Девушка с розовыми волосами проснулась в обнимку с плюшевым единорогом. Он уже давно выцветший и пахнет больше маслом, чем тканью и синтепоном. Вдвоем они укрыты пледом и освещены пробивающимся дневным освещением города, в ногах спит огромный пушистый кот по кличке Пломбирчик. Его шубка белоснежна, подобно земному снегу и всегда мягкая до желания в ней утонуть. В планетарных городах и станциях свет загорается по расписанию и плавно, создавая эффект рассвета, а затем медленно затухает, претворяясь закатом. Сколько Солура помнит, в городе никогда не было никаких изменений. Кзатлер всю ее жизнь был огромным и мрачным лабиринтом из улиц с невысокими домами и нависшими над ним конструкциями, что держали каменистую поверхность Каллисто. Девушка всегда мечтала сбежать отсюда куда угодно, хотя бы даже в купола на поверхности этого маленького спутника с видом на облака Юпитера. Здесь не хочется даже на улицу выходить, не хочется вдыхать маслянистый и металлический запах, не хочется ощущать духоту и попадать под потоки сквозняка, который призван стать ветром.
Солура всегда красила короткие волосы в розовый, а длинную челку на лице до подбородка оставляла белой с плавным переходом. Фигура ее стройная, а тело вытянутое, что свойственно каждому коренному кочевнику – человеку, рожденному вне Земли. В условиях низкой гравитации за поколения люди становились выше, были бледнее землян. Всю красоту своего тела она обнажила, скинув одеяло в сторону к стене, Пломбирчик тут же соскочил, что-то промурчав. Плед упал медленно на край дивана, а Солура поспешила с него соскочить. Переставляя длинные стройные ноги, она оказалась у умывальника, коснулась крана, от куда полилась теплая вода, превращаясь в желе на дне металлической раковины. Солура умылась и подняла взгляд на свое отражение в зеркале над раковиной. Там она иногда видела себя маленькую, с несчастным взглядом, когда губы не способны были растянуться в улыбке, и в душе загоралось какое-то теплое чувство от того, что теперь все иначе. Савидж Паркер, приемный отец, отдать маленькую Солуру так и не смог, но ни разу об этом не пожалел. Он нашел ее брошенную, вырастил, ушел на пенсию, с тех пор каждый день о ней заботился. По началу было сложно в это поверить, ведь добро под поверхностью Каллисто встречается не так уж и часто, а если все же удалось столкнуться с таким редким явлением, то ни за что нельзя его отпускать. Так она и сделала в дальнейшем – поверила и захотела отплатить. В пятнадцать она нанялась в бригаду шахтеров на старую шлюпку с плохим оборудованием для бурения астероидов. Корабль был мал, всего на двенадцать человек, и среди экипажа Солура была единственной маленькой и хрупкой девушкой, но с сильным желанием заработать денег на новые импланты отцу или на ремонт старых. Каждый день она просыпалась в половине восьмого, спешила в сухой док и помогала с погрузкой буров, шахтерских зарядов для раскола астероида вибрацией, приготовлением сканеров. Постоянно дергала плечами, чтобы избавиться от зуда, который оставлял натирающий узкий скафандр. Затем пять часов корабль летел до какого-либо астероида из колец Юпитера. Они богаты льдом и металлами, от чего ее работа оплачивалась вдвое больше, но и была куда опаснее. Астероиды в Поясе и астероиды газовых гигантов сильно отличаются уровнем излучения, поэтому в Поясе люди чувствуют себя куда безопаснее и болеют реже.
Корабль зависал над астероидом, а команда спускалась на водородных ранцах, устанавливала заряды, после чего булыжник раскалывался и собирался в сеть. Солура занималась установкой сети и ее фиксацией на корабль, а также сортировала при помощи сканера камни. Бесполезные она выкидывала, а после давала команду - отправляться обратно на станцию. В девять вечера девушка обычно была уже дома, капалась в электронике старого наемника Савиджа Паркера и даже пробовала писать программы для имплантов. Так как Паркер был аристрейкером, он помогал освоить программирование. По началу это были простые коды для калибровки оптики и рук, они должны были помогать старому наемнику ровно держать пистолет и не упускать противника из поля зрения. Спустя какое-то время Савидж занялся обучением девушки - основам защиты. Аристрейкер способен за минуту взломать твою голову и подключиться к аккаунтам, а с них можно было списать личный счет и от этого защищаются по-разному. Кто-то ставит в голову чипы-предохранители – они дорогие и одноразовые, сгорают при попытках аристрейкеров атаковать, правда это сопровождается сильной мигренью. Некоторые пользуются наличкой. И только малый процент людей осваивает стрейк, чтобы защищаться от нападения без вреда для себя. Стрейку Савидж учил Солуру очень долго, поскольку это сложный процесс, нужно не просто оборвать соединение, а еще и потеряться. Старый наемник всегда говорил: "Кто защищается, у того намного больше шансов победить, чем у нападающего". Он называл это законом обороны и учил защищаться.
В двадцать три года у девушки появился свой собственный корабль. Солура в очередной свой рабочий день отправилась сканировать кольца Юпитера на предмет ледяной глыбы, но вместо этого обнаружила старый заброшенный фрегат. Это был цилиндрообразный корабль, больше напоминающий космическую ракету из двадцать первого столетия, корпус весь в отверстиях от снарядов, а двигатели уничтожены попаданием торпеды. Осмотрев фрегат, Со поняла, что это имперский Абрамс, но кем он уничтожен неясно. Последняя запись бортового журнала была сделана более пяти лет назад, а по законам республики Вобан – любой найденный корабль без экипажа на ее территории, оставленный более пяти лет назад, считается собственностью нашедшего. Но военное судно иметь было нельзя гражданскому, поэтому она сняла уцелевшие турели, продала их, а на вырученные деньги поставила новый двигатель, починила корпус и полностью переделала весь интерьер корабля. Со избавилась от золота, статуй и разных узоров, на которые так облизывались имперцы. Такая эстетика не по душе девушке, она привыкла к строгости и бесформенности городской среды Кзатлера. Торчащие, не прикрытые трубы привлекали ее больше, чем ровная, глянцевая, белоснежная плитка. Заводское название Абрамса она тоже сменила, использовав название катера с прежнего места службы – Колибри. Савидж на это недовольно хмыкнул, считая, что военному кораблю такое название не подходит. А также он добавил, что с другой стороны, каких только бортовых имен не бывает и привел ей в пример военный линкор «Петушок-Потрошитель».
Колибри ждал девушку в сухом доке. Ждал, когда она закончит принимать ванну, закончит ремонт имплантов, оденется и заберет зарплату. Пока девушка ждала полного высыхания своих розовых волос, она сидела за овальным деревянным столом, на котором хаотично были разбросаны инструменты и разнообразная электроника. Вокруг мельтешил белый кот, иногда играя с каким-нибудь плохо лежащим механизмом. Солура сгорбилась над металлической коробочкой, внутри которой под сетью проводов пряталась связка микросхем. Она их уверенно отсоединила пинцетом, тем самым подобралась к одной из нижних микросхем с тремя портами. В средний она воткнула кабель, тянущийся от компьютера. На экране тут же высветились сотни строчек – это был код прошивки оптического импланта.
- Там еще долго? С этой штукой ходить невозможно. - Простонал Савидж, усаживаясь на диван. Он держал в руке банку пива, а на голове был здоровый шлем. Вернее, раньше это был шлем, но теперь Солура переделала его в примитивный оптический имплант. Внутри находилось устройство, которое соединялось с электроникой короба, вживленного в стенки черепа в районе глаз. Вторую его часть сейчас чинила девушка.
- Потерпеть придется. Тут прошито все древними нитками. Ты где вообще брал эту обнову? – Сказала Солура, перебирая пальцами по клавиатуре.
- Тут недалеко. Черт. В прежние года я бы хрен повелся на это все. Мозги теперь ни к черту.
- Не переживай, пап, мы и их тебе починим. – Улыбнулась Со, но старый наемник эту улыбку не смог разглядеть. Он сейчас видит мир черно-белым и пиксельным. Возможности шлема ограничены, и нужен он лишь для того, чтобы не разбить себе лоб.
- Мозги чинить. Где денег достать на нейронку? Моей пенсии не хватает даже на новую руку. – Савидж приподнял левую механическую руку, ее механизм закрыт синим металлическим корпусом с белыми полосами. Металл местами стал покрываться коррозией, где-то краска слезла, а где-то синей краской другого оттенка пытались закрасить ржавчину. Сам механизм захлебывался в скрежетаниях и жужжаниях, до конца руку согнуть не получалось, стерлись шестерни. Солура поправила, как могла, тем не менее работы все еще хватало.
- Кстати. Как рука? Ощущения не вернулись? – Спросила Солура, не отрывая взгляд от монитора компьютера.
- Неа. Зато можно постоянно пробовать «незнакомку». – Посмеялся Савидж и добавил. – Слушай, я про устройство имплантов знаю мало, так вот вопрос. А НКК вообще имеет свой срок годности?
- Именно поэтому твои ощущения пропадают. Связи НКК с электродами у тебя уже ослабленные, так как вещества постепенно выводятся из организма. Можно переливание попробовать сделать, но сильно не поможет. Электроды окислились. – Жидкость, которую называли НКК или кровь машины, нужна была для тонкой связи механизма и нервной системы. Вещество носило название нэруклиновая кислота, протекало в венах импланта, считывая информацию с контактных электродов и передавая сигнал нервной системе. Так появлялись ощущения и импланты лучше приживались.
- Черт. Проще новую купить.
- Да, проще. Так. Смотри. А, точно. – Девушка вспомнила, что Паркер сидит в шлеме и видит лишь очертания препятствий. – Ладно, пока не смотри, я поправила немного твою прошивку, сейчас поставлю все и можно собирать тебя. И не бери больше пиратское дерьмо. Я через час вылетаю в кольца, а утром завтра посижу, поизучаю проги, буду тебе прошивки писать. Хорошо?
- Хорошо, родная, давай.
Солура отсоединила провод от микросхемы и вставила ее обратно в коробочку. Ее руки пригодились бы на заводах по сборке мелких механизмов, но за это не получить больших денег, как на астероидах.
Она сняла шлем с Савиджа, высвободив его поседевшие взъерошенные волосы. В области глаз утоплено большое прямоугольное отверстие из стали, в которое Солура вставила коробочку, на лицевой стороне которой были две черные линзы, сверкнувшие в свете лампы. За линзами пряталась конструкция размером с ноготь мизинца. Это был зрачок оптического импланта. Савидж моментально получил картинку, он снова видит все в самом максимальном разрешении, ничего не троит, и никаких пикселей нет.
- Твою мать, как ярко. – Губы и морщины на лбу скривились от внезапного яркого света, но затем Савидж убавил гамму изображения. Девушка хихикнула. – Со, а ты про новенького так и не рассказала. Черт! Пломбирчик, жопа твоя мохнатая… - Вскрикнул Савидж, когда внезапно к нему на колени запрыгнул кот. Механическая рука утонула в его шерсти, и животное тут же тихо замурчало от приятных поглаживаний.
- А точно. Да вчера времени не было особо рассказывать, я так устала, с ног валилась. Да, короче, алтомарец один притопал, говорит, работу ищет.
- А, ЧВКшник. – Задумчиво протянул Савидж, дотронувшись до подбородка большим и указательным пальцами.
- Ага. Их расформировали, оставили без работы. Я бы взяла, мне нужны крепкие руки на борту, да вот только он слепой.
- Так и в чем проблема? Им там не платят в армии? Военному глаз поставить как два пальца. – Паркер щелкнул пальцами правой руки.
- В государственной армии бы поставили, я думаю, а частников. – Девушка пожала плечами. – На частников насрать, тем более это там у них как-то все связано с атакой на Марс, я хз. В общем-то жалко чувака так-то, но я не знаю пока, что с ним делать, он мне заявку раз десять кидал.
- Аванс. - Паркер взмахнул рукой и повторил. - Возьми на борт, выдай аванс, пусть хотя бы один глаз себе вправит, а дальше посмотрим. У тебя там мужики, если что крепкие, да и я не промажу, если понадобится. Со, люди заслуживают второй шанс. Мы, простые люди понимаем это. Нам это приходится понимать, так как верхушкам не до этого. Оставить чувака просто вот так на произвол судьбы это несправедливо и нечестно. Он защищал республику и остался с голой жопой, а ты в силах помочь ему. Как по мне, надо дать аванс, и наблюдать.
Солура присела на край стола, предварительно сдвинув ладонью электронику назад, затем скрестила руки на груди, вытянула ноги, закинув одну на другую, посмотрела куда-то в сторону, сдула белую прядь, налипшую на щеку. Ей и самой хотелось взять на борт военного. Чем больше опытных людей на борту, тем лучше. Республиканские ЧВК «Алтомар» были расформированы правительством республики Вобан семь месяцев назад. Это связывали с терактом на Марсе, совершенным несколько лет назад. Тогда неизвестный корабль уронил ракеты на продовольственный марсианский купол, что уничтожило всю ферму и обогащённую почву по экспериментальной технологии. Трагедия привела к тому, что Марс, как и все остальные колонии Солнечной системы, не смог отказаться от поставок органической пищи с Земли. Федерация Объединенных Колоний Марса полагает, что это был имперский крейсер, вернее они уверены. Это было объявлением войны, однако доказательства были утеряны, как и право нанести ответный удар.
- Эх, ладно, я подумаю еще, но взять его хочу. Кстати, пап, возьми сегодня молока домой и покушать, а то я после работы в бар, Джек с отпуска возвращается, отмечать будем.
- Хорошо, родная, не пей много только, не хочу снова тебя тащить на плечах и слушать твои пьяные заклинания.
Солура рассмеялась.
- Обещаю, буду держать себя в руках.
- А, выходит уже сегодня?
- Хм… сейчас посмотрю. – Солура достала телефон из заднего кармана коричневых шорт. Прямоугольный кусок черного стекла, на который проецировалось изображение из встроенного внутрь устройства, создавал эффект рельефа полученной картинки. Она листнула пальцем в сторону, не касаясь экрана, и попала в меню сообщений соцсети «Тайндж». В самом верху весело семь непрочитанных сообщений от пользователя, подписанного как «Старый Пом».
