Яркая звезда в ночном небе

13:33. Смотрите, бодрствуйте, молитесь, ибо не
знаете, когда наступит это время.

(Евангелие от Марка)

И когда ты увидишь в ночном небе новую яркую звезду,

то не радуйся, но возопи в сердце своём.

ибо это значит, что миру твоему пришел конец.

(Второе Откровение)

Пролог

Редкие полупрозрачные облака, даже не скрывавшие звёзд, лишь подчеркивали прозрачность ночного неба. С заходом солнца, который в этих местах происходит очень быстро, на небосклоне засияли мириады маленьких точек, будто все светлячки мира разом поднялись в небо, да так там и остались. Через весь небосвод, от горизонта до горизонта, протянулся, мерцая, Великий Небесный Пояс. А на востоке к тому же появилась Туманность Оссияра, своим цветом напоминающая сиреневые одноименные цветы. И хотя у других народов Колец туманность именовалась по-другому, О`ти она напоминала именно цветы оссияра, и своим цветом и своей формой. Поля этих цветов росли в ее родном пятом поясе, и она часто бегала в детстве собирать их и любоваться ими. Когда-то их использовали в медицине, а сладкие сочные корни – в пищевой промышленности.

Но сейчас следить за большими полями и убирать урожай, было некому. Людям хватало малого. Они постепенно уходили во внутренние пояса Колец, а оссияр дичал и захватывал все новые и новые пространства. Буквально месяц назад группе, к которой присоединилась и О`ти, пришлось идти по полям шестого пояса, которые от горизонта до горизонта превратились в сплошной ковер из фиолетовых цветов разного оттенка. Где-то более красных, где-то более синих. Люди словно шли по пояс в колышущемся море, в котором волны состояли из неисчислимого числа цветов, а ветер разносил их тонкий, но навязчивый аромат, от которого иногда начинала кружиться голова.

И никого. И ничего. Лишь только отливающие бирюзой многочисленные стрекотухи то и дело перелетали с одного бутона на другой в поиске нектара, но делали это как-то лениво, как будто даже они давно пресытились им.

Да, когда-то люди стремились вовне, строя все новые и новые пояса, составляющие огромные Кольца. По крайне мере, так писали в книгах. Но на памяти О`ти всё было наоборот, люди уходили в сторону центрального пояса, оставляя свои дома и поля, которые очень быстро захватывала природа. Природа не терпит пустоты, и там, откуда уходит человек, очень быстро вырастают деревья, превращая некогда ухоженную и упорядоченную местность в непроходимую чащу или саванну, превращавшиеся в охотничьи угодья для хищников и укрытия для их жертв.

В один из дней их путешествия они посреди моря цветов наткнулись на заброшенное здание из желтого кирпича, потемневшего от времени. Кое-где вокруг, то тут, то там росли огромные деревья с большими в ладонь полосатыми листьями. Можно было даже разглядеть в них некоторый порядок, видимо, здесь когда-то давно были сады и аллеи. Интересно, эти деревья застали людей, которые жили в этом доме или выросли уже потом, не зная, как выглядит человек?

И что это было за здание? Усадьба? Ферма? Оно было подобно одинокому острову посреди моря, с накатывающими на него волнами цветов оссияра. Почти у самого горизонта виднелся еще один подобный островок. Очередное жилище, оставленное людьми много десятков лет назад. А может быть и веков.

Устоявшие колонны несли на себе письмена, но никто из спутников О`ти не знал языка, которым они были написаны. Даже сами знаки были им незнакомы. На стенах, под плотным покрывалом бордового плюща виднелись потрескавшиеся и осыпавшиеся фрески, изображавшие события, незнакомые ни ей, ни кому-либо еще из её группы.

О`ти заворожённо рассматривала изображения. Некоторые люди на фресках были похожи на тех, которых привыкла видеть сама О`ти, то есть на нее саму и ее спутников. Такая же светлая кожа, темно-желтые глаза, по четыре пальца на руках и ногах. Другие выглядели совсем иначе: у одних темная кожа, гораздо темнее, чем у О`ти, у других более светлая, но ее оттенок… Она никогда раньше не видела такой кожи. Больше всего ее оттенок напоминал молодые плоды апайа, такие же бледно-бежевые, а когда созревают, становятся темными, как кожа у других людей с фресок.

Кто-то из спутников сказал, что это мифические существа. Демоны. Или ангелы. Или еще какие-нибудь сказочные сущности. В любом случае никто из ныне живущих не видел подобных существ, и не слышал, чтобы кто-то другой с ними встречался. Древние любили мифы и сказки. Не стоит воспринимать, все, что здесь изображено буквально. Мол, на фресках изображена борьба людей с их внутренними демонами.

