Юна: Последний навигатор

«И всё же мы здесь. Между своим миром и миром людей. Ни там, ни тут.

Меня иногда спрашивали, кем я себя считаю — архонтом или человеком. Я обычно отвечал:

“А какая разница? Всё равно никому из них я не свой.”

И это, пожалуй, единственная правда, которая у меня точно была!»

Кристофкер Креймор – о архонтах

Юна не знала, что такое утро.

Здесь просто заканчивался один холод и начинался другой, чуть светлее.

Местное солнце — капризная штука: поднимется, щёлкнет пару раз по облакам и прячется обратно, будто передумало.

Воздух тяжёлый. Им можно дышать, но долго лучше не стоит. Слишком много таких, кто привык, а потом просто… перестал дышать.

Внизу, у подножья нагорья, поблёскивает купол города. Там Оргон встроен в энергосети, а каждый сбой окрашивает небо в фиолетовый. Говорят, красиво.

Те, кто видел это вблизи, обычно не доживали, чтобы рассказать, насколько.

Здесь, наверху, всё тише. Любая техника ломается чаще, чем работает, руны связи глохнут к вечеру, зато звёзды видно — если небо не заливает северным сиянием.

Юна будто живая. Слушает, терпит, кажется, что она просто ждёт, когда мы сделаем очередную глупость, чтобы закрыть глаза и вдохнуть в последний раз.

Я потянулся, чувствуя, как болит позвоночник — будто кто-то пытался вытащить его через спину. Ингибиторы ещё держали, но ненадолго. Голова была как не своя, гудела так, словно по ней каток проехался, причем с дрифтом! Но это не самое главное, а то осознание того приятного чувства, когда мы наконец дожили до очередной пятницы!

Если бы не интерфейс личного когитора, который плавал передо мной, взгляду особо не мешал, управлялся мысленно. Местное чудо техники, так сказать! Проецировалось прямо в сетчатку глаза! За что я его так ненавижу? Потому как постоянно в сети! Даже когда спишь! И ведь попробуй выключить, потому как утром тут же налетят и устроят лекцию на тему! Сегодня как раз один из таких дней! Глаза открыть толком не успел, а он уже яростно мигал, оповещая о пропущенном сообщении:

[Сестренка] Спал?

[Я] Да.

[Сестренка] Снова кошмар?

Я промолчал. Она и так знала.

[Сестренка] Алиса у тебя, да?

Вот теперь всё встало на свои места.

Я осторожно повернул голову.

Алиса действительно была рядом. Свернулась, утащив половину одеяла, вцепилась в мою руку так, будто если отпустит — я исчезну.

Дышала слишком тихо, слишком спокойно, и ведь всегда забываю, что для других она выглядит обычной. Просто девушка. Слишком хрупкая для нагорья, слишком тихая для наших разборок.

Но я-то вижу иначе.

Иногда — когда свет падает под углом — в волосах проступает что-то лишнее. Как отражение. Как ошибка зрения. И если смотреть дольше, можно заметить хвост. Или уши. Или то, что не должно быть там вообще.

Я отвёл взгляд.

Проверять такие вещи по утрам — плохая привычка.

Её пальцы чуть сжались сильнее. Холодные. Живые.

Тут дверь тихо приоткрылась, из-за нее выглянула моя сестра Сара, мы с ней близнецы, и неудивительно, что мы как две капли похожи: всё те же белые волосы, голубые глаза, да даже рост и тот один в один, правильные черты лица и взгляд той, которой нужно было принять очень скверное решение.

Аккуратно поманила меня к себе указательным пальцем. Я накрыл Алису одеялом и практически на цыпочках вышел за дверь.

— Ты опять её не выгнал, и должен понимать, — тихо сказала Сара. — Духи живут тысячелетиями. Мы архонты — едва до трёхсот дотягиваем, а люди и того меньше.

Она помолчала и добавила:

— Если ты правда её любишь… отпусти.

Я ничего не ответил.

Слишком просто звучит. Отпусти.

