Яма

За окном черные обрывистые скалы. Вот где я хочу жить. Там, где вершины гор касаются облаков, а корни деревьев не в силах ползти выше, чем кромка вечных снегов.

Но я здесь, внизу, у подножий гор, в пышной духоте розовых кустов и лиан, оплетающих любое строение или дерево. Когда-то недалеко от замка, где я вынужден жить, упала небесная звезда, обломок магии. Первыми до ямы дотянулись корни деревьев, они и выпили колдовство.

Те самые деревья, на которые я смотрю сейчас из окна. Лианы, которые их оплели, отсвечивают красным в лучах заходящего солнца.

Местные шаманы научились проращивать в своих телах отростки волшебных деревьев, став первыми магами. Они и выстроили этот замок, дав волю магии корней, позволив деревьям расти везде в замке, где им вздумается.

Они выторговывают детей у крестьян и подвергают их магической операции, которую не каждый может пережить. Растят в них древесную магию и делают своими учениками. Дерево прорастает сквозь тебя медленно, доводя до безумия шёпотом и тягучей болью, которая постепенно становится частью тебя. Если ты выживешь, ты станешь учеником, а затем наставником-магом, мрачным, ядовитым, как гнойник или язва.

А есть еще те, кто убежал в горы, туда, где вершины касаются облаков, а корни деревьев не в силах ползти выше, чем кромка вечных снегов. Они не успели стать учениками и магами, поняв, что испытания не пережить и найдя из замка лазейку. Я тоже пытался бежать, неудачно. Меня вернули и заставили пройти сквозь магию.

Но я больше, чем ученик. Больше, чем даже маг-наставник. Моя магия пошла дальше, чем всё, что умеют мои учителя. Я могу, пробежав мыслью по кронам деревьев, поднять бурю в лесу, могу слышать и видеть сквозь кроны и ветви. Даже сквозь лианы могу ощущать. Это вам не ускорение роста деревьев, не сотворение живых деревянных мечей, не создание ходячих деревьев-леших, чем так знамениты древесные маги. Мой талант гораздо глубже и могущественнее. Его я открыл недавно. О нём я не собираюсь никому говорить. Пока. Но рано или поздно он сослужит мне службу.

А сегодня пришло время сделать то, что я задумал уже давно. О чём я мечтал с тех пор, как понял, что умереть мне не суждено.

Я выхожу во двор замка и обнимаю руками одно из самых старых деревьев, спокойный и задумчивый дуб. Меня не волнует то, что в траве прошуршал маленький древесный корневик, оживший корешок — соглядатай магов-наставников. Он всё равно не поймет, что я собираюсь сделать. Не ему уследить за моими мыслями.

А я сделаю вот что: просочусь сквозь корни деревьев к лачуге своей матери за много миль от замка, прильну веткой дерева к окну. Касание перенесёт меня туда, куда я стремлюсь всей душой, к той, которая приходит ко мне во сне.

Вот ее силуэт в окне, ветка дерева легла на стекло. Ни с чем не спутать её медовые волосы, её улыбку. Её голос такой же как в моем детстве — бархатный и низкий, растворяющий тревоги и отчаяние. Сколько лет я её не видел?

Она с кем-то говорит. Этот кто-то стоит перед ней, сложив на груди руки, властный и самодовольный. Неужто мой бывший маг-наставник?

— За младшего сына получишь много больше, чем за старшего. Талантливые они у тебя.

Эти слова заставляют всё в моей душе перевернуться.

Гони его в шею, мать. Никакая магия не нужна после того, что они делают с нами. Я простил тебя тогда, когда ты продала меня, ведь у тебя был младенец на руках. Я не прощу тебя теперь.

Мать говорит очень тихо, почти шепотом. Маг поворачивается ко мне лицом, я вижу довольную улыбку у него на губах и понимаю, что именно ответила мать.

Вокруг лачуги вздрагивает земля, раздираемая корнями деревьев. Неужели это потому, что я ногтями раздираю воротник рубашки? Неужели это пальцы превратились в корни и готовы растерзать дом матери за много миль отсюда?

Маленький корневик змейкой заползает на ствол дуба и впивается в меня своими глазками, пытаясь понять, что со мной происходит. Нет, зверушка, ни ты, ни твои хозяева, которые следят за учениками, не проникнут в мои мысли.