О`ти, спорить не стала, однако усомнилась в услышанном. Во всяком случае, на фресках не было изображено никакой борьбы. Скорее наоборот – изображенные люди приносили друг другу дары, вместе строили и праздновали свои, ведомые лишь им одним, праздники. Да и не были они похожи на демонов. Такие же люди, как и она, просто немного другие. Пять пальцев. Пять! Заметно короче, чем у неё и чем у других людей с нормальным цветом кожи, изображённых на фресках. Как можно вообще управляться с пятью пальцами? Она ещё раз повертела своей кистью перед глазами, разглядывая, будто пытаясь найти потерянный пятый палец. Забавно, подумала она.

Волосы тоже привлекли ее внимание. И у людей и у других, у тех, что имели другой цвет кожи, были странные прически, таких сейчас не делают. Еще и цвет был странный. У большинства спутников О`ти и у нее самой волосы были платиново-белыми с небольшими вариациями оттенка, и только у двух из их группы – иссиня-черные. Но они были из другого народа, который, хоть и жил в том же поясе, что ее род, но находился далеко на западе. В остальном они ничем не отличались ни от нее, ни от других. Разве что говорили забавно, но это и понятно, Общий язык они учили уже, будучи взрослыми.

У других же изображений цвет волос походил, скорее, на цвет приправы камис, такие же коричневые. У других наоборот – желтые как плоды аламта. Впрочем, что значит цвет волос? Это сейчас принят естественный цвет, а раньше, говорят, любили краситься в самые яркие цвета. Особо рьяные священники, вон, до сих пор выкрашивают свою шевелюру в ярко-красный цвет, из-за чего периодически вызывают насмешки в народе. А если они начинают грозить божественными карами за неуважение, то люди смеются лишь больше, а шутки в адрес жрецов становятся всё острее.

Она вышла наружу и под ногами почувствовала не привычную упругость земли, а твердость камня. Наклонившись, она рассмотрела каменные плиты, выложенные рядами и тщательно подогнанные друг к другу. Вот только сейчас между плит из стыков пробивались пучки травы, а сами камни отчасти были покрыты тонким слоем синего мха и раскрошились по краям и углам. Она проследила взглядом – дорога уходила на юг, теряясь в море цветов оссияра. Туда же, на юг, шли и они.

Они были не многими из тех, кто решился нарушить древнее табу и в поисках новой жизни отправится не в центр поясов, а направить свои шаги от него вовне. Построить новое поселение, а затем и новое общество – вот была их цель. Они не хотели быть среди тех, кто наоборот стремился к Центру. Да, чем ближе к нему, тем более развитой была цивилизация. Города, освещение, образование. Но… в последние годы у людей все больше складывалось ощущение, что путь в Центр – путь в никуда. Мир сузился сначала, до шестого пояса, потом до пятого, потом… что ждет людей в будущем? Такое ощущение, что цивилизация истончалась и постепенно исчезала, в бесплодных попытках сохранить себя, сжавшись до размеров Центра. А дальше что – точка? Коллапс? Пустота?

Высокие жрецы не уставали постоянно напоминать о существующем табу, но их, по большому счету, никто уже давно не слушал. Табу превратилось в пустую традицию, за которой не стояло ничего реального.

Да и кто их слушает, этих священников, жрецов и прочих служителей культа? А еще есть множество сект и течений, которые периодически то тут, то там начинают возвещать о скором конце времен, что Небо упадет на головы людей, что Великий Небесный Пояс рухнет и все сгорят в адском пламени (или божественном - они сами не могут разобраться, в каком именно).

Центр наиболее развит, наиболее заселен, люди там мыслят гораздо более прогрессивно, что видно по немногочисленным гостям оттуда, или тем, кто решил уйти на периферию поясов и даже дальше. Ни жрецы, ни Церковь, не имеет там никакого веса. Там это всего лишь сохранившаяся структура, дань традициям, не более. Впрочем, как и многие жители других поясов О`ти никогда не была в Центре, а теперь, наверное, уже никогда и не будет.

Здесь в окраинных поясах к жрецам тоже относятся без особого пиетета, но старшие поколения всё ещё шикают на молодёжь, когда те отпускают острые шуточки в адрес красноволосых. Да и надо же кому-то провожать людей в последний путь.

Почему нельзя покидать пределы пояса? Никто толком не мог ответить на эти вопросы. Священники твердили, что нарушивших табу похитят призраки, и их будут пытать демоны, но кто-нибудь когда-нибудь видел этих демонов? А призраков?

Нет, никто и никогда их не видел. Разве что на картинках в книгах, да в этнографических музеях. Более того, как знала О`ти в далекие времена жители разных поясов не могли их покидать, не моги по своему желанию просто взять и переехать туда, куда бы им захотелось. Все должны были жить в своём поясе. Не мог мужчина из одного пояса взять в жёны женщину из другого. А все встречи и торговые обмены происходили исключительно на стенах, которые охранялись особым орденом. И только жители Центра могли спокойно перемещаться туда, куда им вздумается, как и выбирать в супруги, кого захотят.

