Задачи на послезавтра

Это был вполне обычный вечер. Солнце клонилось к закату, небольшой ветерок ласково покачивал верхушки исполинских секвой на участке семьи Стоунов, а Римма хлопотала на кухне. Нужно было срочно сварить что-нибудь на ужин. Она совсем недавно пришла с родительского собрания дочери и ещё ничего не успела приготовить.

Негромко хлопнула калитка участка, и ещё до того, как в двери зазвенела связка ключей, Рита бросилась к двери, громко топая босыми пятками по каменному полу.

— Папочка приехал! Привет, пап! А у меня зуб выпал! Молочный! Это был мой последний молочный зуб, пап, больше нет! Вот смотри!

И Рита, радостно раскрыв рот, ткнула куда-то наугад в глубину...

— Видишь?

— Вижу, вижу... Зубатенькая ты моя! Этак ты скоро и нас с мамой съешь.

— Не съем, пап... Я же вас очень-очень люблю...

— Дорогая, я дома!— громче, обращаясь к жене в глубину квартиры крикнул Ричард.

Римма выглянула из кухни и кивнула мужу. В одной руке она держала кухонный нож, в другой наполовину очищенный клубень какого-то растения.

— Привет, милый, с ужином придётся подождать, я только пришла с родительского собрания.

— Да? Ну и что у нас плохого?

— Да особо страшного ничего, сейчас расскажу... А как дела на работе? Договорился насчёт отпуска?

— Нет, дорогая, очень много заказов, начальник вцепился в меня, как тираннозавр, и не отпускает.

Ричард, который к этому моменту уже разулся, снял пальто и повесив его на вешалку, стилизованную под когти какого-то доисторического животного, виновато развёл руки в стороны, как будто извиняясь за своего злого начальника. Он прошёл на кухню и сел на стул, наливая себе сок из стоящего на столе графина.

— Папочка, так он же у тебя и есть тираннозавр,— хихикнула Рита, которая тут же забралась к отцу на колени и потёрлась затылком о его подбородок...

— Рита! — строго одёрнула её мать. — Сколько раз тебе говорили: некрасиво вмешиваться в разговоры старших! Марш в комнату! Дорогой, — снова обратилась к мужу, — но как же наша поездка на море? Да и бабушка, она так хотела повидать внучку?

— Мамочка, я больше не буду, правда! — заявила девочка, замирая ненадолго на коленях отца и складывая руки на столе как примерная ученица. — Пап, а можно мне на острые края новых зубов наклейки? Как у Сьюзи? Блестящие!

— Мы обсудим это с мамой, — уклончиво сказал Ричард, поймав предостерегающий взгляд жены. — Твои зубки и так прекрасны.

Девочка пробормотала что-то про несправедливость, но уже без прежнего жара. Она устала, вечер постепенно брал своё.

— Ну, что я смогу сделать, дорогая...— снова вздохнул Ричард Стоун, отпивая сок и стараясь не пролить его на вновь завертевшуюся на его коленях Риту.

— Ты же знаешь, по условиям договора он имеет право отправлять меня в отпуск только в холодный сезон, а это явно не сейчас...

— Я что, не увижу вулканы? — плаксиво спросила Рита, тут же забыв о только что данном матери обещании не вмешиваться в разговоры старших.

— Тебе мало того вулкана, который постоянно дымит у тебя за окном?

— Этот маленький... А вы обещали показать большие, которые стреляются красными камнями... И ещё горячие источники...

Ричард, перебивая дочь, не давая ей закончить фразу, вновь обратился к жене:

— И потом, дорогая, говорят, к Земле приближается огромный метеорит. Учёные пока не могут точно просчитать его траекторию, но возможен конец света.

— И ты туда же? Вчера днём моя сестра Эмма буквально все уши прожужжала мне про этот метеороид...

— Метеорит.

— Неважно. Если верить газетчикам, это уже третий конец света за последние десять лет... Сперва был потоп, потом какой-то найденный непонятно где календарь, теперь этот метеорит... Интересно, ну и что они выдумают в следующий раз?

Римма посмотрела в окно внимательным взглядом, как будто пытаясь рассмотреть там очередной приближающийся к Земле метеорит, но, естественно, ничего не увидела. Небо было голубым, облака белыми, солнце клонилось к закату. Всё как вчера и позавчера, и многие, многие тысячи лет накануне...

— Ладно, что там в школе у нашего «хищника»?

— Да в целом ничего критичного... По математике вырисовывается тройка и постоянные замечания по поведению... Учительница сказала, что она опять укусила Тома.

— Так, Рита! Ты зачем снова кусаешься? Проверяешь, насколько хороши твои новые зубки?