И все-таки присутствие соглядатая сделало своё дело. Заставляю руки разжаться. Так и вправду не годится. Убийцей я не стану. По крайней мере, не сейчас. Тем более, убийцей собственной матери. Да и знает ли она, что такое магическое испытание? Народ вообще мало что знает. Дать ребенку возможность стать магом и вырваться из нищеты многим кажется чуть ли не удачей.

Пусть земля успокоится, оставив лачугу в покое. Пусть маг уедет, не заподозрив о моем тайном присутствии.

Разочарованный корневик снова уползает в траву и зарывается в землю.

Я иду в свою комнату, запираю за собой дверь, ложусь в постель. Сейчас мне нужно уснуть, а проснуться на рассвете. Тогда-то и случиться то, что потребует от меня напряжения всех сил. Завтра. Я уже знаю, что сделаю завтра.

Последнее, что я вижу перед тем, как провалиться в сон, — рассвет завтрашнего дня. Он будет ранним, бодряще-холодным, пронзительно-ясным.

Завтра, лишь только я проснусь, я выйду во двор и обниму то же дерево, что обнимал сегодня, а за много миль отсюда шевельнётся у дома моей матери дикая лоза. Как змея, она поднимется над землей и оглядится. Я тоже осмотрюсь вместе с ней, потому что мне не нужны чужие глаза и уши, ни в замковом дворе, ни около материнской лачуги.

Потом лоза найдёт щель под порогом и начнет свой путь внутрь дома, под полом, сначала на кухню, потом в комнату.

До того, как в дверь дома постучатся слуги мага-наставника, чтобы забрать брата в замок на обучение, лоза проберется под полом к тому углу, где спит мальчик. Она протолкнет себя между гнилыми половицами и осторожно тронет его за руку. Тут настанет момент испробовать самую сложную часть моей тайной магии. Лоза должна заставить брата выйти из дома молча, украдкой, так, чтобы мать не заметила его ухода. Внушение на огромном расстоянии, но у меня должно получиться.

Когда мальчик выйдет из дома, травы лягут у него под ногами тропой, а ветви обозначат путь через лес. Он пойдет мшистыми дорожками, теми, которые обойдут колдовской замок и подведут его к подножию гор.

Горы уходят ввысь ступенями. Сначала идет часть, покрытая буйной зеленью, потом та, на которой корчатся от ветра кусты, дальше — мшистые скалы, голые камни и оползни между ними. Когда он ступит ногой на чистые камни, моя власть кончится, ведь на черных вольных камнях нет кровеносных сосудов для моей магии. Тогда мальчик остановится, оглядится и не захочет идти дальше.

Он вспомнит о матери, о лесе, о том странном сне, который снился ему под утро. О сне, который привел его в горы. Он бросится вниз, потому что горный мир — это совсем не его. К тому же, где-то у самых вершин гор есть пещеры, в которых затаились повстанцы. Страшные, дикие, ими пугают мальчишек, потому что они покушаются на тот мир, в котором правит магия, на знакомый мир, на мир, к которому приспособились их родители.

Мальчик бросится вниз, очнувшись от волшебных чар, вспомнив, что в горах он ничего не забыл. Что у него есть способности, что его ждет обучение магии. Что мама сказала, каким великим магом он станет.

Но, еще не дойдя до подножья, он остановится как вкопанный. Он увидит странную фигуру, которая будет стоять у него на пути, опустив голову, словно не замечая его. Это тот, кто уже больше не человек. Странное существо с проросшими сквозь тело ветвями.

Мальчик никогда не видел магов без накинутых на тело плащей с капюшонами. Он никогда не видел, как шевелятся проросшие сквозь тело ветви, оплетенные человеческими венами.

Мальчик никогда не видел своего старшего брата, никогда не смог бы узнать его. Но, если я правильно думаю о тебе и твоей душе, мой младший брат, ты поймешь, что такое древесная магия. Ты не сможешь не испугаться, как испугался когда-то я.

А я притворюсь, что не видел тебя и того, как ты снова стремительно бросился в горы.

Ты будешь бежать без оглядки, но теперь уже понимая, от чего ты бежишь. Последние сомнения отпустят тебя тогда, когда ты поговоришь с повстанцами, и они расскажут тебе все, что знают. Вот тогда ты вспомнишь о своем брате.

Я верю, что мы еще встретимся. Тогда, когда повстанцы будут готовы спуститься с гор и сразиться с магией. А я буду ждать вас внизу.

Но это потом. А пока я просто подниму тебе вслед руку, прощаясь. Не важно, что ты этого не увидишь.

Иди вверх, парень. Подальше от этой ямы. Не оглядывайся.