Заблуждение

Прерывался ли когда-нибудь ваш долгожданный крепкий и сладкий сон, после тяжёлого рабочего дня, ужасными криками и воплями? Если кто-то с таким сталкивался, он поймёт меня в этот момент и посочувствует, ведь кроме этого больше ничего не остаётся.

Утречко выдалось достаточно холодным и влажным, что даже освежало и предавало сил, а также бодрости, сильно противореча той ситуации, в которой мы сейчас, к сожалению оказались.

Я ещё не совсем придя в себя, после того как резко проснулась ещё и не по своей воле, решила проверить что же так нахально решил нарушить мой безмятежный сон.

—Ааааа, уйди прочь от меня, чудовище, изыди тварь! Спасите! Помогите!

Мои глаза всё ещё не слушались меня, и я не могла сфокусировать свой взгляд на чём-то одном, всё было размыто и непонятно. Только спустя какое-то время я, наконец, смогла разглядеть свою соседку, лежащую на полу и нечто, придавившее её к полу и не дававшее ей выбраться и, в конце концов, подняться. За несколько секунд, я успела разглядеть его, и мои наблюдения не были обнадёживающими. Оно было выше, чем я ожидала, и его глаза смотрели на меня. Глаза существа, безжизненные и пустые, светятся отражением злобы и бездны. В его глазах нет ни капли человечности, только холод и безразличие к страданию. Мощные и острые клыки, выступающие из пасти, свидетельствуют о его хищнической природе и жажде разрушения. Оно выглядело просто ужасно, и не разберёшь, на какое именно существо больше походит, скорее всего это была обезьяна, или нечто из рода обезьяньих. Тварь имела длинную шерсть до пола, она издавала просто зловонный запах.

«Так вот какой он - конец света?»

Я видела, как он приближался к Марго, готовясь нанести ей боль.

—Ааааааар!—прокричав, оно накинулось на меня, при этом разбрызгивая слюни во все стороны. Я машинально кинулась к двери, на бегу хватая свою соседку и успевая осмотреть её ранения.

Как оказалось, мой ключ лежал на столе, а вернее в двух шагах от меня, причём в прямом смысле. Но дело в том, что я пыталась взять этот ключ всеми возможными способами, самым опасным из которых был просто подбежать к нему, меня сразу же положили на обе лопатки. А ключ улетел в другой конец нашей комнаты…

Вдруг послышался звук бьющегося стекла, к нам в комнату пожаловал нежданный гость — ещё один монстр.

В коридоре послышались крики и шаги. Я начала кричать:

—Эй, вы там, помогите, пожалуйста, у меня в комнате два существа и раненая соседка! Мы нуждаемся в вашей помощи, я долго не смогу продержаться, эти твари слишком сильные! Ай!— я кричала изо всех сил, хотя это опасно, на крик могли сбежаться и другие твари.

—Ты здесь? В этой комнате?— послышался стук в мою комнату.

—Да! Да! Да! Помогите, пожалуйста! Бога ради!— я скорее уже орала, чем просто кричала.

—Так, для начала успокойся, отодвинься от двери, мы попробуем выбить дверь, будь аккуратна!- успокоив меня, он начал действовать.

Я кое как пыталась сдержать этих двух безумных существ одной лишь шваброй, меня даже порой пробирало на смех от осознания того, что я обязана тем, что ещё дышу этой несчастной швабре.

Вдруг дверь, с лязгом и скрипом, открылась, я кинулась к ней, как стрела.

Так как дверь была почти выбита, закрыться она не смогла, и пришлось вставить в ручку двери мою швабру, долго она задержать не могла две горы шерсти и мяса, но на какое-то время всё-таки даст отсрочку. Хоть и звучит грустно, но я мыслила реалистично. Я даже не успела поблагодарить своих спасителей, которых оказалось пятеро, за своё спасение. Среди них оказался мой друг — Матвей.

Мы побежали на этаж ниже, так как надо было как можно быстрее покинуть здание, заполонённое многочисленной тварью. Ничего не оставалось кроме как напасть на них, как говорится лучшая защита - это нападение. Но нужных орудий убийства поблизости замечены не были, тогда было решено драться на кулаках.

Вот с нами поравнялся первый монстр, тогда самый сильный из нас, мужчина лет двадцати трёх с хвостиком, выскочил из угла и нанёс сокрушительный удар, который поверг нас всех в шок. Тварь ещё немного пошевелилась и через минуту окончательно испустила дух.

Второго зверя видно не было, его либо прикончили другие выжившие, либо он отвлёкся на них же, ну или может ещё чего незапланированного случилось.

