Я случайно приручила злодея

– Вы слышали это? – с воодушевлением сплетничали девушки тут и там, отчего все утро поместье было наполнено ровным гулом шепотков.

Впрочем, мне было не до этого, но гул был вездесущим, потому, где бы ни оказалась, слоняясь по поручениям, невольно была в курсе событий.

– К молодой госпоже сегодня приезжает жених!

– Разве уже жених? Все уже решено?

– Я слышала, что это их первая встреча. Но это же тот самый!

– Верно, если речь о НЕМ, то его интерес не может быть простым. Кажется, ОН ищет невесту, потому посетил несколькие знатные дома, в которых есть молодые леди…

– Но, несмотря на его посещения, ни одна его не удовлетворила…

– Это правда странно. Многие бы все имущество готовы были отдать, лишь бы породниться с таким человеком, но ОН все еще продолжает посещать дома из раза в раз. Так, словно кого-то ищет.

– Как знать, может, он влюблен? – кто-то приторно и озорно хихикнул, а после томно вздохнул: – Вдруг, это была любовь с первого взгляда на одном из балов, однако они не успели познакомиться, потому теперь ищет прекрасную незнакомку?

Этому предположению вторили завистливые вздохи.

Пока я прикидывала, может ли мир книжной «Золушки» перекликаться с этим, что несомненно объясняло бы мое плачевное положение, сплетницы продолжили, пока я в одиночку развешивала сушиться простыни одеревеневшими от ледяной воды пальцами. Хотелось выругаться, а еще лучше подойти и отвесить им оплеуху, чтобы делом занялись, но сдержала себя, помня, что не могу потерять это место:

– Как знать, может, наша госпожа, как раз – та самая? – игриво вопросила одна.

– Даже если нет, наша госпожа так мила и прекрасна, что ОН, при виде нее тут же забудет свою зазнобу, – с непонятной материнской гордостью заметила другая. С ней дружно согласились, не скупясь на комплименты молодой госпоже о том, какая она умная, красивая, кроткая, добрая и воспитанная. Не человек, а сборник хвалебных отзывов…

Хотела бы я поспорить о том, где я видела таких благородных и добрых, но вновь промолчала, не желая привлекать к себе внимание:

– Когда, говоришь, гость должен приехать? – забеспокоились эти лентяйки.

– Ох… кажется, уже совсем скоро.

– Эх, как жаль что подсмотреть не получится. Говорят, он очень красив…

– А я слышала, что он немного пугающий. Опять же… вы наверняка знаете об этих слухах?

– Ты про его семью? Да, действительно немного жутко, что все так стремительно умерли. Прямо один за другим…

– Зато у нас теперь самый молодой герцог в королевстве. И, возможно, он станет нашим господином, – едва не завизжали они от восторга, пока я кривилась, пытаясь прикинуть, где их мозги, чтобы радоваться подобным вещам. У мужика вся родня в одночасье закончилась, оставляя ему все блага в том числе и титул. Это подозрительно и пугающе, а вовсе не волнительно!

– Может, нам все же удастся на него взглянуть? – заканючила одна из тройки.

– Ага! Мечтай! – язвила другая. – Для такой низкоуровневой прислуги вроде нас – это просто нереально. Наверняка принимать его будут в основном здании. Максимум – в главном саду. А нам туда дорога закрыта.

– И правда. А в пристройки такие люди ни в жизнь даже не заглянут. Разве что, потеряются только… Эх, как я завидую горничным поместья…

– Ну, может, хотя бы издалека…

– Пока мы тут не закончим, никуда уйти не можем. Сама знаешь, что если нас поймает экономка, не сдабривать… – с досадой проворчала она и подозрительно замолчала. Я прислушалась, а после нагнулась, словно невзначай поправляя белье в корзине, отчего смачная затрещина, предназначающаяся моему затылку, пролетела у меня над головой, а незадачливая баба с удивленным визгом пронеслась мимо меня, падая на траву под издевательский смех подружек. Баба тут же залилась краской гнева и стыда, а ее глаза, смотрящие на меня, обещали ад. – Ты! Рози! – указала она на меня пальцем, пока я передергивала плечами от нового имени, к которому еще привыкала. – Какого черта ты такая медлительная? Долго нам еще ждать, когда ты, наконец, начнешь нормально работать?

