Юрий Грозный, Великий князь всея Руси

0. Иван IV Грозный.

Царь Иоанн Васильевич, прозванный "Грозным", умирал. Умирал в тяжких муках. Уже давно сильнейшие боли в суставах ног не позволяли ему ходить. Руками он мог двигать лишь превозмогая сильную боль, со скрипом в суставах. Тело его распухло, покрылось многочисленными дурно пахнущими кровавыми язвами.

Болезни сии далекие потомки Ивана идентифицировали как болезнь суставов - остеофит и сифилис, завезенный в Европу испанцами из Нового Света, и подхваченный Иваном от какой-то из молодок, до которых он был весьма охоч. К тому же, врач - немец лечил Ивана содержащими ртуть лекарствами, что еще сильнее ухудшало его состояние.

Но, сознание российского самодержца оставалось ясным. Царь продиктовал личному духовнику Архимандриту Феодосиюсвою последнюю волю, назначив боярина Бориса Федоровича Годунова опекуном своих малолетних детей.

"Егда же Великий Государь последняго напутия сподобися, пречистаго тела и крови Господа, тогда во свидетельство представляя духовника своего Архимандрита Феодосия, слёз очи свои наполнив, глаголя Борису Феодоровичу: тебе приказываю душу свою и сына своего Феодора Ивановича и дщерь свою Ирину…".

Также перед смертью, согласно летописям, царь завещал младшему сыну Дмитрию в личное владение город Углич со всеми уездами.

В ночь на 18 марта 1584 года, около четырех часов утра, царь, наконец, отмучился. Дыхание Ивана прервалось. Он успел, однако, подумать: "Прости мне, Господи грехи мои! Прости меня Господи, что не смог я исполнить веление Твое и мечту мою, объединить в одну державу все земли Русские. Слаб я оказался и подвержен соблазнам. Даруй силы потомкам моим исполнить промысел Твой! Молю тебя, Господи!"

Сознание Ивана отделилось от тела. Боли, наконец, перестали мучить его. Он бестелесно воспарил над ложем, поднялся к сводчатому потолку своей палаты в Большом кремлевском дворце, поглядел на стоящих вокруг ложа духовника, боярина Годунова, последнюю жену Марию Нагую, врача Кихельбаума, слуг и домочадцев. Те еще не осознали, что царь преставился и не проявили беспокойства.

Внезапно, некая сила потащила душу Ивана прямо сквозь потолочные перекрытия дворца, чердак и кровлю вверх к закрытому густыми облаками небу. Внизу, в граде Москве тут и там виднелись тусклые фонари патрулировавших улицы конных сторожей.

Меж тем, его втянуло в облако. Вокруг потемнело до кромешной тьмы. Как вдруг, впереди появилась светлая точка, которая стала быстро увеличиваться и вскоре превратилась в круглый тоннель со стенами, переливающимися всеми цветами радуги. Были там и такие чудные цвета, которых не увидишь и в радуге. Ивана потащило с бешенной скоростью по тоннелю.

Внезапно тоннель закончился и Иван оказался неподвижно висящим в пространстве, залитом ярким молочно белым светом. Прямо перед собой он увидел огромную, парящую в пустом пространстве фигуру архангела Гавриила. Он узнал его по фреске в соборе Вознесения Христова в Коломенском. Архангел с огромными белоснежными крыльями, в сверкающем золотом чешуйчатом панцире, был златовлас, прекрасен и грозен ликом.

- Услышал Господь мольбу твою, недостойный! И послал меня повстречать тебя. Слабы будут потомки твои и не смогут они воплотить мечту твою! Но, если хочешь ты довести дело свое до конца, дарует тебе Господь еще один шанс! - Громовым басом возгласил Гавриил. - Готов ли ты на это, недостойный?

- Готов я, посланник Божий! Положу все, что имею, на дело сие! Отрину соблазны мирские и сделаю все, что в силах моих!

- Быть по сему! - Возгласил Архангел, и вытянул указующую руку вниз, откуда прилетела душа Ивана. Царя закрутило и понесло обратно.

***

В отделе № 3 научно - исследовательского института реально - пространственно - темпоральных переходов (НИИРПТП) Российской Академии наук 17 октября 2337 года завершалась подготовка к эксперименту. Приближался решающий момент.

- Реально - пространственно - темпоральный канал в шестимерном реал-пространстве-времени сформирован! - Доложил начальник физической лаборатории.

- Психоматрица донора зафиксирована! Сознание и подсознание реципиента подготовлены, - отчитался начальник ментально-психической лаборатории.

- Информационное прикрытие проведено, - включился начальник информационной лаборатории, в просторечии - пиарщиков.

- Резерв энергии и мощности накоплен! - доложил главный энергетик НИИ.

- Полная готовность! Даю обратный отсчет! - заключил начальник отдела, доктор психо-физических наук Виктор Иванович Стариков.

- Пять. Четыре. Три. Два. Один. Пуск! - Он хлопнул ладонью по Большой Красной Кнопке.

***

Великий князь Владимирский Юрий Всеволодович внезапно проснулся и сел на ложе. Сердце бешено колотилось. В голове гудело. Осмотрелся. Вокруг было темно. Только в узкие оконца покоев просачивался слабый предутренний свет.

Куда это меня занесло? - подумал Иван Васильевич. Затем, удивился. Что это, у меня ничего не болит? Подвигал ногами и руками. Всё легко двигалось. И не болело! Он откинул одеяло, встал и прошлепал босыми ногами по полу к окну. Потрогал. В частый оконный переплет были вставлена пластинки слюды. Иван снова удивился. Чего это, совсем я что ли обнищал, во дворце стекол нету?

Огляделся. В полутьме увидел на низкой тумбе рядом с ложем колокольчик с ручкой. Подошел, взял колокольчик и позвонил. Вскоре, дверь растворилась, и в дверях появился чей-то силуэт. В покоях за дверью горела свеча.

- Чего изволите желать, Юрий Всеволодович? - осведомился силуэт.

- Свет зажги! - Ответил Иван Васильевич. Силуэт вышел за дверь, затем вернулся, держа в руках свечу, подошел к поставцу и зажег три свечи в подсвечнике. Тут только до царя дошло, что постельничий почему-то назвал его Юрием.

- Что-нибудь еще, Ваша милость?

- Ничего больше не надо, - ответил царь. Нужно было разобраться в обстановке. Постельничий - молодой парень, которого царь никогда ранее не видел, вышел и прикрыл за собой дверь.

В простенке между окнами обнаружилось зеркало. Иван Васильевич подошел и посмотрел на свое отражение. Он увидел молодого новика, рослого, плечистого блондина. Вполне симпатичного. Поднес к глазам руку. На крепкой ладони обнаружились набитые мозоли, характерные для регулярных тренировок с мечом. Пощупал свои бицепсы - трицепсы. На руках присутствовала солидная мускулатура. Как и на икрах ина бедрах обеих ног. Напряг пресс и ткнул в него кулаком. Пресс был железным.

- Все это хорошо! Но, что все это значит? Я же умер, только что! - Мысленно вопросил сам Себя Иван Васильевич.

- А ты кто? - Вдруг раздался испуганный голос в его мозгу. Голос, похоже, принадлежал молодому парню. Иван даже не удивился. После смерти и встречи с Архангелом он был готов к чему угодно.

- Я то, Иван Васильевич, царь Русский! А вот ты кто?

- А я - Юрий Всеволодович, Великий князь Владимирский. Вот уже второй день, как батюшка мой, Великий князь Всеволод Юрьевич преставился, - ответил тот же испуганный голос.

- А день и год сегодня какой? - Осведомился Иван.

- Так, 16 апреля 6720 года! - ответил Юрий. Иван Васильевич в ранней юности перечитал не по одному разу все книги отцовской библиотеки. Благо, других развлечений злые опекуны ему до совершеннолетия на дозволяли. Отличаясь отменной памятью, он до сей поры многое помнил. Помнил, вкратце, и историю Юрия Всеволодовича Владимирского. Он быстро сообразил, что год ныне от рождества Христова 1212-й. До прихода татар 26 лет! - пронзила его мысль.

- А откуда ты, Иван в моей голове взялся? И по какому праву ты моим собственным телом распоряжаешься? И не пошел бы ты из моей головы в преисподнюю! - Пришел в себя Юрий.

- А пришел я в твою голову и в тело твое по воле Господа! Так, что, вьюнош, не дергайся! Так и быть, расскажу тебе, как было дело. Умер я в 1584 году от Рождества Христова, через 372 года от сего дня. И было мне тогда 54 года. Всю мою жизнь собирал я под свою царскую руку русские княжества. Собрал Владимирские, Ростовские, Рязанские, Новгородские, Псковские, Ярославские, Муромские и Черниговские земли. Но, дальше не преуспел. Помер. И перед смертью от болезни тяжкой, взмолился я Господу нашему, что бы позволил он потомкам моим собрать, наконец, все русские земли воедино. Когда же отлетела душа моя, Господь послал ко мне архангела Гавриила, который ответил, что не суждено потомкам моим собрать русские земли. Но, сказал мне архангел Гавриил, Господь, по милости своей, дает мне возможность самому собрать земли русские, и послал он душу мою в твое тело.