- Ой, тут Джек писал, а я не видела. Ого, он в доке уже где-то тусуется. Ну все, я тогда побежала, зарплату заберу и будем Колибри готовить. Пока-пока, пап. – Солура чмокнула Савиджа в шершавую щеку, схватила свой рюкзак, накинула сверху короткую темно-коричневую кожаную куртку с капюшоном и выбежала из дома. Сегодня ветер на улице слабый, приятно теплый, а день необычайно яркий. Нависшие своды подземных скал Каллисто были будто в дымке, поскольку прожектора располагались значительно ниже каменного небосвода. Солура шла по улице, ловко огибая прохожих, всматривалась в небо, будто пытаясь что-то разглядеть в нем. Ей мысленно хотелось обнаружить какую-то тайну и просто насладиться хоть чем-то красивым в этом городе. Людей немного, тесные улочки были относительно пустыми, изредка мимо проезжал транспорт. Тротуар и автомобильная дорого друг от друга были отделены забором из металлических труб, в ряд шли столбы с ночными фонарями и линии электропередач. Местами можно было увидеть возвышающиеся колонны с кучей антенн, радаров, спутниковых тарелок и узлами проводов. От колонн тянулись паутиной кабеля в ближайшие одноэтажные, двухэтажные и трехэтажные домики.
Вскоре девушка попала в широкий сквер, где вдоль деревьев был натянут навес. Под ним - торговые островки, где-то играли музыканты на гитарах. Один из музыкантов выделялся среди других: каждый раз, когда он играл свои песни, рядом сидел рыжий кот. За сквером находилась станция метро, откуда выходила толпа и рассеивалась по улице в разных направлениях. Войдя внутрь, девушка прислонила свой телефон к парапету, пропустившему ее дальше к эскалатору, а затем перед ней протянулся перрон Лианской, одной из самых маленьких станций Кзатлера. По монорельсу ходили поезда, доставляющие граждан в каждый уголок города, и один такой подъезжал в направлении станции «Сухой док». Длинный цилиндрический поезд из девяти пассажирских сегментов остановился с оглушительным гулом. Ветер от его торможения поднял мусор, лежащий под ногами. Двери распахнулись, и на перрон вывалилась очередная толпа, которую сменила другая. Девушка уселась посередине вагона и сразу достала телефон, и снова зашла в Тайндж, пролистав несколько диалогов, нашла строку с именем Пайер Анидж и коснулась его пальцем. Они еще не списывались, но сохранили контакты для обратной связи. Девушка начала писать, быстро перебирая тонкими пальцами по клавиатуре:
«Пай, привет, это капитан Со. В общем смотри, дела такие. Мы сейчас идем в рейс в Пояс, у тебя есть примерно четыре часика на пару манипуляций. Я тебе дропну немного денег и адрес клиники, это считай твой аванс. Тебе вставят оптику, а то слепой на борту мне не нужен. В два часа я тя жду в сухом доке триста восемь, это на окраине Кзатлера, станция Сухой док. Но имей в виду, если тебя не будет на месте, твои военные штучки не спасут тебя. Потеряешек мои ребята находят очень быстро».
Солура нажала меленькую стрелочку слева от текстовой строки и текст был отправлен. В том случае, если Пайер не появится в указанном месте и в указанное время, команде Солуры достаточно ари-аккаунта, который она вбила в тайндж. Ари-аккаунт – это вся информация о человеке. Используя нехитрые программы, можно легко отследить человека, особенно военного. Бывшему бойцу ЧВК не поможет избавление от телефона, поскольку ари встроен в голову. Лицевой номер обнаруживается на мощном сервере, блокируется возможность использовать деньги и транспорт, а раздел ари-аккаунта с паспортом гражданина считается как фальшивый. Если ари связан с нервной системой человека, то не придется даже бегать много, поскольку Солура просто замкнет эту самую нервную систему. Девушка прокручивала в своей голове самые разные варианты действий, однако Пайер пришел за час до прилета Колибри.
Рейс прошел не так удачно, как этого хотелось. Координаты оказались не достоверными и вместо астероидов с полезными минералами, были найдены только ледяные айсберги и никелевые булыжники. Осколки наиболее богатых астероидов фрегат тащил за собой в армированной сети. Колибри не был больших размеров, над двигателем он имел лишь две палубы с каютами, выше стоял камбуз, гальюн, а еще выше - капитанский мостик. Цилиндр фрегата выкрашен в розовый с плавным переходом в голубой от киля до кормы. Здоровыми белыми республиканскими буквами была выведена надпись "Колибри", а под ней логотип: персиковый щит с розовыми и белыми дугами, похожими в сочетании на очертания птицы. Такой же знак был на нашивках у членов экипажа, которых Солура называла семьей. Внешний вид и класс корабля никак не вписывались в рамки шахтерской деятельности, ведь для таких задач использовались всегда танкеры, водовозы, грузовики, шаттлы, но никак не военные торпедные фрегаты империи. Еще и розовый. Но Солура любила розовый цвет.
На подлете к планете двигатель был отключен, использовались только маневровые гасители вдоль всего корабля. Фрегат выравнивал себя в вертикальное положение и готовился подрубать фальцессерный двигатель, чтобы сбросить скорость и зайти в сухой док. Чуть выше над дюзами двигателя раскрылись три гнезда, в которых прятались пятки шасси, их выдвинули вниз огромные гидравлические механизмы, вырвались мощные струи пара, и корабль приземлился. Голубой факел от дюз потух. Площадка, на которую сел Колибри, была на поверхности спутника. После приземления платформа дрогнула и спускалась к сухому доку. Створки на поверхности закрывались, пряча корабль от света газовых облаков Юпитера. Теперь корабль освещали технические лампы цилиндрической шахты, и окружали трубы, сетчатые платформы для персонала, кабеля, провода, бетонные подпорки. Когда корабль попал в воздушный отсек, отделяемый от основной шахты массивными створками из стали, раздались звуки сварки и лязганья металла, шипение и голоса из динамиков. Вскоре платформа остановилась с гулким грохотом, а сам фрегат был обнят здоровым манипулятором, который давал дополнительную фиксацию, позволял башне из стали стоять ровно. Рядом с манипулятором тянулась выдвижная платформа от клетки со ступенями до герметичного шлюза фрегата.
Шлюз открылся, и в нем показалась девушка с розовыми волосами и еще несколько фигур в тени. На выходе она попала под поток пара и, немного пройдя по платформе, остановилась, облокотилась на поручень и задумчиво стала оглядывать людей внизу, что кружили вокруг фрегата, куда-то шли, уткнувшись в планшеты. Большинство людей было одето в зеленую спецовку, кислотную и со светоотражающими полосками. К фрегату подъезжала техническая машина с огромной кабиной спереди, фильтрующим механизмом позади и шестью массивными колесами из металла. На каждом колесе у оси вращения горели красные индикаторы, что означали магнитное крепление к платформе. Гравитация на Каллисто маленькая, поэтому такие серьезные машины всегда примагничивались к металлическому полу и ездили только по специальным дорогам. С помощью этих машин сливалась отработанная вода из реактора и заливалась новая, а также пополнялась реакторная масса.
- Да не парься ты так, капитан. – Сказал рыжеволосый высокий мужчина, подойдя к девушке и положив ей на плечо мясистую лапу. Девушка подняла грустный взгляд на него, оглядела рыжую бороду, морщины на лбу, маленькие глаза, карие, кажущиеся всегда печальными из-за век и вечно насупившихся бровей. – Какой у нас минус?
- Небольшой, скорее всего. – тихо ответила девушка.
- Значит, — Рыжий достал сигарету, – пока еще непонятно?
- Архвель, там кроме никеля и воды ничего не было, а карта стоила двести тысяч юиеней. Повезет, если хотя бы два процента покроем.
- У Сталкера брали карту, да? – Архвель сложил руки на груди, предварительно поправив свою зеленую плащ-куртку, затем убрал руки в ее карманы, а сигарету держал губами.
- Дэсайт сказал, что у Сталкера.
- Так, а нахрена ты ему доверила идти к картографу? – Подключился к разговору Джек, человек низкого роста, даже ниже Солуры, хоть и казался таким же крепким, как рыжий Архвель, правда моложе, и даже серые волосы его не старили. На лице была короткая щетина, нос горбатый, а подбородок со скулами прятался в высоком вороте темно-бордовой куртки. В краях воротника встроены неоновые ленты, и сейчас они горели тускловатым оранжевым светом.
- Откуда я знала, что этот дурашка потопает к Сталкеру? Я так не хочу с ним возиться. С киборгами так сложно всегда. – Развела руками девушка.
- Да, помню я одного, — сказал Джек, — слышь, Архвель, помнишь эту суку Цорсу?
- Киберписечка? Да, по всему комплексу ее гоняли и ломали системы друг друга. – Невесело ответил Архвель.
- Да, было дело. – Кивнула Солура. – Теперь этого гонять будем.
- О, это что за тип? Вояка? Наш новенький? – Архвель обратил внимание на стоящего внизу фрегата высокого мужчину в зеленой армейской рубашке, у него сложены руки на груди, на левой щеке огромный шрам от ожога, тянущийся до подбородка, губ и заступающий на левый белый глаз. На голове зеленая кепка с логотипом ЧВК Алтомар, правый глаз похож на человеческий, но с сияющим внутри него красным светодиодом. Там, куда дотягивался шрам, не росла светло-коричневая густая пушистая борода. За эту особенность девушка окрестила его Бархатными щечками.
- Это Пайер. Отлично. Хоть кто-то сегодня не обделался. Эй! Семья! Пошли знакомиться, у нас новый приемный! – Окликнула она весь состав, потихоньку вытягивающийся из шлюза Колибри. Десять человек спустились по лестничной клетке на другом конце трапа и направлялись к Пайеру. Он высвободил руки и направился медленно навстречу, попутно осматривая розовый корабль.
- Это и есть грузовик? – Сипло отозвался Пайер. В его голове не сочетался окрас с деятельностью команды. – Мне угрожала девушка с таким цветом корабля?
- А ты во мне сомневаешься? – Спросила Солура, сложив руки на груди, и коротко улыбнулась. – Я Солура Ридут, капитан шахтерского фрегата Колибри. Это моя команда: старпом Джек Квойч, координатор Архвель Тикер, подрывники Анатву, Кейнолби и Лайнтли, картограф Дэсайт, который иногда косячит с направлением от чего мы в легкой жопе. И механики Каэрнши, Инчет и Дитхеш. А вот безопасника у нас нет.
- Я читал про ваши обороты. – Пайер поправил козырек кепки. – Как удается их поддерживать при таком маленьком экипаже?
Солура вскинула плечами, выдав молчаливое: «не знаю».
- Летал на таких?
- Можно сказать летал. Это же Абрамс, верно? – Пайер начал оглядывать корабль.
- О, шарит. – Архвель толкнул плечом Джека.
- Да, это Абрамс от «EVO». Абрамс с-18, если быть точным.
- Ага, я так и понял. Имперцы умеют строить прекрасные корабли. – Сказал Пайер, когда проходил, сгорбившись мимо шасси, Солура шла за ним.
- Ты шутишь? – Усмехнулась девушка.
- Не-а. На абордаж такие брать одно удовольствие. Огромное количество пространства для укрытий стороны наступления. Ты молодец, что усилила вот тут корпус. – Пайер указал на неродные титановые пластины брони, установленные над двигателем.
- Реактор не защищен с завода, поэтому они здесь.
- Верно. Видела двенадцатые Абрамсы?
- Да, это вообще смех. Но внутри ты его не узнаешь. Там ничего не осталось от имперского интерьера.
- И правильно. Но, узнаю. Я из абордажной бригады, подразделение нулевое, это значит, что мы перехватывали самые быстрые корабли и высаживались. Опыт огромный, я знаю имперские мелкие корабли лучше, чем республиканские. – Пайер улыбнулся.
- Я рассчитываю, что ты с нами надолго, тебе еще глаз свой отрабатывать.
- Кстати об этом. Я ознакомился с графиком и зарплатой, есть несколько мелких вопросов, но задам их уже на борту, поскольку это будет касаться именно внутренности фрегата.
- Вот так вот сразу есть какие-то предложения?
- Я пошел к вам на безопасность экипажа, свою работу я предпочитаю делать либо хорошо, либо охеренно.
- Что же, мы сейчас будем вылетать на второй маршрут.
- Ах да, что ты там говорила про картографа? – Пайер перебил девушку.
- Это Дэсайт, вон он. – Солура указала пальцем на лысого молодого паренька в кожаной куртке, джоггерах и магнитных ботинках с высоким голенищем. Парень заметил, что капитан показывает на него и помахал рукой.
- Ага, так. И?
- Он занимается тем, что находит нам балдежные маршруты, за особенно хороший маршрут я покупаю ему бутылку тэйнглвейса. Но в этот раз он решил купить координаты у Сталкера, а тот нагрел, продал какое-то говно.
- Типичный Сталкер. – Подметил Пайер. – А этот маршрут?
- Этот будет выгодным, поскольку это заказ от Кобальта.
- Вы работаете с Кобальтом?
- Мы работаем с разными корпорациями и даже с федерацией.
- Понятно. А то, что корабль розовый, это… - Пайер оставил в воздухе немой вопрос.
- Это обязательно, да. – Кивнула Солура.
- Понятно.
- Тебе, можно сказать, повезло. Вся работа касательно добычи наша. Пока мы работаем, Джек держит фальцессер разогретым, остальные, в том числе и я, сканим глыбы, замеряем фон, если надо чистим, пакуем. Во время работы с астероидами на корабле всего один человек остается, но он не может следить за безопасностью, он следит за стабильностью. Места канонира оборудованы под обнаружение, и тебе придется сидеть и искать опасность. Если есть, то надо быть готовым защищать экипаж. В случае боя командир ты.
- Ну, а стрелять из чего есть?
- Конечно. У каждого есть оружие. Есть и броня. – Девушка достала телефон и посмотрела на время. – Остальное расскажу и покажу на борту, нам пора взлетать.
Мостик фрегата был просторным цилиндрическим помещением с низкими потолками по меркам кочевников – три метра. В центре стояло колесо, в котором было розовое кресло из кожи, на нем весели розовые наушники с кошачьими ушками, а прямо перед ним к колесу прикреплён монитор и клавиатура. Кресло вращалось в зависимости от направления корабля и было синхронизировано с маневрами. Вокруг центрального кресла стояли такие же четыре для команды, но коричневые с обычными наушниками. Солура села в центральное, надела наушники и пристегнула ремни. Пайер, Джек, Архвель и Дэсайт последовали ее примеру. Остальной экипаж расположен на нижних палубах в своих каютах и ждет, пока фрегат прибудет в кольца Юпитера.
- Малыши, пошла проверка. – Сказал Джек в микрофон, обращаясь к Инчету и Дитхешу. Инчет лежал в кровати с планшетом в руках, такой же конструкции, как и телефоны: черное стекло, проектор в центре, металлическая пластина. Отличие было в размере, планшет крупнее. На нем Инчет наблюдал за стабильностью реактора, а Дитхеш следил за стабильностью работы ядра двигателя и стенками камеры.
- Реактор стабилен. – Сказал Инчет.
- Ядро сорокет. Старт красный. – Дал отчет Дитхеш.
- Поясняй. – Сказал Пайер.