В детстве, глядя на то, как очередная группа путников проходила через их селение, О`ти спросила отца:

- Почему они уходят? Почему не живут в своих поясах?

- Потому что хотят найти себя, - пожал тогда плечами отец. Даже если он и задумывался об этом, он не хотел это вываливать на малолетнюю дочь.

А теперь вот и она решила уйти.

Теперь все не так. Жители Центра все реже и реже посещают внешние пояса, если только по большой необходимости. За всю свою жизнь О`ти только однажды встречала гостя из Центра. Ничем особым он, правда, не отличался от ее соплеменников и соседей. Разве что одет был несколько иначе. Сегодня народ всё больше стремится в Центр, что вообще казалось невообразимым в старину, и их там легко принимают и даже призывают переезжать. А в последние годы так и того, жители срединных поясов иногда собираются в небольшие группы и уходят за внешний радиус. Правда, потом мало кто слышал о том, что сталось с ушедшими вовне. Покопавшись в памяти, О`ти не смогла вспомнить ни одного события в жизни, связанного с теми, кто ушел за внешние пояса. Люди просто уходили, и больше о них никто ничего не слышал.

Правда, некоторое время назад, она слышала истории об огнях в небе, и о пропавших без вести людях, о которых судачили на рынке. Но разве нельзя этому найти рациональное объяснение? Конечно, можно! Огни в небе – метеоры, пропавшие люди – жертвы своей неосторожности (могли упасть в какую-нибудь яму или, например, заброшенный колодец), хищников, или таких же людей, как и они сами (никто еще не отменял возможности того, что один человек мог убить другого, а тело спрятать).

И вот они, наконец, достигли внешней стены седьмого пояса. Прошло уже более полугода, как О`ти покинула свой дом, попрощавшись с родными. Сначала они могли даже ехать, потом смогли нанять вьючных животных, но хозяин отказался их продавать и был не готов идти с группой дальше, поэтому они взгромоздили весь свой скарб на свои собственные спины и продолжили свое путешествие пешком.

Если ранее, они проходили стены поясов через старые, но все же действующие проходы, то здесь придется подниматься на стену с одной стороны, чтобы спуститься с другой. О существовании каких-либо пригодных проходов не было известно. Кое-где, как знала О`ти стена под действием времени и природы обвалилась, но от этого она не стала менее непроходимой.

Стена была уже давно необитаема, во многих местах она осыпалась, превратившись в непроходимые руины, издали напоминая скалы, поросшие лесом. То там, то здесь, за густым покровом лиан виднелись остатки некогда великой цивилизации в виде барельефов и скульптур, зачастую потрескавшихся от времени и осадков. Некому было следить за их сохранностью и вовремя очищать от прорастающих корней деревьев, которые, хоть и уступают по прочности камню, но на их стороне время.

Что это была за цивилизация, которая построила стены Поясов? И зачем вообще были построены Великие Стены? Для защиты от кого требовалось такое грандиозное сооружение? На памяти О`ти не было крупных войн, а те, что случались, были очень и очень далеко от её родного посёлка, да и масштабом это были даже не войны, а так, стычки местного масштаба по пустяковому поводу. Она еще со школы знала, что стены построил народ, который был предком для большинства народов Поясов. Правда то или нет, она не знала. Многие знания канули в небытие, проверить их было не возможно.

Она поднималась по старым сколотым ступеням, переходила по полуразвалившимся галереям, затянутым лианами, среди которых прыгали зверьки, которых она раньше никогда не видела. Последние только и делали, что топорщили разноцветные щетинки, чирикали, и тут же скрывались в зарослях.

Кое-где на стенах галерей и переходов она замечала остатки некогда ярких фресок, изображавших людей, как тех, что совсем недавно ей приходилось видеть на развалинах виллы. Странные люди, не похожие на нее, и наоборот, люди внешне такие же, как она и ее спутники. На многих фресках изображения были выполнены в забавном, как ей показалось, стиле: лица были всегда повернуты в профиль, а тело – в фас.

Сколько еще пройдет лет, чтобы Стены окончательно осыпались, превратившись в обычные горы, поросшие кустарником и деревьями? Никто этого не знает. О`ти поймала себя на мысли, что ничего не знает о реальном возрасте Стен и о том, кто их создал. Люди? Может быть. Если судить по фрескам и разбитым статуям, то да, это были люди. Но вдруг, люди всего лишь расписали эти стены и установили статуи, когда Великие Кольца уже существовали? Да, и такое могло быть. В школе ее учили, что Великие Кольца были созданы некими Древними, предками современных людей, но насколько это точно, никто подтвердить не мог, просто не хватало знаний.

