Где-то с высоты в человеческий рост, с этой самой дороги на него кто-то смотрел.

- Я пришел,- сказал он. У него больше не было ответов.

- Я сейчас,- сказал она и спустилась.

Она выглядела крепкой и волевой. Темно-русые волосы собраны в конский хвост, карие глаза смотрели сурово. И одежа под стать: серая водолазка, штаны серо-зеленого цвета и неброские ботинки с тупыми носами. Он сам бы так одевался в поход или на работу под открытым небом. На боку у нее висело альпинистское снаряжение: моток веревки, какой-то крюк.

- Кто ты такой? - спросила она.

Он бы ответил. Но он не знал.

Потому только пожал плечами:

- Я не знаю.

- Это нормально,- ответила она и протянула ему руку,- Я Альпинистка. Ну, это я сама себе имя придумала. Из нас только Вель свое имя знает. А вот я- нет. Ну, может еще вспомниться.

- А кто же я?

Она в ответ нахмурилась и оглядела его с ног до головы:

- По тебе так и не скажешь.

Они сам посмотрел на свою одежду: серый свитер и синие джинсы. Не густо.

- Но какое-то имя тебе нужно,- сказала Альпинистка,- Какое хочешь? Попробуй придумать.

Он задумался. Но мысли в голове только шумели, толкались и галдели, как гуси в загоне. Он не мог припомнить ни одного имени. Они ускользали, хотя казалось что вот-вот и вспомнит.

- Я не знаю. Не помню ни одного.

Альпинистка кивнула:

- Так со всеми. Много чего не помним. Я например знаю другие имена, но своего хоть убей не помню. Не помню как называются цвета. Вель мне сто раз повторила, но я все время забываю.

- Я помню цвета. Но с именами какой-то бардак.

Он не боялся, не пугался. Знал, что все здесь неправильно, но был спокоен как удав.

- Тогда будем звать тебя «Четвертый».

- Нас четверо?- спросил он.

- Ага. Кроме меня есть еще Вель и Колтун. Вель здесь дольше всех. И только она знает свое имя.

- Может она со временем вспомнила?- предположил Четвертый.

- Нет. Она всегда его знала. Колтун тоже тут давно. Но он имени не помнил и не вспомнил. И придумал себе сам, что хотел. Не суди строго.

- Не буду.

- Идем. Познакомлю тебя с другими.

Альпинистка повела его вверх по каменной дороге. На небольшой высоте от каменной спирали торчал отросток, круглый как монета, на него показала Альпинистка:

- Этот мой,- сказала она,- Каждый раз когда я засыпаю, я просыпаюсь стоя вот тут. Почему? Не знаю. Тут так заведено

- Тогда, наверное, мне место тоже есть?- спросил Четвертый.

Она в ответ пожала плечами:

- Когда заснешь- узнаешь.

Следом перед Четвертым предстал Колтун. Это был парень немного моложе Четвертого. В джинсах и черной куртке. Несмотря на имя, он просто давненько не стригся и малость оброс.

- У нас пополнение,- сказал он с весельем в голосе,- Я давно ждал кого-нибудь еще. А то эта заноза не самый приятный собеседник!

- И я тебя тоже люблю,- сказал Альпинистка.

- И что же мучает тебя, новичек?- спросил Колтун.

Четвертый уставился на него, потом посмотрел на Альпинистку.

- Ну,да,- ответила та,- Я об том не сказала. Но мне в мой первый день...хотя тут всегда день и даже наверное один и тот же день...Так вот, мне в мой день не понравилось, когда Колтун сразу стал давить на больное.

- Я не давил. Я только спросил.

- О чем вы оба?

- Ты не знаешь? - спросили они в один голос.

- Не знаю чего?

- Что тебя мучает? Что преследует? Тяготит? Видится и чудится?- спросила Альпинистка.

- Может ты еще не видел? Или не помнишь?- сказал Колтун,- Наверное, когда заснешь, увидишь. Но это странно.