Кстати, к этому моменту я уже обратила внимание на своих спасителей, если считать вместе со мной, нас было шестеро: четыре молодых парней, моя соседка, которую мы уже успели порядком подлатать, и я.

-Как вас зовут?- поинтересовались представители мужского пола кивком головы в нашу сторону. - И сколько лет?

- Меня зовут Алиса, двадцать один год, позывной Ария. - Отрапортовала я. – А мою подругу - Марго, двадцать лет, позывной Мари.

- Крутые у вас позывные, как ни крути! – с некоторой даже завистью в голосе произнёс рыжеволосый кудрявый парень.

- А как тебя самого звать?- тем же развязным голосом спросила я.

- Меня? – парень даже несколько удивился. – Вова, друг вон того сильного парня, - при этих словах он показал пальцем на него,- ты его скорее всего уже заметила, голыми руками уложить зверюгу, эх вот бы мне такую силищу, - и снова в его голосе мимолётно чувствовалась зависть.

- Я знакома с Матвеем.

- Правда что ли? Никогда не слышал...

Увидев, как ушёл Вова, остальные сами подошли ко мне.

- Моё имя Саша, его звать Олег, - он показал сначала на себя, а потом слегка стукнул своего товарища, - ты не сильно потрясена таким «добрым утром»?- слегка съехидничал мой собеседник.

- Ну что ты, оно было довольно таки добрым, сравнивая с тем, как меня будили на первом курсе обучения, это ещё подарок судьбы. Да ещё и гости с утра пораньше, когда же такое было! – Я попыталась улыбнуться, но получилось не очень, уголки моих губ то и дело дёргались.

Перед тем как попасть в пункт назначения, а им являлся единогласно выбранный первый этаж, так как мы сами находились на третьем этаже, и нам было ближе всего идти именно туда, нам надо было пройти, во-первых все оставшиеся этажи, опасные лестничные пролёты и оставленные открытые комнаты. А ещё мы решили идти именно туда из-за того, что нам надо было получить дальнейшие указания от начальства, потому, что вряд ли кто-то вообще о чём-то докладывал. Дело усугубляло и то, что у нас на базе находились важные документы, изобретения и исследования, которые у нас то и дело хотели мягко сказать позаимствовать другие организации, в том числе нелегальные.

Ты не думай, что мы не можем в Центр это отправить безопасным путём, мы присылаем им все документы в электронном виде, однако также важны документы в оригинальном виде.

Несмотря на то, что нам казалось, будто мы передвигались абсолютно бесшумно, а мы и правда, шли, не издавая лишних звуков, мы все равно чувствовали, что за нами пристально следят. Это странное чувство, когда затылком чуешь что, творится что-то неладное.

Но, несмотря на это, на пути нам никто не встретился, ощущение «слежки», которое начало становиться с каждой минутой снедающим и тревожным, оно начало окутывать меня с ног до головы, в какой-то момент мне показалось, что я уже совсем чокнулась.

Дальше мы снова шли без приключений или происшествий, единственное интересное событие по пути произошло, перед тем как мы собрались спускаться на первый этаж, на лестничной площадке, там были в прямом смысле раскиданы исправные новые автоматы, пистолеты с патронами к ним и прочая полезная в данный момент утварь. Это все нас очень сильно обескуражило¸ это все, конечно же, выглядело ужасно странно, мы как раз были без обмундирования и без единого намёка на оружие. Мы решили воспользоваться таким шансом и забрать часть оружия, ещё раз осмотрев все, мы распределили между собой «подарок судьбы» по принципу «кто в чём лучше разбирается». Все были довольно таки хорошо осведомлены о работе и функциях их агрегатов, я же получила пистолет, по причине наоборот, неосведомлённости.

Матвей вдруг выстрелил, без предупреждения и промедления, почти в ту же секунду мы заметили приближающихся двух монстров. Затем все остальные открыли беспорядочный огонь по тварям. Наши пули не так сильно травмировали их, как мы ожидали, лишь оставляли ссадины на коже. Пришлось метиться ровно в голову или в жизненно важные точки на их теле. В итоге мы их уничтожили, но мы потратили очень много патронов, что в будущем может сказаться на нашем выживании, при этом некоторых из нас всё же ранили.

Так как изначально мы собирались попасть в комнату с камерами, мы сразу же направились туда. Но следует отметить, что воспользоваться ими мы не собирались, после того как поняли что света не было нигде, так что план с использованием камер для облегчения истребления монстров с треском провалился. Но в этом кабинете были другие нужные нам вещи, какие как оружие, фонари на ночь, спички, припасы еды и воды.

