Забери меня с собой

Я всегда хотел проводить журналистские расследования. Докапываться до истинности вещей, раскрывать преступления в какой-то мере, выводить людей на чистую воду – вот смысл жизни. Но, но, но… Свои дни мне приходится коротать в отделе информации (хорошо хоть не в социалке). К тому же раз в месяц моя обязанность – статья на целую полосу в рубрике «Журналист меняет профессию». Ненавижу эту рубрику. Ненавижу всем сердцем. Я серьезный журналист. А приходится печь булочки в белом халате, натирать мозоли на заводе и унижаться в салоне автобуса спрашивая у каждого: «что у вас за проезд?». Бесит.

Очередное задание редактора я ждал с диким напряжением. Никогда не знаешь, до чего он может додуматься. А фантазия у редактора ого-го… Я вжимался в кресло и ждал своего приговора. Редактор ходил вокруг да около, будто не решался чего-то сказать.

- Итак, - начинал он, - мне нужна статься к 1 декабря.

- Хорошо, - согласился я. – Какую профессию мне надо освоить на этот раз?

- Мне нужна статься к 1 декабря, - повторил редактор и посмотрел на меня таким взглядом, будто телепатически пытался что-то сказать.

- И? – я действительно не понимал, чего он хочет от меня.

- Я хочу, чтоб ты заболел СПИДом…

- ЧТО??? – я аж поперхнулся. Причем из его уст это прозвучало так серьезно. Но ведь он шутит, правда? – Вы шутите?

- Нет, я вполне серьезно. Тебе нужно притвориться больным, проникнуть в среду этой категории людей, узнать как они живут.

- Но это не профессия!

- Это рубрика давно устарела, надо что-то менять.

- Например, заразить меня СПИДом? Отличный план.

- Задание не обсуждается.

Я решил пойти по пути наименьшего сопротивления, а потому договорился об интервью с врачом. Я был уверен, что всю необходимую информацию про больных он мне даст, а дальше уже останется только включиться моей фантазии. Общение с ВИЧ-инфицированными я исключил сразу же. Это мне показалось как-то…. Ну не очень приятно.

На интервью я опоздал, у врача уже начался прием. Провести какое-то время в компании десяти больных у меня не было желания. Но возвращаться сюда вновь мне хотелось еще меньше. Между Сциллой и Харибдой, между молотом и наковальней… Называйте это как хотите. Положение было незавидное. Я решил остаться.

- Кто последний? – спросил робко я.

- Я последняя, - девушка бодро вскинула руку вверх и даже мило улыбнулась.

- Я за вами, - ответил я, подошел ближе и сел рядом с ней. Больше свободных мест не было.

Я пытался рассмотреть ее боковым зрением, так как пялиться в упор было неприлично. Она была очень худая, я бы даже сказал костлявая. Она улыбалась, но мне показалось, что она делает это через силу. Как будто спала сегодня всего один час, а сама говорит, что все в порядке, выспалась. Еще что меня удивило, так это цвет ее лица. Он отдавал какой-то синевой и землистостью.

- Привет! – прошептала она и протянула мне руку.

Ее костлявые пальцы дрожали, как у алкоголика. Мне стало не по себе. Я должен был протянуть руку в ответ, но не мог. Я боялся. И мне было, честно говоря, неприятно. А она смотрела на меня и улыбалась. В который раз мысленно проговорив себе, что через рукопожатие СПИД не передается, я протянул руку вперед.

- Привет…

- Я Саша.

Блин, блин, блин. Ну зачем она со мной начала знакомиться? Ну чего ей не сиделось тихенько в ожидании приема? И почему я?

- А я… Арсений…

- Приятно познакомится.

- Мне тоже.

- Вы, наверное, еще на ранней стадии?

- Эээ… Да… А как вы догадались? – недоуменно спросил я.

- Хорошо выглядите.

- Правда?

- Да. Хороший цвет лица. Наверное, случайно узнали о диагнозе?

Я был не готов отвечать на вопросы. Это я журналист, это я спрашиваю. Тем более ее вопросы ставили меня в тупик. Я врал и боялся, что могу сморозить глупость и она меня раскусит.

- Я схожу покурить.

- К сожалению, не смогу составить вам компанию. Я не курю.

Тут я заметил, что она постоянно чешет голову, которая, кстати, не отличалась особой ухоженностью. Я решил отложить перекур и перейти в атаку, пока не забыл вопрос:

- А почему вы голову-то чешите?

- У меня себорейный дерматит. А у вас разве нет?

Я отрицательно закачал головой.