Сколько времени ушло на подъем, она не засекала, но очень много. Солнце уже успело почти закатиться за горизонт, когда она оказалась на самом верху стены. Но когда она, наконец, задыхаясь, переступила последнюю выщербленную ступень, из трещин которой пробивалась трава, то внизу, где располагался лагерь, была уже ночь, а здесь еще можно было застать последние лучи заходящего светила.

Внизу, среди сплетенных ветвей деревьев и густой листвы, были видны огни их лагеря. Друзья отговаривали ее от самостоятельного подъема на стену, и предлагали дождаться утра, чтобы двинуться всем вместе, но она не могла устоять от желания поскорее оказаться на самой высоте. В итоге, сошлись на том, что они встретятся завтра наверху, она должна была их дождаться.

Она чувствовала усталость от подъема, ноги гудели, а руки покрылись ссадинами от многочисленных лиан и веток, которые ей приходилось разрубать большим ножом, чтобы пройти галереи.

Перед подъёмом О`ти оставила своим спутникам ориентиры, чтобы те могли легко ее найти завтра, когда сами станут подниматься на стену. Она достала нож и сделала очередную насечку на кривом стволе дерева, которое пробилось у самого выхода наверх прямо сквозь каменные блоки, из которых была сложена стена.

Она огляделась. В лучах заходящего солнца она увидела подходящее для ночлега место. Прямо под покосившейся, но выглядящей надежной плитой, полностью покрытой старинными барельефами. Рисунки от времени и ветра сильно пострадали, но были всё еще различимы.

Наломав сухих веток, О`ти развела небольшой костер и принялась разогревать легкий ужин. В помятом и порядком закопчённом котелке неспешно закипала вода. Надо бы при случае его почистить. Да, как только их группа дойдёт до цели их путешествия, где бы она ни была, и если их группа опять не распадётся, как это случилось пару недель назад. А то и доходить будет некому.

Но она же не пропадёт просто так? Не исчезнет? Как такое вообще может быть? Она улыбнулась, и тут же посерьёзнела: ведь назад никто и никогда не возвращался.

Она потянулась к рюкзаку, вытащила из кармана тряпичный кисет и бросила пару щепоток из него в закипевшую воду. Вокруг стал распространяться приятный цветочный аромат чая.

Устроившись на расстеленном шерстяном коврике и облокотившись на стену с барельефами, изображавшие неизвестные ей события далёкого прошлого, О`ти стала любоваться набирающими яркость звездами. Воздух стал заметно прохладнее, и она накинула на плечи лёгкий, но довольно тёплый плед. Стало уютно и приятно. Никакой опасности. Только она, Стена и звёзды.

Интересно, может быть, она не просто так оторвалась от основной группы и решила первой подняться на стену? О`ти погрузилась в размышления, откинувшись на затянутый растительностью валун, предварительно положив под поясницу рюкзак. Валун когда-то был точно постаментом для статуи, если судить по оставшимся обломкам ступней. О`ти повертела головой: а вот и сама статуя, точнее то, что от неё осталось – разные по размеру обломки были покрыты вьюнами, из сплетения которых торчала каменная рука, указующим перстом направленная в небо.

Стена, как и многие другие заброшенные строения в седьмом поясе, остались наедине с природой, которая тут же предъявила на них свои права.

Древние виллы и храмы, целые города скрылись под ковром лесов и покрывалом прерий, превратившись в холмы и горы, а там где была степь, они медленно разрушались, под палящим солнцем продуваемые ветрами со всех сторон. Пройдет не так много по историческим меркам времени, и эти места полностью забудут о существовании здесь человека, а напомнить будет некому.

Цивилизация на планете угасала, пожалуй именно такое впечатление складывалось у О`ти. Может быть, она ошибалась, кто знает. В центральных кольцах всё выглядело ещё как прежде, но здесь на вершине Великой Стены, являвшейся внешним рубежом известной ей цивилизации, масштаб угасания был очевиден как никогда. И возможность её возрождения находилась под большим вопросом.

Скорее уж кто-то поставил многоточие в конце книги, завершив её написание.

Движение переселенцев, которые группами – одна больше, другая меньше – отправлялись на юг континента, и к которому присоединилась О`ти, появилось задолго до её рождения. Никто уже не помнит, когда ушли первые поселенцы, сколько их было, и почему они решили сорваться с насиженных мест и отправиться в путь. Просто люди внезапно осознали, что их родные и близкие собираются в путешествие навстречу неизведанному, когда это уже стало повсеместным явлением.

Но было и то, что не переставало волновать О`ти, то, о чём предпочитали не говорить, а если кто-то вдруг поднимал эту тему, то от её обсуждения старались уйти. Она сама была пару раз свидетелем таких бесед, случившихся на очередном привале.