Умом я всё понимал. Она права. Всегда права, чёрт возьми. С каждым днём всё больше становится похожа на маму.

Но это «понимал» ничего не меняло.

Попробуй объясни это себе, когда каждое утро открываешь глаза — а она рядом. Тихая, тёплая, смотрит так, будто ты для неё — весь мир.

Я сжал кулак и провёл рукой по волосам, окончательно превратив их в гнездо.

— Да как же это…

Слова застряли. Потому что ответ я знал.

Там, откуда мы родом, такие вещи не просто запрещены — они кровью написаны. И не просто так.

Но руку, которую она держала ночью, всё равно помнил слишком хорошо.

И правда, что я ей оставлю? Ничего…

Я выдохнул и закрыл глаза.

Этот разговор назревал на самом деле очень давно, но я и не ожидал от нее такого. Обычно это все заканчивается мини-ремонтом. Я вернулся к себе в комнату, пока переодевался, интерфейс снова ожил.

— Компиляция завершена!

Ну хоть одна приятная новость за сегодня. Времени у меня осталось не то чтобы уж очень много, а значит, нужно скоро привести план в исполнение. Попутно нужно было забрать кое-что. Небольшие сувениры. Один из них представлял собой небольшую заколку в виде цветочка, созданного из кристаллизованной энергии мира. Пока Алиса спала, аккуратно прикрепил за ухо. Спала девушка очень чутко, попутно едва шелохнулась, но меня не заметила, только еле слышно прошептала мне вслед, пока я уходил из комнаты:

— Не ходить за тень!

М-м-м-д-а-а… Вот сколько я повидал за свою жизнь духов, у многих одна и та же проблема – язык. У себя на родине они общаются иначе, а вот у нас им приходится учить язык. С которым у них проблемы, и причем сильные. Алиса не исключение.

Небольшое колечко же планировал подарить Саре, а маме небольшое колье. А отец от меня подарок получил.

Остальная часть утра прошла на автомате. Я почти не говорил — слишком много мыслей крутилось в голове. Решение, которое озвучила Сара, я понимал. Но принять — нет. Нельзя просто взять и вычеркнуть человека из жизни, если он для тебя — всё.

Где-то на фоне трещал телевизор, там на самом-то деле ничего интересного: политика, криминал, экономика, добыча, вон даже предвыборную компанию открыли. Ну вот разве что новости погоды умиляли…

«О погоде! Дневная температура коло 15 градусов во второй половине дня ожидается буран, рекомендуем не планировать поездки в другие сектора, город будет заблокирован! Ночная температура около минус 75 градусов Оргонное поле в норме, ночная радиация в 2 раза выше нормы!»

Юна злится, бушует, мы это чувствуем – особенно сегодня. Я понимал - новости врут. Буран будет здесь уже через час, а не во второй половине дня, и намертво закроет весь северный сектор! Что-то, конечно, тут было не так, ее зов сегодня еще более силен, чем обычно, а значит, сегодня есть шанс на спокойное завершение рабочей недели!

В это же мгновение интерфейс снова ожил и мне прилетело очередное сообщение:

[Неизвестно] Не вмешивайся! Залягте на дно, это не ваше дело!

Я хмыкнул. С таким бураном - очень вовремя.

Алиса — это та, в ком ежесекундно бурлил оптимизм! И на самом деле нам всем нужно было брать с нее пример! Сначала поссорилась с нейросетью умного дома на тему правильного питания, затопила ванную и едва не обесточила весь квартал, пытаясь заменить лампу!

Мама заканчивала смену в медкоме, отец был в командировке, так что готовили сами. Ну а рабочий день никто не отменял, к сожалению, наш вездеход по типу старого доброго «шамана» был еще в ремонте с прошлой недели, а значит, нам снова предстояла очередная увлекательная поездка на корпоративном транспорте, который ездил 2 раза в день. Ну вот не любитель я на автобусах ездить, да и к тому же проедет он по закону подлости по всем пробкам. Ну хоть если что и случится, опоздание не засчитают!