А потому, новик, сиди спокойно, и не дергайся! И будем мы с тобой тогда жить долго и счастливо! Понял меня? И не вздумай противиться воле Божьей!

- Ну если на то воля, божья, то, я согласен, - ответил Юрий. - Буду терпеть тебя, дед.

- Это не я тебе дед, а ты мой двоюродный пра - пра -пра - прадед. Твой отец, Всеволод Юрьевич, мой дальний, дальний предок. Моя линия московских князей идет от брата твоего младшего Ярослава. Но, я тебя старше на 30 лет, и царство мое больше твоего княжества раз в десять. Я еще и Казанское, и Астраханское и Сибирское ханства завоевал. Так что, тебе новик, сам Господь велел мне подчиняться! Уразумел?

- Да понял я, понял! Только, не знаю я никаких таких ханств! - Сварливо тветил Юрий, а сам под шумок попробовал шевельнуть пальцами на левой руке. Не вышло. Пальцы не повиновались.

- Но, но! Не балуй у меня! - Заметил эту попытку Иван Васильевич. Учти, если будешь меня слушать, дам тебе время от времени телом покомандовать. А если будешь своевольничать, так и будешь в самом дальнем углу головы сидеть.

Юрий попробовал было накричать мысленно на "вселенца", но Иван легко закрыл его в углу сознания. Юрий перестал что либо слышать и видеть. Да и голос его, звучащий в мыслях Ивана, стал не громче комариного писка. Вот тут Юрий испугался. Иван продержал его в изоляции с четверть часа, затем открыл ему доступ к зрению и слуху.

- Ну, что, осознал?

- Извини, Иван Васильевич! Все осознал, против воли Божьей даже пытаться идти не буду!

- То-то же! А теперь слушай! Пока в тереме народ не проснулся, еще время есть. Расскажу, как дальше твоя жизнь сложилась бы, если бы я к тебе в напарники не попал.

Через 4 года ты проиграл бы усобицу брату Константину, и он бы скинул тебя с Владимирского стола. Но, еще через два года Константин умрет, и ты снова сядешь на Владимирский стол. Все твои годы пройдут в усобицах с другими князьями - рюриковичами. Как и раньше, когда твой отец с ними за уделы рубился, каждый год почти.

Однако, в 1237 году придут на русскую землю с востока страшные враги - монголы с татарами. Придут в огромной силе. Двести тысяч воинов! Эти монголы до прихода на Русь захватят все земли к востоку и югу от Руси, до самых дальних морей - океанов. Захватят и Китай - Цзинь, и государство Киданей, государство Хорезм, и государство Булгар, и половцев и аланов. Русские князья, как всегда будут держаться своих уделов, откажутся выставить единое войско, и монголы легко захватят всю Русь. Сожгут и разграбят все города. Побьют людей. А ты погибнешь в битве на реке Сити.

Только еще через 140 лет русские смогут первый раз победить монголов в битве на поле Куликовом. Все княжества русские станут данниками монголов на 240 лет. Князья будут ездить к хану монгольскому на поклон за ярлыком - разрешением хана на княжение. А после, до самой моей смерти татары будут совершать набеги на русские земли, грабить и жечь города, уводить людей в полон. Вот этого я и намереваюсь избежать! Вот в чем воля Господа нашего! Понял теперь?

- И как же ты Иван Васильевич всего этого избегнуть хочешь?

- А выход тут только один возможен. Покончить нужно за 20 лет с удельными княжествами, с княжескими усобицами и превратить Русь в единое могучее государство! Другого пути нет!

Долго еще просвещал Иван Васильевич своего молодого предка. Однако, убедил. Юрий проникся выпавшей им на двоих долей. Когда утром постельничий постучался в покои, Иван передал управление телом Юрию, а сам решил посидеть в уголке сознания молодого князя и осмотреться. Что бы вникнуть в новую для него реальность.

А потом, уже вникнув во все детали, совсем отстранить Юрия от дел. Что бы вкусить все прелести обладания молодым крепким телом. В это свое намерение Юрия, он, понятное дело, посвящать не стал.

1. Юрий Всеволодович, Великий князь Владимирский.

Юрию Всеволодовичу, второму сыну Великого князя Владимирского Всеволода Юрьевича Большое гнездо ко времени смерти отца стукнуло 24 года. Старшему сыну Всеволода к этому моменту исполнилось 26 лет, однако, он проявил самовольство, пошел против слова отца и был лишен, по согласованию с боярами и духовенством, главного Владимирского стола. Константину отец отвел подчиненный Ростовский удел. Владимирский стол Всеволод отдал Юрию.

Жена Всеволода княжна Мария Шваровна родила ему 14 детей, из них четверо умерли в детстве. Именно поэтому он и получил у современников прозвище "Большое гнездо".

Младшим сыновьям Всеволод завещал другие уделы: Ярославу - Переяславль, Владимиру - Стародуб. Самые младшие: шестнадцати летний Святослав и четырнадцати летний Иван по младости лет остались пока без уделов.

Две старших дочери: Сбыслава и Верхуслава уже были выданы замуж. Еще двое дочерей и двое сыновей умерли во младенчестве.

Ошалел Юрий от вселения к нему в сожители царя Русского Ивана. Однако, собрался с мыслями и решил жить дальше. Против воли Божьей не попрешь. Да и рассказы царя Ивана Васильевича о грядущих ужасных бедствиях его впечатлили. То, что отец всю жизнь воевал с другими рюриковичами за княжеские столы, ему было прекрасно известно. Он и сам отроком трижды принимал участие в походах отца на рязанских князей, потом против новгородцев, и затем снова против рязанцев.

Все удельные рюриковичи постоянно воевали друг с другом, что бы добыть себе и детям своим столы побогаче. Особенно грызлись за киевский стол, да и за любые столы в крупных городах. При этом разоряли города и села, губили воинов и простолюдинов.

Его собственный старший брат Константин хотел забрать себе оба главных города Владимирской земли: и Владимир и Ростов. А отец хотел отдать Ростов Юрию. За это несогласие отец и лишил Константина главного стола. Константин был этим крайне недоволен и затаил обиду. Юрий вполне верил царю Ивану, в том, что Константин попытается силой отобрать у него Владимир.

Тем не менее, когда Иван отдал ему власть над телом, Юрий "взял себя в руки" и встретил новый день как ни в чем ни бывало. Распоряжался по хозяйству, по граду, по дружине. Навестил находящуюся на сносях жену. Вроде, никто не заметил в его поведении ничего особенного.

Иван, затаившись в углу сознания, ни во что не вмешивался и просто наблюдал. Требовалось освоиться с новым окружением, запомнить всех родичей, дружинников, слуг, духовенство, бояр, горожан, вхожих в княжеский терем. Да и к бытовым особенностям привыкнуть. И к особенностям языка. Хотя отличий было не так уж много, как могло бы оказаться за три сотни лет, но они были, и проколоться на мелочах ему совсем не хотелось.

Вечерами Юрий отсылал всех из покоев, брал в руки книгу и делал вид, что читает. На самом дели они вели с Иваном долгие беседы. Рассказывали друг другу о своей жизни. Юрию было интересно, а Ивану нужны были все воспоминания Юрия. Кроме того, Иван хотел обратить Юрия в преданного союзника, а не подневольного раба.

Через месяц Иван счел, что уже достаточно разобрался с местными реалиями и начал на короткие промежутки времени: полчаса - час отключать Юрия от управления телом и брать власть в свои руки. Сперва в кругу домочадцев, затем в кругу ближников, а затем и в городе.

Еще через месяц он готов был полностью отключить Юрия, оставив ему лишь роль справочника. Но не сделал этого. Напротив, он предоставил предку свободу, лишь изредка помогая ему советами. Уж всяко в людях он разбирался лучше молодого князя, да и опыт управления государством имел несравнимо больший. Краем сознания наблюдая за новиком, он погрузился в составление ПЛАНА ДЕЙСТВИЙ.

Конечная цель ему была ясна с самого его появления в 13 веке. Именно с этой целью Господь и заслал его в тело князя Юрия Всеволодовича. К 1230 году нужно, кровь из носу, объединить все русские княжества под своей самодержавной властью. Практический опыт в этом деле у него имелся. Да и трехвековой опыт предков начиная с Юрия Долгорукого был ему знаком. А в 1237 году встретить монголов во главе могучей армии, организованной по образцу армий 16 века, с мощной артиллерией и нанести Орде сокрушительное поражение. Уничтожить всю монгольскую армию и все ее руководство в лице царевичей Чингизидов.

Необходимые предпосылки для этого, по мнению Ивана, имелись в полном объеме. И были гораздо лучше, чем в его родном 16 веке. Русские княжества в совокупности по своим силам намного превосходили все сопредельные государства. А Владимирское Великое княжество было в данное время самым сильным из всех русских княжеств.