Было странно осознавать, что во всей базе не было никого кроме нас, ни персонала, ни сторожей, ни инструкторов… Только мы, без связи, без старших, но с монстрами.

Мы остались вдвоём с Марго, так как все остальные решили проверить первый этаж повторно.

-Спасибо, - тихо прошептала Марго, попутно натягивая на себя футболку, стараясь не задеть перевязку, которую я ей помогла сделать.

-Все в порядке, главное, что ты сама живая.

- Тебе не кажется всё это странным?- Марго посмотрела на меня, а затем рассмеялась. - Я не о монстрах. Возможно, все это спланировано изначально, либо мы не угодные кому-то люди, либо это просто опыт, который проводят над нами, или мы слишком хороши, потому нас решили проверить на что-то. Все это слишком мутно, потому я до последнего отвергала эту мысль, но я уже не могу врать.

-Знаешь, а ведь ты права, я уже думала об этом, но тогда получается нам нельзя сейчас просто сидеть и ждать, тем более, что вероятнее всего к нам никто и не придёт на помощь. Надо действовать, причём это будет выглядеть как протест семи курсантов против администрации и наших главных. Кто-то пробовал выйти из здания? Что с дверьми?

-Да, пробовали, давно ещё. Но это бесполезно, так как двери заблокированы. Может на первом этаже попытаться открыть?

-Давай попробуем, можешь идти?

Мы осторожно подошли в двери, дёрнули за ручку. Тихо. Мы осмотрели коридор - чисто. Тихонько закрыли дверь.

Мы дошли до выхода из здания, он ясное дело оказался закрыт. Да что там «закрыт», дверь была запечатана цепями: ручки были обмотаны тяжёлым железом, а так как двери были автоматическими, что значит, их можно открыть, приложив свой пропуск, их видимо тоже решили сломать. Из-за этого горел красный цвет. Окна везде были проклеены или бумагой жёлтого цвета или скотчем.

Спустя время мы вернулись в помещение с камерами. Вдруг мы услышали крадущиеся шаги и вот ручка дёрнулась и дверь отворилась. Я, слишком взволнованная направила пистолет в вошедшего и чуть не нажала на курок, но чья-то рука спокойно дотронулась до моей и я услышала ласковый голос, говорящий:

-Ну чего ты, аккуратней, отпусти пистолет.

-Как сходили?- спросила Марго.

Мы все повернулись в сторону, где стоял Матвей:

-Никого, но…,- мрачно произнёс он.

-Ну, это тоже относительно хорошие новости на сегодня. Вы тоже видели те заклеенные окна?- предположила я.

-Да.

Мы приняли решение, на которое в другое время вряд ли бы решились: вероломно проникнуть в кабинет директора и вернуть те самые документы. А дальше — только вперёд. Общим голосованием постановили: летим в главный Центр, туда, где обычно и оказываются наши разработки. Нужно было доставить бумаги, а вместе с ними макет и модель, созданные нашим архитектором.

Выбежав с базы, мы двинулись к стоянке кораблей, прикрывая друг друга и стараясь держаться как можно плотнее. Каждый шаг отдавался в висках гулким страхом быть замеченными.

— Кто поведёт? — спросила я, пытаясь перекричать нарастающий шум тревоги.

— Саша справится.

Спорить никто не стал.

Мы ввалились внутрь, люк захлопнулся, тяжёлая машина плавно поднялась над землёй. Корабль не стремился ввысь — он шёл низко, быстро, почти цепляя верхушки деревьев.

Несколько минут полёта — и вдруг пискнул радар, и вспыхнула отметка.

— Это ещё что?..

Позади нас шёл другой корабль. Та же модель. Та же скорость.

— Прибавь! У нас хвост!

Двигатель взревел. Казалось, ещё немного — и мы уйдём.

Удар пришёл внезапно.

Нас сорвало с кресел, мир перевернулся, приборы ослепли россыпью искр. Где-то за спиной вспыхнуло пламя.

— Нас подбили!

Корабль перестал слушаться. Управление умерло, тормоза не отвечали, а впереди стремительно росла тёмная громада. Это было большое дерево.

Спустя какое-то время я, наконец, пришла в сознание и открыла глаза. Я лежала на поляне, ярко освещённой солнцем. Его игривые лучи с интересом играли в листве и кронах вечнозелёных деревьев, которых было достаточно много. Поборов свою довольно таки сильную слабость и странную боль в левом боку, неустанно напоминающую о себе.

