ЗА КАДРОМ. Lights of Fame.

Персонажи этой истории могут показаться вам смутно знакомыми. Да, на их создание автора вдохновили реальные люди и факты или даже слухи, однако не стоит воспринимать этот роман иначе, как творческий вымысел. Любые совпадения с реальными событиями случайны либо использованы в художественных целях.

Самолет едва ощутимо вздрагивал в темном небе над Лос-Анджелесом. Сквозь иллюминатор город выглядел как ветви виноградной лозы: золотые прожилки улиц, капли света, разбросанные по ночному городу, в котором, казалось бы, никто никогда не спит. Город Ангелов. Город Грез. Столица мирового кинематографа.

Стюардесса уже оповестила по громкой связи пассажиров, чтобы те пристегнули ремни безопасности. Их самолет вот-вот совершит посадку. Диего смотрел вниз, не двигаясь. В пластиковом стаканчике остывал черный кофе – всегда слишком крепкий и приятно горький.

Для Диего уже стало традицией прилетать вот так, под покровом ночи, когда даже самый утомленный его фанат выберет между сном и слежкой, конечно же, сон. Никто не начинает новый проект ночью. Он видел столько разных коллег по цеху, которые часто даже опаздывали на первое чтение сценария. Какое неуважение к остальным! И в первую очередь к режиссеру – человеку, ответственному за то, чтобы воплотить бурную фантазию сценариста на экране телевизора в любом уголке этой планеты.

Его лучший друг, в отличие от Диего, не любил готовиться к старту съемок новых фильмов с ночи.

– Кажется, что ты уже опоздал на собственную роль, – делился с ним Оскар одним из вечеров, когда их графики позволили встретиться и провести время в компании друг друга.

Но Диего давно сделал своей традицией заселяться в отель после полуночи. Была в этом своя особенная прелесть – начать утро плавно, без суеты и опасений подвести кого-то из команды, даже если причиной тому будет нелетная погода или не вовремя загоревшийся двигатель на крыле самолета. Такого, конечно же, никогда не случалось, но чем черт не шутит!

Он ответил вежливой улыбкой на просьбу стюардессы, допил мерзкие холодные остатки кофе и кинул стаканчик в пакет, который та везла по проходу, проверяя, все ли готовы к плановому приземлению.

Диего откинул голову на верхушку сидения. В кармане куртки лежала тонкая распечатка сценария – изрядно помятая от прочтений во время пересадок и смене отелей. Он читал его уже трижды. Все, что нужно было знать, он знал: эпоха поздней Римской Империи, император на грани потери власти, молодая женщина, разрушающая устои, борющаяся за новые взгляды и ценности. История, которую уже снимали сотни раз. Но этого режиссера очень хвалили. И, как сказала его агент, «это может стать твоим новым поворотным моментом в карьере».

Он усмехнулся тогда. Новый поворот. В сорок шесть? После десятков успешных ролей, неприкрытой лести и обязательства перед Студией оставаться холостяком и «любимцем женщин»?

Список тех проектов, в которые его снова и снова включали, порой даже без проб, словно роли писали для него, под него, продолжал плестись бесконечной ковровой дорожкой премьер, промо-туров, интервью, на которых ему все еще было некомфортно чувствовать весь этот ажиотаж вокруг своего имени.

Диего Паскаль.

Один из самых ярких актеров своего поколения, и его карьера, как и личная жизнь привлекали внимание фанатов. Он многогранен, и его талант мастерски сочетать драму с экшеном, в самом деле, выходил далеко за рамки того, что он демонстрировал зрителю. Громкие проекты, такие как «Путь драконов», «Тень вечности» и «Торговцы смертью» показали его способность легко переходить от героизма к уязвимости, так полюбившейся в нем поклонниками.

О его профессионализме и преданности ролям ходили легенды. Например, он никогда не опаздывал на съемки, а, будучи обаятельным и настоящим, сохранив свою непринужденность и искренность, так отличавших его от многих других звезд, Диего легко становился любимцем публики, куда бы не занесла его судьба. Или график очередного проекта.

Даже для участия в «Тени вечности» он провел много времени в костюме Межгалактического Воина. Все сцены, за исключением опасных для жизни, где по контракту требовались каскадеры, были сняты с его участием, не смотря на то, что никто не видел лицо его героя до самого финала первого сезона. Все это в очередной раз подтверждало его трудолюбие и готовность работать на результат, несмотря на физические неудобства.

Рядом, через проход, устало прикрыв глаза сидела женщина в сером худи. Ее лицо до боли напоминало кого-то. Возможно, Анабель? Он закрыл глаза.

Анабель.

Он не видел ее год. Или два? Время теряло форму, когда проживалось вдали друг от друга. Агент предупредила, что она тоже будет в фильме. Маленькая роль. Второй план. Но у Анабель никогда не было «второго плана». Даже когда она ушла – это было словно кадр, снятый крупным планом, с драматическим наплывом камеры на Диего, и дальше, вглубь, до самого в очередной раз разбитого сердца.

Пресса никогда не давала Диего покоя. Едва о нем заговорили в Голливуде, он стал магнитом для бесконечных слухов и историй, которые будто бы порой создавались для того, чтобы разжигать интерес. И каждое его появление на светском мероприятии, в ресторане, на съемочной площадке – неизбежно становилось очередной темой для разговоров. Но в отличие от других знаменитостей, Диего не питался этим вниманием. Он не страдал от отсутствия публичности, как многие другие. Он был неуловим. И вот это-то и было самым заманчивым для всех.