Проблемы, которые предстояло решить, тоже были понятны и до боли знакомы. Во-первых, алчные удельные князья - рюриковичи, думающие только о своих ненасытных утробах, а никак не об интересах государства. Во-вторых, жадные вотчинники - бояре, которым сильная централизованная власть была совершенно не нужна, поскольку ограничивала их самовластие в их наследственных наследственных вотчинах.

Князей предстояло либо искоренить, либо превратить в послушных наместников. Причем, искоренить их на корню представлялось Ивану более простым делом. Бояр - вотчинников предстояло заменить на поместное дворянство, обязанное служить государю за свое поместье, отнюдь не переходящее по наследству. Также, путем искоренения.

Опираться в этих делах можно будет на регулярную армию, дворян и на городские земские собрания: купцов, ремесленников, стрелецкие гарнизоны.

Однако, действовать предстояло исподволь, постепенно. Иначе удельные князья и бояре искоренят его самого.

План структурировался по территориям: сперва само Владимирское княжество, потом самые ближние соседи, затем примыкающие к ним княжества, потом все остальные русские земли и земли окрестных народов, типа литвы, мордвы и волжских болгар.

План структурировался по промышленности и ремеслам. Первым делом освоить производство пороха, потом артиллерии, затем стрелкового оружия. Затем - подтянуть все остальные ремесла.

По экономике государства: отменить внутренние таможенные границы, устроить безопасные и удобные торговые пути - дороги. Наладить внутреннюю и внешнюю торговлю. Поднять статус купечества.

Отдельный план был необходим по реформе законодательной базы. Окончательно уничтожить лествичное право наследования и перейти к майорату. Создать Служебные, судебные, налоговые, церковные и сословные уложения. Все это он уже делал в своем времени. Одновременно создавать государственный аппарат - приказы и местные органы управления, включая охрану порядка и тюрьмы для несогласных.

Немедленно начать реформу своих личных вооруженных сил, чтобы выиграть предстоящую усобицу со старшим братом. Затем постепенно строить настоящие вооруженные силы: регулярные войска, пограничные силы, мобилизационные ополчения, а не жалкие княжеские дружины в 1 - 2 тысячи бойцов. С разделением по воинским специализациям. Полевая артиллерия, пехота, конница тяжелая и легкая, стрелки конные и пешие, крепостная пехота и артиллерия. Готовить полководцев и обкатывать их в сражениях.

2. Княжий двор.

Стольный град Владимир состоял из трех частей. Самым древним был центральный - город Мономаха, в котором на высоком берегу Клязьмы и располагался великокняжеский детинец. Этот город был застроен, в основном боярскими усадьбами. На оконечности мыса располагался Ветчаной город, застроенный при князе Андрее Боголюбском, дяде Юрия. В нем располагались, большей частью, усадьбы гридей младшей дружины и богатых купцов.

Разросшиеся к западу от Мономахова города посады при отце Юрия обнесли еще одной стеной, образовав Новый город с каменными Золотыми воротами. В нем жили купцы, ремесленники и прочий посадский люд. Стену Нового города окружили рвом, прокопанным между Клязьмой и Лыбедью. Впрочем, за рвом уже строился новый посад, пока ничем не огороженный.

Так что, город представлял собой три отдельных крепости, примыкающих друг к другу. Наружные бревенчатые стены крепостей стояли на валах трех саженной высоты, еще более увеличивающих высоту естественных склонов холмов. Срубы, образующие крепостную стену, были для прочности засыпаны изнутри землей. Стояли срубы на каменных фундаментах. Сами стены имели высоту в три - четыре сажени. Длина наружного периметра крепостных стен превышала пять верст и была длиннее стен Киева. Велик и красен был град Владимир, соперничающий многолюдством с Киевом и Новгородом.

Начать действовать Иван решил с ближнего круга Юрия, доставшегося ему в наследство от отца, ограниченного княжьим двором. Двор занимал всю территорию детинца - цитадели владимирской крепости.

Сам город стоял на высоком холме при впадении речки Лыбеди в Клязьму. Белокаменные стены детинца окружали самую макушку холма. В детинце находились княжий дворец и два белокаменных храма. С внутренней стороны стены детинца были пристроены жилые клети. В клетях проживали дворовые слуги и дежурный наряд дружины, составлявший постоянный гарнизон детинца.

Подвальные помещения дворца, храмов и фундамента стен включали обширные склады продовольствия, арсеналы, емкости для воды. Первый уровень дворца был хозяйственным, в нем размещались кухни, печи, кладовые утвари и одежды, комнаты телохранителей князя и дворцовых слуг, а также парадные сени с главным входом. Второй этаж был парадным: большой и малый залы для пиров, большая и малая княжеские палаты, палаты старших бояр. Третий этаж был жилым с опочивальнями самого князя, его супруги, детей и комнатами личной прислуги княжеской семьи.

Старшие бояре княжества были сверстниками отца. Они выдвинулись из числа его дружинников еще 30 - 40 лет назад, во времена схватки князя Всеволода с ростовскими боярами, после смерти князя Андрея. Все они имели богатые усадьбы в городе и обширные вотчины в княжестве, отнятые Всеволодом у мятежных бояр и переданные верным дружинникам.

Старший боярин - огнищанин Твердислав был правой рукой Всеволода и замещал его при отъездах князя. Ключарь Остомысл руководил двором. Конюший Ставр отвечал за боевых коней, тягловую силу и прочий принадлежащий князю скот. Старший постельничий Никифор заведовал дворцом. Тиун Пантелей командовал дружиной. Тиун Путята руководил мечниками, занимавшимися сбором податей налогов, и вирниками, отвечавшими за взыскание вир, наложенных княжеским судом на виновных. Городовой староста Брячислав отвечал за городскую стражу и за все городские дела. Сельский староста Павел вел все вопросы, касающиеся вотчинных и поместных дел в великокняжеском уделе.

Все они были старыми проверенными кадрами, преданно служившими отцу Юрия много лет. Все они входили в Ближнюю Думу князя. Каждый из них имел в своей вотчине личную дружину численностью под сотню воинов. Но вот беда, все они считали молодого князя несмышленышем, и были не прочь поучить его жизни. Конечно, корректно, под видом советов.

В великокняжеском уделе располагались вотчины еще полутора сотен бояр, менее значимых, чем старшие бояре. Тем не менее, в Большой Думе княжества имели голос и они. К счастью, они большей частью сидели в своих усадьбах и в город наведывались лишь изредка. Хотя, князь имел право вызвать их всех при необходимости. Теоретически. Не раз в русской истории бывало, что бояре отказывались подчиняться своему князю, или тихо саботировали его приказы, а то и просто выгоняли его со стола.

Каждый из этих младших бояр мог выставить не менее десятка обученных и оружных конных воев. Всего бояре великокняжеского удела располагали примерно пятью тысячами воинов. Старший брат Константин, княживший в Ростове, имел дружину в шесть сотен воев. Младшие братья Ярослав и Владимир имели дружины по триста воев. Бояре в уделах братьев все вместе могли выставить более четырех тысяч воинов.

Сам Юрий имел в своем распоряжении всего тысячу триста дружинников и четыреста отроков. Дружинники получали от князя жалование. Отроки состояли на довольствии.

Так что, в случае конфликта с братьями, все будет зависеть от позиции боярства. Их дружины в сумме значительно превышали дружину Великого князя. Как водилось, кто из князей им больше благ и послаблений пообещает, за тем они и пойдут. Такое положение дел Ивана Васильевича не устраивало категорически.

Понаблюдав за старшими боярами придирчивым взглядом, Иван Васильевич решил, что доверять им можно. Пока.

Когда Иван стал замещать Юрия на длительные интервалы времени, возникла еще одна проблема. Он ежедневно тренировался в верховой езде и в работе с мечом. Отлично питался. Аппетит в крепком молодом организме вполне соответствовал нагрузкам. Каждый вечер Иван предоставлял Юрию возможность посетить свою молодую жену Агафию. Срок беременности еще позволял им заниматься любовью без ограничений. Сам Иван в это время, чтобы не смущать молодого князя, скромно удалялся.

Однако, этого оказалось мало. Крепкий организм требовал еще баб. Недолго думая, Иван присмотрел среди челяди молодую холопку лет шестнадцати. С крепким задком и высокой грудью. Круглолицую кареглазую шуструю брюнетку. Видимо, с долей половецкой крови. Приказал привести ее в свою опочивальню. И сразу после тренировочного боя, разгоряченный, овладел ею. Параша, так звали холопку, не подвела. Она трепетала в руках Ивана, стонала, извивалась и жаждала продолжения. Одарил ее рублем, что бы, в следующий раз старалась еще больше. Юрию позволил подглядывать. Тот тоже был доволен.

Иван забыл, что обещал Архангелу Гавриилу отказаться от соблазнов. Ну, да что поделаешь! Слаб человек и подвержен искусам.