- Это значит, что температура ядра внутри камеры двигателя около восьмидесяти градусов, этого маловато для старта. – Объясняла Солура. – Старт бывает красный и зеленый. Соответственно красный – взлетать не надо. Зеленый – взлетать надо.
- Вроде понятно. – Пайер снова поправил кепку.
- Восемьдесят. – Сказал Инчет. – сотен. Старт зеленый.
- Диспетчер, сухой док вывод в середину, площадка А восемь. – Обратилась Солура к диспетчеру космопорта.
- Выводим в середину, магнит не отключать. – Отозвался диспетчер.
Над фрегатом распахнулись створки, а платформа под ним содрогнулась и начала стремиться вверх. Пайер снял кепку, освободив короткие черные волосы, и убрал ее в подсумок кресла. Внутри слегка трясло, но вскоре тряска прекратилась. Платформа остановилась сразу, как поднялась выше створок, и те закрылись. Это и была «середина» - помещение для корабля, отделенное от станции и внешней шахты. Корабельный шлюз. Там выше нет воздуха и холодная поверхность Каллисто, а внизу станция. Из середины начали откачку воздуха, и фрегат освещал красный ядовитый свет.
- Колибри, к взлету готовы? – Обратился диспетчер. Солура ждала ответа от Джека.
- Баки полные, коалид стабилен, ядро сто шестьдесят градусов, реактор стабилен. – Отозвался старпом.
- Диспетчер, Колибри готов лететь, выпускайте нас.
- Приготовьтесь, открываю шахту. – Сказал человек на другом конце связи, и верхние створки открылись. Там наверху виднелось черное небо, но его можно было наблюдать только в оптический прибор, так как окон на корабле не было. На маневровых гасителях корабль смог немного приподняться, а затем из дюз вырвался голубой поток пламени. Фрегат дернулся и быстро начал стремиться вверх по шахте, пока ее не покинул. На горизонте спутника виднелась дуга газового гиганта Юпитера, но самой этой планетой могли любоваться только жители купола на поверхности спутника. Смотреть на него через экран монитора не так здорово, как в живую, но экипаж к этому уже привык. Фрегат стремительно покидал холодный спутник и направлялся в сторону колец Юпитера.
- Капитан, а из чего ядро? – Спросил Пайер.
- Вольфрам. Малыши, как у вас дела? – Сказала Солура.
- Все стабильно, капитан. Ухожу спать. До встречи на булыжнике. – Ответил Инчет.
- У меня тоже порядок, ускорение треть Жэ, все круто. Пойду кофе пить, отбой. – Отозвался Дитхеш.
- Ну ребята, остались мы. – Сказал Архвель.
- Можно избавиться от оков на три часа. – Отстегиваясь от кресла, сказал Джек.
- А чего такой плавный? Фальцессер неродной? – Спросил Пайер, он тоже отстегнулся и подошел к капитану.
- Ага. Родной фальцессер говно полное. Я нашла этот фрегат побитым, и движок был подорван торпедой. Решила, что тратить деньги на восстановление этого куска дерьма неправильно, заказала республиканский. Правда, пришлось пилить много, он не совсем подходил.
- Да, Солура вообще много чего тут поменяла и, по сути, сделала свой собственный корабль. Даже кресла другие. – Подключился к разговору Архвель. – Пайер, да?
- Пайер. А ты Архвель вроде.
- Верно. Это Джек. – Архвель указал на низкого мужчину в темно-бордовой куртке.
- Землянин. – Подметил Пайер.
- А что во мне землянина выдает? – Вскинул голову Джек.
- Да по тебе видно, что коренной республиканец. – Архвель ткнул Джека в плечо кулаком. – Даже почти нет акцента.
- Вот именно. Имя исконно вобани. – Подтвердил Джек, на что Пайер усмехнулся. Низкий рост характерен только для землян, а имя Джек встречается только у землян, как пережиток прошлого, и чуть реже можно встретить марсианина или церерца с таким именем. Пайер не имел никакой ненависти к землянам. Он сражался только с армией Империи, с теми, кто шел на него с оружием. Бархатные щечки понимал, что среди тарксов полно людей, не поддерживающих императора, и если Джек в семье Солуры давно живет в республике, значит к Империи отношения не имеет. Убежавшие оттуда раз, никогда больше не возвращаются.
- Давно был в армии? – Спросил Джек.
- Два года в армии республики и шесть лет в ЧВК.
- Хороший стаж. – Одобрительно кивнул Архвель.
- Да уж, нормально. – Согласился Джек.
- Пай, пушек у корабля нет. – Подключилась капитан. – У корабля военное назначение, но так как мы гражданские, пушек иметь нельзя. Но зато пушки есть на самом корабле. – Девушка улыбнулась и махнула рукой, приглашая пройти в арсенал. Она направилась к лестнице, что вела на палубу ниже. Пайер и Архвель отправились за ней, а Джек остался на мостике.
- Каюты для персонала? – Уточнил Пайер.
- Не все. Вот эти все для персонала. – Солура указала на три двери, размещенные по кругу, одна из них была окрашена в розовый цвет. Пайер указал на розовую дверь пальцем и спросил:
- А это твоя каюта, да?
- Как ты догадался?
Была и еще одна дверь, четвертая. На ней высвечивалась голограмма изображение в виде красного перевернутого треугольника, заполненного черными и желтыми косыми полосами. Когда девушка к ней подошла, дверь распахнулась, открывая комнату, заполненную стеллажами с винтовками, ящиками с патронами и стендами с бронированными экзоскелетами. Пайер вошел в комнату, засунув руки в карманы серых штанов.
- Да у тебя комната со сроком лет на двадцать на Титане. – Проговорил Пайер.
- Эти все игрушки, — Солура указала на оружие, — были получены с анархистов. Мой отец когда-то ввязывался в разборки с ними и бывало так, что забирал их пушки. Патроны скупаем в кластере, а эти красавчики, — Девушка указала на экзоскелеты, — можно купить любому шахтеру.
Экзоскелеты были в свободном доступе для военных и экипажей с шахтерской лицензией, помогали пережить нападения, хоть это происходило редко. От обычного скафандра экзоскелет отличался тем, что был увешан множеством пластин из баллистической стали. На спине у системы жизнеобеспечения был дополнительный механизм, возвышающийся над плечами, от него к локтям и от локтей к запястьям тянулись поршневая группа, повышающая выносливость, маневренность и силу. Такая же система из металла и проводов шла от пояса до колен и от колен к стопам. Пайер вспоминал, как такие экзоскелеты быстро рассыпались на металлолом от пуль и как одна граната ломала все эти сложные сочленения. Он видел много мертвецов внутри этих механизмов и никогда бы не подумал, что алтомарский доспех однажды придется заменить на легко бронированный Джет 17.
- Пушки хорошие. – Сказал Пайер, оглядывая винтовки с особой конструкцией, где магазин расположен либо за пистолетной рукояткой, либо встраивался в цевье. – А вот экзоскелеты не думала поменять?
- Честно говоря, костюмчики еще ни разу не пригождались. Это все здесь на всякий случай. Из этих пушек стреляли только я, да Архвель с Джеком.
- Военные используют арес, а анархисты любят нападать на военных, забирать их патроны, и вот если в этот экзоскелет шмальнуть аресом, пуля вылетит насквозь, оставив очень широкое отверстие, сужающееся на входе и расширяющееся при выходе. Тут даже рикошетить не от чего.
- Ну если знаешь, где достать более надежную защиту, то... - Развел руками Архвель, растянув короткую улыбку.
- Могу спросить одного старого друга. – Пайер сложил руки на груди.
- Как вернемся, займись этим. Мне нужно, чтобы моя семья всегда была в безопасности. – Сказала Солура. – Меня не сильно волнует, законно будет получен броник или нет, главное, чтобы моя семья была под надежной защитой. А с законом мы справимся. А теперь я пойду на мостик к Джеку, Архвель тебе покажет камбуз и твою каюту. Минимальный набор вещей там уже лежит, остальное принесешь потом. И да, это тебе. – Девушка достала из заднего кармана нашивку: персиковый щит с розовой полоской сверху, с республиканскими буквами, сложенными в слово «Колибри». Пайер взял нашивку и недовольно на нее посмотрел.
- Я тоже сперва не доволен был. – Усмехнулся Архвель. – Пошли, покажу, расскажу, как тут все.
Солура вернулась на мостик, какое-то время они с Джеком молчали, так как старпом занимался редактированием маршрута и не любил, когда его отвлекают от работы. Капитан сидела в своем кресле, запрокинув длинные ноги на свободное место рядом с клавиатурой. В ее наушниках играл дез-метал. Джек называл эти звуки музыкой дьявола. В руке девушки кружка горячего чая из синтетических листьев мяты. Вкус не был насыщенным, мята была горькая и холодная. Настоящую мяту, как и любую другу растительность достать сложно. На Каллисто ее почти не возят. Зато на Земле этого в изобилии. Девушка смотрела на мониторе видеозапись с прекрасной планеты с воздухом и природой, снятую каким-то репортером. Деревья прорастали прямо на поверхности планеты, как трава и цветы. В небе летали какие-то существа, которых называли птицами. Солнце светило так ярко, что камера ловила блики, цвет все время сбивался, естественный ветер заставлял траву шевелиться лоснящимся одеялом, а где-то в дали виднелась ровная гладь сверкающего озера. Вода прямо на поверхности планеты. Но выглядела она странно. Она не похожа на желе, как при низкой гравитации Каллисто, а скорее была резкой. Казалось, будто волны тебя легко укроют под собой, и ты уже не сможешь всплыть. Землю девушка видела только на картинках и на видео, в отличие от Джека. Он ей рассказывал, что такие места, как на видео – большая редкость. В Столичной Империи таких мест нет вообще, есть лишь заводы и белоснежные здания, улицы заполненные низкими людьми, да так, что было не продохнуть. Старпом рассказывал, что дышать на Земле тяжело, хотя на видео кажется, будто воздух чист и свеж.
Вздохнув, она выключила запись.
- Джек, че там? – Спросила она протяжно, устав от скуки. Они в пути уже пару часов и достаточно далеко ушли от Каллисто.
- Да я вот понять не могу. Ловлю странную сигнатуру среди нужных нам астероидов. – Отозвался Джек.
- Странную сигнатуру? – Девушка приподнялась. – И как давно?
- Минут двадцать уже.
- А че молчишь-то? Выводи на меня.
- Я просто не уверен был. Сейчас. Вот, держи.
На экране Солуры появилось изображение. Спектральный анализ местности, где огромным скоплением мельчайших белых точек обозначались астероиды. Чем плотнее размещались точки, тем беднее был астероид. Редкость точек указывала на минимальное содержание камня и минералов, а значит там много металлов, такие астероиды и нужны. Но среди них редкие точки выстраивались в ровную линию, пропадающую где-то за камнями. Ее начало исчезало за три миллиона километров.
- Линию видишь? – Спросил Джек.
- Вижу. А что это?
- Да вот я сам хз, может сбой какой-то.
- А нам в туда надо?
- Да вот меня как раз и напрягает то, что нам надо именно в туда. Там очень жирные камни висят, мы их и хотели забрать. Может, хм. Может какое излучение от Юпитера, я хрен знает.
- Вот такое направленное, вряд ли.
- Оно рассевается, кстати. Когда я только увидел это, луч был более плотный. На долю процента плотнее.
- Забавный денек. Сперва карта, теперь аномалии какие-то. Ладно, подрубаюсь, веду нас туда. Я меняю монитор на оптику, ты мои спектральный глаза.
- Сэту, капитан.
- Есть что-нибудь?
- Камни.
Пролетая каждые пятьсот километров, Солура спрашивала, что видит старпом и на тридцать седьмом вопросе Джек отвечать перестал. Он молча вывел изображение на монитор Солуры, сместив изображение с оптических приборов фрегата.
- Похоже у нас будет второй корабль. – Сказал Джек, развернувшись к капитану.
- А ну-ка запускай скан на двигательные сигнатуры, пусть ИскИн проверит излучения от корпуса типа фрегата и истребителя. На линкоры тоже проверь.
- Сэту, капитан.
Архвель и Пайер находились в каюте Инчета. Здесь был Дитхеш и Дэсайт. Они сидели за прямоугольным стеклянным столиком, Пайер рассказывал много о службе в Алтомаре, поскольку хорошо помнил только эти моменты. Рассказал о своем шраме. Между Империей и федерацией идет холодная война, нет прямых боестолкновений, массовых сражений флотов, и города никто не оккупирует. Тем не менее, происходили редкие локальные стычки. В Поясе федерация активно ведет добычу ресурсов, там стоят крупные шахты. Однажды Имперцы туда пришли. Они решили, что Пояс не весь принадлежит федерации, поэтому потребовали погрузить все контейнеры с ресурсами на свои шаттлы. Федерация могла лишь грозно угрожать, а республиканцы в свою очередь брали и отправляли отряд частной военной компании. Это наемники, попробуй пойми, кто их нанял. Сама республика может спокойно развести руками, мол мы ни при чем. Мы не знаем, чьи это наемники. Пайер был в пехоте, и, когда они высадились на шахтерскую станцию, сражение началось моментально. Было много потерь с обеих сторон, а рядом с Пайером взорвалась граната. Товарищ смог вытащить его с разбитым скафандром. Осколки от стекла визора разлетелись при взрыве, расцарапали лицо и сильно повредили оба глаза. Пайер вслепую отстреливался, пока его тащили на корабль. А потом алтомарцев расформировали.
- А что вообще чувствуешь, когда стреляешь в человека? – Спросил Дэсайт, парнишка в темно-зеленой рубашке.
- Отдачу винтовки, что еще? – Ответил Пайер. – А вы чем занимаетесь кроме камней Юпитера?
- Да разным, — ответил Дитхеш. – Инчет вообще хочет от нас уйти. Да, чувак? Говнюк мелкий.
- Да мне тяжело становится полеты переносить, блин. – Отозвался Инчет, потирая густые усики.
- Ну да. Он решил нас променять на какой-то магазинчик. – Говорил Архвель, показывая большим пальцем за спину на Инчета.
- Не на какой-то, а на свой. На свой собственный, я хочу открыть свой магазинчик со всяким барахлом старым, че в этом такого? Ты просто представь, никаких подготовок утренних. Проснулся, встал, пошел открывать не большой, но зато свой магазинчик. Никаких тебе трясок, ускорений, торможений. Постоянная сила тяжести. Сидишь себе, да с людьми общаешься.
- И что там продавать собрался? – Спросил Архвель.
- Он же сказал, всякое барахло. – Посмеявшись, напомнил Дитхеш.
- Старое барахло, мужики. Старое. Люди любят старые вещи. Особенно, если в них есть какая-то история.
- Люди срать хотели на историю. – Сказал Дитхеш. Он взял колоду карт с черными рубашками и начал перемешивать, затем раздавать. – Взгляни на тарксов. Давным-давно Марс просрали, Цереру просрали, наплодили миллионы врагов себе, а потому что жадные, хотят, чтобы от них зависели. И продолжают делать тоже самое. Готов поставить, что у них скоро и Венеру отберут.
