Я знаю, что ты сейчас чувствуешь

- Халиль, немедленно выходи! Что за детские игры! - возмущенно кричала Неше Гюлерйюз, стоя перед запертой изнутри дверью собственного дома.

- Я не выйду, пока ты не ответишь взаимностью на мои чувства! - ответил женщине ее давний знакомый и сосед Халиль Каплан, владелец продуктового магазина. Он давно уже был неравнодушен к одинокой матери, работающей медсестрой, и сегодня все же решился признаться Неше в любви. Однако мужчина убедился, что избранница вовсе не разделяет его желания соединить их жизни.

- Халиль, ты мой друг и брат, но не более! - воскликнула Неше. - Я очень прошу тебя, выйди оттуда!

- Тогда я сейчас подожгу дом и сам сгорю вместе с ним! - вскричал Каплан.

- Не выдумывай и не изображай из себя несмышленого ребенка! - окончательно потеряла терпение женщина.

Но через несколько минут Неше с ужасом почувствовала запах дыма. Она яростно забарабанила в дверь.

- Халиль, сейчас же выходи! Это очень опасно и это не игра!

- Я не могу! - раздался испуганный голос из-за двери. - Я не могу открыть дверь!

- А у меня нет ключа! - в панике воскликнула хозяйка дома. Неше тут же вызвала службу спасения и "Скорую помощь", после чего выбежала на улицу в поисках тех, кто мог бы помочь проникнуть в дом и извлечь оттуда Халиля.

Однако к моменту прибытия спасателей мужчина уже успел задохнуться в дыму, и реанимационные мероприятия врачей не дали результата.

- Что же он наделал! - в отчаянии твердила Неше, держась за голову и раскачиваясь из стороны в сторону. Женщина убедилась, что квартира почти не пострадала, но понимала, что до конца своих дней будет винить себя в смерти соседа.

- Мама, ты не виновата, он сам решил тебя шантажировать таким образом, и вот что получилось, - пыталась успокоить медсестру ее дочка Эким, но девушка и сама была потрясена случившимся. Она с ужасом думала о своем друге детства Бекире Каплане, младшем брате Халиле, с которым они и сейчас учились вместе в элитном колледже Герчек, получая стипендию и постоянно подвергаясь унижениям и издевательствам со стороны одноклассников из состоятельных семей. Отец и мать Бекира и Халиля погибли еще в годы раннего детства младшего сына, старший Каплан самостоятельно вырастил оставшегося на его попечении брата. Эким не представляла себе, как жизнерадостный шутник Бекир теперь останется в полном одиночестве...

После погребальной церемонии Бекир Каплан решил на некоторое время задержаться на кладбище. Юноша еще не полностью осознал происшедшее, чувствуя, что пребывает в некоем тумане и не знает, куда ему теперь идти.

- Бекир, пойдем к нам, - дружески предложил Седат, отец его одноклассницы Айше. - Можешь пока остаться у нас...

Но парень покачал головой.

- Нет, брат Седат, спасибо... Может быть, зайду позже...

- Ну, как хочешь, - не стал настаивать мужчина.

В голове Бекира стучала мысль о том, что он остался совершенно один. Подросток не помнил родителей, рядом с ним всегда был только брат, который о нем заботился. Перед глазами все расплывалось из-за пелены слез, и Каплан понятия не имел, сколько времени он уже находится у могилы.

- Бекир! - неожиданно услышал он знакомый голос.

Юноша обернулся. Неподалеку стоял Озан Йылмаз, его одноклассник, постоянно насмехавшийся над теми, кого этот парень презрительно именовал "нищими из района", и регулярно устраивавший для стипендиатов весьма жестокие розыгрыши.

"Больше я не позволю ему унижать себя, - внезапно принял твердое решение Бекир. - Я все равно уже не буду ходить в эту школу, так что сейчас я хотя бы этому мажору покажу...".

