Заговор от лис и женихов

Тетка Василиса смотрела на меня крайне мрачно и было с чего - четверо подушеных курей лежали у ее ног сизыми тряпочками.

- Аленка, ты ж сказала, что заговорила курятник! - что сказать в ответ я не знала, курятник то я заговорила, а вот узкое окошко, через которое пролез зверь, забыла. Теперь нужно было выкручиваться, иначе просижу все лето с теткой.

- Я и заговорила, от лисы, вы ж сами сказали…

- А кроме лис, курей же ж никто не ворует! - всплеснула тетка руками в притворном изумлении.

-Так команды думать не было .- в тон ответила я. Кажись, пронесло.

- Ох и молодежь, чему вас в вашем училище только учат,- покачала тетка головой. - Ладно, на ярмарку повезем продавать сегодня. Мечеслав с Фимкой тоже едут, подвезут.

Ярмарка была событием в наших краях, эта аккурат проходила к Громовым праздникам, в которые местные остерегались работать в поле. Поэтому сегодня, когда встанет солнце вереницы возов и людей потянутся из нашего Степового в соседние Малые Лужки. А вот что дядька Мечеслав с Фимкой поедут, это очень даже хорошо, веселее. Дочка кузнеца Серафима была моей самой задушевной подружкой, хоть и развела нас судьба, каждое лето и зиму я любила проводить с ней, собирая ягоды в лесу, купаясь и гадая. Единственная дочка у кузнеца, дядьки Мечеслава, Серафима не уступала дядьке в силе и росте, впрочем, это не мешало многочисленным женихам постоянно получать от дядьки Мечеслава нагоняи.

Я завистливо вздохнуло – меня в селе местные хлопцы побаивались и было с чего – ведьмы замуж не выходят или выходят, но не в двадцать лет, да и мрачный взор неулыбчивой тетки Василисы отпугивал самых настойчивых женихов, стоило им подойти к нашему забору. А тетка Василиса их чуяла как собака недобрых людей.

Я не завидовала Фимке – чего можно было еще ждать, родившись в семье ведьмы и мага, я с детства знала, что стану или знахаркой или ведьмой. От осинки апельсинки не родятся, знаете ли. Но радости это мне не доставляло. Вон, Фимке и ленты дарят, и коралы и даже новые сапожки как-то приволокли, все равно что краденые и их пришлось возвращать. Важен ведь подарок, а не внимание. Меня же величали не иначе как «госпожа ведьма», «матушка» или просто по имени, но со всем почтением, а то ж без почтения и проклясть могу. Тетку Василису, которая всего лишь знахарка, и то меньше уважали, хотя могла она значительно больше. Но, как говорила наша наставница, ведьма Авдотья, сама из селян, для людей простых важен статус, а статус из-за силы родовой у меня был высокий, хотя и умела я мало, да и ленилась часто. Но с теткой Василисой не забалуешь, строга она, так что лето меня ждало трудное.

Я еще раз вздохнула и занялась хозяйством – все же на целый день едем, скотину без присмотра оставлять нельзя. Живности у нас было немного, все же основной заработок тетки Василисы был от врачевания, но для себя мы держали и курей, и кроликов и даже однорогую корову Марусю. Да и огород, хоть в основном с целебными травами да растениями был немаленьким.

Когда солнце поднялось, мне уже хотелось не на ярмарку, а лежать на кровати да ничего не делать целый день, но куда там. Обмывшись и позавтракав, я принялась выбирать, что же сегодня надеть на ярмарку. Моя форма да и наряды с училища были через чур смелыми для Степового, а уж для Малых Лужков и подавно. А выглядеть хотелось не хуже Фимки.

-На-от, зимой вышила тебе,- тетка Василиса протянула вышиванку, на рукав которой расцветала вязь обережных красно-черных узоров. Ой, да и не вышиванка это, а платье, почти свадебное, если б не цвет узоров. Красоты неимоверной. От радости я закружилась, прижав к себе подарок. У Фимки такого точно нет!

-Спасибо, тетя! – надену еще мамины коралы и буду первая красавица!

Тетка Василиса одела новую юбку да вышиванку попроще, но тоже новую, раньше такой у нее не видала. Голову платком тетка не покрывала, так как замужем не была, она знахарка, ей можно. Не то, чтобы знахарки или ведьмы вовсе не выходили замуж, да вот кто позовет-то. В селе нас уважали, но чтоб жениться? Это было не принято, особенно когда вокруг много баб попроще да поласковей. Ведьма могла сама выбирать себе мужа, могла развестись, могла воспитывать детей сама, владеть имушеством, работать и путешествовать самостоятельно. Да и проклясть могла так, что никто не догадается. За ведьмой стоял Ковен да государь ибо ведьма существо вельми пользительное. Знахарка, хоть силы и не имела, но обладала таким уважением и почетом там, где живет, что редкий жених имел смелость к ней посвататься. Вот и жили мы с теткой без мужского внимания да подарков, хоть иногда и хотелось.