Дитхеш посмотрел в свои четыре карты и выложил одну в закрытую.
- Интересно вы скачете от магазинчика с барахлом до политики. – Подметил Пайер и тоже выложил одну карту. – На троне и в Совете сидят люди, которым нет дела до таких безделушек с историей. Их ценят простые люди. Так что идея крутая. Я буду заглядывать.
- Спасибо! Хоть кто-то поддержал. – Радостно воскликнул Инчет.
- Да мы все не против, просто шутим. – Сказал Архвель и положил две карты в открытую, на каждой изображен орк с символами здоровья и урона. Затем достал одну из колоды с оранжевыми рубашками и тоже положил в открытую, там была изображена странной формы бензопила.
- Извините, что прерываю. – Внезапно раздался голос девушки из динамиков. – Архвель и бархатные щечки нужны мне на мостике. Срочно сюда.
- Бархатные щечки? Это она про тебя, Пай? – Улыбнулся Инчет.
- Ну это точно не про твою зубную щетку под носом. – Подмигнул Дитхеш.
- Ну пошли. «Бархатные щечки». Господи. – Смеясь, Архвель махнул рукой.
Они вышли из каюты и стали подниматься по лестнице наверх, остальные собирали личные вещи по шкафчикам. Солура указала сесть на свои места в креслах и вывела изображения на мониторы.
- Джек нашел корабль. Пай, что скажешь?
- Это корабль. Не республиканский. – Сказал Пайер, потирая костяшки пальцев. – Ну-ка, дай минуту, сейчас посмотрим. Так. - Пайер начал стучать пальцами по клавиатуре, изучая собранные данные со скана объекта, похожего на корабль. – Вы уже провели скан местности? Вдруг не одни?
- Сигнатуры двигателей отсутствуют. – Заключил Джек.
- Ну двигатели понятно, они могут быть отключены.
- Излучений от корпуса тоже нет. Есть только вот этот вот след. – Джек показал линию из точек. – Знаешь, что это?
- Старый остаточный след вольфрамового снаряда.
- Вольфрамового? – Отозвалась Солура.
- Да. След старый, почти полностью распался. Стреляли с рельсовой пушки. Видите, вот здесь? - Пайер выделил пальцем область вокруг линии из точек.
- Да. – Кивнула девушка.
- Плотность высокая, скорость снаряда, значит, тоже. У пушек Гаусса более низкая плотность, поскольку снаряд медленнее. Это характерно только для рельс. По кораблю ща тоже скажу. Секунду. Очень похож на истребитель. Вот тут кончается след от выстрела. Корабль сместился на двести пятьдесят км вниз и почти на сорок км в сторону от выстрела. Поскольку след старый, почти месяц, попадание должно было прийти в двигатель. Это из расчетов соотношения удаления корабля и возраста остаточного следа.
- Значит мы одни здесь. – Утвердил Джек.
- Получается, что так. Сколько корабль будет стоить? – Спросил бархатные щечки.
- А что это за истребитель? – Спросил Архвель.
- Это анархист какой-то. Подбит Имперским флотом. – Предположил Пайер. – рельсы стоят на имперских кораблях. Стандартная ситуация.
- Полетели осматривать. – Сказала девушка. – Приготовиться к торможению. Внимание, всему экипажу пристегнуться и убрать вещи, начинаем манёвр торможения! – Солура отдала приказ, разлетевшийся из каждого динамика на фрегате. Экипаж зафиксировал себя ремнями, убрал все кружки, ложки, все другие вещи в шкафчики, чтобы ничего не летало по кораблю. Факел фрегата потух. С помощью джойстика девушка развернула корабль маневровыми гасителями, и факел главного двигателя снова вспыхнул. Секундное отсутствие гравитации сменилось сильным притяжением. Когда фрегат замер, а факел вновь потух, тела ощутили невесомость. Используя все те же маневровые, капитан опустила свой фрегат до уровня неопознанного истребителя.
- Пробоину не вижу. – Подал голос землянин Джек. – Скорее всего с другой стороны. Осмотрим лично?
- Да, одевайтесь все, кто на мостике, и Каэрнши позовите кто-нибудь, а то проспит все веселье. – Ответила Солура.
- Пошли посмотрим, что там нам оставили. – Воодушевленно сказал Архвель, хлопнув по плечу Пайера.
Здоровяк со шрамом стоял перед монитором с изображением уничтоженного корабля, его руки сложены на груди, и на дружеский хлопок по плечу он никак не отреагировал, лишь погладил двумя пальцами свой ожог на лице.
- Пай? Ты чего завис? – Окликнул его землянин.
- Иду. – прохрипел здоровяк.
Следующие пятнадцать минут экипаж одевался в прочные и неудобные шахтерские скафандры. Скрипучие, плохо пахнущие и жмущие во всех местах. Верхний тканевый слой между металлическими сочленениями и креплениями для стыковки, покрыт пылью, местами торчали клочья ткани. Металл ржавел на стыках, там же облупилась краска. Солура пыталась замаскировать коррозию розовым, но ржавчина все еще проступала. Стекло визора исцарапано пылью и мелкими камнями вдоль и поперек. Второй визор с золотым напылением опускался со скрежетом и будто тащился по щебню. Самым новым здесь выглядел только экран на внешней стороне предплечья скафандра, который был панелью управления. Нашлемный оптический прибор со сменой спектра, где в основном использовались тепловизор и ночное зрение, тоже был новым. Тяжелые ранцы в невесомости ощущались пятилитровой бутылкой, которую несут под водой. Они легко установились на спине и автоматически подключились к скафандрам.
- Я надеюсь, то, ради чего вы меня подняли, того стоит. – Ворчал Каэрнши. Его басистый голос был искажен в аудиосистеме.
- Кэш, это вообще-то корабль. Ты не рад покопаться в нем? – Спросил Джек.
- Кого? Чего? Ему движок снесли. Обокрали и оставили. Че там копаться в этом говне? Если вы рассчитываете там скачать бабосики с ари-аккаунтов, я ставлю на то, что там уже все спёрли. Черт, как же жмет, а.
- Тебя так редко видно, что я иногда забываю, какой ты душный. – Доброжелательно отозвался Архвель.
- Я не душный. Я практичный.
- Ты даже сейчас душнишь, Кэш. – Рассмеялась Солура.
- Ну ёпт, ща спать дальше уйду. Все равно после моих золотых рук на этом фрегате вряд ли что-то отвалится.
- Ну хоть в чем-то я с тобой согласен. – Одобрительно промычал Джек. – Откачка пошла.
- О, еще и шипеть будет. – Продолжал ворчать Кэш. Помещение, в котором стояла команда, наполнилось громким шипением вытяжки, началась откачка воздуха. Позади были герметичные двери, отделяющие команду от теплого и уютного помещения фрегата, а впереди распахнулся шлюз в пустоту. Впереди брошенный истребитель размерами меньше, чем Колибри, напоминающий груду металлолома, слепленного во едино. Бесформенный, угловатый уродливый кристалл из матовой стали или может другого материала.
- Так, держимся плотной группой, как только подлетим, включаем ботинки. Мне не нужно, чтобы вы разлетелись кто куда, как чмони. – Отдала приказ капитан. – Готовы? Бэфо.
Пять тел выплыли из шлюза, ранцы помогали регулировать направление движения маневровыми гасителями, выбрасывали водородные струи пара из дюз. Управлять ранцем не сложно, если он занимает большую часть твоей жизни. Капитан отправила со своего ари программу на ари корабля, чтобы обнаружить спрятанные мины. Следующей отправленной программой она проверила наличие живых людей, однако ничего не было обнаружено. Корабль полностью чист. Он становился крупнее по мере приближения к нему. Вырисовывались более четкие очертания дизайна, которые формировала броня. Она складывалась вокруг цилиндра кузова в агрессивные и угрожающие формы. С первого взгляда шлюз не видно, скорее всего он скрыт где-то под скатами брони. Вокруг судна парила аура из кристалликов льда.
- Высаживаемся вон там. – Скомандовала Со, поставив визуальную метку на каждом визоре команды. На стекле высветилась проекция в виде красного треугольника, он был привязан к объекту, который выбрала девушка. Куда бы ты ни посмотрел, метка всегда стремилась к своей привязанной точке в пространстве.
- Ну да, куда еще, если не к пушкам, да? – Подметил Каэрнши.
- А ты не любишь большие пушки? Там больше всего механизмов, копайся и копайся. – Отозвалась девушка. Каэрнши на Колибри был старшим механиком. До инженерного училища не любил механизмы, а потом увлекся и нашел в них красоту. Движения поршней, вращение валов и шестерней завораживали, хотелось их изучать, понимать, как работают. До Колибри Кэш работал на республиканском заводе робототехники на Ио. Он разбирал старые модели на винтики, анализировал, находил недостатки и проектировал новые более надежные механизмы. Чертежи он знал наизусть, мог разобрать любую часть дроида на тысячи деталей, а затем по памяти собирал обратно. Девушка взяла его за этот талант. Хоть Кэш ворчливый, вечно недовольный, но без его рук Колибри намного дольше стоял бы в ангаре.
Кэш задумался над предложением осмотреть орудия и сперва это его воодушевило, он представил массивные гидравлические опоры, где оно было закреплено, но затем предвкушение рассыпалось. Пушки он не так любил, ведь они несли разрушения.
- Что я там не видел?
Приблизившись к шахте, из которой была выдвинута массивная корабельная пушка с длинным стволом, команда активировала магнитные ботинки и прилипла к металлической поверхности судна. Каэрнши тут же подбежал к орудию. Все-таки это механизм.
- «Да что я там не видел», — Повторил Архвель слова механика, — а сам первым побежал ствол смотреть.
Пайер не проявил особого интереса к турели, он прошелся по судну в сторону двигателя. Под своими ногами в свете налобного фонаря он выхватил множество царапин, будто около двигателя борт был атакован камнями и щебнем, броня была словно комок пластилина, который прокатили по асфальту. Сердце заколотилось сильнее, что было зафиксировано и отправлено на ари капитана.
- Пай, в чем дело? – Моментально среагировала она.
- Не знаю. – Неуверенно проговорил безопасник. Солура подошла.
- Бархатные щечки, ты чего? Боишься пустоты?
- Не-не, тут что-то другое. Смотри. Видишь эти впадины в броне?
- Да, вижу.
- Смотри дальше, ближе к двигателю царапин становится больше.
- Так в него же попали из рельсы, вот он и разлетелся на мелкие кусочки.
- Когда рельса и любое другое оружие пробивает корабль, обломки разлетаются по направлению выстрела. Однако здесь двигатель был уничтожен не рельсой. Его взорвали чем-то другим. Либо заранее, либо потом. Но куда тогда было попадание?
- Ты говорил, что рассчитал. – В голосе Солуры проскочило разочарование. – Обнадежь меня, Пай.
Пайер молча шагал по корпусу корабля в поисках пробоины, оставленной рельсовой пушкой. В это время Каэрнши размещал устройства для реморфирования турели, так как она показалась ему необычной, такой он прежде не видел. Реморфер полностью просканирует турель и воссоздаст трехмерную модель с точностью до винтика, считает все ее размеры. Потом Солура создаст чертеж этого оружия и его можно будет продать республике.
- Ну и где же ты просчитался? – Не унималась девушка.
- Вот здесь. Иди сюда. – Пайер стоял у небольшого отверстия, его металлические края вогнуты внутрь, а луч от фонаря безопасника выхватил такое же отверстие во всех внутренних слоях кузова. Вот и пробоина.
- Я ошибся в том, что скорость намного больше, известной нам. Рельсовые пушки имеют свой предел, его я брал в расчете.
- Хм, это может быть подобная пушка, как на этом корабле? А то Кэш развернул реморфер.
- Я не знаю, капитан. Империя успела обзавестись новыми турелями?
- Не думаю, у них инженерия не работает так активно, как при Эсмеральде. Мало вероятно.
- Пошли пушку глянем.
- Кэш, у тебя там что? – Спросила Солура по связи.
- Какая-то непонятная хренотень. Хочш, иди смотри. – Отозвался механик.
Когда Солура с Пайером вернулись к турели, Пай подошел ближе и начал внимательно осматривать пушку. Эта была необычная рельса, которая теперь увлекла еще одного специалиста.
- Здесь что-то не то. – Заключил Пайер.
- В каком смысле? – Спросил Архвель.
- Двигатель уничтожен вручную, скорость вольфрамового снаряда в разы выше, от чего я ошибся, стреляли в мостик и успешно в него попали. Еще и рельса с длинным стволом. Вот здесь должны быть аккумы. Каэрнши, ты же сделал скан?
- Тебе проекцию надо? Черт. Ща-ща, дай сформирую. – Кэш начал стукать пальцам по стеклянным наручным панелям с проекциями из света. – На, держи, бородач.
- Оставьте мою бороду в покое. Вот, смотри. – Бородач открыл голограмму турели и увеличил то место, в котором должны были быть аккумуляторы. Затем движением пальцев убрал слои с броней. – Четыре. Их четыре, плюс — вот это вот. Я так полагаю подсос от реактора. Генерируется дохрена напряжение, и происходит мощный выстрел. Длинные рельсы ускоряют снаряд, и он получает высоченную скорость. Ни одна броня не защитит.
- Так и что же мы нашли в итоге? – Спросил Архвель.
- Либо проблемы, либо возможность ставить пушки на Колибри, либо много денег. – Сделала вывод Солура.
- Либо все это вместе. Сохрани запись на ари Солуры. Капитан, дай каждому пушку. Уходим только на маневровых. – Начал отдавать приказы Пайер, на что остальные, кроме девушки, смотрели косо.
- Выполняйте. – Подтвердила капитан.
- Погодите-ка, а снаряды забрать? Они денег стоят. Внутри еще что-то из техники по-любому осталось. – Возразил Каэрнши.
- Нас могли заметить за пару тысяч км те, кто оставил тут этот истребитель. – Ответила Солура. – Поэтому мы немедленно уходим. На Каллисто или на Андерсоне нас никто не посмеет бить. Чертеж нас окупит. – Девушка тыкнула пальцем в стеклянные панели на руке Каэрнши.
- Ладно-ладно. Давайте текать. – Раскинул руками Кэш.