- О чем же вы оба ?- Четвертый никак не мог взять в толк, что тут такое,- Видения? Мучает?

- Ну, смотри,- сказал Колтун,- Я всегда про него помню. Закрываю глаза или стою один, а не болтаю как сейчас с вами. Задумаюсь о чем, копаюсь в памяти...все едино. Тут же в голове всплывает образ старика. Знаешь, такой в длинном, цвета павшей листвы, пальто и черной широкополой шляпе. У него в руке дорогая клюка, с позолотой. Он стоит у окна, из которого исходит скудный свет, как будто от лампы какой или свечей. Капает дождь. И чтобы оказаться рядом со стариком мне просто нужно перейти дорогу. Это мокрый асфальт с пешеходным переходом. Вокруг ни машины. Но я не иду. Мне страшно сделать даже шаг, не то чтобы перейти! А старик все смотрит на меня и смотрит. И тоже не делает ни шагу. Каждый раз как засыпаю одно и тоже. Как только остаюсь один, снова ко мне приходит этот старик.

Колтун говоря это помрачнел. Что-то и правда его тяготило.

- У каждого из нас свое прошлое и будущее,- сказал Альпинистка,- И каждый из нас здесь не просто так.

- Где это- здесь?- спросил Четвертый.

Колтун усмехнулся:

- Кто же его знает, где это? Может мы все умерли и это перевалочный пункт?

- Не говори ерунды,- сказал Альпинистка,- Мы не мертвы. Иначе бы здесь было много людей. Это что-то другое.

- Может и не мертвы,- кивнул Колтун,- Но оставаться тут вечно нельзя. Ты же знаешь.

- О чем это ты?- спросил Четвертый.

- Идем к Вель,- сказ Колтун,- Узнаешь.

Первым стал подниматься новый приятель. Следом Четвертый и Альпинистка. Небо казалось застывшим. В просвете между двумя вершинами текли одни и те же облака. Ни ветерка, ни пения птиц, только если хорошенько прислушаться, плеск волн. Но на душе спокойно. И каждый шаг по каменной спирали Четвертому давался легче предыдущего.

На вершине, на круглой как монета, площадке стояла последняя. Это была женщина, в красном свитере и длинной, до пола юбке. Но нельзя было увидеть ее лица. На плечах Вель плащ с капюшоном. И в его тени не разобрать лица.

- Здравствуй,- просто сказал Вель.

- Здравствуйте,- только и нашелся Четвертый. Если с прочими он говорил на равных, nо Вель показалась ему куда как старше,- Я- Четвертый.

- Я- Вель, как ты, наверное, знаешь,- голос незнакомки был хриплый, будто она не говорила, а царапала стекло.

Он кивнул.

- Четвертый... Как забавно. Это она придумала?- кивок в сторону Альпинистки.

- Он не помнил своего имени. Вообще имен и я…- начала та.

- Бывают имена и хуже,- сказала Вель,- Так что привело тебя сюда, Четвертый?

- Я не знаю,- ответил он,- Надеялся вы мне поможете.

- Думал я помогу? Я и себе-то не могу помочь. Многим в мире нужна помощь, но лучше все будет если они помогут себе сами.

- На нее порой находит,- сказал Колтун,- Начинает поучать и философствовать. Но мы тебя привели не для этого. Вель здесь дольше всех. Она кое-что может тебе пояснить. Про время.

На слово «время» Вель вздрогнула:

- Ах, да. Время,- сказала она,- Время уходит. Я знаю точно. Для нас оно конечно. Видел-ли ты статуи у стен, в зарослях плюща?

Четвертый видел только одну на вершине, но остальные тоже могли быть. Он кивнул.

- Они были как мы. Если не покинуть этого места и нас ждет такая участь. Я видела как это бывает...это..ужасно.

- Но можно же как-то выбраться?- спросил Четвертый. Его накрыла лавина ужаса, такая, что тяжело даже вздохнуть,- Что-то сделать? Плот? Нужно обыскать остров, найти...Я не знаю. Вы здесь давно, но не превратились в камень. Мне нужно назад!