Ходили, правда, слухи, что к тетке Василисе дядька Мечеслав неровно дышал, да тетка со мной такое не обсуждала никогда, а дядька если и дышал неровно, то дальше этого дело не шло. А вот и он подъехал, а с ним и Фимка, тоже сонная – хозяйства у кузнеца было больше нашего, и Фимка справлялась с ним почитай одна. Голубоглазая та темноволосая Фимка в новом сарафане была словно с картинки, отец ее тоже был красив, вот чего тетка Василиса нос воротит? В детстве мы мечтали, что они с дядькой Мечеславом поженятся и мы будем сестрами, да не вышло.

-Доброго дня! – поздоровались мы, сели на телегу и она плавно поехала на выезд из Степового.

-Слыхала, Настасью просватали,- прошептала Фимка, отсыпая мне в руку горсть семок. Семки были хороши – крупные и с солью.

-За кого? У нее ж нос кривой,- не поверила я. Про нос Настасьи знали не только в нашем Степовом а и двадцать миль окрест, отец ее, почтенный шинкарь Злоба, уже отчаялся ее пристроить.

-За Микитку, он третий сын, а приданное за Настасьей хорошее. А то ж остальных девок Злобы никогда так не посватают,- поделилась Серафима.

-Да… Повезло Микитке, Настька ж еще и готовит так, что помереть недолго.

-Зато мастерица знатная, бедствовать не будут.

-Это да, - вздохнула я и мы замолчали, щелкая семки.

-А еще новость есть,- не выдержала Фимка. – Говорят на ярмарку маг приедет, городской, из Торжища.

-Чего-о-о?- у меня чуть семки не выпали. Чтоб господин маг да на сельскую ярмарку, у них же спеси да самомнения на пять государей хватит.

-Мне Самойличиха старостина дочка сказала, а она подслушала как дядя Ванятко с женой говорил, десказать у старосты Малых Лужков завелся кто-то на старом кладбище и он мага из Торжка пригласил, как раз все на ярмарке будут.

-Кто завелся? Там же амулеты стоят?

-Не знаю, но по ночам вой стоит, малолужковцы ночью с хат не выходят и псы забиваются, молчат.

-Ничего себе! А что ж ты не рассказала?

-Да что рассказывать-то, это ж так, сплетни.

-Главное с магом этим не столкнутся,- пробормотала я.

-Чего?

-Да с собой потащит, мы ж для них, почитай, бесплатный источник силы. А если он еще и по официальной заявке, так наверняка потащит.

-Так у тебя ж отец маг, ты ж силой поделиться не сможешь,- Фимка про это знала, так как на ее глазах когда-то случилась подобная история. Ох, и ругался тот маг, что в самый ответственный момент сил получить не смог и пришлось на дерево лезть со мной вместе да до сидеть, пока Фимка волкодлаку поперек глаз молотом не зарядила.

Ведьмы-то, конечно, сами по себе, но ежели маг на государевой службе и надобно силой поделиться, имеют право эту силу от ведьмы получить, даже если им не надо. А кто ж от дармовщины откажется? А ведьмы из смешаных семей это такая редкость, что мне вечно никто не верит и все хотят попробовать. И слушать не будет, куда там ведьме неразумной до господина мага, а как же, потом еще и виноватой буду, если что не так. Так что я твердо решила с магом не встречаться, как бы не вышло беды.

К сожалению, моим планом не суждено было сбыться, так как маг был не один. Их было пятеро – один взрослый маг, чернявый мужчина при мече да амулетах на груди, спокойный и отстраненный, и четверо парней, чуть старше нас с Фимкой, которые оживленно оглядывались – наверно, студенты на практике. Один с длинными волосами, что лен, собранными в хвост. Из господ, наверное, иначе б длинные волосы ему носить никто не позволил. Другой смуглый и чернявый, что цыган, невысок, в ухе золотая серьга блестит, на руках перстни с каменьями, амулеты небось. Двое других уже стояли у прилавка с пирогами. Одеты они были попроще, ни тебе золота, ни длинных волос. У одного из наспинных ножен торчали рукояти мечей, а другой о чем-то шутил с торговкой, забирая один из трех подносов с пирогами.