Пять тел, выпуская струи пара, в спешке покидали корпус неизвестного судна. Солура и Пайер думали об одном и том же – как бы это не была засада, созданная кем-то, кто за пару часов заметил приближение шахтерского корабля к месту преступления. Если стычка между анархистами, то это ничего страшного, они часто устраивают междусобойчики и посторонних не приплетают, однако, если они совершили преступление, то свидетелей поспешат устранить. Пайер дополнил эту мысль, предположив, что это могло быть испытание нового оружия. Проблема рельсы и пушки Гаусса в том, что это крайне энергозатратное оружие. Пайер видел множество моделей рельс, и каждая из них имела короткие направляющие для разгона снаряда. Короткие рельсы были необходимостью, так как выработка реактора все же имеет предел, а чем длиннее направляющая, тем больше требуется энергии на разгон снаряда. Значит ли это, что испытывался новый мощный реактор и хватает ли его мощности для нового поколения рельсовых корабельных пушек.
Когда закрылся шлюз, Пайер из своих раздумий ненадолго вышел, чтобы обсудить это с Солурой, однако, молодая капитан спешила на свой мостик, чтобы как можно скорее зажечь двигатель. Войдя в складское помещение, где команда начала снимать с себя скафандры, мимо них пролетал Инчет, приподняв свои усики улыбкой. Руки механика сложены на груди, одна нога вытянута, а вторая согнута и как будто уперлась о вторую.
- Ну че, есть че интересное? – Спросил Инчет.
- Пушки открываю вам. Хватайте, что понравится. – Сказала девушка, сняв шлем. Ее розовые волосы тут же распушились в невесомости и были похожи на самый нежный розовый одуванчик.
- У нас бой? – Усики механика сразу перестали подниматься вместе с улыбкой.
- Пока нет. – Подхватил Джек. – Это скорее предосторожность.
- Мы в бой не вступаем. Если внезапно нападет враг, мы будем готовы к обороне, и это наше преимущество.
- Защищающийся всегда имеет больше шансов на победу, чем атакующий. – Добавил Джек.
- Вы че нашли там?
- Все расскажу потом. – Капитан суетилась, быстрее обычного избавилась от скафандра и даже бросила его плыть до соседней стены. Джек, тяжело выдохнув, подобрал его, чтобы убрать на свое место. Если этого не сделать, то при маневрах скафандр, скорее всего, самоуничтожится, врезавшись в стену.
Покончив с уборкой, старпом поспешил за капитаном, но не шагом. Он отталкивался от поручней, ловко проплывая все переборки фрегата, пока не оказался на мостике. За ним появился Архвель.
- Пристегнитесь. Пока что будем выплывать маневровыми, надо отдалиться и затеряться в железняках. Они слегка погасят сигнатуру Колибри излучением, и мы сможем уйти тихо. – Скомандовала Солура.
- Сэту. Пайер принесет нам стволы. – Сказал Архвель и уселся в своем кресле.
- Со, слушай, я не уверен в том, насколько это безопасно, но можно попытаться передать инфу в республику. – Сказал Джек, обернувшись к девушке.
- Нельзя по радио. – Ответила она, дергая джойстик у основания кресла, и от каждого ее движения корабль содрогался.
- Лазером давай.
- Для этого надо выйти из железняков, Джек. И нужно чтобы Каллисто был в прямой видимости. Хотя что у нас по Ганимеду? Он сейчас где?
- В прямой видимости, однако железняки надо обойти. Там Андерсон. – Сказал Джек, стукая пальцами по клавиатуре.
- Блин. Не хотю на Андерсон это отправлять, там чмони работают. – Капитан помрачнела. Станция Андерсон построена Империей, находится на территории республики и под протекторатом Марса. Неизвестно кому попадет информация, может своим, а может имперцам. В первом случае им помогут, во втором случае они могут и погибнуть, если появится корабль противника.
- Каллисто где-то через час появится в прямой видимости. – Джек потер щетину.
На мостик вошел Пайер, он тянул за собой на ремнях три винтовки и зафиксировал их в специальных креплениях у кресел рядом с Джеком, Архвелем и Солурой. У девушки он поставил винтовку с розовым камуфляжем.
- Я подумал, что это твой. – Сказал он.
- Спасибо, бархатные щечки, это мой. Красивенький, да?
- Нет. Как пластмассовая игрушка.
- Нет. Красивый. – Протянула девушка, увлеченно всматриваясь в монитор. Казалось, что она нервно дышит. – Садись в кресло, если всех вооружили. Себе взял?
- У каждого по винтовке. Там валялся револьвер на аресе, я его взял. Если никто не против.
- Пушки общие. Что нравится, то и бери. Так. Внимание, семья, всем пристегнуться, убрать предметы, я даю ускорение. – Солура отдала приказ, разлетевшийся по кораблю через динамики, затем она потянула рукоять тяги вперед. Из дюз двигателя вырвался голубой факел, и все предметы на борту обрели вес. Сразу, как только двигатель заработал, на радаре объявился красный треугольник, и заполнялась шкала загрузки.
- Вот жопа ореховая! – Выругался старпом. – Капитан, корабль объявился.
- Я вижу, Джек. - В голосе Солуры проскользнул страх, но она старалась его скрыть.
Когда шкала была заполнена, на экране появились надписи рядом с треугольником. Ударный фрегат. Три двигателя фальцессера, что позволяло быть быстрее Колибри. Корабль зарегистрирован как «Комильфо» в районе пузыря анархистов Киль. Комильфо шел достаточно быстро на сближение, и через час он должен будет догнать шахтерское судно с одним двигателем. Есть небольшой риск не долететь до прямой видимости Каллисто. С огромным трудом девушка себя пересилила и решила, что нужно отправить данные на Андерсон, орбитальную торговую станцию на орбите Ганимеда. Но только она собралась отправить чертеж, как на радаре появился голубой треугольник, опережающий в разы скорость обоих фрегатов.
- Капитан! Они в нас выстрелили! – Среагировал Джек.
- Вижу. Кэш, поднимись на мостик срочно!
Каэрнши выглядел мрачным и уставшим, когда ему пришлось подняться со своей койки по просьбе капитана. От него опять что-то нужно. Если не придется сидеть и разбираться в новом механизме, то он на кого-нибудь сорвется. Механик понимал, что команда пытается скрыться, возможно, они в опасности, но была надежда на гладкий исход событий.
На мостике он появился вялым, на лице нежелание что-либо делать.
- Кэш, слушай. Мне нужен лазер, я хочу отправить сообщение на Андерсон с твоими чертежами той пушки. Сделай! Быстро!
- Етить… сэту, кэп, ща будет. – Каэрнши уселся в свободное кресло, надел наушники и принялся стучать пальцами по клавиатуре, отгоняя мысленно свое недовольство. Когда он поднимался на мостик, то еще не осознавал, насколько ситуация патовая. – Со, ты в эфире.
- Я капитан шахтерского фрегата Колибри Солура Ридут. Нас преследует фрегат анархистов, он уже произвел выстрел, и снаряд приближается к нам. За короткое время до этого моя команда обнаружила неизвестный тип рельсовой пушки анархистов, я передаю вам ее реморф и чертеж. Запрашиваю поддержку…
Договорить юная капитан не успела. На мостике раздался взрыв, уничтоживший одно кресло и повредивший огромное количество систем. Снизу рядом с полом было широкое отверстие размером с теннисный мяч, края металла были раскалены, но быстро остывали, их охлаждал поток воздуха, быстро покидающий помещение. Аварийная система считала эту неполадку и закрыла шлюз на нижние палубы. Вокруг кресла, от которого остались лишь парящие в невесомости обломки, весели сгустки крови и внутренности. Разлетевшиеся части тела нельзя было опознать. Помещение больше не освещалось светодиодным белым светом. Теперь горел тусклый аварийный красный.
Девушка с трудом могла разглядеть силуэты, которые медленно мельтешили перед ней, раскидывая какой-то металлический мусор. Неизвестные фигуры в экзоскелетах пытались будто бы пробраться к девушке, раскапывая к ней путь среди обломков металла.
Звуки появились не сразу. Длительное время она беспомощно смотрела, как силуэты к ней становились все ближе и ближе. Она хотела дать отпор, хотела куда-то сбежать, уклониться, использовать все маневры в невесомости, чтобы не дать себя поймать в плен, но куда бежать с корабля? Тело не слушалось. Руки и ноги сильно онемели, онемела и левая часть всего тела. Что-то покалывало в пояснице, и одновременно с этим беспокоило неприятное болезненное ощущение в спине. Сердце билось так сильно, что почти проломило грудь, но постепенно успокаивалось, поскольку воздух в помещении почти был истощен. А затем, когда вернулись все звуки полностью, сердце окончательно утихомирилось. Она услышала знакомый голос нависшей над ней фигуры в экзоскелете.
- Капитан! Ты меня слышишь, мать твою?! Отставить подыхать! – Это был голос Архвеля.
Девушка расплылась в улыбке, а потом засмеялась громко и начала плакать. Начала плакать от невыносимой боли во всем ее хрупком теле. Вскоре слезы сменились криком, и все свои последние силы она бросила на то, чтобы успокоиться и держать себя в руках. Никогда прежде она не допускала, чтобы кто-то из семьи видел ее слезы. Но вытерпеть такую боль было почти невозможно. Солура не услышала второй взрыв от потери сознания после первого. После выстрела фрегат запустил торпеду, которая уничтожила двигатель Колибри. Девушку откинуло первым взрывом на мостике, который порвал в клочья тело Каэрнши, но капитану повезло больше. Ей вырвало руку почти до плеча и ногу по колено. Футболка была порвана, кожа с ребер содрана так, что виднелась красная кость. Вторую руку раздробило креслом, которое придавило ее, оно же раздавило вторую ногу. Эти обломки раскидывал в стороны Архвель, пытаясь вызволить капитана из железного плена. Из набедренной сумки для стиков, мужчина достал один с пометкой RG 20. Это была белая палочка, похожая на толстый маркер, под колпачком которого скрывалась игла. На обратной стороне стика кнопка. Архвель воткнул стик в шею девушки, и через некоторое время ее дыхание стабилизировалось, сердце успокаивалось и кричать уже не хотелось. Боль постепенно сменялась чувством, будто все тело онемело.
— Вот так. Тише. Дыши, капитан. Дыши. – Успокаивающе говорил Архвель, словно убаюкивая. Он гладил ее по голове, и хоть это сильно раздражало девушку, сейчас она осознала, что больше не способна самостоятельно двигаться, и такая мелочь, как прикосновение к голове, уже не производило никакого впечатления. Теперь она старается удержать себя от мира депрессии, ей нельзя в депрессию. Их корабль атакован, и она нужна своим людям, чтобы их защитить, однако, защищать нечем даже себя. Она лишь мешок с органами и сломанными костями, который умрет от болевого шока или потери крови, когда закончится действие стика.
- Что произошло? – Выдавила из себя девушка.
- Нас берут на абордаж. Пайер готовит оборону, Джек сейчас принесет тебе капсулу, ты поспишь до прилета домой, все будет хорошо, Со.
- Отставить спать.
- Капитан, тише. Ты… как тебе сказать…
- Как мне сказать, что я без конечностей осталась? Я это ощущаю, Архвель. – Она закашляла. – Капец. Что сейчас происходит?
- Абордажка прибудет через тридцать семь минут. Мы не знаем силу на борту, но есть хорошая новость, наверное. Кэш успел отправить сообщение за мгновение до взрыва. Там не полностью твое сообщение записалось, но Кэш видимо посчитал, что времени больше нет, когда следил за движением снаряда. Может нас и услышат.
- Спасибо, Кэш. Он где? Поставь его на связь, он хороший связист.
- Он погиб, Со.
- Твою мать… Остальные?
- Остальные живы.
- Черт. Черт, черт, черт! Я порву их нахер! Архвель. В каком состоянии Колибри?
- Снаряд взорвался на мостике. Управления больше нет, а двигатель уничтожен торпедой. Все остальное работает.
- Ядро ИскИна?
- Работает.
- Уже что-то. Слушай. Я могу подключиться к камерам, запущу программу в сеть, чтобы камеры нельзя было вырубить. Буду координировать, и ты не сможешь препятствовать, потому что это, твою мать, приказ. Ты понял меня? Я не стану спать и дожидаться какого-то чуда, пока моих мальчиков будут обижать! Я и без рук могу вас защитить. Пайер будет моими руками, а я мозгом корабля. Мне нужны стики RG 20, 19, 19/H и CSn D. Будешь в меня колоть всю это херь в названном порядке. Главное не вздумай останавливаться, иначе я подохну от болевого шока, когда хоть что-то перестанет действовать. Коли каждые семьдесят минут. После каждого раза время уменьшается на минуту. Это приказ.
Архвель скрипел зубами. Колоть такой коктейль препаратов, которые снимут все симптомы и ощущения – плохая идея, поскольку побочные эффекты от такой периодичности воздействия могут оказаться невыносимыми. CSn D особо опасный препарат, который превращает нервную систему или то, что от нее осталось, в систему с ускоренной передачи сигналов, подставляя ложные сигналы, что может уменьшить продолжительность жизни. Архвеля это сильно беспокоило, и ему нужно было себя пересилить. Как бы ни хотелось ее вырубить стиком со снотворным и оставить в безопасности, чтобы защитить, он так же понимал, что из-за этого она будет жить до конца жизни с ощущением своей бесполезности для семьи. Для девушки намного важнее быть здесь и сейчас, бросать все свои силы на защиту корабля и экипажа, ведь она может это сделать. Савидж Паркер обучил девушку самым разным техникам взлома и манипуляциям с электроникой. Эти навыки могут оказаться полезными.
Архвель почти решился, и в этот момент появился Джек в экзоскелете и с капсулой жизнеобеспечения. Рыжий посмотрел на нее, затем на Джека и снова вернул взгляд на девушку, столкнувшись с ее суровым и уверенным в себе выражением лица.
- Я выполню твой приказ. Но тебе придется лечь в эту капсулу. Срок действия препаратов увеличится.
- Че? – Спросил Джек.
- Она нас поведет.
- Кукуху и тебе снесло взрывом?
- Это приказ, Джек. – Встряла в диалог Солура. – Я справлюсь.
- Савидж нам башку оторвет.
- Вы подчиняетесь мне, Джек, а не Паркеру. Он мой отец, да, поворчит, переживете. Главное сейчас – сохранить ваши жизни! Больше у меня никто не умрет.
- Да, понимаю. Не понимаю только, как ты нам сейчас поможешь? – Сказал Джек и нажал что-то на капсуле, у той открылась стеклянная крышка.
- Она подключится к системам корабля. План такой, Джек, топай к бархатным щечкам, я погружу капитана в капсулу и подключу к ней ядро ИскИна. Останусь с ней на обороне.
- Как ты ее подключишь?
- Я, хм. Я пару месяцев назад поставила имплант в голову. - Вмешалась Солура.
- А мы чего не в курсе? Что поставила? – Обернулся к ней Архвель.
- Забыла. Короче, у меня в шее теперь еще один порт, он не поврежденный. В капсуле есть переходник, его можно воткнуть мне в голову и в саму капсулу через переходник можно воткнуть FFT.
- Хорошо, сделаю. Джек, давай в окопы.