Ноги сделались ватными. Он рухнул как подкошенный и ударился коленями о камень. Потом треснулся головой о дорогу, клацнули зубы и темнота.

Первое что он увидел над собой- лицо девушки с косой. Она внимательно смотрела на него. Альпинистка.

- Очнулся,- сказала она куда-то в сторону.

Четвертый сел. Первое что он сделал, коснулся виска, а потом щеки. Нет ни боли, ни опухоли. Потом оглядел колени. Чистые.

- Такое со всеми бывает,- сказала Колтун. Он сидел чуть поодаль,- Вот видишь и тебе место нашлось.

Четвертый огляделся. Это была каменная площадка. Круглая как монета. В самом низу каменной спирали. Она порядком заросла и оттого сразу не бросилась в глаза.

- Ты вспомнил почему здесь?- спросила Альпинистка с надеждой в глазах. Четвертый хотел бы ей ответить, что вспомнил, но это была бы ложь.

- Нет,- сказал он.

Искра надежды в ее глазах угасла, будто кто-то затушил свечу. Это ранило Четвертого.

- Я скажу Вель, что ты очнулся,- сказал она и ушла.

- Твое появление воскресило в ней надежду,- сказал Колтун,- У нас давно надежды не было. До Альпинистки. Она нам ее дала. Мы с Вель тогда поверили...Но потом все вернулось на круги своя. Альпинистка долго не сдавалась. Даже сейчас в ней еще горит тот огонь. Ну, хотя бы тлеют угли.

- Даже сейчас?- переспросил Четвертый,- А сколько ты тут времени?

- Кто его знает? Здесь всегда один и тот же день. Одно и тоже небо. Но я так думаю... Много, очень много дней.

- Значит у нас много времени.

- Да уж. Все время мира.

Четвертый поднялся:

- Я пойду за ней,- сказал Четвертый и зашагал наверх.

Альпинистка стоял на полпути к Вель. Она застыла. И смотрела куда-то вдаль. На оклик Четвертого, не шевельнулась. Он встал перед ней. По ее лицу катились слезы. Она смотрела не моргая.

- Что же это?- спросил Четвертый.

- Я виновата. Я виновата! Это все я. Чтобы я не начинала, как бы не старалась, все идет прахом. Все рушится на моих глазах. Я помогаю одним и гибнут другие, я прикладываю все силы, но ничего не выходит. Потом я снова обещаю, снова делаю что могу — и снова неудача. В этом круговороте виновата только я. Наверное, надо было слушать других, делать что мне велено, но я всегда считала что сама могу решать как мне поступать. И вот я так делаю и ничего не выходит. Я пробую снова и снова, но ничего не получается. Каждый раз все рушится. Я зря полагала что могу быть права, зря полагала что я сильная. Мне нужно признать что я была неправа, что я ошибалась, что я неудачница. Вот кто я. Все мои усилия впустую,- Альпинистка не выдержала и рухнула на колени. Ей должно быть было больно от удара о камень, но рана на ее сердце куда больнее.

Четвертый опустился рядом:

- Но если ты прекратишь лучше не станет,- сказал он. Он откуда-то точно знал, что опускать руки нельзя,- Не позволяй неудачам и сомнениям мешать тебе. У тебя чистые намерения и горячее сердце. Большего тебе и не нужно. Никто не знает твоего пути лучше чем ты сама. Ты и сама это знаешь.

- Просто мне страшно признаться в этом,- сказала Альпинистка.

- Все бояться. Это не плохо. Куда важнее что делать со страхом. Отказываться ли из-за него от самого себя.

- У меня множество сомнений, Четвертый.

- А у какого смертного их нет? Но у тебя есть все необходимое. Сражайся,- сказал Четвертый.

Альпинистка молча смотрела на него. Четвертый не знал, что творится у нее на душе и счел верным подождать. Порой можно помочь выслушав и не говоря ни слова. Да и слов у него больше не было.