Эта поляна оказалась на удивление живописна: на высоких деревьях сидели птицы, которые без устали пели и щебетали, каждая на свой лад. Щебетание всех птиц сливалось мелодичное пение, приятно ласкающее слух, которое разносилась по всему лесу. Сама поляна была полностью покрыта густой высокой травой, которая была свежей и ярко-зелёной.

«Что я тут делаю? Как отсюда выбираться? Где я вообще нахожусь?»

В голове начали вплывать какие-то события между собой никак не связанные, также я начала усиленно рыться в своей памяти в поисках каких-нибудь ответов на мои вопросы.

Вдруг подул лёгкий ветерок, слегка пошевелил листья деревьев, создав при этом неповторимые звуки и шум, он вернул меня в реальность и заставил мыслить рационально: раз я не могу вспомнить, тогда надо начать действовать.

Я поднялась и выпрямилась в полный рост, размялась, как же хорошо стало, однако снова начал болеть бок. Ничего особенного я не заметила при осмотре ноющего места, вынесла вердикт, что это не что иное, как простой ушиб и отправилась в путь.

Для начала я к своему великому счастью вышла на дорогу, и шла по ней, к чему-то она должна будет меня вывести. Как я уже говорила, часов у меня не было, сколько времени я шла по этой дороге я понять не могла, однако, к тому времени, когда я дошла до первого ответвления на всех дороге, уже начало смеркаться, я надеялась прийти к чему-то, наконец, за день пеших прогулок.

Издали стало понятно, что там стояло что-то наподобие завода, по мере приближения стало понятно, что дорога вела к комплексу сооружений. И ещё мне стало понятно, что эти здания не используются в данный момент, потому смотрелись заброшенными постройками.

Однако меня не покидало ощущение того, что тут что-то не так. Иногда шестое чувство нам помогает в определённых ситуациях и порой спасает, но также толкает нас на необдуманные поступки, порой безумные, лишённые всякого смысла. У кого-то начинает развиваться мнительность и паранойя. Но это не умаляет пользы, так называемой способности человека чувствовать нутром какие-то подстерегающие его опасности.

Я обошла все строения, и почему то мне показалось, что они все же используются, но не на постоянной основе. Повсюду был странный запах какого-то химиката.

Издали донеслись какие-то звуки, спустя немного времени я в силу своего хорошего слуха определила, что приближаются машины и их не мало.

Не проведя и больше минуты в поисках укрытия, я переместилась в куда более безопасное и удобное место. Оттуда я могла бы прекрасно видеть передвижения незнакомцев и понять можно ли будет с ними о чем-то договориться. Они могут помочь мне найти почти сразу все ответы на главные вопросы. Также я смогу спросить их как выйти отсюда и далеко ли отсюда до ближайших поселений?

Спустя только несколько минут показались корабли, сначала я, было, подумала, что их больше десятка, однако, впоследствии я насчитала их только семь, однако даже такое количество ничего хорошего тоже не сулило.

Я с интересом наблюдала за всем происходящим, но не смотря на всю окружающую и поджидающую меня по всюду неизвестность, я не чувствовала ни какой даже малейшей опасности, ни сильного беспокойства и страха. Я была как-то чересчур спокойна, что для меня в этой ситуации было странно и в какой-то мере непростительным.

Из кораблей начали выходить люди, я заметила, что на одних были белые халаты, а другие облачены во все чёрное, они были телохранителями первых.

Одним из первых предположений было то, что «белые» используют эти заводы в качестве своих лабораторий, причём можно подумать, что используют они, скорее всего в незаконных целях.

Позже из машин стали выносить какие-то ящики со всяким оборудованием, наверное, также с исследованиями, с каждого корабля по несколько штук.

Было интересно что там внутри, я не знаю почему меня распирало от любопытства, так и не найдя ответ на этот вопрос в самой себе, стала дальше наблюдать.

Все эти неизвестные мне люди все ещё долго копошились, кто-то долго и упорно объяснял что-то другим, учёные передавали указания людям в чёрных одеждах, которые были и правда, телохранителями, а кто-то разбирался с грузом. Какой-то охранник ошибся и положил ящики в разном порядке, в разные машины, из-за этого началась снова суматоха.

Маленькие человечки в белых халатах, среди которых были молодые люди, едва ли достигшие, наверное, двадцатилетнего возраста, отчитывали больших и высоких дяденек в чёрных костюмах. А те в свою очередь послушно стояли, даже взглядом не осуждая своих заказчиков, почему бы не потерпеть, если за это платят.

Спустя ещё какое-то время в их рядах установился порядок, нашлось, наконец, то, что упорно искалось.