Впрочем, среди князей русских это не осуждалось. Совсем. Но, конечно, на исповеди повинился духовнику. В конце концов, сам креститель Руси князь Владимир святой имел гарем из восьми сотен наложниц, и совсем без счета перепортил дев и перетрахал замужних баб. Однако, памятуя свой прошлый опыт, Иван твердо решил ограничиться одной Парашей. Что бы снова не заполучить на свой член какую-нибудь заразу.

Окончив размышления о планах, Юрий вызвал к себе в малую палату городового старосту боярина Брячислава.

- Скажи-ка, любезный Брачислав, как там поживают наши рязанские князья?

- А что им сделается, княже? Сидят в темницах в узилище. Все шестеро. С Ингварем во главе. Не голодают. А что ты сними надумал делать? Вроде бы, собирался отпускать, по случаю восшествия своего на стол Владимирский?

- Передумал я отпускать их. Отпустим, а они через год - другой опять с кем-нибудь снюхаются. Или с половцами, или с киевлянами. И начнут нам пакостить. Батюшка их не просто так в темницу бросил и Рязань пожег. Они нам в тыл ударили, на Москву напали, когда мы с батюшкой на новгородцев ходили. Не будет им прощения за такую подлость.

- Так что же с ними делать будем?

- Пока думаю над этим. А ты вот что выясни. Батюшка их пленил. А всех бояр ихних плененных, которые с ними на Москву ходили, отпустил. Думаю, зря он это сделал. Ведь, не все рязанские бояре с ними пошли. Некоторые отказались нас воевать. А мы их не отличили никак.

Поручаю тебе учинить спрос с князей этих. Пусть каждый скажет про своих бояр, которые с ними ходили, а которые отказались. Спроси строго! Под клятву на кресте! Составь по опросу поименные списки бояр. А если кто из них запираться будет, так пугани их железом каленым. А если не подействует, так и прижги. Но, не калечь. Сильно не калечь. Прижги им только задницу. А то, небось, много жира на задах нарастили, сиднем сидючи. Срок тебе на это даю неделю. Успеешь?

- Сурово ты с ними, княже! Ну, да, заслужили они это. Сделаю княже, не сомневайся. Все расскажут! Будут через неделю списки.

3. Начало.

На следующий день Юрий - Иван собрал малую Думу. Пригласил и младших братьев. Пора уже было отрокам в государственные дела вникать.

- Рад видеть всех вас в сборе, бояре мои старшие, и братья мои меньшие, - начал совет Иван. - Пора нам решить, что делать нам с пленными князьями рязанскими. Хватит уже им харчи наши задаром объедать. Хочу ваше мнение услышать на сей счет.

- А чего тут думать? - первым высказался самый молодой из бояр тиун Путята. - Поотрубать им головы, и дело с концом. Грехов за ними достаточно.

- Не по христиански это. Они же все - рюриковичи! Уважение к роду иметь надо. Предлагаю оставить их в темнице. Не обеднеем мы их кормить. - Возразил самый старший огнищанин Твердислав.

- Мало ли как жизнь повернется? Сбегут или еще как на свободу вырвутся, а потом нам мстить станут. Казнить их надо! - поддержал Путяту постельничий Никифор.

- Имеем пример батюшки вашего, царствие ему небесное, Всеволода Юрьевича. Он, милостивец, когда мятеж ростовских бояр подавил, вожаков ихних, князей Мстислава и Ярополка Ростиславичей и князя Глеба Ольговича ослепил, а потом помиловал. - вступил в спор ключарь Остомысл. Правда, Глеба в темнице все же после уморил.

- Сдается мне, не правильно это. Недальновидно. Уедут они в другие уделы, потом детей заведут. Слепому завести сыновей ничто не помешает. А сыновья их вырастут, обиду на нас затаив, соберутся с силой да и нападут на нас. Казнить их надо, - высказал свое мнение конюший Ставр. - Рюриковичи рюриковичей со времен Бориса и Глеба режут и казнят. Не мы первые, не мы последние будем.

- А может все таки отпустим? Жалко все таки людей губить! Возьмем с них письменную клятву в храме на кресте, и отпустим, - вступился за пленных младший княжич Иван.

Решив, что соратники высказались достаточно, Иван Васильевич хлопнул ладонью по столу и сказал:

- Спасибо за советы ценные, советники мои многомудрые! На душу грех убийства рюриковичей я брать не буду. Ставр, а есть у тебя коновал хороший?

- Как не быть? Есть, конечно, - ответил конюший.

- Делать будем так. Отдашь князей коновалу. Пусть оскопит их всех. Детей у них после этого не будет. А ты, Брячислав, - обратился он к городовому старосте, - потом к ним лекаря приведешь, пусть подлечит их. А как вылечит, продадим их в рабство булгарам. И риска никакого и казне княжеской прибыль.

Но, бояре мои ближние, это вопрос простой был. А вот теперь вопрос посложнее будет.

Вот здесь, - он хлопнул ладонью по пачке пергаментов, лежащей перед ним на столе, - список всех рязанских бояр, которые с князьями на наш град Москву ходили. Батюшка их всех отпустил, сказавши, что их дело подневольное было. Князь приказал, они и пошли. А вот я так не считаю. Вот здесь список бояр рязанских, которые на нас не пошли, ослушались приказа, - он хлопнул ладонью по меньшей пачке пергаментов. - 96 бояр нас воевали, а 37 бояр дома остались, по вотчинам своим отсиделись. И считаю я, что не правильно тех бояр и этих, - он поочередно указал рукой на две пачки пергаментов, - на одну доску ставить.

- Ну, так может быть, те которые не пошли, просто струсили, а потому и не пошли! - Вступил в разговор брат Святослав. А мы теперь за трусость их награждать будем?

- А неважно, трусость или смелость. Если бы рязанцы нашего батюшку победили, этим боярам смелость понадобилась бы, перед своим князем ответь держать за неповиновение. Они просто похитрее оказались, знали, кто победит. Перед нами быль: на нас они не нападали.

Предлагаю: всех бояр, которые на нас нападали, лишить их вотчин! А тем, кто не нападал, их вотчины оставить. Что бы другим не повадно было. Так мы отделим, прямо по священному писанию, агнцев от козлищ! Это во-первых.

Во-вторых. Во все освободившиеся вотчины нужно заселить наших дружинников заслуженных. А поскольку вотчин мало, то крупные вотчины разбить на меньшие. Так, что бы хватало дружиннику на кормление, и чтобы он еще двух воев мог бы выставить конных и оружных за свой счет. Тогда мы расходы казны сократим на содержание дружины.

Однако, вотчины дружинникам предлагаю дать не в наследственное владение, а по службе в поместное. Когда дружинник состареет и сам не сможет служить, пусть вместо себя в дружину сына с воями выставляет. Иначе поместье потеряет. Я поглядел списки бояр рязанских, и подсчитал, что мы так семь сотен наших дружинников по поместьям рассадим. Расходы на дружину почти вдвое сократим! Как вам такой план, бояре?

Бояре надолго замолчали, раздумывая.

То есть, землица в этих поместьях будет не дружинникам нашим принадлежать, я так понимаю? - вопросил огнищанин Твердислав.

- Верно понимаешь, боярин Твердислав. Княжеская это будет землица, Великого князя Владимирского. Отойдет она к моему уделу.

А от других бояр рязанских, которые на нас в поход не пошли, я присягу на кресте письменную возьму, освященную митрополитом, на верность Великому княжеству Владимирскому.

- А что же тогда у Рязанского князя останется? - осведомился Остомысл.

- Останется удел его собственный. Но, будет он теперь князем удельным, а не Великим. И не будет никакого Великого княжества Рязанского. А будет удел Рязанский Великого княжества Владимирского! И это будет в-третьих!

Бояре ошеломленно молчали. Было слышно, только, как муха бьется в оконную слюду.

- А на удел Рязанский поставлю я брата Святослава. Шестнадцать годков ему уже. Пора тебе, братец, за дело браться! - прервал затянувшееся молчание Иван Васильевич.

- Да, Юрий Всеволодович! Достойный ты сын батюшки своего. Такие деяния под стать самому Владимиру Мономаху! - первым "разморозился" Ставр.

- Но, князь батюшка, про такое поместное владение в "Русской правде" ничего не написано! Там все про вотчины! - выразил сомнение Никифор.

- Ну и что! Сам Мономах в Русскую правду дополнение написал. И я напишу. "Уложение о поместной службе" будет называться. Это будет в-четвертых, - ответил князь.

- Но куда же мы денем чад тех бояр, которых из вотчин выгоним, и куда самих бояр? - осведомился тиун Пантелей.

- А это ты вопрос по существу задал. Жен и дочерей их пусть новые владельцы содержат. Как хотят. Сыновей возьмем во Владимир. Тех кто старше двенадцати лет ты сам в отроки и возьмешь. А пареньков от восьми лет до двенадцати ты возьмешь в юнаки. Организуешь юнацкий двор и будешь их в отроки готовить! Деньги на это как раз освободятся из содержания дружины.