- Не нравится мне это. - Сказал Джек. – Ты точно видел, в каком она состоянии? Это безумие, епт. Черт. Хорошо, делайте. Мы постараемся уложиться в пять минут и не запустить их дальше двигателя.
Джек скрылся в полу мостика, за ним закрылась герметичная переборка. Архвель поднял жидкое тело Со и положил ее в капсулу. Капельки крови пролетали в пространстве, сталкиваясь друг с другом. Мужчина наложил жгуты на культю руки, потом на культю ноги. Порезы и содранную кожу он намазал медицинским герметиком, который представлял собой мазь, высыхая превращающуюся в прорезиненный материал. Своего рода пластырь, но с порциональной доставкой полезных веществ, а также выполняющий роль антисептика. Через какое-то время девушка стала похожа на заштопанную куклу, которой оторвали руку и ногу озорные дети. Завершив обработку ран, Архвель начал собирать переходник, чтобы подключить к нему несколько кабелей, идущих от основания раскуроченного кресла.
- А что с пробоиной? – Заговорила девушка.
- Заделали. Сильно много воздуха не ушло. Черт. Что же за день такой, сраный.
- Да уж. На сегодня пьянка отменяется, да?
- Выпьем, когда выберемся отсюда. Будет более значимый повод.
- Согласна, пожалуй. Когда выберемся, надо познакомить Пайера с Пломбирчиком.
- Ты ему уже купила тот ошейник, который хотела?
- Да. Он классный. На днях забрала, примерила. Котик довольный ходит.
- Тебе показалось, он у тебя засранец вредный.
Девушка улыбнулась, но на глазах скапливались слезы. Она помотала головой, чтобы они разлетелись в стороны и не застаивались в веках. На минуту ей представилось, что она уже никогда не увидит своего пушистого питомца. Она забрала его из приюта на Марсе, назвала Пломбирчик, и с тех пор он всегда бегал за девушкой. Белый пушистый кот никогда не оставлял ее одну, особенно когда та шла к холодильнику.
- Нет. Просто ты постоянно маслом пахнешь машинным, вот он тебя и не любит. Мне че понравилось, я могу в любой момент смотреть, чего хочет мой котик. Там есть раздел сытости и в нем три пункта: «сытый», «голодный» и «выпендривается». И каждый раз смеемся с Паркером, когда кот ходит орать у холодильника, а приложение показывает, что он выпендривается.
Архвель усмехнулся.
- И вправду забавно. Пайер кошатник. Знала?
- Тогда ему точно понравится Пломбирчик. У него все признаки идеального кота: ласковый, мило мяукает, большущий, пуфыфтый, толстенький. – Перечисляя признаки идеального кота, хотелось загибать пальцы. Прежде, она бы так и сделала.
- Это почти любой кот, Со.
- Нет. Есть лысые, есть короткошёрстные. Есть с короткими лапками.
- Даже с короткими лапами?
- Не видел таких?
- Честно говоря, твой кот, это единственный кот, которого я в своей жизни видел.
- Как так?
- Ну, инопланетные коты — это редкость. Слушай. Что с Кэшем? – Архвель посмотрел на девушку. Даже под стеклом шлема экзоскелета он выглядел мрачным.
- Я оплачу ему место в Садах Ганимеда.
- Мы потянем, капитан?
- Я найду нам денег, и мы посадим его дерево в Садах Ганимеда. Он там вырос, справедливо будет посадить его дерево там.
- Хорошо. Так и сделаем. Я закончил, могу подключать.
- Давай. – Вздохнула девушка.
Пайер отстроил из стеллажей и ящиков баррикады. Боевые позиции расставлены таким образом, что куда бы ни воткнулась абордажная камера, анархисты будут встречены градом пуль. Но если они пройдут вперед, то попадут в окружение и будут отрезаны от камеры. Им придется отступить вглубь корабля, в более неудобные позиции. Джек сидел за баррикадами у кают на нижней палубе. Рядом с ним, обнимая свою винтовку, сидел на том, что призвано стать потолком, Анатву и готовил взрыватель для шахтерских зарядов. Возле кают на верхней палубе готовились к стрельбе Инчет, Кейнолби и Дэсайт. У них была интерьерная автоматическая турель и очень много взрывчатки в опасной близости, но это было необходимостью, поскольку выше был расположен мостик. Лестница, ведущая на верх, была разобрана и приспособлена в качестве укрытия. Ниже на камбузе расположился Пайер с пулеметом. В машинном отделении готовились держать оборону Дитхеш и Лайнтли. Если все пройдет по плану, то до этих двоих бой не дойдет. Высаживаться рядом с двигателем плохая идея, особенно после его уничтожения торпедой. Однако капсула врезалась в камбуз. В стене начал образовываться вертикальный прямоугольник из светло-оранжевой линии света. Плазменным резаком плавили металл с внешней стороны корабля. Сперва противнику пришлось снимать слой брони. Затем следовали слой из алюминия и утеплитель. За связкой из толстых кабелей была последняя преграда из балочных сочленений, за которой пряталась массивная стена камбуза. За это время, Пайер успел раскидать несколько гранат, реагирующих на дым. Это на тот случай, если войти на борт решат с задымления помещения. Мысленно Пайер произнес: «Хоть бы не вторую половину лица» и стал ждать.
- У меня контакт. Готов гнать их в каюты. Держите вход на мушке. – Сказал Пайер.
- Пай, вижу тебя. – Сказала Солура.
- Капитан! – Радостно отозвался здоровяк, — Рад тебя слышать.
- Спасибо. Я подключена к камерам и некоторым системам, могу отключить свет, например, если это надо.
- Насчет света хз, однако, дополнительные глаза будут очень даже кстати.
Кусок металлической стены содрогнулся и медленно поплыл в сторону от образовавшегося шлюза, ведущего в абордажную камеру неприятеля. Из нее выплыли следом несколько цилиндрических баночек, из которых повалил густой дым, тут же собирающийся в надувающийся шар. Из-за того, что дым не мог растекаться в помещении, детонирующее устройство не сработало. Нужно было больше времени, чтобы шар из дыма достаточно сильно надулся. Вслед за дымом выскочили три человека в экзоскелетах и примагнитили ботинки к стене, из которой вышли.
- Пай, три фигуры на пробитой стене. Если слева выглянешь, то одного сможешь убрать, двое других, скорее всего, попытаются скрыться. – Говорила девушка.
- Понял. – Пайер выглянул из своего укрытия на другом конце столовой и примагнитил ботинки к полу, повысив силу магнита. Каждый выстрел стремился откинуть тело мужчины, приходилось напрягать все тело разом. Не ожидая сопротивления, один из анархистов получил две пули в тело и одну в руку. Позади начали собираться шарики крови, а из руки разлетелись металлические осколки. Сперва Пайер подумал, что повредил экзоскелет, но на самом деле у человека был протез. Человек отпустил оружие, оно отплывало в сторону, а само тело осталось болтаться в невесомости, держали его только ботинки. Двое других поспешили укрыться за барной стойкой, один спрятался за столом на полу, второй прилип к потолку и стал изучать решетку вентиляции.
- Законтроль! – Выкрикнула девушка.
- Я не могу, его голова запрокинута. Черт. – Пайер выругался и спрятался обратно за свое укрытие из металла.
- Один у стола, его основание деревянное.
- У какого стола? Их тут несколько.
- Где бар у нас.
- Примерно понял.
- Высунь ствол и направляй так, как скажу.
- А в реальности с читами удобно. – Усмехнулся Пайер и высунул ствол пулемета.
- Выше. Еще чуть выше. Стой, твою мать, это у тебя чуть-чуть такое? Ниже. Ага, вот так. Правее. Еще пониже. Огонь!
Кончик ствола засверкал вспышками и вылетающими искрами. Пули прошивали насквозь деревянную часть стола и оставляли вмятины на стене, проходя через тела противников. Солура всматривалась в тот край, куда ушли бойцы, ждала, когда кто-то из них покажется, но увидела лишь выплывающую бурую жидкость, скатавшуюся в шарики.
- Контролить надо, но ты определенно попал. Вижу очень много крови. За Кэша, суки.
- Могу законтролить первого? – Спросил Пайер.
- Мм… да, он пытается вернуться в камеру.
Пайер высунулся и произвел меткий выстрел в голову прежде, чем противник успел скрыться в разрастающимся дымовом шаре. В этот же момент на выход спешили двое других. Один тащил за собой тело, истекающее кровью. Дым уже разросся достаточно, чтобы прогремел взрыв, раскидавший куски металла, бетона и дерева по всему помещению столовой. Дотащить раненого бойца человек не успел, экзоскелет не смог защитить от взрыва, ему вырвало ногу с огромной частью туловища и отбросило куда-то в сторону. На месте осталась плавать нога, зафиксированная в магнитном ботинке, и упорно старалась удержать оставшийся кусок туловища на растянувшейся коже и ткани скафандра экзоскелета. Раненый боец, которого тащили, вновь потерялся где-то за столом барной стойки, его туда откинуло взрывом.
- Там взорвалось что-то. – Болезненно сказала девушка.
- Это бум-штуки. Нашел у тебя на складе взрывчатку, которая на дым реагирует, и подумал, зачем тебе это бесполезное дерьмо. Оказалось нет. Они хоть раз выстрелили?
- Не, ни разу. Не успели.
- Хорошо. Значит еще в форме. Тебе видно тела?
- Два тела. Подтверждаю двух убитых. Третьего не вижу.
- Черт. Не думаю, что он пережил взрыв. Есть возможность законтрить?
- Нет. Дым уходит в вытяжку постепенно, туда ты успеешь, а обратно нет.
- Ясно. А броню увеличить можешь?
- Не-а. Это тебе не оптический прицел, а камера видеонаблюдения. Приблизить-то я могу, но вряд ли что-то можно будет разглядеть.
- Опознавательные знаки бы глянуть хоть.
- Не-не, дорогуша, не смогу, прости. – Виновато сказала девушка.
- Ладно. Держи меня, дай знать, когда полезут еще.
- Не думаю, что они полезут скоро, у них три потери за одну минуту после высадки. Они теперь будут думать, что делать.
- Так может гранату им туда закинуть, да и все? – Вмешался Архвель.
- Мысль хорошая. Но надо найти гранату и надо пробраться к выходу. – Ответил Пайер.
- А ты только паро-мины взял? Нормальные гранаты религия не позволяет взять? – Усмехнулся рыжий.
- Я прекрасно стреляю, но плохо кидаю.
- Ты же, мать твою, алтомарец. – Фыркнула капитан.
- У меня есть гранатки, могу оформить усатую доставку. – Отозвался Инчет.
- Отставить. Мне тут только опытный нужен человек. – Отказался от предложения Пай.
- Я могу. – Сказал Джек.
- Это уже лучше. Спускайся, но аккуратно. Я прикрою.
Пайер высунул ствол пулемета из укрытия, направив его в сторону шлюза. Джек достал гранату и убрал винтовку за спину на магнитный замок. Коснувшись панели на руке, он открыл герметичную переборку под ногами, ведущую на нижнюю палубу, затем подпрыгнул и на потолке схватился за поручень, погасив инерцию. Он выпрямился, нацелился на проход и подтянулся, со всей силы оттолкнувшись, чтобы быстро пролететь с палубы на палубу и так же быстро укрыться за ближайшими кусками металла. Он примагнитился ботинками к полу, но при этом сильно ударил ноги.
- Не вышло супергеройское приземление. Ауч. Старость, етить ее. – Простонал Джек.
- Готов?
- Готов, Пай. Стреляй.
Пайер отстреливался одиночными, посылая пули прямиком в образовавшийся шлюз, пока Джек подходил к нему ближе и ближе.
- Джек, стой. – Сказал Пайер, прекратив огонь.
- В чем дело?
- Искры. Искры высекаются из шлюза, будто там... – Бархатные щечки не успел договорить, его перебила девушка.
- Твою мать, они заварили проход! Там лист металла!
- А че это значит? Они сдались? – Спросил землянин, замерший с гранатой в руках на месте. – Мне чего делать? Назад, вперед?
- Я не знаю, но не думаю, что они сдались. – Сказал Пайер. – Сидите все, смотрите внимательно! Они могут разрезать другой проход. Джек, сядь где-нибудь, не маячь перед глазами.
Вдруг корабль содрогнулся. А затем еще раз, но по ощущениям будто с другой стороны, был толчок, а затем тот же яркий прямоугольник начал вырисовываться прямо за спиной Анатву. Парень подскочил и оттолкнулся от потолка в сторону открытой каюты, чтобы сесть в укрытие.
- Ребятки, эти говнюки у меня! – Обеспокоенно выкрикнул Анатву, вскинув оружие.
- Джек, давай к нему, бегом. – Скомандовал Пайер, подходя к убитым анархистам. Землянин кивнул и поспешил выплыть из люка, а затем занял противоположную каюту от Анатву. Пайер, шел выставив перед собой пулемет и направляя его в ту сторону, куда взрывом откинуло раненого солдата. Там в дали был тупик и дверь в подсобное помещение. Издали в плохом освещении казалось, что дверь закрыта, а вокруг было много ошметков человеческого тела. По всей видимости никого не откидывало, а порвало на части сразу. Тем не менее останки экзоскелета можно изучить. Пайеру строение напоминало экзоскелеты-скафандры анархистов-килянцев. Торчащие провода в месте, где когда-то прежде было запястье, были характерны для аристрейкера, а подтверждение тому, торчащий из кости шлейф. Пайер прекрасно его знал. Он подключался к наручному компьютеру и к чипу в мозгу, чтобы взламывать электронные системы. Скорее всего три этих анархиста должны были подключиться к ядру искусственного интеллекта, чтобы отключить системы жизнеобеспечения, лишить света, узнать позиции и открыть двери, если они заперты. Однако сделать они не успели ничего. Но вдруг раздался выстрел из тупика, пуля высекла искры из наплечника экзоскелета Пайера, прошла насквозь тело и затерялась среди столов. Пайер вскрикнул, выронив пулемет, который теперь отплывает медленно в сторону. Мужчина быстро среагировал и достал револьвер, пытаясь поймать в прицельную метку тело анархиста. Тот все-таки был откинут взрывом и пытался доделать начатое, но бархатные щечки двумя выстрелами заставил передумать.
- Вот дерьмо. – Откашлявшись, сказал раненый безопасник, затем отплыл в сторону за стол, примагнитил ботинки к полу и сел. За ним протянулся кровавый шлейф.
- Пай! Ты живой? – Обеспокоенно спросила девушка.
- Да. Минус рука, минус легкое. Минус тип в конце коридора. Надеюсь, что минус. Черт, больно.
- Помощь нужна? – Спросил Дитхеш.