Наблюдая за этой довольно комичной картиной, я все равно не забывала об опасности, а также что эти люди могут оказаться и вовсе врагами, кто знает, ведь у меня я ничего не помню.

Вдруг, я заметила у них огнестрельное оружие, так как они являлись телохранителями. Они просто защищали тех, кто им платит. Но все-таки в таком безлюдном месте, мало того в лесу? Они явно не зверушек пострелять взяли с собой эти тяжёлые штуковины. Нет, что-то мне подсказывает, что они с нечистой целью здесь находятся.

В какой-то момент, я видимо так сильно задумалась и засмотрелась на все происходящее, что стала видна людям, стоявшим на полянке. Я неожиданно для себя самой вылезла из укрытия. Я замерла на месте, не зная, что мне делать, вариант остаться на месте и поговорить с ними уже не казался таким привлекательным. Вести переговоры с неизвестными мне людьми, у которых в избытке всякого разного оружия, для меня это было не самой радужной перспективой. Вариант стремглав броситься в лес мне больше нравился, я уже было собралась бежать, но я стояла как вкопанная, стояла в полном оцепенении и не смогла тронуться с места. Казалось, я в этот момент могу только думать, но не действовать.

Так продлилось не долго, меня схватила чья-то рука, и потянула за собой. Я ещё не отошла от шока и оцепенения, так что не видела своего спасителя и скорее машинально побежала, чем обдуманно это делала.

Когда мы бежали с ним в лес нам вслед вторили выстрелы. После того, как мы оторвались от погони, и как нам показалось, были в безопасности, мы перестали бежать и остановились передохнуть.

И только тогда, в тот момент, я как следует, рассмотрела своего спасителя, это был высокий молодой человек, спортивного телосложения, со светлыми волосами, которые на солнце и вовсе казались с отливом золота.

А сейчас я не знала ни его имени, ни кто он, ни почему он спас меня тогда.

-Алиса, ты как?- проговорил молодой человек, перебивая мой поток мыслей, одновременно осматривая меня на наличие ушибов, царапин или иной степени тяжести травм. Удовлетворившись своим осмотром, он оставил меня в покое и долго с волнением смотрел на меня.

Я оторопела, так как он назвал меня по имени, пусть я и не помнила его, но на душе стало как-то тепло, и я сразу поняла, что это и правда моё имя.

- Стой, я задала не тот вопрос! Что мы здесь делаем?

- Когда я очнулся, был уже полдень, я осмотрел себя, сотрясения мозга не наблюдалось, к моему огромному счастью других повреждений тоже не обнаружилось. Видимо хорошо сработала подушка безопасности. Почти сразу как я очнулся я пошёл искать тебя, но тебя нигде не было, ни то, что возле корабля, в радиусе десятка метров, нигде не было видно тебя. Знаешь, Саша погиб…

— Саша управлял кораблём…как жаль. Как остальные?

— Остальные выжили, мы сейчас пойдём к ним. Ах, да. Потом я вспомнил печальную деталь, именно в твоей сумке лежали разработки, тогда я был сам не свой, я рвал на себе волосы, ведь возможно я был виновником того, что с тобой случилось. Тогда я думал, что уже никогда не увижу тебя живой, но все же в душе теплилась надежда, что ты просто где-то лежишь без сознания. Я понимаю, что это тоже не очень приятная альтернатива, но для меня это было в какой-то мере мечтой, казавшейся мне несбыточной. Ты не представляешь, как я обрадовался, когда нашёл место, где, судя по всему, ты лежала, также на траве остались следы и в некоторых местах цветы и веточки были поломаны, благодаря этому я понял, куда ты направлялась и что ты там проходила. Я был счастливее всех на свете, счастливее невинного человека, которого в последний момент помиловали, счастливее смертельно больного человека, которому сообщили, что он здоров. Как я был счастлив осознать, что не потерял тебя, самого дорогого мне человека, а просто должен пойти и найти тебя. И тогда мы уже разобрались бы со всем на свете, со всеми трудностями и опасностями, но вместе. И я пошёл за тобой, немного погодя послышались звуки приближающихся машин, я спрятался и шёл так рядом с дорогой долгое время, невидимый с дороги людям. Они сидели в кораблях, весьма стандартно для нашего времени, каких-то двадцать лет назад их не было, и люди ездили на машинах по дорогам. Всмотревшись в сидящих в кораблях людей, я узнал нескольких из них, им то мы и обязаны своим «мягким приземлением», а также поиском наших же документов. Так вот, я пошёл за ними, и увидел несколько зданий, судя по всему заводов, я обошёл вооружённых с головы до пят охранников и вдруг увидел тебя. Поначалу я вообще удивился и испугался, подумал, что у меня уже крыша едет, я не мог поверить, что вижу тебя. Я протёр глаза, ты не исчезла! Это ты, Алиса! Я едва сдержался, чтобы не закричать во все горло, а ты знаешь, я петь умею. Приведя себя в порядок, я взволнованный согнулся в три погибели начал подкрадываться к тому месту, где ты спряталась. Должен отметить, ты выбрала хорошее место для укрытия, тебя видно было только со стороны леса или с другой стороны зданий. Когда я подошёл к тебе настолько близко, что смог бы, наверное, схватить за руку, ты вдруг выглянула из укромного места, удивив при этом и себя и меня. Да чего тут говорить, по мне так и те, кто забрали то, что им не принадлежит, стояли как вкопанные, не зная как реагировать. И как раз в этот момент я схватил тебя и побежал с тобой в лес, а они поливали нас и свинцом и не разберёшь чем, в этом момент я подумал, умереть так с тобой – лучшая смерть и это скорее счастье, нежели участь… Ну, вот собственно и все, а дальше ты сама прекрасно все знаешь.