И он уверенно направился навстречу Озану, надеясь, что драка хотя бы немного заглушит испытываемую им невыносимую душевную боль.

- Зачем ты сюда явился? Собираешься издеваться даже сейчас?! - резко спросил Бекир.

Но Йылмаз продолжал стоять на месте.

- Нет, Бекир, вовсе нет, - спокойно отозвался Озан. - Я приехал, чтобы помочь тебе. Я хочу взять тебя с собой, поживешь пока у меня, ты ведь остался совсем один, я знаю...

- Что?? - потрясенный Каплан отступил назад.

- Я знаю, что ты сейчас чувствуешь, - продолжил Йылмаз. - Ты же в курсе, что у меня приемные родители, а в детстве я тоже остался сиротой, как и ты...

- Да что ты можешь знать и понимать! - взорвался Бекир. - Твоя приемная семья тебе ни в чем не отказывает, а мы с братом всегда еле-еле концы с концами сводили, но он меня все равно любил и растил! А теперь его нет, и...

- Поверь мне, я все понимаю, - мягко ответил Озан. - Да, с моей нынешней семьей мне очень повезло, но когда тебя бросают - об этом нельзя забыть, сколько бы тебе тогда ни было лет. Я прекрасно знаю, что раньше не был добр к тебе и твоим друзьям, но теперь я хочу помочь и очень прошу тебя не отказываться. Пойдем в машину и поехали ко мне, а обо всем остальном мы позже подумаем вместе.

- Озан, если ты придумал какую-то новую игру, чтобы поиздеваться, то за такое ты обязательно будешь наказан - на этом свете или на том, - произнес Бекир, испытывая сильные сомнения. Ему хотелось поверить однокласснику, но мешали воспоминания о том, что Йылмаз творил с ним прежде.

- Да вовсе это не игра! - воскликнул Озан, начиная терять терпение. - Я знаю, каково тебе сейчас, и только поэтому хочу быть рядом, хотя мы, конечно, и не дружили раньше.

Бекир уже приблизился к Йылмазу и посмотрел ему в глаза, пытаясь угадать, о чем на самом деле думает этот парень. Но во взгляде Озана светились только сострадание и участие. Неожиданно для самого себя Каплан прижался к собеседнику, и Йылмаз тут же почувствовал, как его рубашка намокает от слез.

- Бекир, ну пожалуйста, давай не здесь, - Озан осторожно погладил товарища по волосам. - Поехали домой, там сможешь плакать, сколько твоей душе будет угодно.

- А твои родители разрешают тебе приводить в дом "нищих из какого-то там района"? - хрипло спросил Бекир.

Йылмаз только усмехнулся в ответ.

- Во-первых, их сейчас нет, они в очередной деловой поездке за границей, и вернутся еще не так скоро, недели через две, - пояснил он. - К тому же родители уже давно не вмешиваются в мою жизнь, если я пригласил кого-то у себя пожить, то это только мое дело. Я позже объясню им твою ситуацию, никто не будет против, поверь. Дом у нас большой, места всем хватит, это точно...

- А твоя подруга Мелиса? - уточнил Каплан. - Она тебя отчитывать не станет? Вы же с нею всегда заодно...

- И сейчас тоже, - спокойно ответил Озан. - Да, я никогда ничего не скрываю от Мелисы, как и она от меня. Да, она одобрила мой план пригласить тебя к себе, сказала даже, что ты мог бы и у нее пожить, но, наверное, у меня тебе будет лучше...

Бекир чувствовал, что голова идет кругом. Человек, который с первых дней пребывания Каплана и его друзей в колледже Герчек проявлял по отношению к ним только агрессию, пренебрежение и нескрываемую злобу, теперь предлагал ему помощь. Бекир ощутил, как во мраке отчаяния забрезжил крохотный лучик надежды.

- Хорошо, поехали, - и он отстранился от Озана. - Где твоя машина?