-Со мной будь, - тетка Василиса их тоже заметила и что-то прошептав, приколола булавкой мне какой-то лист к платью.

-Чегой это? – удивилась я.

-Учиться лучше надо. Болиголов это, глаза чуть им отведет, но на много не надейся, силы в них много,- я чуть присмотрелась и от удивления аж подпрыгнула, главный маг был настолько силен, что его ауру чувствовали, наверное, даже простые люди, а уж я и подавно. Чужая холодная сила заставила меня поморщиться. Силу его подопечных увидеть я не могла, то ли амулеты скрывали, то ли далековато. Но ближе подходить мне не хотелось.

Мы разложили с теткой Василисой товар, маги за это время пропали из нашего поля зрения и она разрешила мне с Фимкой погулять по ярмарке, дав пару серебряных монеток. Тетка меня любила и никогда не жадничала, ежели мне чего хотелось, так проявляя свою любовь.

Мы с Фимкой купили себе орехи в меду, одни на двоих и луская их, побрели вдоль торговцев. Мое внимание привлекли книги, которые продавал пожилой мужчина, явно не здешний. Я склонилась над прилавком, рассматривая обложки – были здесь и рассказы о дальних странах, и сказки, и энциклопедия оружия, но это все поблекло перед огромной, в кожаной обложке энциклопедией трав, я уже протянула руку, чтоб раскрыть и полистать это сокровище, как рядом со мной мужской голос радостно произнес:

-Михаил, ты посмотри, что тут есть! Теперь зачет по травоведенью наш! – он еще договаривал, как я выхватила тяжеленную энциклопедию и громко спросила у торговца:

-Сколько? – вот еще, зачет у них, я ее первая увидела.

-Серебряный,- ответил он.

-Беру, - одной рукой прижимая энциклопедию, другой я закопалась в кошеле.

-Уважаемый, даем два серебряных,- я повернулась посмотреть на наглеца и узнала одного из магов. Вот, лапти дырявые!

-Ба, кто тут у нас, ведьмочка! – удивленно и весело поглядел на меня тот самый маг с двумя мечами. Я ничего не ответила, набычилась, и активней закопалась в поисках серебряного. Наконец нашла его и протянула торговцу, все так же молча. – Чего молчишь? – уже удивленно спросил меня маг, игнорируя, что ценная энциклопедия уплывает от него.

-Не ведьмочка, а ведьма, - торговец брать мой серебряный не спешил, глядя на магов.

-А чего не ласковая такая? – вмешался маг с перстнями и сережкой .

-Живот крутит! Вы будете деньги брать или нет? – обратилась я к торговцу.

-Ну, если молодые люди передумали… - поглядел тот на магов, от прохвост!

-Пусть забирает, ей нужней,-милостиво махнул рукой маг, чьего имени я не знала. Мы с Фимкой кивнули и быстренько принялись через толпу пробираться до тетки Василисы, но не успели. Маги нас нагнали и подхватили под локотки.

-Красавицы, может вас угостить чем? – промурчал, что кот, Михаил, который Фимке едва был выше плеча.

-Мы до нужника, некогда нам,- дернула я за руку Фимку и потянула еще сильнее. Можно было не надеяться, что они не расскажут своим друзьям, но так хоть под присмотром тетки Василисы будем. Авось, пронесет.

-Ну Аленка, чего ты…- заныла Фимка. – Красивые такие, еще и маги!- моей нелюбви к магом она не разделяла, ибо для обычных людей маги были скорее полезным злом, хоть и напыщенным. Да и уважали их еще больше, чем ведьм.- У тебя ж отец маг.

-Вот именно,- пробурчала я. – Напомнить, как он с мамкой поступил? У этих магов совести ни на грамм. Тем более таких, молодых да дурных. Поиграются и бросят потом. Они здесь на практике, уедут, а ты пузатая останешься.

-Скажешь тоже,- не обиделась Серафима, - что я совсем дура.

-Ну, тем более. Что тебе, женихов мало? А эти, это от мужиков нормальных так, одно название. За тобой он Захар третий год ходит, а ты никак не определишься, - перевела я тему.

-Ой, да он не знает кого любит, то меня, то Маринку.

Тетка Василиса распродалась быстро, и стояла разговаривала с дядькой Мечеславом, у которого от всего товара остался только невероятной красоты меч, сверкающий серебряными вставками да пара ножей в ножнах. По моему кислому лицу, она поняла, что с магами мы все таки столкнулись, и только махнула рукой.