— Саша был управлял кораблём…как жаль.

—Что будем делать? Что мы вообще должны сделать? - продолжила я, чтобы не задерживать неудобную нам обоим паузу.

—Для начала нам нужно и мы должны вернуть документы, принадлежащие как-никак нам и которые нехорошие люди у нас отобрали. Затем отдать их Центру и собственно на этом все. — После этих приободряющих слов Матвей улыбнулся, в этот момент он был похож на солнышко, его волосы освещённые закатом, были очень похожи на лучи, как будто всю свою яркость Солнце безвозмездно отдало моему другу на короткий период времени. Его улыбка вселяла уверенность, защищенность и на душе становилось легко и тепло, ещё немного и она запела бы, наверное, настолько было комфортно и уютно рядом с ним.

—Как же хочется верить в то, что все будет так легко. — Ответила я, улыбаясь ему в ответ, также сказав ему что-то тёплое, сердечное.

—Я уверен, все так и будет.— Теперь его улыбка была чуть ли не до ушей, таким образом, он пытался меня успокоить, придать сил, что, надо отметить, у него получилось.- А теперь, давай поищем место, где можно вздремнуть, а впоследствии обдумать дальнейший план действий. Мы пошли по лесу, в поисках безопасного места для ночлега, чтобы нас не смогли найти преследователи и прочие неприятели.

Спустя какое то время мы нашли укромное место, где было удобно и поспать и спрятаться. Мы, уставшие, голодные, холодные, быстро уснули, едва только закрыли глаза и устроились как можно удобнее.

Однако нам не удалось проснуться, восхищаясь природой и любуясь её красотами, нас насильно разбудили чьи-то крики, возгласы и приказы.

Как потом оказалось, мы действительно «вырвались из лап врагов» так сказать, но нас нашли, не пойми как. Сейчас нас везут неизвестно куда на кораблях.

Наши движения контролировали верёвки, связывающие нас по рукам и ногам, а чтобы мы не мешали и не отвлекали экипаж корабля, нам любезно вставили в рот кляп.

Когда мы приземлились, чтобы мы не видели всю дорогу, которой нас вели, они либо вырубили нас, либо усыпили, если честно я даже не припомню. Все было как в тумане, видимо сказывались последствия их воздействия на наше тело и разум. Вообще и одна другой догадки не лучше была, болела голова, я была как в прострации, ничего не понимала и не воспринимала, даже глаза открыть было очень сложно.

Мы, наконец смогли, рассмотреть место, куда нас привезли. Это было какое-то поселение, похожее на только что наспех разбитый лагерь. Мы сидели на самом видном месте, нас могли заметить с любого места, так что и думать о побеге мы не пытались.

— Где моя сумка? Куда вы её дели?

я сразу же получила хороший шлепок по щеке, она пульсировала, и остался красный след, временами побаливающий.

Огонь пожирал бумагу быстро, сухо потрескивая, будто радовался добыче. Я не могла отвести взгляд.

Ещё несколько часов назад эта сумка казалась мне важнее собственной жизни. Я несла её, прижимая к груди, боялась споткнуться, упасть, потерять хоть один лист. В ней был смысл нашего бегства, нашего страха, всех ран и бессонных ночей.

Теперь она лежала на земле, раскрытая, выпотрошенная.

Человек в чёрной форме держал пачку документов двумя пальцами, как что-то грязное, и равнодушно отправлял их в огонь.