- Повезло же вам. У меня-то полный набор. Я так диагноз этот и обнаружила. Лазила по интернету в поиске интересных историй. И на одном медицинском сайте нашла признаки СПИДа. А они совпали с тем, что как раз творилось с моим организмом. Для подтверждения я решила сдать анализ… И вот я здесь.

- И по каким же признакам вы определили, что у вас СПИД? – я даже улыбнулся, мне было правда интересно узнать какой должна быть температура тела, чтобы подумать, что у тебя СПИД. Это показалось забавным.

- У меня была лихорадка, я стала сильно потеть, особенно по ночам, меня мучили диарея, кашель, отдышка, плюс себорейный дерматит. Одно хорошо, похудела на десять килограмм.

- Это могло быть что угодно. С чего вы взяли, что это именно СПИД?

- Предчувствие. Ну а вы как узнали?

- Эм… - думай, думай быстрее, - при устройстве на работу проходил медицинское обследование. Анализ на СПИД был обязательным. И вот я здесь.

- И остались без работы. Да уж, нас в обществе не любят, бояться нас, думают, что мы не такие. А мы такие, просто смотреть надо под правильным углом.

- Люди просто боятся, что… мы, – я делал успехи, уже начинал говорить «мы», я причислял себя к ним, к ней, - мы сможем заразить их.

- Если головой думать, никто никого не заразит. Меры предосторожности простые, соблюдать их несложно.

- А если взять такой вариант, что у человека на руке царапина. Он пожимает руку человеку ВИЧ-инфицированному, у него тоже царапина, и капля его крови попадает другому. Кто виноват в таком случае?

- Так не бывает, - фыркает Саша. – Вот вы как заразились?

- Ваша очередь, - говорю я, когда из кабинета врача выходит парень. Он спас меня, потому что ответ на вопрос «как я заразился» за одну секунду придумать не смог. Нет, были варианты, но признаваться в таком стыдно.

- Подержите пальто?

Она положила свое пальто мне на колени, и сердце мое упало в пятки. Нет, я знаю, что СПИД не передается через одежду. Но все равно было неприятно держать вещь больного человека.

Саша ушла, а я остался один в коридоре. У меня был месяц на статью, но я был готов потратить на эту тему только один день. Только сегодня. Приду, напишу и забуду. Кое-какая информация у меня уже была, спасибо болтушке Саше.

Она вышла из кабинета чуть грустнее, чем была раньше. Подошла ко мне и забрала свое пальто.

- Все в порядке? – спросил я. Мне стало ее жалко.

- Жить буду, - Саша выдавила улыбку. – Какое-то время…

Она протянула мне листик и попрощавшись пошла по длинному пустому коридору. На бумажке был ее номер. Я не собирался звонить. Она была, конечно, милая и красивая, но нам не по пути. Я скомкал бумажку, кинул ее на дно своей сумки и пошел на интервью.

Я не спал всю ночь, за которую выкурил полторы пачки сигарет и выпил полбутылки вина. У меня была цель: закончить статью сегодня. Во что бы то ни стало. Собрав воедино историю Саши и сухую статистику врача, получилось что-то более или менее. Хотя мне не нравилось. Ужасно не нравилось. Но я все равно отправил это редактору.

Я получил по шапке назавтра же. А потом еще четыре раза в течение нескольких недель, когда пытался переписывать статью. Редактора не устраивал ни один вариант. У меня бы последний шанс.

В самый отчаянный момент я вспомнил о Саше. Скомканный листок с ее номером все также валялся на дне моей сумки. И я позвонил…

- Привет, это Арсений… из больницы… помнишь, мы виделись в больнице… - мямлил я.

- С тобой все хорошо? - заботливым голосом спросила Саша.

- Эээ… да, все хорошо.

- Просто ты не позвонил, я подумала, может что случилось.

- Да, меня направили в больницу на дополнительное обследование… Только сегодня выписали…. – какой же я врун.

- О, и ты мне сразу же позвонил. Так мило.

- Ты не хочешь встретиться? Сходить на прогулку, выпить кофе.

- Буду рада.

У меня была неделя, чтобы сделать статью, которая устроила бы редактора. Отсчет времени начался с момента встречи с Сашей. Именно через нее я планировал узнать все-все о ВИЧ-инфицированных.

Мы встретились в парке. Саша протянула руку, а я зажмурившись потянулся к ее щеке. Ведь так же СПИД не передается, правда? А мне позарез нужно было расположить ее к себе. Саша как ошпаренная отскочила от меня, даже не дав себя поцеловать.

- Прости, мы еще слишком мало знакомы, - опустив глаза, сказала Саша.