Никто из тех, кто ушёл, ещё не вернулся обратно, чтобы рассказать, какого оно на новом месте. Почему люди бояться обсуждать этот вопрос? Что это, некий вид религиозного страха, суеверие, очередное никому не нужное и непонятное табу? О`ти опять обратила взор на ночное небо.

Вот зажглась одна звезда, другая, третья… Они складывались в созвездия. Созвездия неспешно проявлялись на небосводе, что менял свой цвет от синего до иссиня-чёрного. Вот великие кольца стали переливаться подобно морозному инею. О`ти никогда не видела иней вживую, лишь на старых видео, снятых в северных районах, но запомнила как он выглядит. Она вообще отличалась любознательностью на протяжении всего обучения в школе и всегда была на хорошем счету у преподавателей. Ей нравилось всё необычное, и она не понимала, почему другие не проявляют такого же любопытства. Собственно, именно любопытство сподвигло её присоединиться к очередной группе соплеменников, решивших отправиться на юг за великие стены, чтобы найти новое место для себя в этом мире. Хотя она и не была уверена в конечной цели их путешествия. Она неоднократно ловила себя на мысли, что они идут на юг не столько по собственной воле, сколько их подталкивает что-то бессознательное, некий инстинкт, который она никак не могла сформулировать для себя. Из разговоров с другими она сделала вывод, что за явной целью – основать новое поселение – стоит что-то ещё, что почему-то никто не может выразить это словами.

Небо, теме временем, окончательно приобрело свойственною ему ночную глубину, по которой были рассыпаны мириады мерцающих звёзд, которые формировали знакомые ей с детства созвездия. А вот вспыхнула пурпуром и туманность Оссияра. В этих широтах она была ещё ярче, чем у неё дома.

О`ти вздохнула. Она вспомнила дом. И родителей. И сестру. Она оставила их там, далеко-далеко отсюда. Иногда она начинала сомневаться, стоило ли уходить. И каждый раз понимала, что она не могла не уйти. Как и многие другие. Когда она прощалась с родителями и сестрой, она не заметила какой-то особой грусти в их глазах и словах. Скорее, они воспринимали это как нечто неизбежное. Родители уже никуда не уйдут, а вот сестра… Она уйдёт из городка, безусловно. Вопрос лишь в том, куда: так же как и О`ти за пределы великих стен на юг, или переселится в ближе к центральным кольцам, там где цивилизация еще дышит полной грудью.

Природа вокруг наполнялась шорохами, всхлипами и свистами обитателей, что населяли руины и которые активизировались с наступлением ночи. Звёзды на небе вскоре дополнились тысячами уже самыми настоящими живыми искорками светлячков, вылетевших из своих дневных укрытий на поиски пропитания и пары, не в силах сопротивляться инстинкту продолжения рода.

Она продолжала смотреть на чёрную бездну неба испещрённую бесчисленными звёздами, как вдруг её внимание привлекла одна из них, точнее её внезапное появление среди других, казалось бы таких же звёзд.

Не то, чтобы остальные были тусклыми или сияли как-то не так, все они были достаточно яркими – сказывалась близость к большому скоплению звёзд и кристально-прозрачное небо – но этой звезды не было буквально еще пять минут назад. Да и заметила её О`ти буквально краем глаза. Сиди она лицом в другую сторону, то новый небесный объект вряд ли привлёк бы её внимание. Хотя… она присмотрелась. Да! Звезда двигалась по небосклону. Движение было еле заметным, но всё же его можно было уловить.

«Какая яркая!» - подумала О`ти. А может быть это не звезда, а метеор? Да нет, она отбросила эту мысль. Метеоры так не летают. Они на огромной скорости влетают в атмосферу и сгорают, подобно росчерку молнии, оставляя яркий след, который потом еще несколько минут удерживается на сетчатке глаза. А тут совсем не так. Тут звезда (однако, О`ти уже понимала, что это никакая не звезда, просто так было называть объект привычнее) двигалась по небу с постоянной скоростью. Интересно, её спутники, что остались у подножия стены в долине тоже видят её? В своём путешествии им пару раз приходилось ориентироваться по звёздам, а, значит, кто-то да мог обратить свой взор в ночное небо. Такой яркий и движущийся объект наверняка привлечёт внимание любого, в чьём поле зрения окажется.

Еще до того, как они отправились в путь, она слышала, как кто-то на рынке рассказывал, что видел звезду, которая пролетела по ночному небу с юга на север, и что никогда такого раньше не было. Кто-то попробовал поспорить, что это был обычный метеор, которые ночью не редкость, учитывая Большой Небесный Пояс, из которого они и выпадают, но свидетель не унимался. Он утверждал, что прекрасно знает, что такое метеор, как он выглядит, и что он сгорает в небе яркой вспышкой. Здесь же звезда двигалась по небосклону четко с юга на север.