А самих бояр, кто мне присягнет, можно в дружину взять, отправим их служить в Углич, на границу с булгарами. В этом случае поместье им оставим, только малое, такое же, как нашим дружинникам. А кто не присягнет, тех булгарам в рабство продадим. Опять доход в казну будет!

- А скопить их перед продажей будем? - уточнил Ставр.

- Узнать нужно, какие рабы у булгар выше ценятся, оскопленые или обычные. Брячислав, дай задание купцам, что с булгарами дела ведут. Пусть узнают. Вроде бы, скопцы у них в гаремах служат охранниками.

- План твой конечно хороший, пресветлый князь, - выразил сомнение боярин Павел. - Только вот, как другие великие князья на это посмотрят? Как бы они не собрались с силами, да на нас не напали. Все же, это дело редкостное. Что бы Великое княжество насовсем захватить, а князей оскопить и в рабство продать.

- Любую пару соседей мы одолеем, а больше двух они вряд ли сговорятся. У них у всех свои свары междуусобные имеются.

А если, паче чаяния, сговорятся, то, мы половцев на помощь позовем. У рязанских бояр с ними контакты налажены. Они же сами половцев на Русь не раз наводили. Но, надеюсь я, до этого не дойдет. Черниговские Ростиславичи грызутся за Киев с галицкими Святославичами. Новгородцы грызутся с Полоцком, а Полоцк со Смоленском. Так я думаю.

Что скажете, бояре мои ближние по моему плану?

Бояре надолго задумались. Когда пауза стала затягиваться, слово пришлось взять старшему по званию Твердиславу.

- Дела ты задумал воистину великие, князь. Под стать самому Ярославу Мудрому. Если удастся это, станет Владимир на место Киева Великого. Главой всех земель русских. Поддержим мы тебя , княже, в деле сем! - Торжественно изрек огнищанин.

Остальные бояре поочередно поддержали Твердислава.

- Мы с тобой, брат! Дело это достойное и великое! О нем в веках помнить будут! - Восторженно воскликнул, в свою очередь встав из-за стола, Владимир.

- Ну что, же. Быть по сему! - Завершил совет Иван Васильевич. - Однако, замечу, пока, все о чем мы здесь говорили, храним в строжайшей тайне! Никому ни слова, ни звука! Особенно вы братцы, не разболтайте по молодости! Всем это ясно?

- Ясно - понятно, - загудели собравшиеся.

- Завтра собираемся в том же составе. Будем обсуждать подготовку похода в рязанские земли. Выступить нужно будет в начале августа. На подготовку у нас месяц. Готовьте предложения. Все свободны! Брячислав, задержись ненадолго.

Заскрипели по полу отодвигаемые стулья, бояре вставали и выходили из-за стола.

- Брячислав, пригласи ко мне назавтра старосту тележных мастеров, самого толкового тележника помоложе и золотаря главного. И сам тоже зайди с ними, - сделал князь последнее распоряжение.

Твердислав и Никифор вышли из дворца вдвоем. Обоим нужно было сходить по делам в Ветчаной город.

- Что скажешь по поводу сегодняшнего совета? - спросил огнищанин.

- Не узнаю я нашего княжича! Прямо как подменили его после смерти батюшки. То все охотами увлекался, да девкам деревенским юбки задирал. А теперь прямо муж государственный недюжинного ума! И откуда он только мыслей таких набрался? Особенно, про служебные поместья? - ответил постельничий.

- Да уж, на вотчинников рязанских покуситься - это смелый шаг. Но, получится может. Сейчас рязанцы разобщены, а князья их в узилище. На стол сидит не пойми кто. Ни сил у него, ни авторитета. Такого князька наш Всеволод Юрич и посадил туда, специально. А то, что он на себя не похож, это точно. Как взглянет пристально, аж мороз по коже продирает. Хотя, временами, вроде прежний он - княжич Юрий.

- Однако, на то, что бы все Рязанское княжество в свой удел превратить, он не покусился. А Юрий отважился. То что не похож, я с тобой согласен. Когда раньше он в библиотеке сидел? А теперь часами просиживает, свитки читает, пергаменты перелистывает. А временами как сядет неподвижно, и в одну точку смотрит. Как бы задумывается глубоко о чем - то. А насчет девок ты не прав. Он как женился, только с женой стал спать. По девкам бросил шастать. Правда, теперь начал дворовую девку Парашку драть каждый день после тренировки. Ну да это понятно. Жена в положении, видно мало ему дает.

- Видно, смерть батюшки на него так подействовала. А может ссора с братом. Как это Константин осмелился против воли отца пойти? Да и женитьба, свою роль, видимо сыграла. Чувствует княжич ответственность свою за стол родительский. По существу же дела скажу так. Великое дело он затеял! С приращением Рязани, сильнее всех на Руси Владимир станет. С таким замахом Юрий наРязани не остановится. А там и Муром в эту же корзину упадет. Если с Рязанью "выгорит" как задумано.

- Нужно нам всем ему помогать всемерно в деле сем. Владимир возвысится - и мы все возвысимся! - заключил Никифор.

На следующий день Никифор привел к князю ремесленных старост. Первыми ввел в княжескую палату тележников.

Князь пригласил всех за стол. Мастера помялись скованно, но после повторного приглашения присели. Было их трое.

- Всего, твоя милость во Владимире семеро тележников и двое колесников. Привел я к тебе по твоему повелению старосту цеха Панкрата, - представил он самого старшего бородатого мужика, - мастера тележника Пригора и колесника Панаса.

Юрий разгладил на столе пергамент и прижал его края грузами.

- Позвал я вас мастера, что бы сделали вы мне особую телегу. Смотрите на чертеж. Телега пароконная. Длина телеги - 6 аршин, ширина - 2 аршина. Диаметр колес тоже два аршина. Дно телеги двойное. Нижнее дно лежит на осях и закреплено наглухо. Второе дно ставьте поверх колес. Грузовой короб находится между нижним и верхним дном. Борта телеги откидные на петлях и съемные. Высота борта равна диаметру колеса. Так, что откинутый боковой борт почти достает до земли. Спереди и сзади телеги шип, на который одета цепь длиной с локоть. На концах цепи кольца, которые одеваются на шип. Оглобли тоже съемные. - Князь, рассказывая, водил пальцем по чертежу. - Понятно вам?

- Пока все понятно, - ответил староста, другие часто закивали головами.

Смысл сей телеги таков. Телеги можно быстро выставить в линию, соединить цепями, и получится передвижная крепость. Наружный борт откидывается до земли и крепится к земле специальным штырем через кольцо, что бы враг не смог борт поднять. Оглобли снимаются и ставятся вертикально в специальные прорези в верхнем и нижнем днище. Второй борт снимается и одевается специальными кольцами на оглобли. Получается стена высотой 4 аршина. В бортах делается по две прорези - бойницы для стрельбы из лука и ударов копьем. Передняя и задняя стенки телеги откидываются на петлях и перекрывают промежуток между телегами. Получается по верхнему днищу телег и откинутым торцам сплошной боевой ход этой крепости.Уразумели?

- Как есть уразумели, князь батюшка! - опять ответил за всех староста. Остальные закивали.

- Да, еще! Колеса делаете с широкими ободьями, в длань шириной. Чтобы телеги шли по влажному полю и не проваливались в землю. Ободья оббейте железом. Телеги должны быть легкими, чтобы две лошади могли везти четырех воинов с оружием, и еще пудов шесть груза. Но, в то же время прочными, чтобы борта выдерживали удары боевого топора и не пробивались стрелами с бронебойными наконечниками даже в упор.

Другим мастерам все мои слова перескажите. И чертеж мой скопируйте и всем раздайте. От вас хочу видеть через три недели семь телег, сделанных по этому чертежу. От каждого мастера по телеге. Всем заплачу хорошо. А тому, кто сделает самую лучшую телегу дам двойную плату и заказ на большое количество телег. Штук сто, а может и больше. Все ясно?

- Все ясно, князь, батюшка! - закивали все одновременно.

- Тогда ступайте, и чтобы через три недели у меня во дворе стояли семь телег!

- Давай золотарей, Брячислав!

В палату робко вошли двое. Одеты чисто. Князь принюхался. От них не пахло.

- Староста золотарей Бердей и его помощник, - представил их боярин.

- Вот что, золотари мои. Да не тряситесь вы так. Гавно вы убираете хорошо. А к вам у меня дело особенное. Видал ли ты, Бердей, на каменных стенках выгребных ям такой белый налет, в виде мелких кристаллов, похожий на соль?

- А как же, князь батюшка, видал конечно! Полно его в старых ямах. Чем старше яма, тем больше его там на стенах.

- Ну и хорошо. От меня вам задание. Когда будете чистить очередные ямы, весь белый налет со стен тщательно соскребайте и собирайте. Потом в воде его промывайте, чтобы был чистый, без запаха. Буду у вас эту соль покупать. По рублю за пуд для начала. Там посмотрим сколько его наберете. Цену назначим справедливую. Ясно вам?

- Ясно, князь батюшка, наберем мы такой соли.