Особняк семейства Йылмаз поразил Каплана, до этого момента парень даже не представлял себе, что люди могут жить в такой роскоши.

- Ну надо же! - не смог скрыть изумления Бекир.

- Нравится? - с улыбкой спросил Озан. - Я тебе потом все покажу, но сначала давай выберем для тебя комнату. Я предлагаю вот эту, рядом с моей, как тебе?

- Да как скажешь... - по-прежнему ошеломленно ответил Каплан. - Но... как же тебе, наверное, здесь тоскливо одному, в этом огромном доме, если родители, как ты говоришь, часто уезжают...

- Я привык... - негромко отозвался Йылмаз, но Бекир ясно увидел в его глазах печаль. Юноша понял, что Озан, невзирая на все богатство его семьи, одинок и несчастлив, и сейчас Каплан посмотрел на прежнего мучителя совсем с другой стороны.

- Знаешь, я все понял, - задумчиво произнес Бекир. - Ты ведь на самом деле очень хороший и добрый. Только ты не всегда хочешь быть хорошим, правда? И Мелиса, наверное, тоже скрывает от других людей, что она хорошая?

- Ох, Бекир, да ты совсем еще ребенок! - воскликнул Йылмаз, но его взгляд оставался дружелюбным и теплым.

В этот момент раздался звонок в дверь.

- Ребята, а я привезла торт и другие сладости! - сообщила Мелиса Герчек, дочь владельца колледжа и давняя подруга Озана. - Бекир, ты как? Устроился здесь уже?

Девушка тоже смотрела на Каплана приветливо и участливо, и Бекир почувствовал, что ему снова хочется плакать, но уже не из-за потери брата...

- Отлично, Мелиса, ты молодец! - просиял Озан. - Ну, идем ужинать, а с Бекиром все будет в порядке, ты же знаешь, теперь я всегда буду о нем заботиться.

Мелиса лишь слегка кивнула в ответ, зная, что на ее друга можно положиться, если он дает обещание.

Ночью Йылмаз проснулся из-за каких-то странных звуков. Сначала юноша не понял, что происходит, но затем сообразил, что слышит рыдания Бекира из соседней комнаты. Озан сразу же поднялся и отправился к гостю. Присев рядом с Капланом на кровать, он принялся молча гладить его по голове, дожидаясь, пока парень успокоится. Йылмаз понимал, что не может сказать Бекиру ничего утешительного, но вернулся к себе только тогда, когда выплакавшийся одноклассник все же задремал.

Утром Озан снова зашел в комнату товарища. Каплан уже проснулся и вопросительно посмотрел на него.

- Итак, идем в душ, одеваемся, завтракаем и едем в школу, - с улыбкой произнес Озан.

Но Бекир помрачнел.

- Озан, я... не буду больше учиться в этой школе.

- Почему?! - удивился Йылмаз.

- Понимаешь, - вздохнул Бекир. - У меня ведь теперь совсем нет денег, мне надо устроиться на работу и что-то решить с магазином брата, я не могу себе позволить ходить в колледж.

- Не выдумывай! - сердито оборвал его Озан. - Нам до выпуска остается совсем немного, у тебя есть стипендия, я даже могу поговорить с отцом Мелисы о ее повышении. Ты обязательно должен получить аттестат, у тебя же хорошие мозги, и я тебе помогу.

Бекир невольно улыбнулся.

- Подъем, опаздывать нежелательно, ты же знаешь, - и Йылмаз решительно сбросил с Каплана одеяло.

Когда машина Озана оказалась в школьном дворе, одноклассники с удивлением заметили, что на соседнем с водителем сидении расположился Бекир.

- Все будет в порядке, я с тобой, - прошептал Йылмаз, слегка сжав руку своего спутника. Взглянув на него, Каплан почувствовал, что готов, несмотря на все, что случилось в его жизни, встретить новый день.

И оба уверенно вошли вместе в колледж Герчек.