Листы вспыхивали, скручивались, чернели.

Матвей дёрнулся вперёд, но его тут же удержали. Чьи-то руки больно вжались в его плечи.

— Не стоит, — лениво сказал мужчина у костра. — Всё уже случилось.

Я слышала, как тяжело дышит Матвей. В каждом его вдохе кипела ярость. Я знала это состояние: ещё мгновение — и он бросится, даже если это будет последнее, что он сделает.

Но я стояла неподвижно.

Слишком пусто стало внутри.

— Вы ведь из-за этого так старались? — продолжал человек. — Спасали, тащили, рисковали. Какие молодцы.

Он улыбнулся, и от этой улыбки мне стало холоднее, чем от ночного ветра.

— Спасибо. Мы получили всё, что нам было нужно.

— Ублюдки… — выдохнул Матвей.

Мужчина впервые посмотрел на нас внимательно. Его взгляд был спокойным, изучающим. Так смотрят на инструмент, который больше не пригодится.

— Вы правда думали, что смогли уйти сами? — спросил он. — Мы вели вас с самого выхода. Каждый шаг.

У меня будто землю из-под ног вытащили.

Все наши усилия. Все решения. Смелость. Хитрость.

Их просто… позволили.

— Зачем?.. — прошептала я.

— Вы были удобны, — пожал он плечами. — Нам нужно было, чтобы кто-то принёс сумку. Вы справились.

Он перевёл взгляд на догорающие бумаги.

— А теперь вы — лишние.

Матвей замер. Даже вырываться перестал.

— То есть? — глухо спросил он.

Мужчина усмехнулся.

— То и есть. Расходный материал. Пушечное мясо. Называйте как хотите.

Слова ударили сильнее пощёчины.

Я вдруг вспомнила, как мы верили, что Центр нас ждёт. Что мы важны. Что нас спасут.

Какими же глупыми мы были.

Последний лист вспыхнул ярче остальных и рассыпался в пепел.

Мужчина стряхнул руки.

— Готовьте транспорт, — бросил он кому-то за моей спиной. — С этими заканчиваем.

Так просто. Как будто речь шла не о людях.

Матвей резко повернул голову ко мне. В его глазах я увидела то же, что чувствовала сама — страх, ярость и внезапное понимание.

Никто не придёт. Никто не поможет. Если мы сейчас ничего не сделаем — нас не станет. Внутри что-то щёлкнуло. Стало удивительно ясно. Мы для них мусор? Хорошо. Мусор иногда режет руки»

Я медленно выдохнула и огляделась. Люди в чёрном уже расслабились. Кто-то убрал оружие, кто-то отвернулся. Они были уверены, что всё решено.

Я поймала взгляд Матвея и едва заметно кивнула.

Он понял.

— Подождите, — вдруг сказала я громко.

Мужчина у костра недовольно посмотрел на меня.

— Что ещё?

Я шагнула вперёд, стараясь выглядеть сломленной.

— Если всё равно… конец… можно вопрос?

Он вздохнул, но кивнул. Ему было скучно. Он уже победил.

И именно это нас спасало.

Матвей в этот момент чуть сместился в сторону. Никто не обратил внимания. Пленники редко нападают.

Матвей начал вырываться, кричать проклятия и угрожать, глядя прямо в глаза не самому хорошему человеку, который от раздражения направил на нас ствол автомата. Однако, к его глубочайшему удивлению и страху, он быстро оказался обезоружен и теперь уже сам стоял под прицелом, Матвей перехватил ствол за какие-то несколько секунд, после этого мы его вырубили.

Так как мы лишили своих неприятелей одного караульного, прятаться смысла не было, и мы решили всё-таки сбежать именно в тот момент. Было шумно и людно, так что наш побег был замечен почти сразу, как мы тронулись с места. Нам пришлось снова бежать и увиливать от пуль своих противников, нам до последнего это удавалось удачно, но потом Матвея ранили в руку.

Матвей споткнулся, но устоял.

— Нормально! — сквозь зубы процедил он, зажимая рану. — Беги!

— Даже не думай! — рявкнула я, перехватывая его здоровой рукой.

Позади нас снова раздались выстрелы. Пули врезались в стволы деревьев, срывали кору, свистели совсем рядом. Лес больше не казался живописным — он стал лабиринтом, в котором каждый шаг мог стать последним.

Мы неслись, почти не разбирая дороги. Ветки хлестали по лицу, земля уходила из-под ног, дыхание рвалось из груди хрипом.

— Влево! — крикнул Матвей.

