За пять минут до поцелуя. Акт 2

Лиза

Мы с Ником наконец втащили последнюю коробку в квартиру. Я привалилась спиной к стене и сползла на пол. Ноги гудели так, словно пробежала марафон с препятствиями по пересеченной местности. Руки саднили от царапин, а на пальцах намертво прилипли куски скотча, которые я даже не пыталась отдирать.

В воздухе висел запах краски, пыли и чего-то нового, будоражащего кровь. Гостиная напоминала склад после урагана, где картонные башни угрожающе упирались прямо в потолок. Я смотрела на эти геометрические фигуры и прикидывала в уме, сколько недель уйдет на разборку. Ник, как настоящий будущий архитектор, наверняка выстраивал в голове четкие графики распаковки, но даже по его измученному лицу было понятно, что мы будем жить на чемоданах вечность. Изначально мы планировали жить у Ника на прошлой квартире. Но, немного подумав, решили, что пространства будет недостаточно. Все равно квартира была съемная. Нашли вариант получше и перевезли сюда все: его макеты, мои блокноты с расследованиями, посуду, одежду.

Моя куртка валялась в углу под завалами книг. Сейчас меня грела толстовка Ника, которую я вечно таскала у него без спроса. Я наспех стянула волосы в пучок, закрепила их карандашом, чтобы не мешали. Чувствовала себя уставшей и растрепанной.

Ник со стоном потянулся к коробке с пиццей, и положил ее между нами. Мы заказали ее заранее, предчувствуя масштаб работы. Его волосы также растрепались, а на лбу темнела полоска от маркера.

— Последний кусок с сыром, — сказал он и протянул его мне, заботливо придерживая снизу, чтобы не упала начинка.

Я подняла на него глаза, чувствуя, как внутри разливается приятное тепло. Ник выглядел измотанным, но в его карих глазах отражалась такая нежность, что сердце начинало биться быстрее. Я устало улыбнулась и взяла предложенный кусок.

— Спасибо, мой голос эхом отразился от пустых стен. Мне безумно нравилось это эхо, ведь оно означало главное в нашей жизни — перемены. Позади остались ссоры, глупые недопонимания и наша нерешительность. Мы прошли через эту полосу препятствий, выросли из своих обид, и вот сейчас сидим здесь, жуем пиццу на полу среди барахла и чувствуем себя победителями.

— Знаешь, о чем я думаю? — добавила я, смахивая крошки с джинсов. — Нам жизненно необходим диван. Желательно прямо сейчас, чтобы я могла рухнуть на него и не шевелиться до утра.

— Завтра грузчики привезут месте с кроватью и еще кое-какой мебелью, — пообещал Ник, доедая корочку. — А на сегодня у нас есть матрас.

— Звучит интригующе, — кивнула я, доедая свой ужин. Вытерла руки бумажной салфеткой и медленно поднялась на ноги, потянувшись всем телом. Ник внимательно наблюдал за мной. Его взгляд скользил по моей фигуре, и от этого простого внимания по коже побежали мурашки. — Уже поздно. Предлагаю отложить работу на завтра. А сейчас я в душ. И сразу спать, иначе усну прямо тут, между коробкой с кастрюлями и твоими бесконечными тубусами.

— Чертежи не трогай, это святое, — предупредил он, улыбнувшись. — Полотенца лежат в сумке на дне. Я пока разберусь с матрасом.

Я закрыла за собой дверь ванной и щелкнула задвижкой. Разделась, включила горячую воду, позволяя обжигающим струям смыть пыль и усталость долгого дня. Стоя под душем, я думала о том, что это наша первая настоящая ночь в статусе пары, которая официально живет вместе. Эта мысль вызывала восторг, но и пугала до дрожи, ведь я привыкла быть вечной подружкой. Девчонкой в рваных джинсах, которая вечно спорит, язвит и ввязывается в неприятности.

Когда вода перестала шуметь, я вытерлась полотенцем и посмотрела на стопку вещей на стиральной машине. Там лежала моя футболка с динозавром, такая уютная и безопасная. Ну а рядом лежал он, короткий кружевной топ с тонкими бретельками и шорты. Купила этот комплект неделю назад, поддавшись внезапному порыву в торговом центре, и теперь моя внутренняя пацанка вопила, что это слишком пафосно. Но другая часть меня отчаянно хотела быть красивой. Хотела, чтобы Ник видел во мне не только боевую подругу, но и девушку, которую хочется носить на руках.

Я решительно отодвинула футболку в сторону и натянула топ. Кружево плотно прижалось к фигуре. Я посмотрела в запотевшее зеркало, протерев его рукой: влажные кудри падали на ключицы, глаза сейчас казались огромными и испуганными. Я выглядела непривычно женственно, и от этого стало жутко неловко.

Я поежилась, обхватив себя руками за плечи. В квартире было действительно прохладно, но меня трясло скорее от волнения и неуверенности. Щелкнула замком, открыла дверь и сделала несколько неуверенных шагов по коридору в сторону спальни. Ник стоял спиной ко мне, сосредоточенно расправляя простыню на двуспальном матрасе, брошенном прямо на пол. Я вошла и замерла на пороге, не решаясь произнести ни звука. Он обернулся, услышав мои тихие шаги, и тоже замер.

В комнате повисла тишина. Ник смотрел на меня широко раскрытыми глазами. Наволочка просто выскользнула из его рук и упала на пол. Могу представить, что он подумал. Привык видеть меня в своей толстовке, в джинсах. Но сейчас перед ним стояла совершенно другая Лиза. Его молчание затягивалось, Моя с трудом собранная уверенность таяла с каждой секундой. Я видела его нечитаемый взгляд и тут же накрутила себя, решив, что выгляжу глупо и нелепо в этих вычурных кружевах среди строительного мусора.