- Я никогда не сдавалась,- она утерла слезы рукавом,- Всегда шла наперекор тем кто говорил, что я недостаточно хороша в том или другом. Сопротивлялась. И не опускал рук. И если мне суждено пережить этот кошмар я его переживу и...

- Что это?- спросила Четвертый.

Образ девушки потускнел. Она таяла, как туман с приходом солнца. Альпинистка успела еще что-то пробормотать и бесследно растаяла в воздухе.

- Не может быть,- воскликнул Колтун.

- Она исчезла,- просто сказал Четвертый.

- Это я вижу. Что ты сделал?

- Мы поговорили.

- Что ты ей сказал?

- Ее мучил кошмар. И я выслушал и приободрил как мог,- пожал плечами Четвертый.

- Думаешь она выбралась?

- Да.

Четвертый в этом был отчего-то уверен. К ним спустилась Вель.

- Альпинистка ушла?- спросила она.

- Да! И вот он ей помог,- радостно воскликнул парень,- Значит мы не зря тебя ждали! Теперь помоги Вель, а…

- Нет, нет,- ответила та,- Сначала тебе, Колтун. По порядку. Девочка. Мальчик.

- Ладно,- кивнул тот.

Четвертый замотал головой:

- Я не знаю, что вы от меня ждете.

Вель не поднимая головы спросила:

- Ты знаешь кошмар Колтуна?

- Да. Он мне говорил.

- Тогда я отойду, а вы поговорите.

- Но я не знаю что сказать,- пожал плечами Четвертый.

- Что мне делать со стариком?- начал Колтун,- Ты же придумал что делать Альпинистке. С ее наводнением, домами что рухнули, с этим ребенком которого она пыталась спасти...Скажи, что мне делать со стариком? Как от него избавится?

Четвертый знать не знал про наводнение, детей и крушения. Но Альпинистка и не рассказывала что видела.

- Я не знаю. Я же просто пытался поддержать и утешить. У меня нет ответов.

- А мне нужен ответ. И мой вопрос простой. Чего этот старик ждет? Почему пялится на меня и не уходит? Почему именно на меня? Никого другого не нашел, чтобы мучить?

Четвертый пожал плечами:

- Я думаю он не выбирал. Как и ты. Как и любой другой. Я и без видений знаю. В конце меня ждет старик. Почти такой же и он тоже смотрит на меня. Как и твой. И он не уйдет. Это я могу сомневаться, могу выжидать, но он все равно меня дождется.

- Думаешь этот старик... Я сам?- сказал Колтун, а его голос стал холодным.

- А как ты думаешь?

Колтун помрачнел, покачал головой и отвернулся:

- Если это я, то почему я боюсь самого себя? Что он мне сделает? Изобьет клюкой?Я готов с ним столкнуться. Ну! Отпускайте меня!

Колтуну посмотрел вверх и широко раскинул руки:

- Ну же! Я готов перейти проклятый асфальт! Я больше не боюсь!

- Ты неправильно меня понял,- сказал Четвертый,- Ты смотришь на себя и наверное…

- Не доволен?- усмехнулся Колтун,- Вот этого я боюсь? Что став стариком пойму, что все было зря. Что я потратил жизнь в пустую? На мелочи, глупости и не сделал то, что должен был, что правда хотел. Мне казалось я боюсь старости и превратится в деда с клюкой. Разве это неправильно? Никто не хочет стареть.

- Это неизбежно.

Колтун ничего не сказал. Он посмотрел в небо и стал спускаться по каменной спирали. Сделав несколько шагов обернулся и сказал:

- Каждого из нас впереди ждет старик. Я не хочу чтобы он смотрел на меня с укоризной. У меня еще есть время. И я сделаю что должен.

После этих слов растворился в воздухе. Четвертому стало тепло и хорошо на душе. Наверное, такова на вкус неразбавленная надежда. Как на крыльях он поднялся к Вель:

- Я сделал это! Я помог и Колтуну. Теперь Вель, расскажи мне что тебя тревожит. Я помогу и тебе. Я верю, что я здесь за этим.