Я повернула и вдруг увидела впереди бетонную стену, заросшую плющом. Полузаваленный вход. Что-то вроде старого технического укрытия или бункера.

— Туда!

Мы метнулись к проёму. За спиной грохотали шаги преследователей.

Ещё рывок — и мы внутри. Тёмное помещение, пахнущее пылью и сыростью. Железная дверь, перекошенная, но ещё державшаяся на петлях.

Я навалилась на неё вместе с Матвеем. Дверь со скрежетом закрылась.

— Они внутри!

Раздались удары по металлу.

Внутри было почти темно, только узкая щель под потолком пропускала тонкую полоску света.

Матвей сидел у стены, зажимая рану. Я опустилась рядом.

Матвей тяжело дышал, прижимая ладонь к ране.

Я села рядом, прислонившись спиной к холодной стене.

Снаружи кто-то прошёлся по металлу чем-то тяжёлым.

— Слушай… — тихо сказал он. — Если выберемся… я больше никогда не пойду на утренние построения.

Я фыркнула.

— Ты их обожал.

— Я их ненавидел.

— Врёшь. Ты всегда стоял в первом ряду.

— Потому что ты стояла в последнем.

Я повернула голову.

— Что?

Он усмехнулся.

— Первый курс. Ты пряталась за спинами, делала вид, что тебя не видно.

— Меня реально не видно было.

— Алиса. У тебя тогда были ярко-красные шнурки.

Я застыла.

— Ты это помнишь.

— Ты единственная на всей базе решила, что форма — это рекомендация.

Я невольно улыбнулась.

— Мне сказали, что обувь должна быть удобной. Никто не уточнял цвет.

— Сержант орал на тебя минут десять.

— А ты смеялся.

— Я не смеялся.

— Ты хрюкал.

Он тихо засмеялся, но тут же поморщился от боли.

— Знаешь, — сказал он, отдышавшись, — я тогда подумал: либо ты продержишься неделю… либо станешь самой упрямой из нас.

— И?

— И я поставил на второе.

Я посмотрела на него.

— А я думала, ты заносчивый идиот.

— Отличное начало.

— Ты подошёл и сказал: «Если упадёшь на марш-броске — не драматизируй, просто падай красиво».

— Это был полезный совет.

— Я упала.

— Да. В грязь…очень красиво.

Я толкнула его плечом.

Он тихо выдохнул.

— Ты тогда разозлилась и побежала быстрее всех. Даже меня обогнала.

— Потому что ты крикнул: «Ну вот, красные шнурки подвели».

— Они и правда были виноваты.

Я улыбалась, и на секунду стало не так страшно.

Снаружи раздался глухой удар.

Мы оба замолчали.

— Помнишь вышку? — спросил он вдруг.

— Не начинай.

— Ты сказала, что не боишься высоты.

— Я не боялась.

— У тебя руки тряслись.

— У тебя тоже.

Он тихо рассмеялся.

— Я тогда подумал… если ты прыгнешь — я прыгну следом.

— Даже если разобьёшься?

— Даже если.

Я посмотрела на него внимательнее.

— Ты всегда был дураком.

— Да.

Пауза.

— Но ты осталась со мной.

Я отвела взгляд.

— Я осталась не с тобой.

— А с кем?

— С тем парнем, который после отбоя принёс мне бинт и сказал: «Не светись перед командирами, но если станет тяжело — я рядом».

Он замолчал.

Снаружи стало слишком тихо.

— Я и сейчас рядом, — тихо сказал он.

Удары прекратились.

— Почему они… — прошептала я.

Матвей поднял голову. Его глаза расширились.

— Алиса…

Снаружи послышался металлический щелчок. Короткий, отчётливый. Как будто что-то прикрепили к двери. Я всё поняла в ту же секунду.

— Отойди!

Мы едва успели отпрянуть вглубь помещения. Вспышка.

Ослепительный свет разорвал темноту. Ударная волна сбила с ног. Воздух превратился в огонь и камень. Стены задрожали, потолок обрушился, бетон крошился, металл выворачивало.

Я почувствовала, как меня отрывает от земли.

Когда дым рассеялся, от укрытия осталась лишь груда обломков. Обугленные деревья, развороченная земля, разбросанные куски бетона.

Люди в чёрном осмотрели место взрыва.

— Тел не видно, — сказал один.

— Под завалом, — равнодушно ответил другой. — После такого не выживают.

Они не стали разбирать обломки.

Корабли поднялись в небо один за другим, оставляя после себя только выжженную поляну и клубы пыли.

Лес снова стал тихим.

Тела Алисы и Матвея так и не нашли.