- Вот и ладно. Через месяц придете к боярину Брячеславу, он у вас соль эту примет. Теперь ступайте.

Когда золотари вышли, к князю обратился Брячислав:

- Про телеги я понял, хочешь ты князь сделать передвижную крепость. Мыслю, очень будет полезна такая крепость пехоте против конницы.

А вот зачем эта соль из выгребных ям? И откуда ты все это вызнал про телеги и про соль, князь батюшка?

- Из пергаментов старых вызнал. А соль эта зело полезна нам будет. Пока не буду говорить для чего.

А тебе, Брячислав еще два поручения:

- Закажи купцам, которые с булгарами торгуют пуд серы самородной. А углежогам закажи пуд древесного угля, только уголь нужен из ольхи пережженный. И что бы пережигали ольху в закупоренном глиняном горшке без других пород дерева и без коры.

Через неделю Юрий приказал Брячиславу привести единственного во Владимире колокольных дел мастера, лучшего оружейника и лучшего столяра.

Двум мастерам Юрий вручил по чертежу пушки калибром в длань (75 мм) и длиной 20 калибров. Колокольнику приказал отлить пушку из бронзы с толщиной стенок от полутора пятых длани у дула до трех пятых длани в казенной части.

Кузнецу приказал отлить такую же пушку из лучшего железа, но с толщиной стенок вдвое меньшей. Внутреннюю часть стволов приказал отшлифовать до чистого цилиндра. Кроме того, приказал кузнецу отлить и отшлифовать десяток железных ядер точно но калибру ствола пушек.

Столяру дал чертежи лафетов и приказал изготовить стационарные дубовые лафеты для обеих пушек.

4. Поход на Рязань.

Войско выступило из стольного града Владимира утром 26 июля лета 1212-го от Рождества Христова. Через Клязьму переправлялись на пароме, купеческих ладьяхи рыбачьих лодках. Иван включил в состав армии семь сотен своих дружинников, которым было решено выделить поместья за счет вотчин опальных рязанских бояр. Кроме того, взял еще сотню своих дружинников, вызвал в поход братьев Ярослава и Владимира, каждого с двумя сотнями дружины, своих ближних бояр тиуна Пантелея, городового старосту Брячислава и сельского старосту Павла, каждого с сотней личных гридей. Всего 1500 дружинников. И кроме того, четыре сотни отроков, игравших роль легкой конницы. Ну и конечно, обоз в сотню телег.

Старшего брата Юрия Константина с дружиной Иван Васильевич решил в поход не брать, что бы не возникло трений в руководстве войском.

Серьезного сопротивления не ожидалось, поэтому шли малыми силами и налегке. Двести пятьдесят верст до Рязани прошли лесными дорогами за 8 дней. Дороги были чисто грунтовыми. Впрочем, других дорог на Руси и не было вовсе. Даже в городах улицы мостили дубовыми плахами. Камень шел только на храмы, изредка на княжеские дворцы. В мокрых низинах дороги гатили распиленными повдоль бревнами.

Дорога шириной в одну повозку шла непроходимыми лесами, част петляя между столетними, в один - два обхвата, деревьями. Замысловатыми загогулинами обходила озера и болота. В некоторых случаях, там где обход был слишком длинным, а болота - проходимыми, через них были уложены бревенчатые гати. Многочисленные ручьи и речки пересекали по бродам. К счастью, погода в последние дни стояла сухая. Сильных дождей не было уже давно. Вода в речках и ручьях стояла низко.

Прямо дорога шла только по полям вблизи сел и деревень. От деревни до деревни обычно было верст пять - семь. Деревушки в десять - двадцать курных избенок стояли, как правило, у ручьев и речек. Вокруг каждой на версту - поля. Вдоль речки - заливные луга, на которых пасся крестьянский скот под присмотром пастухов.

Ночевали в селах. Села стояли на речках покрупнее. Расстояние между ними соответствовало как раз дневному переходу. В каждом селе на господствующей возвышенности красовалась боярская усадьба. Чаще всего в центре села. Все как положено: ров, вал, стена из бревенчатых срубов или, на худой конец - частокол. Сторожевые башни по углам. За стеной - боярский терем и службы.

Замыкали обоз 7 новых боевых повозок, на которых передвигались по 4 отрока с грузом. На каждой ночевке отроки выстраивали из повозок стену, под бдительным оком князя Юрия. С каждым разом все быстрее. На последней ночевке стену поставили за четверть часа. Иван считал, что стену нужно ставить еще скорее. Отрокам предстояло еще тренироваться и тренироваться. К берегу Оки напротив Рязани подошли во второй половине дня.

Поставленный на княжение еще покойным отцом дальний родственник троюродный дядя Глеб Ингваревич встретил войско на берегу. Ему еще накануне доложили о подходе войска. Юрий сообщил ему, что княжение его в Рязани заканчивается.

Переправлялись через Оку до темна. Любопытные рязанцы высыпали на берег, полюбоваться на статных дружинников в сверкающих доспехах. По случаю прибытия в город, Юрий приказал дружине одоспешиться. Рать вступила в город от пристани через речные ворота.

За три года, прошедших с того времени, когда отец Юрия штурмом взял Рязань, пограбил и слегка пожег, трудолюбивые горожане восстановили стену и большую часть сгоревших построек. Хотя, кое-где следы штурма и пожара еще сохранились. Войско разместилось на постой по дворам.

На следующий день Юрий разослал отряды во все города и волости княжества. С заданием доставить опальных бояр со старшими сыновьями на княжеский суд. Отряды ушли налегке, без обозов. С отрядами ушли и дружинники - новые хозяева поместий, чтобы сразу вступить во владение и поделить крупные вотчины на поместья, согласно княжескому плану.

К 15 августа всех опальных бояр доставили в Рязань под конвоем. В большой палате княжеского дворца за княжеским столом на возвышении восседал Юрий с сыновьями и ближними боярами. Дружинники при оружии выстроилась вдоль стен. Перед княжеским столом тоже стояли цепью дружинники. Доставленных бояр рассадили посреди палаты на длинных скамьях. Все они были без оружия, но руки у них были развязаны.

Иван встал и зачитал Приговор Боярской думы Великого княжества Владимирского.

В наказание за набег на Владимирские земли Рязанское Великое княжество ликвидировалось. Бывшие рязанские князья продавались в рабство. Бояре, участвовавшие в нападении, лишались вотчин.

Услышав приговор, бывшие бояре повскакали с мест, загалдели и попытались дорваться до княжеского стола. Однако, дружинники ударами рукоятей плетей и рукоятей мечей быстро успокоили крикунов. Бояре снова расселись по лавкам, утирая текущую по лицам кровь.

Иван встал, оглядел палату.

- У вас, бывшие бояре рязанские, есть выбор. По доброте своей душевной, из милости христианской я вам его предоставляю.

Каждый из вас с женами и чадами может принести присягу мне на верность. Присягу в храме, на кресте Господнем, в письменном виде и в присутствии епископа рязанского. В этом случае, вы с семьями поедете в мой город Городец, на дальнюю границу княжества Владимирского. Сидит в Городце мой наместник боярин Стоян. Там, за границей княжества земли мордвы. Мордовские племенные князьки платят нам дань. Но, часто задерживают. Нужно их за это наказать. Земли там бедные. Через земли те, то мы на Булгар ходим, то булгары на нас нападают. И каждый раз людишек тамошних грабят. Однако, как возьмем мы эти земли под себя, деревни и села там расцветут.

Вы войдете вы в дружину Стояна. Как дружинники будете жалование от князя получать. Поставите себе дворы в городе. Прикажу я Стояну брать под власть Владимира земли мордовские. И вы вместе с другими моими дружинниками сможете на тех землях в поместья на землю сесть помещиками. Если захотите.

Земли, вновь взятые вами, станут владимирскими. Однако, поместья ваши будут служебными, а не вотчинными. Пока вы или дети ваши служите мне, поместья остаются вашими. А если вздумаете уйти от меня, то и поместий лишитесь.

Размер каждого поместья я ограничиваю в 300 дворов людских. После того, как вы сядете в поместье, жалование вам отменяется. Далее вы будете служить в моей дружине за свой счет. Сами на службу ко мне будете являться конно, оружно и в броне доброй. И с вами еще по два гридя или отрока в броне легкой должно быть.

Если кто из вас не согласен на дружинную или поместную службу, того продадим в рабство булгарам вместе со старшими сыновьями. А домочадцы ваши достанутся моим дружинникам, кои в вотчины ваши сядут. Это слово мое последнее. Выбирайте. Час вам даю на размышление. Потом, кто хочет на службу ко мне - милости прошу к боярину Пантелею. Запишет вас в список.

А кто в рабство пожелает, подходите к боярину Брячиславу. Он вам это устроит.

С этими словами Юрий встал из-за стола и двинулся к выходу из палаты. За ним вышли и сыновья.

Как и ожидалось, все бояре предпочли службу в Городце. Побухтели между собой, но согласились. В рабство идти никто не захотел.