Женщина в плаще обернулась на его слова:

- Вель? Ах, это мое имя,- сказал она,- Ты...Четвертый? Да. Я еще помню.

- О чем ты?- не понял он,- Расскажи что тебя мучает. Я попробую помочь.

- Ты не сможешь,- тихо сказал Вель,- Потому что я не помню с чем мне нужно помочь.

- Не может быть,- не согласился Четвертый.

Вель отбросила капюшон. Половину ее лица обросла каменной чешуей. Щека чем-то напоминал треснувший фарфор, волосы с одной стороны головы выпали. В левой глазнице не моргал белый, как молоко, глаз.

- Я долго ждала,- сказал Вель,- Так долго...Я думала у меня все время мира. Но время заканчивается. Наша жизнь, что роса. Выпала и высохла. Прошу, Четвертый не забывай моего имени. Потому что я его уже не помню.

Вель протянула вперед свою еще не тронутую порчей руку.

Он вздрогнул всем телом и потянулся к телефону, чтобы выключить будильник. Рассвело. Он сел на край кровати. Сон не отпускал. Врезался в память, будто какое важно событие или случай. Даже лица.

Сергей еще недолго посидел, потом бросил взгляд на смартфон и понял что ему нужно на работу. Быстро привел себя в порядок, собрался и пошел на улицу. До работы он добирался пешком. Надеялся, что пока дойдет голова проветрится от непонятного сна.

День был ясный. Сергей вышел за забор многоэтажки, свернул направо. Над дорогой шумела листвой стайка кленов. Потом спустился по лестнице и прошел мимо магазина к пешеходному переходу. И прямехонько, под горку, до работы.

Ему можно сказать повезло с местом. Трудился по диплому и оплата очень хорошая, по городу так точно. Люди в коллективе разные, но ему удавалось найти общий язык со всеми так или иначе. Так еще и до работы пешком. Какие-то пятнадцать минут. Мечта же.

Он прошел мимо поста охраны. Сергей поздоровался с коллегами, что уже толпились у входа. Кто-то болтал, кто-то на скамейке слева, что-то искал в сумке. Сергей зашагал к себе, по длинному коридору, который упирался в стену. Налево был кабинет начальства и бухгалтерия. Направо и еще раз направо- его собственный.

Сергей остановился на полпути, чего за собой никогда не помнил. Он уже неделю плохо спал и от мыслей казалось голова лопнет. Он мог здесь работать, но хотел заниматься совсем другим. Он все думал и думал. Но так решения и не видел. Столько времени потратил, но ничего путного не выдумал.

Он повернул налево и постучал в кабинет к руководителю. После приветствия Сергей сказал, что желает уйти с работы.

- Но постойте, голубчик. Чего это вы так сгоряча собрались? Что вас не устраивает? Поссорились с кем-то? Или может случилось чего? Или нашли место получше?

Сергей несколько раз повторил, что его все устраивает и проблем у него нет и работы новой не нашел.

- Нельзя уходить пока не нашли новое место. Где это видано? Уходить в никуда. Нет-нет. Подумайте.

Но Сергей уже целую неделю только и делал что думал. Взвешивал все за и против. Даже список напечатал с плюсами и минусами. Прикидывал и так и эдак, а все равно не мог решить как лучше, до этого дня.

- Что скажут ваши близкие? Человек без работы! Люди ищут работу. Взрослый мужчина и будет сидеть без дела. Нужно деньги зарабатывать. Нехорошо выходит. Что же вы будете делать?

И может раньше Сергей бы стушевался под этим словесным потоком, но не теперь. Все вроде и верно. Делай как все, поступай как советуют, но он больше так не хотел. Не хотел к старости считать деньги что заработал. Она работал чтобы жить, а не жил чтобы работать. Он хотел чтобы взглянув на себя из будущего, мог собой гордиться.

- Я знаю что делаю. И это правильно,- сказал он.

«Жизнь моя что роса. Выпала и высохла. Но у меня еще есть время. Я помню твое имя — Вель».