-Что купили, ягодки?- ласково спросил дядька Мечеслав.

-Орешков медовых да книгу, не успели больше ничего,- выдала Фимка.

-Чегой-то?- нахмурился дядька. За Фимку он переживал и то, что любимая дочь за два часа ярмарки еще не все купила, было на нее не похоже.

-Да, маги к нам привязались,- дернула я плечом.- что репеи, еле отделались от них.

-Чегой хотели?- незнакомые маги не понравились дядьке еще больше.

-Познакомиться хотели,- раздался за спиной знакомый голос. От чуди лесные!- Не часто таких девиц красных встретишь, чтоб и статные и с образование. - Михаил и тот второй, с мечами, стояли за нами и в руках держали книгу со сказками, самоцветами мелкими украшенную, Петушков на палочках, корзину то ли с тканями, то ли с лентами и чегой-то еще, я рассмотреть не успела, так как радостно пискнувшая Фимка уже приняла из рук Михаила корзину и под нашими недовольными взглядами с восторгом принялась перебирать подарки.

-Позвольте представиться, Михаил Слободской, второй сын князя Слободского,- представился цыганчонок. Понятно, чего он такой чернявый. Слободские земли граничили с нашей губернией на юге, точно кто-то из татарвы в роду отметился.

-Мечеслав, кузнец,- дядька смотрел спокойно, и что думает он об этом знакомстве понять было сложно. Хотя чегой там понимать, и так ясно, что недоволен. Где Фимка, девка пусть и ученая и красивая, да простого роду, а где княжий сынок, поиграется и бросит, тут и к ведьме не ходи.

-Святогор, воеводы Пустоветского сын,- представился второй с мечами. Он был высок и крепок, что тополь молодой. Загорелый, видно часто под степным солнцем доводилось бывать. Темные волосы выгорели в рыжину и на смуглом лице выделялись светло-серые глаза, какие-то даже серебристые.

-Василиса, знахарка я,- подала голос тетка, по лицу которой тоже без привычки и не поймешь, что она думает. А мне то все ясно - ни на какие ярмарки боле не поеду и с огорода и леса вылезать не буду. То даже не ведьме, ежу понятно.

-А тебя как звать, ведьмочка?- обратился ко мне Святогор. Говорил он дружелюбно, да я в это их дружелюбие не верю. У них интерес один - силу поиметь, Али еще и помиловаться с ведьмой дурной, так, в довесок. Не одну подружку мы в училище успокаивали да разбитое сердце лечили. И как они тех магов умудрялись находить ежели мы все время под присмотром от загадка!

-Алена она, Алена Бериславовна,- за меня ответила тетка.

-Чего, Алена Бериславовна, подарки не смотришь, Али не любы тебе?- спросил Михаил, от привязались! Ну и ладно, неча ведьм пристойных донимать, коли сказали два раза.

-А ты мне кто будешь, мил человек, жених али брат, чтоб я от тебя подарки принимала?- сощурилась я, подпирая бок. Сказать хотела другое, как на риторике да этикете в училище учили, да уж сильно расстроилась. Нет чтоб нормальные женихи, еще и в чужом селе, так нет же, маги окаянные. И тут нашли, мало их в городе.- Да и знаем мы ваши подарки, потом позора с ними не оберешься в подоле их по селу носить!- в конце моей речи, далекой от законов риторике, покраснели и маги, и дядька Мечеслав и даже тетка Василиса.

-Алена,- дернула меня тетка, но меня уже было не остановить.

-Вот, батюшка мой, чтоб ему пусто было, тоже подарки матушке дарил, про любовь пел, а как дело до дитятко дошло так и показал всю свою мажью натуру!

-Ты из этих что ли… из идейных?- растерял Михаил всю свою напыщенность.

-Ведьмы все идейные, особенно из нашего училища,- гордо ответила я.- так что собирайте свои подарки, господа маги, да идите куда шли,- обида и расстройство были настолько велики, что мое пожелание оформилось даже в легенькое благословление, которое прошло через их защиту и легло на плечо. Я едва задержала ойк и под прикрытием спины тетки Василисы пошла до телеги, грустить о своей доле.

-Извините, молодая она еще, вспыльчивая,- то ли извинилась, то ли объяснила тетка.

-Расистка она у вас! По гендерному принципу,- заявил Михаил.

-Да они в том училище все такие, но мы доложить руководителю практики должны, что ведьму выявили мало ли помощь понадобится,- как то виновато добавил Святогор. От их удали и следа не осталось.

-Докладывайте, чего уж там,- недовольно вздохнула тетка.