- Это ты меня прости. Я по-дружески. Знаешь, после того, как мне поставили диагноз, друзей у меня не осталось и вовсе…

- Как же ты живешь без друзей? – искренне не понимала она. Радовало то, что она верила, будто я действительно болен.

- Ищу новые хобби, много думаю о жизни.

- А когда приступы одиночества случаются, что делаешь?

- У меня есть очень хороший способ. Я сажусь на балконе в свое любимое кресло и курю.

- Классно! А у меня балкона нет. А так бы хотелось.

- Как же ты тогда борешься со своими приступами одиночества?

- У меня их не бывает.

- Как так? – не понял я.

- А мои друзья от меня не отвернулись.

- Правда?

- Да. На то они и друзья, чтобы быть рядом в трудную минуту.

Я решил, что пора бы ее пораспрашивать про болезнь.

- А как ты заразилась?

- Эм… - Саша тянула с ответом. – Ну, понимаешь… неразборчивые связи…

- Да ладно, - я не верил ни одному ее слову. – Такая скромная, милая девушка. И вдруг неразборчивые связи.

- Да, неразборчивые связи… у моего парня… бывшего парня…

- Ах, это парень тебя заразил?

- Да, он. А ты как заразился?

- А я наркоман, - сказал я и попытался изобразить серьезный вид. А сам все думал: «Типун мне на язык!»

Саша рассмеялась.

- Ты чего?

- Ты хоть когда-нибудь наркомана видел?

Я молчал.

- Ну, хотя бы в кино?

Я молчал.

- Ну, так вот, наркоманы они совсем не такие как ты.

- Ну, хорошо, я пошутил, - этот вариант не подошел, а запасного у меня не было. – Я не знаю как это случилось. Правда.

Саша взяла меня под руку, и мы пошли гулять по парку. Мы говорили только о СПИДе. Я задавал вопросы, она задавала вопросы. И если в какой-то момент мы отклонялись от темы, то все равно возвращались к ней.

Саша была совершенно нормальной. Только мне показалось, что она стала еще тоще, а лицо еще синее. Все чаще она останавливалась и просила посидеть на лавочке, потому что долго ходить не могла, уставала. Она все также чесала голову, и это порой отвлекало.

Мы встречались каждый вечер, гуляли по парку, пили в кафе кофе, ходили в кино. И постоянно говорили о СПИДе, как будто поговорить об этом было больше не с кем. От Саши я узнал такие подробности, о которых не пишут в книгах. А главное я перестал боятся. Я брал ее за руку и не думал о том, что она больна. В какой-то момент я действительно поверил, что сам болен СПИДом. Настолько это все казалось реальным.

Нас ждало последнее свидание. По крайней мере, я так планировал. Думал, что напишу статью и больше не буду с ней встречаться. Ведь цель будет достигнута. Я понимал, что влюбляться в нее нельзя ни в коем случае. Она обречена на смерть, а я на жизнь. Это все равно, что луна и солнце. У них разные судьбы, они никогда не будут вместе.

Но Саша мне нравилась. Безумно нравилась. И я не знал, что с этим делать. Решил позвонить маме, она всегда знала ответы на вопросы.

- Мама, а что если ты любишь человека, который…. Обречен на смерть, - еле слышно спросил я.

- В мире много других, не обреченных, людей, - спокойно ответила мама.

- Но если я люблю именно этого?

- А если нет? – спросила мама. – Если не любишь, а лишь думаешь, что любишь? Загубишь свою жизнь, но потом уже ничего не исправишь.

Я молчал. Я ничего не мог ей ответить.

- И раз уж у тебя возникают сомнения по поводу «люблю-не люблю», однозначно не любишь. Иначе бы не сомневался.

Мама была права. Я должен был прекратить все это, пока оно не зашло слишком далеко. А еще эта проклятая статья… Я позвонил Саше, чтобы пригласить ее на наше последнее свидание.

- Что делаешь? – спросил я, когда Саша взяла трубку.

- Курю на балконе, - не раздумывая, ответила она.

- Ты же не куришь… и у тебя нет балкона …

- Да. Зато у меня хорошее воображение. И откуда ты знаешь? – удивилась Саша.

- Про курение ты говорила еще в больнице, а про балкон на нашем первом свидании.

- Свидании? – Саша удивилась еще больше. – А что разве у нас было свидание?

- Я думал, что это были свидания, - я растерялся.

- Сеня, мы… друзья… - робко сказала Саша.

Я чуть не признался ей в любви, а оказалось, что мы просто друзья. Хотя это намного упрощало ситуацию.

- Поехали кататься? – предложил я.

- Поехали. Я через час буду свободна.

- Ты даже не спросишь, на чем мы будем кататься?

- Какая разница на чем, главное с кем.