На следующий день Иван встречал остальных рязанских бояр. У всех принял письменную присягу на верность в главном храме города в присутствии епископа. Согласно присяге, в случае измены бояре лишались вотчин, а с ними лично князь был волен поступить по своему усмотрению. Иван посчитал, что теперь Святослав может на этих бояр положиться. Свою разумность ониужепроявили, отказавшись участвовать в походе на владимирские земли. Да и печальный опыт соседей был у них перед глазами.

В Рязани Иван задержался до середины сентября. За это время дружинники вступили во владение поместьями. Землеустроением поместий занимался сельский староста Павел с помощниками. Во все города и малые городки княжества: Коломну, Зарайск, Белгород, Ожск, Дубок, Борисов-Глебов, Ольгов, Пронск, Елец и в другие посадил наместниками своих проверенных дружинников.

Брячислав остался помогать княжичу Святославу налаживать удельную и городскую управы. Павел тоже оставил в Рязани опытного помощника по земельным воросам. Бывший личный удел рязанского князя Иван, не мудрствуя лукаво, просто присоединил к своему личному уделу.

В обратный путь войско выступило 13 сентября. Задерживаться Иван Васильевич не хотел, опасаясь, как бы брат Константин какую пакость не учинил. Святославу Иван оставил гарнизон в сотню своих дружинников и семь сотен дружинников, занимавшихся устроением своих новых поместий, с обязательством вернуть их всех во Владимир через полгода. Поручил княжичу набрать еще четыре сотни дружинников у бояр, не попавших в опалу.А также приказал готовить городское ополчение из всех взрослых мужчин. На первое время, пока княжич не наладит сбор податей, оставил Святославу казну для выплаты жалования воям и на неотложные нужды.

Опальные бояре с семействами и скарбом большим обозом под охраной конвоя двинулись малой скоростью в сторону Городка. Впрочем, боярских детей - малолеток Иван взял во Владимир в юнаки и в отроки. А заодно, и в заложники. Береженого Бог бережет!

Во Владимир прибыли 20 сентября. Листва на березах уже зажелтела. С погодой снова повезло. Затяжные осенние дожди еще не начались.

К этому времени, Иван Васильевич уже начал в мыслях называть самого себя Юрием. Трудно именовать себя Иваном, когда все вокруг обращаются к тебе как к Юрию. Чтобы не путаться в своей собственной голове с настоящим Юрием Всеволодовичем, стал именовать его про себя "Младшим". Тот не возражал, признав старшинство "вселенца". Против воли Божьей не попрешь! Тем более, так сам Архангел Гавриил лично распорядился. Чтобы закрепить успех, Иван допустил Юрия к своей зрительной памяти, в которой ярчайшим образом запечатлелись его полет на Тот Свет и встреча с Архангелом. Юрия проняло до глубины души. Да и убедился он, что у Ивана и знаний, и опыта воинского, и опыта управлять народом несравнимо больше. Согласился быть "вторым номером". "Старший" выпускал "Младшего" на волю на время встреч с женой, и во время охот и тренировок с оружием. Сам в это время думал.

Заслушав обычные отчеты ближних бояр, Юрий вызвал сотника Малюту.

- Помощников себе я подобрал. Одного гридя и двух отроков. Толковые муж и отроки сообразительные. Палаты под Тайный приказ в своем дворе, как ты повелел, устроил.

- Что скажешь по Константину?

- Опрашиваем всех наших купцов, вернувшихся из Ростова. И всех ростовских купцов, к нам прибывших. Пока князь Константин сидит в своем уделе тихо. Правда, бросил клич, дружинников новых набирает. Ничем особым пока не занимается. Все как обычно.

- Купцы ничего не заподозрили в вашем интересе?

- Не заподозрили, князь батюшка. Мы ж не дурные! Подсаживаемся к купцам в трактире, да и ведем разговоры обо всем понемножку, за кружкой меда. Мы угощаем. Прямые вопросы не задаем. Только косвенные. Какие цены на товары, кто помер, кто женился. На халяву каждый охотно выпьет! А дальше, языки у них развязываются.

- Теперь, тебе даю новые задания. Нескольких ростовских купцов нужно подкупить. Сперва поймать их на чем-нибудь. Товар без пошлины провез, или с женкой чужой переспал, или дочку чью-то спортил, или убил кого по пьяни. Можно даже специально такое подстроить. Напоить и девку подложить. Потом сказать, что она дочь боярская. А после прижать его к стенке, заставить пергамент об этом случае подписать. Сам думай, как устроить сие. Нужно, что бы они сами в Ростове вызнавали, то, что нам требуется.

В первую очередь, обо всех сношениях Константина с другими князьями. Далее, обо всех его военных приготовлениях. Потом, о важных хозяйственных делах. Нам нужно знать, в каком состоянии у него казна. За важные сообщения плати им. Для начала, пусть закупают в Ростове соль из выгребных ям, которую наши золотари собирают. Платить им будем за эту соль, так, чтобы прибыль у них была. Цену на эту соль с Брячиславом согласуй. Если они что важное узнают, пусть сразу нам с оказией передают. Сам думай как это устроить. Это - первое задание.

Теперь второе. Нужно, что бы Константин про нас поменьше знал. Пусть твои люди за купцами приглядывают, и за другим людом, кто к нам в город приезжает. Если кто слишком любопытствовать будет про наши дела, того повязать, пытать аккуратно, а потом утопить. Якобы, сам по пьяни утоп. Или в пьяной драке на нож налетел. Думай!

Теперь третье дело, самое важное. В ближайшее время начну я в Боголюбове дела вести наиважнейшие и особо секретные. Об этих делах никто вне боголюбовских стен знать не должен! Те, кто дела эти вести будут, из Боголюбова сами выезжать не должны. Только под охраной. И посторонние в Боголюбов попадать тоже не должны. Совсем. Ежели кто будет пытаться в Боголюбов пробраться мимо охраны, тех имать и пытать.

Проход в Боголюбов должны иметь только люди, там живущие, либо особо доверенные. Список их будешь со мной лично согласовывать. Из детинца Боголюбова нужно всех жителей вывезти. Туда я переселю некоторых мастеров из Владимира. В детинец проход должен быть только тем, кто там жить будет, либо по пропуску с моей личной подписью. А боголюбовских жителей из детинца перевезешь во Владимир на освободившиеся места. Или в Боголюбове переселишь их во внешний город.

Далее, в детинце стоит храм. Его нужно отделить от остальной части детинца частоколом и сделать к храму отдельный проход из внешнего города. Людям ведь не запретишь в храм ходить. Мастеров и работных людей на эти дела возьмешь у Брячислава и Павла. Уразумел?

- Все как есть уразумел, ваша милость!

- Иди думай. Про охрану Боголюбова все, что придумаешь, мне доложи. А я пока подумаю, кого в Боголюбов наместником поставить.

5. Испытания.

Раздав все срочные указания боярам, Юрий наконец смог уделить время самым интересным делам.

По словам отроков, по результатам похода в Рязань лучше всех других показала себя повозка мастера Пригора. Она ни разу не ломалась и легче всего переводилась из походного положения в боевое и обратно. Юрий вызвал к себе Пригора и старосту тележников Панкрата .

Панкрату выдал, как и обещал рубль серебром в поощрение и приказал сделать подробный чертеж повозки с размерами. Старосте Панкрату дал поручение изготовить всем цехом две сотни точно таких боевых повозок. Повелел дать мастеру Пригору заказ по количеству повозок вдвое больше, против остальных мастеров.

Затем лично посетил колокольника Гордея. Осмотрел отлитую пушку. Отлита она была с виду качественно. Отшлифованная изнутри и снаружи бронза сверкала, как зеркало. В нее можно было смотреться. Осмотрев пушку со всех сторон, князь приказал:

- Подвесь-ка ее на веревке за вот эту, репей она называется, на балке потолочной.

Мастер с подмастерьями привязали к репью толстую веревку, перекинули ее через балку и, поднатужившись, подняли пушку. Она повисла под потолком. Князь, осмотревшись, взял с верстака молоток и с силой ударил по пушке. Она звонко и чисто загудела, подобно малому колоколу. Тогда Юрий ударил еще раз со всей своей не малой силы. Пушка загудела сильней, но звук остался чистым.

- Ну, что же мастер, я доволен. Сколько весит сия штука? Ты ее взвесил?

- А как же, ваша светлость, надо же знать, сколько бронзы на нее ушло. Весит она без малого 7 пудов.

- Отлично, мастер. Вот в этом месте просверли отверстие круглое шириной в одну линию. Обратись сегодня же к боярину Брячиславу, он тебе за эту вещь заплатит.

Штука эта пусть пока у тебя полежит, никому ее не показывай. Повелеваю я тебе со всем семейством и подмастерьями перебираться в град Боголюбов. Придет к тебе сегодня - завтра мой сотник Малюта. Ему скажешь, сколько тебе места надо выделить для жилья и для мастерской. Имей в виду, таких штуковин мне много потребуется. Может сто, а может двести штук. За один год.