Я проглотила ругательство и кротко улыбнулась:

– Мне очень жаль – выдавливала я из себя, хотя мысленно макала эту бабищу головой в сортир. Но не могла, ибо знала последствия. Надо терпеть, как бы несправедливо и больно ни было. – Простыней оказалось больше, чем я предполагала. В одиночку сложно управиться быстро, сколько я ни старалась… – вздохнула я покаянно.

– Решила оправданиями отделаться? – все не могла она угомониться и собиралась вновь на меня наброситься с кулаками, пока я прикидывала, как лучше поступить: дать отпор, уклониться или быстрее и проще будет просто перетерпеть и дать ей выпустить гнев? Все равно бить до серьезных ранений у них ни сил, ни умений. А притвориться сильно избитой и поплакать я могу запросто, что эту служанку наверняка порадует.

Душа требовала дать сдачи, но тогда велика вероятность, что служанки настучат, и меня, не слушая оправданий, выставят за ворота, не заплатив за проделанную работу. Плавали, знаем. Если уклонюсь, она разозлиться еще сильнее и не отстанет, пока весь дом на уши не поставит.

Остается только потерпеть, а после счастливо идти на кухню и плотно пообедать, чтобы раны побыстрее прошли… Пара лишних синяков погоды не сыграет, если я буду сыта и одета…

Когда я уже закрыла глаза, опустила голову, чтобы уберечь лицо, и приготовилась к побоям, удара так и не последовало. Вместо этого послышался ропот:

– Кто это?

– Аристократ?

– Почему он здесь?

– Такой краси-и-ивый…

– Смотри-смотри! Он идет сюда!

Я заинтересовалась и приоткрыла глаза, заметив, как передо мной замерла служанка, все еще с занесенной для удара рукой. Но взгляд ее был направлен в сторону. И она была настолько поглощена увиденным, что даже забыла выпрямиться.

Это меня удивило, потому я украдкой скосила взгляд и вздрогнула: к нам стремительной, но элегантной походкой направлялся высокий молодой мужчина в дорогой одежде из благородной ткани. Он действительно был очень привлекательным внешне, однако излишне пристальный взгляд ярких голубых глаз вводил в ступор и ввергал в тревогу, отчего вдоль позвоночника противно бежали мурашки. Вся его аура была довольно сильной и… опасной, несмотря на вполне приветливое и моложавое лицо. Его темно-русые волосы блестели и переливались на солнце, а улыбка могла показаться ослепительной.

Однако, несмотря на широкую улыбку, глаза его были темны, серьезны и безразличны, точно весь мир ему наскучил, отчего гримаса больше напоминала оскал, нежели вежливое приветствие.

Чем ближе он приближался, тем яростнее было волнение служанок за моей спиной, и в их отчаянном и паническом шепоте я услышала оброненное:

– Это ОН! Он!

– Герцог Энтони Карлон! – возбужденно шептали они имя того, кого так желали увидеть – потенциальный жених молодой госпожи и новоиспеченный герцог этого королевства… чьи родственники стремительно умирали один за другим.

Но даже не это заставило меня замереть и, даже, дышать на мгновение забыть. Я знала это имя. И не из слухов, а из прошлой жизни: герцог Энтони Карлон – негодяй, двуликий змей, психопат и безжалостный убийца. А еще главный антагонист романа, который я читала перед свой смертью в прошлой жизни, до перерождения.

И теперь эта машина для убийств стоит напротив и пристально нас разглядывает с неискренним, немного маниакальным любопытством во взгляде.

Я судорожно сглотнула и почувствовала пристальный взгляд на своем лице, мысленно надеясь, что у меня вновь выйдет слиться с фоном и остаться незаметной. Пот от тревоги стекал по спине ручьями, а чувство чужого липкого внимания так и не исчезло, вынуждая чувствовать себя задыхающейся рыбой.