Попутно нужно было занести маме в мед блок завтрак, отдать сменную одежду и наконец пройти медосмотр. В прошлый раз я его благополучно проигнорировал — перед выездом всё настолько закрутилось.

Разместились в самой дальней части автобуса. Алиса моментально облюбовала место у окна, я, посередине, повторив действия Алисы, тоже прильнул к окну, Сара тут же уткнулась в интерфейс когитора и яростно строча сообщение.

Удивительное дело — даже побриться забыл. Или не захотел? Да и не заметить меня было нельзя — в отражении стекла на меня смотрел тип, скорее похожий на бандита: наспех одетый, волосы торчали гнездом, легкая щетина, мятые джинсы, белая майка и зачем-то наброшенный жилет. Доверия такой вид не вызывал никакого.

Вчерашний разговор с Алисой сверлил мозг. Умом я понимал: так будет. Но всегда находится это «ещё чуть-чуть», «завтра точно». Знакомо? Вот и у меня так.

За окном проплывали огни утреннего города. Они мерцали, как светлячки в густой молочной мгле. Мрачный кусочек цивилизации, застывший в ледяной долине и зажатый меж горных склонов, словно крепость из металла и бетона. Где-то там, в самом сердце северной части мира.

Ну хоть что-то здесь не меняется.

У него нет имени. В документах — Сектор 7. Местные зовут его Сечиалем. А мой друг и по совместительству коллега по несчастью смеется: «Семь Кроме».

Я слышал этот интернет-миф в сети. Но здесь это не совсем миф. Недаром его так назвали. Это не город, а цитадель. Центр управления, военный склад, узел, который держит на себе до двадцати шахтерских предприятий.

Почему «Кроме»? Потому что мы — исключение.

На моей родине все живут под землей. Там в глубине тепло, текут горные реки, своя фауна. Энергия мира там настолько плотная, что просачивается вверх кристаллами. Ради них они и прибыли сюда.

Но здесь порода необычайно плотная. Чем ближе к полюсу, тем тверже. В большинстве секторов я бы передвигался по подземным кавернам, но здесь их практически нет. И если перевал закроет буран — ты отрезан. Не попишешь, не пролетишь. Местная электроника в таких бурях просто помирает.

Тем не менее через весь город нам пришлось добираться не меньше часа, да, тут тоже есть пробки, даже в воздухе! Целью же нашего путешествия была небольшая огороженная территория на окраине города. Немногочисленные склады, два небольших многоэтажных уже привычных мне здания на окраине территории и несколько посадочных площадок. На одну из них приземлилась и мы. На поверхности, территория приобрела совсем другой вид, если с воздуха она еще могла казаться небольшой, то вот на деле она не такая уже и маленькая и больше была похожа на венный лагерь, чем на курьерскую службу доставки.

Удивительно! Сегодня было оживленнее, чем обычно! У места посадки нас уже поджидали двое — молодая девушка с короткими черными волосами, в черном костюме и небольшими очками и высокий афро спортивного телосложения, с кудрявыми волосами, но уже в темно-синей форме с шевронами, но вот уже их обозначения я не знал. Ну и спустя пару минут подоспела и высокая девушка, красивая девушка с такими же голубыми глазами, длинными аквамариновыми волосами и в классическом сером костюме. Да, это как раз Лили, она же Элизабэт Райндхарт.

Девушка отдала какой-то приказ на местном диалекте, и все потихоньку начали выходить наружу. Про нас тоже не забыли, и обладательница аквамариновых волос на выходе остановила и по-хозяйски начала раздавать приказы, но уже в наш адрес.

— Сара мы на совещаение, а ты живо в медком! А, и да! Пригляди-ка за ним, чтобы он точно туда в этот раз дошел! А то в прошлый раз ты, касатик мой, СБЕ-ЖА-А-А-Л!