— Что? — спросила неуверенно. Мой голос предательски дрогнул, выдавая панику. — Слишком не в тему, да? Надо было надеть футболку и не выпендриваться.

Я сделала шаг назад в темный коридор, собираясь сбежать обратно в ванную, переодеться и забыть этот позор как страшный сон. Привычная защитная реакция сработала моментально, ведь я всегда убегала первой, бросала трубку первой, уходила первой, чтобы не услышать отказ. Но Ник очнулся и шагнул ко мне, резко сокращая расстояние.

— Стой на месте, — твердо сказал он низким голосом, в котором не было ни капли насмешки или осуждения.

Он подошел вплотную. Мягко, но очень уверенно перехватил мои руки, сжав дрожащие от нервов пальцы в своих горячих ладонях, шершавых от клея и микроскопических порезов макетным ножом. Он тяжело дышал, словно пробежал стометровку.

Я подняла голову и неуверенно посмотрела на него снизу вверх, все еще ожидая подвоха, но в его глазах не было ничего, кроме безграничного восхищения и затаенной нежности, от которой у меня перехватило дыхание. Он не стал тянуться за пледом или курткой. Просто притянул меня к себе. Я послушно уткнулась носом прямо в его грудь, впитывая его запах. Ник бережно обнял меня за плечи. Я почувствовала его руки на своей коже сквозь тонкий узор кружева. Его подбородок лег на мои влажные волосы. Я прикрыла глаза, слушая, как быстро бьется его сердце под тканью футболки.

— Ты замерзла, — прошептал Ник очевидный факт, успокаивающе поглаживая мою спину.

— Совсем немного, — пробормотала я, не желая отстраняться.

Ник зарылся лицом в мои волосы, глубоко вдохнул запах шампуня и осторожно поцеловал меня в висок, отчего по моей коже пробежала горячая волна, мгновенно согревая лучше любой батареи.

— Ты сумасшедшая, Морозова, — прошептал он мне прямо на ухо. От его горячего дыхания у меня закружилась голова. — Незаконно быть такой красивой среди картонных коробок.

Я сглотнула, чувствуя, как напряжение в теле начало стремительно спадать. Расслабила руки и обняла его в ответ, прижимаясь еще сильнее, чтобы не оставить между нами ни миллиметра свободного пространства.

— Не врешь? — робко спросила я, все еще боясь поверить в свое счастье.

— Ты выглядишь потрясающе, Лиза. Просто невероятно, — он немного отстранился, ровно настолько, чтобы заглянуть в мои глаза, и тепло улыбнулся, аккуратно убирая влажную прядь с моего лба. — Но знаешь, что самое главное? Для меня нет в мире ничего прекраснее, чем видеть тебя по утрам. Ты мне нужна абсолютно любая. В коротком топе, в старой футболке или вообще го…

Он внезапно прервался. Видимо, понял, что его понесло. Я смутилась, расслабившись. Мои губы наконец расплылись в широкой улыбке. Все глупые страхи улетучились, оставив место лишь абсолютному доверию и радости.

— Старую футболку я приберегу на завтра, — хитро ухмыльнулась я. — А последний вариант нужно еще заслужить, Беляев. Готовься.

— Ловлю на слове, — усмехнулся он. В глазах вспыхнули озорные огоньки.

Ник наклонился и поцеловал меня, коротко, но так тепло и уверенно, что у меня предательски подкосились ноги. Это произошло без лишней киношной драмы, без пафосных речей из романтических комедий. Просто чтобы закрепить факт, что мы наконец-то дома, и все у нас хорошо.

— А теперь маршем в постель, пока ты окончательно не заледенела и не превратилась в сосульку, — скомандовал он с притворной строгостью после поцелуя.

Он повел меня за руку к матрасу. Я быстро юркнула под толстое одеяло, спасаясь от прохладного воздуха квартиры. Ник щелкнул настенным выключателем, мгновенно погрузив комнату в темноту, и забрался следом. Темнота надежно скрыла голые стены, стопки вещей и наши бесконечные коробки. Ник придвинулся ко мне. Я тут же свернулась калачиком и прижалась спиной к его груди, находя самую удобную позу на свете. Он обнял меня, закинув тяжелую руку на талию, и прижал очень крепко к себе.

— Так теплее? — тихо спросил он, утыкаясь носом в мою макушку.

— Идеально, — сонно отозвалась я, чувствуя, как постепенно расслабляются уставшие за день мышцы.

Я немного завозилась и перевернулась на другой бок, чтобы лежать лицом к нему. Удобно уткнулась носом прямо в плечо. Мои пальцы нагло забрались ему под футболку и легли на теплый живот, отчего Ник слегка вздрогнул, но не отодвинулся ни на один миллиметр, позволяя мне греться.

Я лежала с закрытыми глазами и молча слушала его спокойное, размеренное дыхание, пока мое собственное сердце бешено колотилось. Чувствовала его живое тепло, безграничную заботу в каждом мимолетном движении. Мои прошлые сомнения, все страхи, что я недостаточно хороша или женственна для него, бесследно исчезли. Их полностью вытеснило это простое чувство происходящего.

Среди неразобранных вещей, в пустой прохладной квартире, я впервые за очень долгое время почувствовала себя дома. Завтра нас ждут сотни картонных коробок, долгая сборка новой мебели и очередные жаркие споры о том, куда лучше повесить книжную полку. Но все это будет только завтра.

А сейчас я просто хочу лежать рядом и обнимать человека, который изменил мою жизнь.