— Нет, пап... А чего он меня за хвост всё время дёргает?

— Ну, так и ты дёрни его...

— Ну, пап, ты чего? У него же нет хвоста!

— Вот как? Ну тогда не знаю... Но кусаться всё равно не надо. Во-первых, это неприлично, а во-вторых, могут подумать, что мы с мамой тебя совсем не кормим. Так, а что у тебя там с математикой не ладится?

— Ничего, — надулась малышка.

— Я не понимаю ничего...

Взгляд Ричарда наткнулся на старый потрёпанный учебник математики, так некстати оставленный Ритой на подоконнике.

— Ну как же, вот смотри, — Ричард протянул к себе книгу. — Задачка про пастбище. Стадо диплодоков забрело на папоротниковое поле размером в десять акров, позавтракать. Каждый из них объел по два акра папоротника. Сколько всего было диплодоков, если все съели поровну?

Рита уткнулась носом в страницу. Несколько секунд малышка недовольно сопела, а потом проворчала:

— Мне непонятно, зачем мне их считать? Мы же их не... не добиваем?

— Не добываем, — мягко поправил отец. —Слишком уж костисты и мясо жёсткое, — пошутил он. — Но считать уметь всё равно надо. Математика, дочка, — царица наук. Она пригодится, чтобы рассчитать, сколько тебе надо съесть салата, чтобы вырасти большой и сильной, как мама. Вот что, Рита, давай договоримся. Сегодня после ужина — я обещаю. Мы с тобой порешаем задачки вместе, а потом поиграем, во что захочешь. Хоть в диплодоков, хоть в раскопки, хоть в спасение мира от метеорита. А вот что касается вулканов...— он чуть наклонился, заглядывая дочери в глаза. — Давай так: закончишь этот учебный год без троек — поедем смотреть вулканы. Ну, а нет — значит, нет. Договорились?

Рита засопела, обдумывая условия сделки.

— А как же твой начальник, тираннозавр? — спросила девочка.

— Ради тебя, дорогая, я даже его не испугаюсь. Ну, так как? Договорились?

— Договорились...— вздохнула Рита и тут же, посветлев, спрыгнула с отцовских колен и помчалась в свою комнату, громко топая по полу босыми пятками.

Ричард и Римма переглянулись. Из открытого окна доносилось пение птиц и привычный уже рёв соседа, снова смотревшего по телевизору какое-то спортивное соревнование.

— Ты слишком её балуешь, — сказала она тихо, но без упрёка. — Обещаниями о вулканах... У неё и так голова забита этими глупостями из интернета.

— А разве не этим мы и живём? — Ричард подошёл к жене и обнял её за плечи, глядя в окно на темнеющий сад.

— Мечтами о чём-то большем, чем папоротники за окном и отчёты по четвергам.

— Наши папоротники — вполне себе приличные папоротники, — фыркнула Римма, но прижалась к его плечу. — И мне хватит. Мне хватает этого. Нашего дома. И... тихого вечера.

Где-то за окном у соседа громко заиграла музыка, а дома было тихо, уютно и совершенно не страшно. Словно так будет всегда.

Эпилог

Планам семьи Стоун не суждено было сбыться. Через несколько дней в небе вспыхнула ослепительная и невыносимо яркая звезда. Она не погасла, а росла, стремительно увеличиваясь в размерах. Всё произошло очень быстро. Тот, кто мог бы назвать её красивой, уже не успел этого сделать. В этот раз учёные не ошиблись. Астероид, которого все так боялись и в который никто по-настоящему не верил, вошёл в атмосферу через неделю после того разговора на кухне. Его назовут Чиксулуб. Он оставит кратер на планете диаметром в 180 километров и навсегда изменит её историю. Цивилизация динозавров, со своими домами, школами, работами и родительскими собраниями, прекратит существование. На следующие шестьдесят шесть миллионов лет воцарится тишина. Учёные будущего, откапывая окаменелости, будут ломать головы над тем, как именно погиб мир динозавров. Они найдут слой иридия, вычислят кратер и построят компьютерные модели «ударной зимы». Но они никогда не узнают, что в тот вечер одна маленькая тираннозавриха по имени Рита лишилась своего последнего молочного зуба.

Они не узнают, как её папа каждый вечер сажал её на колени и помогал с задачками про диплодоков. Они не узнают, что он успел сделать для неё всё, что было в его силах, и даже чуть больше. И что, если бы не метеорит, он обязательно показал ей большие вулканы, которые стреляются красными камнями. Иногда от родителей зависит не всё. Но они очень, очень стараются для своих детей. Даже когда небо уже летит на землю, а вулканы, которые ты обещал показать, остаются где-то там, куда ты уже никогда не успеешь.