Тут же нашелся еще один свидетель «чуда» и стал утверждать, что та звезда уже не первый раз появляется в небе, а иногда так и вовсе меняла направления своего движения, что метеоры, как известно, делать не умеют, ибо являются обычными камнями.

Другой торговец в городе рассказывал, что видел, как ночью в небе вспыхнула новая звезда, которой раньше не было в той части неба. Правда, особо ему никто не поверил, так как звезда как вспыхнула, так и погасла. Да и мало ли что могло кому-то привидеться, особенно после пары бутылок крепкой настойки.

Да и истории о пропавших людях вполне могли оказаться обычной городской легендой. Люди пропадают каждый день, просто не всегда их находят. Но это не значит, что это связано с какой-то магией и потусторонними силами, или, да простят боги, с пришельцами из иных миров. Как бы то ни было, ни следующей ночью, ни потом никто звезду уже не видел. Интересно, эти события – яркая звезда, пропавшие люди – как-то связаны между собой, подумала О`ти. Чего только не наслушаешься, посещая рынок.

И вот она собственными глазами видит, как в ночном небе загорается яркая звезда. Как она движется по небосклону, а теперь от нее отделяется звёздочка поменьше и, обрисовав дугу, начинает двигаться в перпендикулярном направлении. Куда же она движется? О`ти вдруг осознала, что вторая звезда увеличилась в размере и уже почти сравнялась по яркости с той, от которой отделилась. Стало понятно, что это далеко не звезда, и даже не метеор, и что оно, что бы это ни было, приближается. О`ти ощутила, как в груди всё сжалось и похолодело. Первая звезда удалялась дальше, всё так же двигаясь по прямой, в то время, как вторая звезда продолжала увеличиваться в размерах, а потом внезапно просто исчезла, как будто её и не было. Огонёк погас и пропал.

Может быть всё-таки метеор? Мало ли какие они бывают, подумала она и завернулась в плед, широты хоть и тёплые, но ночью всё равно заметно холодало по сравнению днём. А может быть её зазнобило от увиденного. Какое странное чувство, когда сталкиваешься с чем-то непонятным и неведомым.

Так прошло ещё некоторое время. Она периодически посматривала на небо, но больше не видела ничего необычного: всё те же звёзды, всё та же пурпурная туманность Оссияра. Всё тот же Небесный пояс. А может ей вообще всё это привиделось, мелькнула мысль. Просто переволновалась от перенесённого пути, она ещё никогда не заходила так далеко.

Глаза откровенно начинали слипаться, а голова то и дело кивала, и, пожалуй, стоило готовиться ко сну.

За всё время пути она и её спутники ни разу не встретили какого-либо крупного хищника, который мог бы реально угрожать человеку, но О`ти всё равно решила подстраховаться, подбросив в костёр собранного среди руин хвороста и натянув по контуру леску с примитивной сигнализацией в виде бьющихся дуг о друга кружки и ложки – опасного зверья здесь водиться вроде не должно, но бережёного боги берегут, вспомнила она присказку, которую много раз слышала от своих бабушек.

Она подошла к краю стены, чтобы перед сном взглянуть на лагерь своих спутников с высоты Великой Стены.

И то, что она увидела, вмиг прогнало любые зачатки сонливости из её организма. В отсветах горящего костра хаотично метались тени людей, как будто пытались от кого-то отбиться.

Потом темноту прорезали яркие, но маленькие из-за большого расстояния вспышки, и вскоре до неё донёсся характерный звук – выстрелы! Неужели у кого-то в походе было огнестрельное оружие? Она об этом не знала, хотя, если честно, и не сильно интересовалась этим вопросом. Но даже, если кто-то взял в поход огнестрельное оружие, то, что заставило его применить? А вдруг стреляли вовсе не её спутники?!

Она вгляделась с высоты в то, что происходило в низу, но ничего кроме хаотично мельтешащих огней фонариков и огня горящих факелов не увидела, было уже достаточно темно. Потом огни, как электрические, так и факелы стали гаснуть один за другим, пока не тьма окончательно их не поглотила. Острым зрением О`ти могла лишь рассмотреть отблески догорающего костра разбросанных вокруг углей.

В животе как-то сразу стало пусто, а по спине пробежал неприятный холодок. Что там случилось в низу? А если бы она не поднялась на стену первой, с ней бы случилось то же, что и с остальными? И что ей теперь делать? Нет, спускаться она сейчас точно не будет, хотя именно это было первым её желанием. Надо дождаться рассвета. Иначе можно элементарно сломать себе шею, оступившись на одной из многочисленных ступенек, или зацепившись за вездесущие лианы и корни.

Что бы там внизу не произошло, нельзя терять голову, необходимо хорошо обдумать все свои последующие шаги. Тем временем, в сознании вспыхнула искра страха: а вдруг она осталась одна? Да, многие думали и даже обсуждали, что случиться может всякое, но, пожалуй, никто в реальности не допускал подобного исхода событий.