Ровно через час мы неслись по городу на моем мотоцикле. Она крепко обнимала меня за талию, и я чувствовал, как сильно билось ее сердце. Друзья, говоришь?

Мы приехали на озеро. Солнце садилось уже, и красный закат красиво отражался на воде. Саша все больше молчала, как будто знала, что конец близок. Смотреть на нее было невыносимо. Смотреть и знать, что не можешь поцеловать.

- Ты перестала чесать голову, - заметил я.

- Что?.. – она не могла найти ответ. – Я, наконец, нашла хорошее лекарство.

И улыбнулась. А потом тихо прошептала, будто не мне.

- Завтра все будет по-другому.

- С чего ты взяла?

- Просто предчувствие.

Я взял ее за руку в знак поддержки, как бы обещая, что завтра все будет по-прежнему. Я обманывал. Завтра выйдет статья. И как раньше уже не будет.

- Можешь мне кое-что пообещать? – спросила Саша.

- Все, что угодно.

- Когда будешь уходить, забери меня с собой…

- Только при одном условии.

Саша вопросительно посмотрела на меня.

- Когда уходить будешь ты, забери меня с собой…

Саша улыбнулась, и я поцеловал ее. Первый раз за все время нашего общения я не соврал. Я действительно хотел, чтоб она забрала меня с собой. Я ни разу не соврал в статье. Я рассказал, как пытался быть больным СПИДом, как боялся ВИЧ-инфицированных и как полюбил больную девушку. Я отправил Саше сообщение, чтоб она купила газету и прочитала эту статью. Я хотел, чтобы она узнала правду. В ответ она посоветовала мне почитать другую газету.

Статья была подписана Александрой Лисовской. Моей Сашей. Называлась… «Забери меня с собой». Я читал ее снова и снова. Я злился, топал ногами, разбрасывал вещи по квартире, а потом смеялся и прыгал от счастья.

Я мчался к ней на мотоцикле, а в голове проносились обрывки ее статьи «на сайтах, посвященных СПИДу, читала про внешние признаки болезни… перед походом в больницу загримировалась, придала коже специальный синеватый, землистый оттенок… не мыла голову, чесала ее постоянно… дрыгала руками… я боялась… я знала, что так просто СПИД не передается, но я все равно боялась, мне было неприятно общаться с этими людьми… но мне нужно было с кем-то поговорить, чтоб проникнуть в эту болезнь… я пошла на интервью с врачом, но просидела в очереди, изображая пациенту… думала, что так смогу раздобыть больше информации… я выбрала его, потому что он был самый симпатичный и казался вполне здоровым… я протянула ему руку, а сама дрожала от страха… я оставила ему номер телефона, потому что мне нужна была информация… он не позвонил, и я впала в отчаяние, сроки поджимали, а информатора как такового у меня не было… он позвонил за неделю до конца срока, и я подумала, что у меня еще есть шанс сделать качественный материал… он хотел поцеловать, а я увернулась… я все еще боялась этой болезни… он показал мне эту болезнь с другой стороны, рассказал то, о чем не пишут в учебниках… мы мчались на мотоцикле и я повторяла себе, что мне нельзя влюбляться, что завтра все закончиться, что со временем все забудется, что нам не по пути… он замечал все мелочи, даже когда я отвлеклась и забыла, что мне надо чесать голову изображая дерматит… а потом не выдержала и попросила: «Когда будешь уходить, забери меня с собой… »… он попросил в ответ: «Когда будешь ты уходить, забери меня с собой…»… в тот момент я поняла, что пропала…»

Саша открыла дверь. Она была еще красивее, чем обычно. Волосы вымыты и аккуратно уложены, лицо здорового розового цвета, немного косметики. Саша стояла, скрестив руки, губы ее были зажаты, а брови нахмуренны. Она кинула в меня газету. В ответ я кинул газетой в нее. Саша улыбнулась. Я улыбнулся в ответ. Мы кинулись в объятия друг друга. Теперь между нами не было никаких придуманных болезней.

P.S. Мы не повстречались, наверное, и года. Чувства угасали, мы становились все дальше и дальше друг от друга, а потом и вовсе разбежались. В наших отношениях не было ничего сказочного и необычного, как это показалось сначала. Просто мы перестали бояться потерять друг друга, перестали ценить каждую минуту проведенную рядом. Ведь были уверены, что таких минут будет еще миллион, а завтра обязательно наступит.

То время, когда мы обманывали друг друга, было самым счастливым в наших отношениях. И еще никогда так не билось мое сердце, когда она спрашивала: «Ты заберешь меня с собой?» А я думал про себя: «Нет, это ты меня с собой заберешь».