Зачем?

И воин сходит в ад, сущий ад.

Но ни шагу назад.

© Ария «Баллада о древнерусском воине»

Лучезарный Сурьядев уже направил колесницу к горизонту и окрасил небо в кровавые тона, бросая косые лучи на лесостепь за городской стеной. Я сразу понял, что это сон, поэтому и спрыгнул со стены в сторону заката. Летел недолго, приземлился на волнующуюся от ветра траву и зашагал дальше, любуясь багряными тонами заходящего светила.

Неожиданно пейзаж переменился, и я оказался посреди безжизненной пустыни. Черные скалы, вздымая хищные клыки из посеревшего песка, врезались в алое небо. Усилием воли я попытался вернуть жизнерадостную местность, но ничего не получилось. Странно, подумал я, обычно получалось.

И тут краем глаза я заметил на фоне черных скал небольшое рукотворное возвышение и фигуру в черном. Фигура сидела на железном кресле, похожем на трон. Подойдя ближе, я понял, что не смогу рассмотреть лицо — оно скрывается в тени капюшона.

— Кто ты? — поинтересовался я.

— Бог справедливости Шанидев, — ответил он, покрепче сжав железный посох в старческой руке, — я явился сообщить, что следующие семь лет твое царство будет претерпевать ужасные лишения: неурожай и голод вместе с эпидемиями приведут к нищете и упадку.

— Но почему?

— Согласно закону кармы, твой народ должен получить результаты своих неблагих поступков в течение этих семи лет.

— Там много женщин и детей. Неужели ты заставишь их всех страдать? Ты же бог справедливости!

— Я всего лишь исполняю свой долг. Закон кармы неумолим.

— Но должен же быть какой-то способ предотвратить несчастья!

— Уже нет. Семилетний период наступит завтра на рассвете, то есть когда ты проснешься.

— Нет! — выкрикнул я, сжав кулаки, но заставил себя успокоиться и тише продолжил: — Если поделать ничего нельзя, то зачем ты мне все это сообщил?

— Чтобы дать тебе шанс избежать страданий, о Карунамай! Ты можешь назначить преемником кого-то из советников, взять своих родственников, самых близких слуг с охраной и покинуть страну, до того как проявятся плоды неблагой кармы.

— Бросить мой народ в беде? Нет!

— Тогда тебе придется страдать вместе с ним.

— Или вместо него! Отдай всю плохую карму мне! Я отстрадаю за всех!

— Ты не знаешь, о чем просишь, Карунамай!

— Понимаю, я всего лишь обычный человек, и такое количество плохой кармы раздавит и уничтожит меня. Боль лишит меня рассудка и разрушит личность. Фактически это буду уже не я. Но я прошу тебя об этом! Отдай всю боль мне! Пусть мой народ и дальше будет счастливым!

— Что ж, ты сам этого хотел, — вздохнул Шанидев и поднял руку.

Пейзаж опять переменился, теперь около нас текла быстрая река.

— Это Река Забвения, — объяснил он, — пей из нее, тогда ты умрешь во сне и отправишься в ад, а твой народ и дальше будет процветать.

И я пил из Реки Забвения.