Она попыталась взять себя в руки и погасить накатывающуюся валом панику. Тело стало колотить крупной дрожью.

Тихо, тихо. Спокойно. Вот так. Глубокий вдох. Дрожь постепенно стала уходить. В похолодевшие руки и ноги возвращается тепло.

Вдруг, за спиной послышался шорох, и отступившая было дрожь, вернулась с новой силой. И ещё какой-то странный, не природный звук, словно что-то вибрировало. И от этого стало ещё страшнее. Если бы это был свист или даже рык какого-нибудь хищника, пусть они и не рассчитывали их встретить на своём пути, было бы не так страшно. Животное – известная опасность, а что сейчас находится позади её, можно только догадываться. Нет больше страха, чем страх неизвестности.

И чтобы развеять эту неизвестность, она стала медленно оборачиваться, чтобы увидеть источник странного еле слышного жужжания, по-другому она этот звук назвать не могла. Она боялась обернуться, но она должна была это сделать.

И когда она это сделала, волна страха, зародившаяся где-то в груди, ударила в голову, адреналин хлынул в кровь и мозг отдал приказ мышцам бежать, бежать как можно быстрее и как можно дальше отсюда, не обращая внимания на камни, корни и лианы. Но ноги отказывались подчиниться сигналам, поступающим из мозга, какими бы сильными они не были.

О`ти поняла, что не может пошевелиться. Она была полностью скованна невидимыми путами. Или это страх парализовал её? Никогда она ещё так не боялась. Даже пальцы отказывались ей повиноваться, и только глаза еле-еле могли двигаться в глазницах.

Нечто приблизилось к ней. Нечто не имело лица, лишь поверхность, в которой отражались звезды и окружающие руины, опутанные лианами. Нечто было чёрным демоном с головой, руками и ногами. И этот демон медленно приближался к ней. А она никак не могла пошевелиться, застыв подобно статуе. Хотелось кричать, но всё, что смогло вырваться из её горла, - сиплый свист, как в самом жутком ночном кошмаре.

Демон приблизился к ней вплотную. Демон, в которого она так опрометчиво не верила, и даже посмеивалась над своими спутниками. Он приблизился настолько, что будь это любой другой человек, то она почувствовала бы его дыхание. Увидела бы узор радужки его глаз. Но демон не имел дыхания. Он не имел глаз. Лишь гладкую отражающую поверхность там, где должно было быть лицо. Но в этой гладкой поверхности отражалось лишь её искажённое лицо с глазами, полными первобытного страха.

Её собственное перекошенное от ужаса лицо взирало на неё. Казалось, демон наслаждался страхом источаемым ей.

А вдруг это и в самом деле всего лишь ночной кошмар? Внезапная мысль дарила надежду на скорое облегчение. Надо всего лишь заставить себя проснуться.

О`ти хотела проснуться, но не могла. Если это и был кошмар, то невообразимо реалистичный. И чем больше О`ти пыталась проснуться, тем больше понимала, что это – не сон.

Она не спала, а значит и не могла проснуться, каким бы жутким не было сновидение. Разум О`ти был под угрозой. Невозможность бежать и невозможность противостоять противоречили друг другу. Надо было что-то делать. И мозг О`ти, наконец, сделал выбор. Не в силах проснуться, он решил уснуть.

О`ти провалилась в забытье. Уж лучше умереть в бессознательном состоянии, чем так. Спасительная перина обморока поглотила ее.

Периодически она приходил в себя, но потом снова проваливалась в глухую мягкую темноту. А в те секунды, когда её веки разжимались, она вновь видела уже не одного демона, а сразу несколько, которые возвышались над ней. А над их головами и над ней сияли яркие огни.

***

Створки шлюза разъехались, и в отсеке со специальными нишами и равномерным освещением после обработки появилась последняя человеческая фигура, облачённая в чёрный облегающий скафандр. Лицевой щиток, а за ним и сам шлем втянулись в костюм, как будто их и не было, оставив на воротнике лишь тонкую серебристую полоску. Остальные члены группы высадки уже отправились в свои каюты, избегая общения со стоявшим у них на пути человеком в служебном комбинезоне.

Фигура нажала на кнопку, и из стены выехал вертикальный ящик, куда отправилась плазменная винтовка на дозарядку. Туда же были сложены ножи и пистолет, стрелявший пулями, боекомплект которого нынче остался невостребован.

- Хуберт! - начальник аналитического отдела стоял сразу за открывшимися дверями шлюза. Остальных он уже пропустил, он ждал именно командира группы. - Слушай, сколько можно?! Я тебе же говорил больше так не делать?