Слухи за ночь успевали обойти весь земной шар. Говорили, что у него была страстная, но кратковременная связь с актрисой, с которой он снимался в одном из фильмов. Кимберли Лоуренс. Ее имя постоянно всплывало в газетах, когда Диего только начинал набирать популярность в Голливуде. И хотя она была с ним не только на экране, в реальной жизни их отношения оставались обрывками недосказанности. Несмотря на все спекуляции о романе, Диего всегда заявлял, что «не стоит обсуждать то, что не должно быть обсуждаемо толпой». Этого было достаточно, чтобы все продолжали гадать, чем на самом деле закончилась та их история.

Затем была красавица Эмили Рапвецки. Она появилась на горизонте, когда Диего как раз работал над одним крупным проектом. Пресса мгновенно подхватила эту новость: они были замечены вместе несколько раз – сначала на свиданиях, затем на открытых ужинах. Все выглядело почти идеально. Однако, по слухам, Диего не был готов к серьезным отношениям, что вызвало внезапный уход Эмили с горизонтов. Когда ее до сих пор спрашивают о нем в редких интервью, она отвечает с загадочной улыбкой: «Мы оказались не готовы полностью открыться друг другу.»

Тогда наперебой затрубили, что Диего встречался сразу с несколькими коллегами по сериалу HBO. Но особенно разгорелась история с Марией Белло, когда их заметили на частном отдыхе на Карибах, где они казались парой, но ни одно из публичных заявлений так и не подтвердило, что они действительно были вместе. И, как всегда, это лишь добавляло масла в огонь – было ли между ними что-то большее, чем просто временная интрижка?

Но, несмотря на все эти истории, Диего оставался загадочной фигурой. Слухи, конечно, приводили к спекуляциям, но никто не мог сказать точно, что он на самом деле искал. При этом Диего оставался таинственно любезным и внутренне недосягаемым для прессы и фанатов.

Но потом появилась она.

Анабель Кирвин.

На первый взгляд, Диего не знал, что делать с ее настойчивым присутствием в его привычном мире. Когда их заметили в одном из кафе между съемками – они сидели за столом, разговаривали с таким видом, как будто были давно знакомы, – пресса сразу подхватила новость: «Диего Паскаль и Анабель Кирвин: новый роман Красного Змея?» [1].

Вот только Диего точно знал, что это не просто слухи, а начало чего-то нового. Он понимал, что пресса умеет создавать свою правду, но искренне хотел, чтобы в случае с Анабель все стало более реальным. Не просто эпизодом из фильма, а жизнью. Все ранее пережитое с женщинами, конечно, заставило его сомневаться в готовности к отношениям. Он был загадкой и для самого себя. Той тайной за семью печатями, которую пресса и люди вокруг него столь любовно пытались разгадывать из года в год.

По окончании совместных съемок слухи лишь с удвоенной силой набирали обороты. «Паскаль и Кирвин: тайный роман или просто удачная химия?» Но вот что было интересно – никто не знал, как Диего чувствовал себя на самом деле.

Когда его взгляд встречался с Анабель, он приходил к сознанию, что, возможно, это именно то, чего он так долго избегал. Открытость. Уязвимость. То, что он не позволял себе раньше. Чувствовать. Вкладываться. И, возможно, быть настоящим.

Многим позже, сидя в том же самом кафе на углу, где пресса заметила их впервые, Диего задумался об усталости, наваливавшейся с каждым днем от всех этих разговоров. Он никогда не стремился к громким романам. И тем более не хотел быть частью сплетен со своим именем в заголовках.

Диего знал, что этот бег будет продолжаться бесконечно. Он всегда, сколько помнил себя в этой индустрии, был объектом для сплетен, но научился распоряжаться шумихой вокруг своей фамилии, словно опытный дирижер руководил оркестром вздохов, вопросов и всевозможных догадок.

Он открыл глаза, услышав, как меняется шум двигателей, становясь более громким и напряженным. Уши слегка заложило от резкого изменения давления. Земля становилась все ближе и ближе. Казалось, что время замедлилось, а момент посадки растянулся в вечность, пока едва ощутимое волнение других пассажиров невидимо вибрировало в воздухе.

Он с любопытством открыл сценарий наугад и прочитал имя, которое видел уже не впервые: Клодия Фаустина. Главная героиня. Молодая актриса. Имя – Флоренс Лейн. Он не был знаком с ней лично. Знал только, что за «Восходящей звездой» премии BAFTA уже числилось две номинации на «Оскар», участие в боевиках, независимые драмы и возраст, многим меньше его.

– Поколение, которое смотрит в глаза. Без страха, – так сказал режиссер, когда они с Диего встретились для обсуждения его роли императора Маркуса Корнелия Августа. Он не поверил, но согласился.

Диего снова глянул в иллюминатор, наблюдая как внизу загорелась цепочка ярких огней. Самолет начал снижение и уверенно коснулся взлетно-посадочной полосы, словно птица, вернувшаяся в свое гнездо.

Диего вздохнул, не заметив, как в очередной раз погнул обложку, сжав сценарий чуть сильнее обычного. Внешнее спокойствие всегда брало верх над внутренними страхами.

На следующий день он должен был присутствовать на репетиции. А вскоре и снова войти в кадр. В мир, где ничто не настоящее – кроме тех моментов, что остаются за пределами операторского объектива.

А еще Диего не знал, что через две недели он больше не сможет отличить игру от правды.

______________________

[1] - Роль Рафаэля Дель Роза, по прозвищу Красный Змей, в нашумевшем в сериале HBO «Путь драконов», подарившая Диего огромную славу.

Больше информации в tg-канале: giveussomehope_darcy