Медком я терпеть не мог. Нет, проблем со здоровьем у меня не было. Ну, знаете, вечная очередь, проверки на полдня, да и толпы полураздетых мужиков вдохновения не добавляли!

Как и было сказано, теперь уже сестра конвоировала меня. Учитывая, что я сбежал оттуда, мне, похоже, придется проторчать там продолжительное время и умудриться объяснить, каким таким образом я вообще в прошлый раз быстро сменил локацию!

Пока мы шли, Сара мне намекала, что сегодня оживленнее, чем обычно, и это ее явно беспокоило, особенно перед бураном. А я тем временем пытался не думать о том утреннем разговоре. Но мысли предательски лезли, сверлили и без того усталое сознание.

Как только мы прошли входную полуавтоматическую стеклянную дверь, Сара тут же отправилась к лифту, а меня передали в руки молоденькой медсестры с кудрявыми каштановыми волосами, зелеными глазами и стройной фигуркой. Мило улыбнувшись, изрекла что-то в мой адрес на местном языке, и мы уже проследовали куда-то вниз по лестнице. Хоть что-то не меняется, абсолютно всё как обычно: везде белый стиль вплоть до плитки, ну и пахло хлоркой.

В медкоме творился сущий ад, но пробиться мне всё же удалось.

Сегодня в кабинете дежурила мама. Она даже не дала мне рта открыть — сразу огрела планшетом по голове.

— Так! Молодой человек, не потрудитесь объяснить, по какой причине вы позавчера с медосмотра сбежали? Пайк вами недоволен!

— Да там так всё закрутилось, вот и… — я потянул время, разглядывая причудливые трещины на потолке.

Мама отрицательно вздохнула. Взмахнула рукой, выбирая что-то в интерфейсе на кончике пальца. Вспыхнул рунический символ, и меня моментально окатило серебристым светом. По телу мгновенно пробежали мурашки, словно иголками кололи. Свет был словно живой: смотрел, изучал. Казалось, он видит меня всего, даже то, что у меня на душе. Ну, или почти всё.

Диагностика продлилась от силы пару минут. И это, надо сказать, быстрее, чем раньше: двадцать минут в тесной капсуле, потом пробежка по половине кабинетов и торчание в живой очереди еще неизвестно сколько.

— Итак! Деградация источника уже семьдесят два процента. …Динамика ускорилась. Ты ведь про источник им так и сказал? Правда?

Я молчал. Мне действительно нечего было сказать, да и ответить не мог — тут и так всё было понятно. Такую новость просто так не скажешь. Это не то, что… вдруг человек начал ощущать мир иначе, проводить энергию через внутренний катализатор. Люди назвали это Оргон, мы — Источник. Суть одна: ты чувствуешь мир и проводишь его через себя.

И если это уходит — уходит почти всё.

Это как если внезапно выключить звук и цвета сразу. Мир остается — но ты в нем уже не живешь. Я планировал рассказать сегодня вечером, когда отец вернется из командировки. За семейным ужином. Если вообще решусь. А пока эту новость знаем только я и мама. Ну, возможно, еще Алиса. Она всё-таки дух, должна была что-то почувствовать.

— Не заставляй их переживать. А Алису — особенно! Ты же понимаешь, что сейчас не время для… срывов.

Мама протянула мне упаковку.

— Так, смотри: вот ингибиторы. Красные для тебя, белые для Сары. Не перепутай!

— Я…

— Мы найдем выход. Всегда находили.

Она обняла меня, немного пригладив волосы. Попутно сунула в руки сменную одежду и завтрак. Меня тут же проводили за дверь — там уже скопилась довольно большая толпа.

Да, новость такая себе. Если я ничего не путаю, то при такой скорости распада моему Источник осталось примерно два года. Плюс-минус, естественно. Ну вот поэтому я и сменил факультет в универе на инженерный. Лечения от такого пока не придумали, да и раньше такого вообще не было.

Решение у меня было.

И чем дольше я тянул, тем яснее понимал — другого у меня уже не останется.

Но оно кардинально отличалось от того, что предлагали они.