- Как так? – равнодушно-уставший взгляд Хуберта, поднятые светлые брови, выражали откровенное непонимание предъявляемых к нему претензий. Он с выражением полного безразличия провёл по сенсорам скафандра и рукава разъехались, демонстрируя крепкие мускулы. – Мне надо в душ, если ты не против.

- Не делай вид, будто не понимаешь, о чем я говорю! – повысил голос начальник аналитиков. - Твоя задача изъять объект из среды обитания, а не доводить его до сердечного приступа. Определил объект, усыпил, изъял. Что тебе не понятно в этой последовательности? И зачем этот цирк остальными туземцами?!

Хуберт прошёл мимо своего оппонента, слегка задев того плечом. Не то чтобы специально, но так, чтобы осадок обязательно остался.

- Ну… извини, - он пожал плечами, - но так не интересно. Нет азарта, понимаешь? Иногда, знаешь ли, приятно ощутить себя божеством. Ну или кем они там нас представляют. И потом, ты же знаешь, что результат…

- Ты вносишь лишний разлад в работу экспедиции! – перебил его Пуатье. - Твои коллеги из других отделов уже не раз это отмечали.

Хуберт Гросс посмотрел на своего руководителя как дихлофос на таракана.

- Что, на меня опять на меня донесёшь? – он безразлично вздохнул. – Передавай привет Эрику.

- Все твои действия и так зафиксированы, Хуберт. Доносить нет никакой надобности.

- Но ты же сделаешь соответствующую запись в отчёте, который уйдёт выше, - напомнил Хуберт, казалось, он испытывает полное равнодушие к возможным последствиям.

Скафандр Хуберта окончательно разошелся по швам и самостоятельно переместился в специальную нишу, рядом с которой тут же загорелся матовый зеленый огонек.

- Я реально очень устал, Макс. Иди уже занимайся новым экземпляром местной фауны. Она, кстати, ничего так, даже на мой испорченный арийский взгляд. А мне надо отдохнуть. Моя смена закончена. - Хуберт больше не желая выслушивать претензии, которые он считал необоснованными и надуманными покинул отсек, оставив Макса Пуатье возмущаться в одиночестве. Если главе миссии будет что сказать, он Хуберту скажет, а выслушивать какого-то начальника аналитиков – терять время.

Выдержка из отчёта, запись переговоров участников экспедиции …. Архивная запись № ….

«Почему у них такая кожа?»

«За перенос крови в их организме отвечает медь, а не железо как у нас. Своеобразная форма гемоцианина. Отсюда и такой пигмент кожных покровов»

«Но они гуманоиды, а не моллюски и не членистоногие ракообразные. Как такое возможно»

«Жизнь всегда старается приспособиться к условиям внешней среды, эволюция, судя по всему, пошла здесь несколько иным путем, но при этом следовала общим правилам для подобных миров. Миллионы (или миллиарды) лет назад природа решила, что гемоцианин предпочтительнее гемоглобина. Допускаю, что при более глубоком исследовании мира выяснится, что гемоглобиновые организмы здесь занимают примерно те же позиции, что на Земле беспозвоночные. Однако, окончательный вывод можно будет сделать позже»

«Но планета пригодна для людей?»

«Безусловно. Хоть у большинства добытых образцов метаболизм основан на меди, тем не менее, они кислорододышащие, а значит, живут в мире, пригодном – естественно, с некоторыми оговорками – для человека. Вода, плотность атмосферы, радиационный фон, сила тяжести – мир не потребует терраформирования. Дешевле будет подправить будущих колонистов»

«Удивительно, как они похожи на нас. Если бы не цвет кожи…»

«Мы как раз сейчас мы занимаемся расшифровкой их ДНК. Там есть некоторые занимательные моменты»

«Сколько времени уйдет на подготовительные мероприятия?»

«Чуть больше, чем мы рассчитывали первоначально, но не критично дольше. Всё в рамках стандартного протокола»

Выдержка из отчета археологической экспедиции … Архивная запись № …

… при дальнейших раскопках, произведенных в аномальных областях, выявленных в ходе орбитального сканирования планеты, было установлено, что указанные области являются местами массовых захоронений представителей гуманоидной расы, предположительно являвшейся эндемиком данной планеты. Средний размер одного захоронения 500 на 1000 метров, глубина до 15 метров.

Возраст захоронений по предварительным оценкам насчитывает несколько тысяч местных лет (период обращения планеты примерно равен 1,1 земному году).

Однозначный вывод о причинах, обосновывающих указанные захоронения, можно будет объявить позднее, однако по предварительным оценкам пандемия исключается. Приоритетная версия – геноцид части населения планеты другой его частью.

Причины геноцида устанавливаются специалистами, в том числе с использованием методов внедрения в социум, а также путем изъятия представителей социума.

Проводится генетический анализ материалов, изъятых из мест захоронений.

Рекомендовано продление сроков периода подготовки.