Япония внутри

Только их крики слышны…

Белые цапли невидимы

Утром на свежем снегу.

Тиё

Белая взвесь тумана

Скрыла дорогу. Земля,

Озеро, лес и поляна

пропали. За ними поля

Канав оросительных раны

И старицы узких рек

Скрыли от глаз… Рано

выпал той осенью снег.

********

Женщина потянулась

гибким ленивым телом.

Женщина улыбнулась.

В комнате всё было белым.

Женщина медленно встала

С белой кровати широкой.

Женщина поцеловала

Спящего в твёрдую щёку.

********

Томилось в бутылке вино.

В тарелках огрызки пиццы

дубели.

Белело окно.

Часы показали шесть тридцать.

Чёрного чая огонь

Сквозь белую стенку кружки

перетекал в ладонь,

а на фарфоровой дужке,

под пальцем,

темнел логотип –

тонкая белая птица.

Раннее утро. Шесть тридцать.

Парковка. Гостиница. Джип.

Странен был этот рассвет,

Бледный и седовласый.

Она завернулась в плед

И, дверь отворив,

на террасу

вышла.

Ползли облака

Куда-то за линию корта:

Вчера там темнела река,

Сегодня река была стёрта –

Как прежняя жизнь

(перемены

творились не только в погоде);

Так прошлой жизни на смену

Новая жизнь приходит.

Хотелось бы знать, какой

Будет она...

Непонятно...

Она провела рукой

По ткани, где тёмные пятна

От чая, не встретив помех

(она пролила пару капель),

вширь расплывались. И смех

белых невидимых цапель,

донесшийся до неё,

ей вдруг показался кстати.

Наверно, не каждый читатель

Сможет понять её.

Подобно невидимой птице,

Она начинала с нуля.

На ждущие слова страницы

Были похожи поля.

********

Вернувшись, она в ожидании

Села на табурет.

Он спал.

И его дыхание,

Возможно, таило ответ

На все абсолютно вопросы.

Она посмотрела в окно.

И, будучи женщиной взрослой,

Решила, что ей всё равно.