– Ваша Светлость! – опомнились служанки и поклонились. Я последовала их примеру, чувствуя, что ноги у меня совершенно не гнутся. – Как вы здесь оказались? – любезничала та служанка, что собиралась меня побить. – Заблудились? Я могу вас проводить, если…

Договорить он ей не дал, вместо этого проигнорировал и сделал широкий шаг в мою сторону, а затем властным и бескомпромиссным движением обхватил подбородок и заставил вскинуть голову.

Его пальцы были холодными и жесткими и впивались в кожу до ощутимой боли, отчего я невольно поморщилась и затравленно посмотрела в его лицо, чего, вероятно, мужчина и добивался.

Встретившись взглядом с пронзительными и холодными, как ледники Арктики, глазами, я обомлела и вновь вздрогнула, замерев в недоумении. Хотя бы потому, что, как только он увидел мои глаза, его взгляд моментально потеплел и наполнился странной радостью, пальцы на моем лице расслабились и уже не жалили, а трепетно поглаживали ноющую кожу, как будто заглаживая свою вину. А его натянутая улыбка стала… теплее.

– Нашел… – выдохнул он с ноткой восторга в голосе. Чем еще сильнее смутил. – Я нашел тебя…

– Ваша… Светлость? – в недоумении позвала служанка за моей спиной. – Вы… знаете эту девушку?

– Конечно, знаю… Я так долго ее искал, – расплылся он в еще более широкой, почти благоговейной улыбке, пока я пораженно моргала, пытаясь осознать реальность и где я могла встретиться с один из главных действующих персонажей. Сколько не пыталась вспомнить, в голову не пришло ни единой идеи. – И больше никогда не отпущу, – клятвенно пообещал он, от удовольствия прикрыв глаза, когда беззастенчиво притянул меня в свои крепкие объятья, как человек после долгой и нестерпимой разлуки. – Ты ведь больше не убежишь? – посмотрел он на меня проникновенно и с надеждой, как покладистый щенок. От этого взгляда и тона что-то внутри меня напряглось. Так… знакомо… – Ты ведь обещала заботиться обо мне. Ты обязана взять ответственность, – прищурился он, скрывая коварный и лукавый огонек в глазах.

Когда это я обещала взять ответственность?

Стоп… это было лишь единожды. Но тот человек… мертв.

– Майя… – добавил мужчина, окончательно развеяв мои сомнения, ведь это имя мог знать только он.

– Т… ты? – одними губами просипела я, смотря на него уже без страха, только с шоком и легкой надеждой. – Это… правда, ты? – онемевшие и покрасневшие от холода пальцы неловко вцепились в его ткань пиджака, а в носу защипало. – Как ты выжил?

Мужчина ласково улыбнулся, пригладив мои выбившиеся волосы за ухо таким знакомым жестом, от которого щемило в груди.

– Как я мог умереть, когда старшая сестрица обещала заботиться обо мне? Я бы ни за что не простил себе этого, – покачал он головой и потерся лицом о мои волосы. Прямо, как щенок. Прямо как тот, другой, из моего прошлого: такой же несчастный, нищий, всеми покинутый и нелюбимый, который искал даже осколки доброты и привязанности в моих руках. Тот, с кем я два года делила одно тепло на двоих. Тот, кого я считала самым дорогим человеком.

Но он так изменился и… что важнее, оказался главным злом этого мира!

И это зло сейчас с благоговейным трепетом смотрел на меня, ласково улыбался и скользил взглядом по мне, цепко подмечая все ссадины, синяки и даже покрасневшие окоченелые пальцы. Чем больше он смотрел, тем темнее становился его взгляд.

А после он милым тоном прошептал:

– А давай всех здесь убьем? – с веселым прищуром внес он предложение, точно приглашал попить чая.

Вот теперь я начинаю осознавать… Я реально связалась со злодеем…