- Не. Все нормально. У меня гемостатик есть. Что там наверху? – Говорил Пайер, вынимая из подсумка на бедре пакетик со шприцем. Весь этот шприц с порошковыми гранулами он вставил себе в рану на плече, выдавил. Зубы заскрипели от боли. Второй шприц он вставил в рану в боку, где пуля вышла. В остальном должны справиться установленные импланты. Они уже выслали все необходимые вещества, чтобы установить стягивающую сетку на поврежденный орган, препятствующую попаданию крови в него, а насос откачает всю кровь, что уже проникла в легкое.
- Со. – С невероятно сильно отдышкой говорил Пай. – Они стрейкеры. Ты можешь с этой информацией работать?
Капитан молчала, но тишину в эфире и в пространстве нарушила стрельба на верхней палубе. Это были короткие очереди со стороны своих и чужих. Дополнительной проблемой была головная боль и подступающая тошнота от того, что приходилось подключаться к камерам корабля. Она видела одновременно изображения с каждой камеры. Солура ощущала себя перевернутой вниз головой, иногда в нормальном положении, а иногда лежа. Приходилось перескакивать с разных ракурсов, от чего было впечатление, будто капитан сейчас на самом хреновом в ее жизни аттракционе.
- У меня есть одна мысль – Сказала девушка.
- Что будешь делать? – Спросил Архвель.
- Если они стрейкеры, значит их можно видеть и без камер. Отец учил меня дистанционному взлому.
- Тебя обнаружат.
- Нет. Черт, вкалывай стики. – Головная боль становилась нестерпимой. Архвель произвел три инъекции и откинул стики в сторону.
- Порядок?
- Да. И так, смотри. Хм, я могу написать что-то, используя ИскИн корабля. Смотри. Ща подключимся к антеннам и лазерному лучу. Подключимся к одному водородному движку, чтобы развернуть корабль к айсбергу, он рассеет лазер. Лед сыграет в качестве зеркала и хоть какой-то луч должен попасть в капсулу. Подключимся к капсуле. Так, еще чуточку.
- Капитан, они очень плотно жмут нас! – Кричал Анатву.
- Они на борту! Четыре человека заняли каюты напротив нас! – Сказал Джек.
- Поняла вас, ребята, еще немного, я смогу отметить их позиции с дистанцией на ваших визорах.
Девушка использовала свою связь с искусственным интеллектом, отправляя ему команды, чтобы тот смог написать нужный программный код. Ее заполняло странное и непривычное ощущение. Нейронная сеть компьютера и мозг Солуры сливались, казалось, будто она чувствует сам корабль, его вес, массу и боль от открытых ран, где прилипла абордажная камера и где пустовали орудийные гнезда. Корабль говорил с ней, а она с кораблем.
Лазер от антенны под килем попал в ледяной айсберг в семидесяти тысячах км от Колибри, отразился, но не попал в ловушку абордажной камеры. Ловушка была крупной, внутри располагались медные соты, ловящие сигналы, и в них предстояло попасть. Корабль вращался, кренился, и скоро капитан поймала сообщение ИскИна. Установлена связь. Перед глазами появились тысячи команд, строк, чисел. Огромная пустота с деталями пазла, элементами из сотен других элементов. Солура разбирала, проектировала, изменяла и собирала строки из тех же предложений, но уже с иным смыслом.
Постепенно стиралось понимание себя как человека, но в то же время пространство вокруг девушки ощущалось сном, чем-то нереальным, постоянно меняющимся и тянущимся слишком долго. Быть может, те часы, проведенные в числовом пространстве, уже и не нужны. Пока разорванная кукла в капсуле пытается спасти жизни своего экипажа, всех могли давно перестрелять, или же наоборот, семья одержала победу. Но что-то не так. Ее до сих пор не отключили от искусственного интеллекта Колибри, а значит, нет победы, как и нет поражения.
Тем не менее работу она закончила, отметив для себя силуэты противника и на всякий случай выведя метки на визоры скафандров своих бойцов. А затем поспешила отключиться, тут же увидев размытое лицо Архвеля, склонившегося над ней.
- Молодец. – Похвалил он. – Я их вижу, работает. Это круто.
- Сколько это заняло?
- Да, пару секунд. Может минуту. – Пожал плечами рыжий.
Девушка отвернула взгляд. Значит в таком погружении в ИскИн время ощущается иначе и это хорошо.
- Пасибки. – Она снова вернула взгляд Архвелю, улыбнулась с капелькой слезы на глазу. – Ребята, все видите их?
- Да, вижу. – Сказал Джек. Анатву тоже кивнул.
- Вопрос есть. – Сказал бархатные щечки. – Если мы их убиваем, то метка остается или слетает?
- Слетает. – Ответила Солура.
- Тогда у меня чертовски живучий гандон!
- Серьезно? Он пережил пулеметную очередь, взрыв и выстрел из пистолета? – Удивилась девушка.
- Ага. Именно так. Дункан Маклауд попался.
Четверо солдат на палубе с каютами наступали на Джека и Анатву. Пули выбивали яркие искры из металлических стен, не давая высунуться из укрытий. Два анархиста направлялись вперед, не прекращая поливать свинцом, еще двое шли позади, направляя оружие перед собой, но не стреляли. Они двигались к герметичной переборке.
- Очень плотно давят! – Говорил Джек. – Я не могу высунуться!
- У меня также! А, черт! Меня так рикошетом захерачит!
Но вдруг стрельба прекратилась. Два анархиста засели за баррикадами на потолке, а двое других спустились вниз по люку, где сидел Пайер. Теперь он один в окружении трех противников. Пулеметчик лежал тихо в камбузе, старался не шевелиться.
- Пай, держись! Я отключила их отметки целей. Они не видят тебя.
- А нас? – Спросил Анатву.
- И вас. Они больше никого не видят. Так должно быть попроще. Проклятие, они пытаются открыть люк в машинное!
- Мы готовы, все нормально. – Сказал Лайнтли.
- И как у них успехи? – Спросил Пай.
- Пока не очень, я им мешаю. – Ответила девушка.
Солура постоянно откатывала обратно процесс отпирания замка люка, ведущего на палубу ниже в машинное отделение. Анархисты начали попытки обнаружения постороннего стрейкера, который вмешивается в их работу, однако, все попытки обнаружить связь, девушка обрывала. Тогда солдаты решили, что можно сделать проще, и разрезали пол. Двое начали устанавливать небольшое прямоугольное устройство с кристально чистыми стеклышками, за которыми прятались лазерные дюзы. Они загорелись, выдвинулись вперед из основной конструкции на телескопических поршнях, остановились, развернулись вниз и начали прорезать металл.
- Черт, они так проникнут к парнишкам в машинное. Пай, боюсь выбора нет, придется шуметь. – Сказала девушка.
- Если сможешь как-то помочь нам в каютах, я смогу помочь Паю. – Сказал Джек.
- Слушай! У них есть ночники? – Спросил Инчет, надеясь, что в темноте их увидеть не смогут.
- Не вижу. Но у вас тоже их нет. – Ответила девушка.
- Да, у нас тоже нет. Но, в теории, ты можешь сделать проекцию корабля на визоре. Или нельзя так?
- Хм, сейчас попробую. Пайер, не шуми, дай мне пару секунд.
- Ну лучше побыстрее, а то они сейчас к пацанам проникнут. – Говорил Пай.
Солура отыскала в файлах чертеж корабля и, используя камеры, выяснила, где какие препятствия находятся. Используя эти данные, она смогла собрать объемную модель помещений и начала писать код, синхронизирующий изображение. Оно не давало деталей, а лишь обрисовывало общие очертания. Это трехмерное изображение проецировалось на визоры, а код считывал положение каждого солдата Колибри.
- Вам придется что-то надеть себе на головы, чтобы ваши шлемы не светились. – Сказала девушка. – Инчет, сможешь отрубить свет, пока я дописываю код?
- Да, без проблем.
Механик направился к щитку с предохранителями, открыл его и начал поочерёдно щелкать каждым, пока на всем корабле не осталось освещения. В это время все остальные бойцы получили изображение на визорах, заматывая свои шлемы армированным скотчем, не пропускающим свет.
- Они нас видят? – Спросил Джек.
- Не должны. – Сказала девушка.
Джек высунулся из своего укрытия в дверях каюты и заметил, что маркер был наведен на силуэт, напоминающий человека. Этот человек во тьме пытался понять, почему все потухло. Он суетливо вертелся, боясь, что его уже окружают. Джек рискнул медленно выйти вперед, чтобы убедиться в надежности этой системы, и, действительно, на него силуэт не обращал внимания. Но потом солдаты включили налобные фонари. Джек в спешке попытался вернуться в свое укрытие, и чудом не был задет ни одной пулей, выпущенной в него градом.
- Говно идея, у них фонарики. – Расстроенно помотал головой Джек.
Над головами Лайнтли и Дитхеша плавно начал опускаться металлический круг с оплавленным контуром, а внутрь спустились два анархиста. Светом подствольных фонарей на своих карабинах они пытались выхватить членов экипажа, однако, Лайнтли и Дитхеш успели увернуться и затеряться среди трехметровых стоек с серверами. Воспользовавшись случаем, Пайер выглянул из своего укрытия и выпустил пулю, попавшую в голову одному из трех анархистов, ворвавшихся на камбуз. Тело осталось висеть, а из головы стремился кровавый шлейф.
- У меня минус. – Сказал Пайер и развернулся к раненому анархисту, что постарался затеряться в подсобном помещении. Безопасник направился за ним.
- Пай, стой! Он что-то ставит на стены! Не иди туда! – Попыталась остановить его девушка. В ее голове была запись с камеры из подсобного помещения. Раненый из последних сил закреплял в стенах какие-то устройства, но непонятно, что именно.
- А что мне делать тогда?
- Закрепи позицию и держи пробоину в переборке. Джек и Анатву держат каюты на первом этаже, Инчет и Кей без врагов. Мы с Архвелем в безопасности тоже. А вот в машинном нужна поддержка.
- У нас пока все под контролем. – Отозвался Лайнтли. – У нас два говнюка, но они прошли куда-то вглубь, мы перетянулись к выходу, к пробоине. Если они пойдут к нам, мы их накроем.
- Вы можете дать в них короткие очереди, они поймут, что отрезаны от выхода. – Сказал Пайер. – По сути, мы все укреплены, они об этом знают и не будут высовываться. А если все же рискнут вытянуть голову, стреляйте. Со успела послать сигнал в республику, надо продержаться до их прихода.
- А если на нас забьют? – Обеспокоенно спросил Дитхеш.
- Не забьют. – Отозвалась девушка. – Я отправила чертеж оружия поэтому если сигнал дошел, они точно придут за нами.
- Значит, просто сидим? – уточнил этот момент Джек.
- Пока просто сидим. Пай, чувак, ты в норме? – Спросил Архвель.
- Пойдет. Больно, но пойдет. С правой руки стрелять, правда, неудобно.
- А ты че, с левой стреляешь? – Удивился Джек.
- Ага. Так вышло, что шмаляю я с левой. И пишу левой.
- Ам, а какой рукой ты… Ну это, ты понял. – В голосе Джека было наигранное стеснение, но может ему действительно было неловко спрашивать такие подробности личной жизни безопасника.
- Чего?
- Да просто интересно…
- Нет, тебе это неинтересно.
- Кидай на убеждение.
- Джек, он не поймет. – Вмешалась Солура.
- Ага, вот именно, я не понял. Поясните.
- Игра есть такая, там вживаешься в роль какого-то существа и проходишь историю, которую тебе рассказывают. Там иногда надо кидать кубики на разные действия. Типа, бросок кубика на убеждение, чтобы понять, убедил или нет.
- Ясно. Я в комп не играю, извините.
- Не-не, Пай, это настольная игра, и мы в нее играть будем. Сразу, как только выберемся от сюда.
- А мой первый рабочий день был в разы скучнее. – Сказал Архвель. – У меня не было перестрелок, херовых маршрутов и указаний играть в настолки.
- М. Повезло мне. Еще и плечо пробили, так что вот, приятный бонус, сука.
- Без обид, но по твоему виду можно сказать, что лишний металл в твоем теле – это обыденность. – Неловко сказал Инчет.
- Да? Ну кидай на убеждение, чтобы я не обиделся. – Усмехнулся Пайер.
- Смотри-ка, вливается.
- Ну-ка тихо. Все. Хватит засерать эфир, чебупельки. – Сказала девушка, нахмурившись. – Тихо сидим и слушаем.
- Есть, капитан. – Отозвался Инчет.
Следующие два дня проходили в тишине, которую лишь изредка прерывали короткие автоматные очереди. Они не давали анархистам пройти вперед. Сами анархисты опасались выглядывать лишний раз, так как им оказали достойное сопротивление. Раненый боец скончался на следующий день, после высадки. Маркер, которым он был отмечен, потух. В полной темноте, хоть и с фонарями, было страшно вылезать даже мизинчиком. Ощущение, будто рядом с тобой неприятель не покидало ни на секунду. Иногда хотелось все бросить и вернуться в абордажную камеру, покинуть этот чертов корабль. Чужаки завладели технологией, да и черт с ними, лишь бы спастись, выжить, покинуть окопные войны. Жизнь дороже. Но теперь их никто не отпустит. Они убили одного из семьи Колибри, покалечили капитана и ранили новенького в первый рабочий день. У незванных гостей теперь есть лишь два пути: сдаться без боя или умереть в бою, но первый вариант не позволяла выбрать их гордость.
Девушку все чаще бросало в дрожь и холодный пот. Мучали фантомные боли и колотило от стиков, предотвращающих некроз тканей. На шее кожа сильно посинела и была усеяна красноватыми отверстиями от уколов. Ее дыхание сильно ослабевало, а потом она простыла. Иммунитет сильно ослаб, и был высокий риск погибнуть, но теперь уже слишком поздно отказываться от уколов, поскольку сейчас именно они продлевают срок ее жизни, но сокращая его в долгосрочной перспективе. Приходило понимание, что капитан проживет меньше остальных, может даже значительно меньше.
В момент затишья она проводила эксперименты над кодами и нашла кое-что интересное. Ари анархистов соединен с капсулой, как и капитан. Экзоскелет скафандр соединен с ари. Это сложный и длинный путь через лабиринт из протоколов, напичканный разломами под ногами из вирусов и защитных программ, но, если пройти до конечной точки, станет открытым доступ к системам экзоскелетов неприятеля. Нападавший, расположившийся достаточно далеко от членов семьи, внезапно озарился яркой вспышкой и превратился в облако из капель крови и кусков металла.
Интересный способ перегрузить скафандр. На спине находилась мощная батарея, питающая систему. Она надежно укрыта броней снаружи и чертовски уязвима внутри. Для контроля температуры и распределения энергии написаны и загружены в ядро скафандра программы. Достаточно изменить несколько значений, и происходит бум. Но надо пройти лабиринт.
- Я обосрался. – Тихо промычал Инчет, вздрогнувший от взрыва недалеко от него.