Малюта в Боголюбове тебе вскоре место предоставит. Как только он скажет, сразу переезжай, ни дня не тяни. А пока он место тебе будет готовить, начни еще одну такую же штуку ладить.

Предупреждаю тебя! Про то, что сделал для меня эту вещь, никому ни слова. И подмастерьям всем и домашним скажи. Будут болтать - языки вырву и ослеплю. Ежели кто спрашивать про нее будет, говорите, что малый колокол для Боголюбовского храма отлили. Понялименя?

- Все поняли, князь батюшка! - хором ответили кузнец с обоим подмастерьями.

Иван покинул мастерскую колокольника в отличном расположении духа. Все вышло даже лучше, чем он ожидал.

Следом посетил кузнеца Ждана. Как только князь переступил порог его дома, Ждан бухнулся в ноги и запричитал:

- Не вели казнить, князь батюшка! Старался я изо всех сил моих, ничего не выходит! Не отливается проклятая!

- Хватит причитать, показывай что получилось у тебя.

Ждан встал, и пятясь раком, повел князя к дверям кузни. Войдя в кузню, Юрий увидел на верстаке корявую пушку, кованную из железных полос.

- Ну, рассказывай, что ты тут наделал!

- Четыре раза я пытался ее отлить в форму. Ничего не выходит, ваша милость, вся в раковинах получается, проклятая. Семь потов с меня сошло, извелся весь. В конце концов плюнул, и отковал ее из полос. Вот что вышло.

Юрий поглядел на изделие кузнеца. Ясно было, что при выстреле пушку разорвет по стыкам полос.

- Понятно мне все с тобой. А ядра отлил?

- Отлил, князь батюшка! Хорошо получились! Вот они!

Князь взял увесистое ядро и покрутил его в ладонях. Кузнец постарался и отшлифовал его.

- Так и быть. Эту работу у тебя принимаю. Деньгами не обижу. Оплату получи у боярина Брячислава. Штуку эту можешь перелить в ядра. Мне еще нужно полста таких ядер. Так сильно можешь их не шлифовать. Однако, эти ядра прокатай по такой же штуке, которую отлил мастер Гордей. Ядра должны свободно по ней прокатываться, однако, зазор между ядром и стенкой трубы должен быть не больше половины линии.

Затем князь проинструктировал кузнеца насчет режима секретности и предстоящего переезда в Боголюбов.

Со двора Ждана Юрий двинулся к плотнику Евсею. Осмотрел изготовленный стационарный лафет, одобрил конструкцию и повелел отвезти лафет к мастеру Гордею, где установить штуковину, которую отлил Гордей, на лафет Евсея и закрепить ее крепко - накрепко железными хомутами. Повелел, также, Евсею изготовить сотню деревянных пыжей из сухой сосны, точно по диаметру ствола штуковины Гордея. Затем вручил Евсею чертеж деревянного барабана с ручным приводом для смешивания порошков, и приказал изготовить его за семь дней. И в заключение, порадовал Евсея предстоящим ему переездом в Боголюбов.

Наибольшие сомнения у Ивана вызвал вопрос, кому поручить очистку селитры. Кое что по способам очистки он помнил. Но, никто из мастеров ремесленников здесь ничем подобным не занимался. Решил посоветоваться с Юрием. Выслушав Старшего, тот сделал аналогичный вывод. Таких мастеров во Владимире нет. Зато внес свежую мысль найти парочку грамотных и толковых отроков, все им разъяснить и они под присмотром Юрия будут осваивать очистку сырья. А толковых грамотных отроков лучше всего было искать среди служек в монастырях или в церковных приходах. Ивану идея понравилась.

После очередной исповеди в Дмитриевском соборе Юрий подошел к Патриарху Максиму и попросил передать ему шестерых толковых, грамотных и знающих счет отроков. Через два дня отроки были представлены князю.

Юрий временно, до переезда в Боголюбов определил отроков на жительство в две жилые клети в детинце. В одну из них брячислаБрячислав доставил три ручных жернова, барабан от плотника, разных медных и глиняных горшков, весы, закупленные селитру, ольховый уголь, серу.

Иван сам взялся руководить отроками. Троих поставил перетирать жерновами ингридиенты. Когда накопилось по четыре фунта каждого порошка, велел засыпать барабан четыре фунта селитры, и по фунту угля и серы и тщательно перемешать смесь. Полученный состав запечатали в глиняную кубышку. Конечно, следовало бы дополнительно очистить селитру, позернить порох, но, уж больно хотелось Ивану попробовать новую пушку в действии.

Иван приказал доставить на его ладью пушку, ядра, порох и всю снасть к ней. Взял с собой Малюту, дюжину доверенных гридей и "пороховых"отроков. Отплыли вверх по Клязьме на два десятка верст от города, затем еще на пару верст вверх по речке Колокше. По Клязьме довольно часто проходили ладьи купцов, а Юрий не хотел, что бы кто-нибудь случайно оказался видоком испытаний.

Встали в месте, где пойма речки образовывала обширный заливной луг длиной в две версты т шириной в четверть версты. Пушку по сходням вытащили на луг.

Лафет установили в специально изготовленный длинный деревянный желоб с бортиками, шириной как раз с лафет. Желоб сориентировали вдоль луга и смазали растительным маслом. Пушка на лафете была заранее подбита клином до максимального угла возвышения, с отношением сторон треугольника 1:3.

Иван лично, под взглядами гридей и отроков засыпал в жерло пушки два фунта пороха, протолкнул его до дна и примял пробойником. Вставил в жерло деревянный пыж и протолкнул его в ствол пыжевником до упора. Затем закатил в ствол пушки ядро. Подсыпал пороху на полку и пропихнул часть его в запальное отверстие деревянной лучиной. Затем послал десятерых гридей с вешками прямо вдоль директории выстрела, приказав втыкать вешки через каждые сто шагов. После установки вешек гриди отходили на полста шагов в сторону.

Когда все вешки выстроились в ряд, он отошел вместе с Малютой и отроками на полсотни шагов в сторону от пушки и приказал Малюте зажечь огнивом небольшой факел. Когда факел загорелся, вручил его одному из отроков и приказал подойти к пушке и приложить факел к пороховой затравке.

Приближался решающий, без всяких преувеличений - ИСТРИЧЕСКИЙ момент. Все напряглись. И зашуганные Малютой насчет секретности отроки, и зашуганный князем Малюта, и сам Иван Васильевич Грозный с Юрием вместе.

Отрок не спеша отшагал полста шагов до пушки и приложил факел к запалу. Все присутствующие, запомнили этот миг на всю свою жизнь. Даже Иван Васильевич, видевший это тысячи раз, впечатлился.

Пушка выбросила перед собой длинный сноп пламени, сменившийся через мгновение огромным облаком дыма. Еще через краткий миг по ушам пришелся оглушающий удар. Сама пушка бешеной лягушкой отскочила назад по желобу.

Отчетливо видимый черный мячик ядра, быстро уменьшаясь в размерах, поднялся до верхней точки траектории, затем начал снижаться. И в конце концов плюхнулся о землю, выбив вверх россыпь грунта. Гриди рванулись к месту падения. Артиллеристы тоже побежали. Только князь двинулся неспешно. Невместно было Великому князю бегом бегать. За ним пошел Малюта с лопатой.

Дошли до места. Там уже гомонили гриди и отроки. Ядро пролетело примерно 640 шагов. В земле зияла довольно широкая, суживающаяся к низу воронка.

Юрий остановил прыгающих от восторга отроков, вручил одному из них лопату, и приказал откопать ядро.

Пока отрок копал, Иван прочел отрокам небольшую лекцию. Про то, что такие пушки и порох придумали в далекой земле Цинь. А он самолично нашел в архиве пергамент с описанием пушки и пороха. Далее сказал, что порох у них пока получился не самый лучший, и над ним придется еще поработать. И что вскоре во владимирском войске будет сотня таких пушек. И лететь ядра будут дальше. И что одно такое ядро может убить десяток пешцев или пяток всадников вместе с лошадьми. Отроки, тем временем, меняясь, откапывали ядро. Иван продолжал. С такими пушками войско владимирское сокрушит любого противника. Скоро мастера отольют еще много таких пушек. И к ним понадобятся артиллеристы. Человек по шесть на каждую пушку. Отроки и гриди слышали, раскрыв рты. Наконец отрок откопал ядро. В мягком грунте оно прошло целую сажень.

Вернулись к пушке. Откатили ее к началу желоба. Иван прочистил ствол банником, затем зарядил пушку снов. На этот раз зарядил три фунта пороха. Ядро пролетело 760 шагов.

На этом Иван решил завершить испытания нового оружия. Для первого раза более, чем успешные. Пушку и наряд к ней погрузили на ладью и поплыли обратно во Владимир.

Весь обратный путь Малюта накачивал гридей и отроков насчет соблюдения тайны. А князь под конец добавил, что, если хоть слово о том, что видели отроки и гриди уйдет на сторону, то глотка, из которой это слово вылетело, отлетит от тела вместе с языком и головой.