- Будь здоров. – Держась за сердце, говорил землянин. – Это что нахрен было?
- Не обращай внимания, я экспериментирую. – Ответила Со.
- Ага. Предупреждайте, пожалуйста. Я вздремнуть пытаюсь. – Джек говорил сонным изможденным голосом. За двое суток они все устали. Не все могли спать. У Джека был сменщик и три часа на сон. Пайер, Солура и Архвель спать не могли. Бархатные щечки находился один в камбузе и от того усиливался аппетит. В скафандре было устройство, подающее протеиновое пюре, но оно было повреждено.
Со не оставляла попыток искать новые лазейки для поднятия эффективности обороны, а рыжий не мог оставить капитана без охраны. Веки слипались, и чтобы не уснуть, он пытался напевать что-то. Каждый раз песни были разные, некоторые капитан узнавала и подпевала в перерывах между экспериментами.
На четвертый день анархисты начали свое движение. Загремела затяжная перестрелка в машинном отделении, видимо там противник потерял свое терпение раньше других, либо получил приказ. Дитхеш только и успевал менять магазины в своей винтовке, зачастую стреляя вслепую из укрытия, а у Лайнтли патроны закончились, пришлось доставать пистолет.
Пайер стрелял из револьвера, высовываясь в дырку, что анархисты проделали в полу. Помещение сверкало искрами и лучами от фонарей противника. Джека и Анатву тоже начали агрессивно давить плотным огнем, анархисты стремились приблизиться к дыре в полу, чтобы атаковать безопасника, но получалось у них это неуверенно. Огнем старался помогать и Кейнолби, но его неопытность подвела. В какой-то момент он выронил свое оружие и начал отплывать к потолку, кровь сочилась и скатывалась в шарики из его груди и головы. Девушка громко и долго ругалась, перебирая в голове варианты, как бы помочь своему экипажу, но процесс размышлений прервал взрыв в машинном отделении и крики Дитхеша. Взрывом ему оторвало ноги, а один осколок пробил стекло визора. Лайнтли тем временем израсходовал последний магазин в своей винтовке.
- Я пуст! – кричал он. – Я пуст. – повторил он сам для себя. – Дит ранен. Они идут. – Лайнтли достал гранату из нагрудного подсумка и активировал ее нажатием пальца на предохранитель и курок. Но кинуть ее в противника не успел. Запястье было схвачено тяжелой рукой экзоскелета-скафандра, затем гранату отобрали и кинули в сторону, где она и взорвалась, никого не зацепив и лишь покорежив технику. Лайнтли и Дитхеш были скованы наручниками, а к их шлемам подключили устройства, которые глушили связь.
Обездвиженным оказался и Джек, которому пуля раздробила коленную чашечку, а остальные три пули пробили насквозь тело. Джек больше не был способен драться, но все равно достал нож из ботинка, чтобы дать хоть какой-то отпор.Однако пока в наручники сажали Анатву, Джек был схвачен за руку и откинут в стену. От удара землянин потерял свой нож, затем сознание. Пайер старался стрелять в ворвавшихся к нему анархистов, но барабан револьвера опустел. Инчет и Дэсайт готовились взрывать установленную взрывчатку на своей палубе.
- Архвель. – обессиленно говорила девушка. – У меня есть одна идея. Вкалывай стабилизатор и тригнематор.
Тригнематор – сильный нейронный стимулятор, который увеличивает работу мозга и мозговых имплантов, а также он позволяет проникать глубоко в ари-аккаунт.
- Капитан, ты еле дышишь… Ты не понимаешь, что тебя ждет после всего этого. – Пытался ее отговорить Архвель.
- Я понимаю. Все прекрасно понимаю. Судьба к нам иногда бывает не справедлива. Если цена ваших жизней – моя инвалидность, я ее заплачу. Это приказ, Архвель.
Он поднес оба стика к ее шее. Понадобилось намного больше усилий, чтобы нажать на кнопки, чем этого требовалось, но все-таки раствор попал в организм.
- Их экзоскелеты имеют возможность удаленного доступа. Соответственно. смотри, что мы делаем, Архвель. Мы прописываем команду, которая позволит обойти защиту в три этапа. Когда защита пройдена, мы вписываем команду, которая блокирует взрывчатку, чтобы пацаны глупостей не наделали. Затем пропишем отключение систем жизнеобеспечения. Вот так. А у вот этих двух другие экзоскелеты, они силовые и привязаны к позвоночнику. Позвоночник вживлен в организм. Есть идея, как сделать вот такую штуку. Ага. Готово. Я отправила код, разрывающий связь между нэруклиновой кислотой, и нервной системой, а так как нэруклиновая кислота – идеальный проводник, мы делаем кз. Горите ублюдки!
Нависшие фигуры над Дитхешем и Лайнтли внезапно отпустили своих пленников, засверкали искрами и корчились от боли в спине, а затем обмякли и отплывали в стороны. Остальные начали задыхаться, попытались в спешке снять свои шлема, но были застрелены Пайером, Инчетом и Лайнтли.
Камеры все показывали, что противника на борту нет, а метки исчезли.
- Это победа? – Прохрипел Пайер.
- Хотелось бы. – Тихо прошептала девушка.
- Но противника больше нет? И что с ними случилось?
- Просто использовала все те знания, что дал мне Савидж и немного импровизации.
- Хорошо, а как мы теперь уйдем от фрегата, что сидит у нас на хвосте? Мы ведь даже не знаем, что он делает.
- Я знаю, к их абордажной камере я все еще подключена. Через двадцать минут в нас врежется торпеда. Я пробую отключить ее заряд.
- Так, вот давай без торпед. Твою же, сука, мать. Половину недели мы тут сидели в сраном аду, чтобы в конце сдохнуть от ракеты? – Возмущался Анатву.
- Я пытаюсь. Ее. Отключить.
- Тише, приятель. – Пытался его успокоить Пайер. – Как там ребята?
- Джек, ранен и без сознания, я ему гемостатики пихаю. – Говорил Анатву.
- Дитхешу ноги оторвало, жгуты накладываю, обезбол дал. – Отозвался Лайнтли.
Солура не оставляла попыток отключить, летящую в них торпеду. В ее сердце застыл ужас, а тело постепенно переставало слушаться. В глазах становилось темнее с каждой минутой, и она не успела увидеть, как ракета взорвалась, так и не долетев до Колибри.
Затем, она увидела яркий белый свет, вместе с ним ворвалась боль, отозвавшаяся в каждой конечности. Девушка ощутила, как дернула мизинцем на руке и от этого яркого и четкого ощущения подумала, что все это был лишь сон. Нет, не сон, а кошмар. Но почему тогда рядом с ней мельтешила медсестра в халате и с планшетом на руке? Женщина с белыми волосами стучала пальцами по стеклу планшета и в какой-то момент заметила, что Солура очнулась.
- О. Отлично, вы пришли в себя. Как ощущения?
- Я. Я где? Где мои ребята?
- Они в полном порядке, им досталось намного меньше, чем вам.
- Что произошло?
- Вас подобрали по отправленному сигналу. После выписки подойдете к генералу Аргунату Антарсию, и он вам предоставит больше информации. Сейчас, нам с вами надо провести опрос.
- Что за опрос?
- Поднимите левую руку.
- Руку?
Девушка удивилась и не спеша перевела взгляд на свои новые руки. Она не видела прежних своих рук, покрытых плотью, под которой когда-то пульсировала кровь. Которые были теплыми и нежными. Теперь это металл, покрытый силиконовым корпусом под цвет ее кожи, а в венах из полиуретана пульсирует нэруклиновая кислота. Солура приподняла свою новую руку, затем вторую. Сочленения не покрывались силиконом, там было видно шарниры и поршни, тем не менее, ощущения передавались даже там. Тоска по обычным человеческим рукам навалилась еще большим грузом, теперь она всегда будет ходить на механических ногах и держать предметы, обнимать свою семью искусственными протезами, хоть и невероятно дорогими, и тактильными.
- Вы что-нибудь чувствуете? – Спросила медсестра, поднеся маленький вентилятор к рукам девушки.
- Холодок. – Ответила она, не отрывая взгляд от новых рук.
- Хорошо. А вот так? – Медсестра поднесла вентилятор к ногам.
- Холодок. – Повторила Солура.
- Отлично! Как вам ваши новые тактилоимпланты?
Девушка выругалась.
- Ага… понятно… Это базовая проверка. Вам на реабилитации нужно пробыть пару дней, чтобы мы убедились, что все хорошо работает, и чтобы вы привыкли к новым конечностям. Сейчас у меня есть для вас и плохая новость.
- Какая?
- Вы пробыли неделю под препаратами. Четыре дня на борту во время осады и три дня в пути обратно на родину. Я удивлена, что вы вообще смогли выжить. Такое количество инъекций привело к сильной интоксикации и стремительному развитию болезни Индгерда. У вас разрушение нервной системы и полное уничтожение иммунитета. Сейчас в ваше тело вживили имуносеть, она поможет справляться с такими вещами, как простуда, например. Однако дорога в космос вам закрыта. Любой препарат для космонавтов вас убьет, разрушив имуносеть. К большому сожалению, даже в наше время медицина не всесильна. Мы не все способны вылечить. Иммунитет это сложная и хрупкая вещ, как и имуносеть. Берегите ее и найдите себе работу на Каллисто.
Девушка не слушала медсестру. Потеря части себя, двух людей из своей семьи сковывали и заточали внутри. Вскоре все сменялись глубокой тоской, леденящей кровь и не хотелось двигаться дальше. Она потеряла все. Теперь она и вся семья Колибри – герои республики Вобан, но от этого нет радости на душе, ведь дорога на корабль закрыта. Любая операция будет в разы опаснее и сложнее из-за болезни Индгерда. Стики небезопасны, если их непрерывно принимать, чтобы оставаться в строю длительное время после ранения. Препараты начинают работать вместо организма, от чего он перестает самостоятельно выполнять некоторые функции по защите. Даже царапина, простая царапина перестает заживать на теле в привычном темпе.
Повезло найти оружие, которое анархисты испытывали в кольцах Юпитера, именно поэтому флот республики во главе с капитаном Антарсием спешил на помощь и атаковал, когда был далеко. Вражеский фрегат был превращен в дырявый хрупкий муравейник, не способный больше ни на что. Колибри обнаружил новый вид рельсовых пушек с вольфрамовым снарядом повышенной скорости и детонатором. При попадании в корабль он разрывался, чем и уничтожил капитанский мостик на Колибри, убил Каэрнши и искалечил молодую девушку. Но, если бы они не сделали сканирование экспериментального оружия, то никто бы и не напал, а теперь испытания ожидаются в Республике.
Кое-что все же заставило Солуру улыбаться. Она растаяла и бросилась обнимать своих выживших членов семьи. Дитхеш получил свои новые ноги, такие же тактилоимпланты, которые передают ощущения; раны Джека затянулись, и он крепче всех сжал девушку в объятиях. Пайер казался более потерянным, но это от того, что он пытался осознать свою стажировку. Ему казалось, что это самое странное событие в его жизни. Он застал команду в неудачный день, а потом они нашли секретное оружие, в них начали стрелять, а потом он стал героем республики. Уложить все это в голове было достаточно сложно, но после таких событий у него и близко в мыслях нет покинуть теперь уже боевой фрегат Колибри. Последствия тоже остались, теперь его левая рука будет обязана быть заточенной в механизм, усиливающий ее. Без этого поверхностного протеза он не сможет шевелить рукой как прежде из-за сильного повреждения кости. В сустав имплантировано простое механическое устройство из титана, а механизм, покрывающий руку подключен к мозгу. Но даже так, он уже не отступится обратно.
Радостью было и то, что отец ее смог увидеть живой и, если бы у него были родный глаза, они бы не поскупились на слезы. Замкнуться внутри не дал Пломбирчик, он сразу, как только Солура появилась на пороге, бросился к ней в ноги, чтобы ластиться. На удивление, ощущение было идентичному при настоящих ногах. Она чувствовала его тепло и мягкую щекочущую шубку. Кот громко и мягко кричал, будто соскучился. Солура подняла его на руки, которые больше не мягкие как прежде, но все еще теплые и уютные для огромного пушистика. Но вскоре кот соскочил и побежал к холодильнику, продолжив мяукать, на телефоне девушки появилось уведомление с сообщением из приложения ошейника: «выпендривается».
Каэрнши и Кейнолби были похоронены в садах Ганимеда. Девушка не знала, какие парни любили деревья, ведь о смерти они почти не говорили, поэтому Солура сама выбрала зерна. В разлагающемся контейнере с прахом Каэрнши лежало зерно грецкого ореха. Механик был черствый, его называли душным, но лучший по части механизмов. В контейнере с прахом Кейнолби было зерно ели. Кейнолби никогда не говорил, что любит ель, но он ее часто срисовывал с картинок и Солура посчитала, что возможно он хотел бы именно ель. Девушка стояла перед двумя ямками под контейнеры, держа одной рукой другую, по щекам скатывались слезы.
- Вы – мои герои. – Прошептала она. Пайер положил ей на плечико свою огромную руку. Джек, Архвель, Инчет, Анатву, Лайнтли, Дэсайт и Дитхеш стояли позади нее. Каждый положил в ямку по одной монете, затем контейнеры спустили служители парка и закопали. Через три года здесь появится два новых дерева. Погибшие продолжат жить и трудиться на благо Ганимеда. Деревья способствуют выработке и очистке воздуха. Иногда трупы перерабатывают, чтобы получить удобрения.
Инчет сделал, как и хотел. За долго до последнего полета Колибри он собирался открыть магазин и собирал все необходимые для этого документы. Государственная премия позволила арендовать просторные два этажа в городской библиотеке на Каллисто. В Кзатлере. Анатву попросился к нему. Персонал был набран давно и ждал открытия, но лишние руки никогда не были лишними.
В той же библиотеке нашел себе место Лайнтли, заняв место картографа, а остальным только предстояло найти свой путь.
Для Солуры потеря крыльев была тупиком. Половина ее жизни прошла в космосе, на кораблях и слабо представлялась постоянная жизнь на поверхности планеты. Всегда жить под каменистым небосводом Кзатлера. Она теперь часто оставалась в пекарне за две станции от дома девушки. Пила кофе, ела много сладкого.
Перед ней на столе стояла черная керамическая тарелка. Десять минут назад на ней лежали два свежих пончика, а теперь лишь крошки и отражение мертвого взгляда девушки, склонившейся над столом. Она теперь не капитан. Даже больше не пилот. Она просто девочка из Кзатлера. Всего лишь Солура Ридут. Искалеченная, но защитившая большую часть экипажа.
Ее одиночество прервал человек. Незнакомец подошел к дивану напротив Солуры и положил руку на спинку. Девушка подняла голову. Мужская фигура стояла перед ней, лицо выглядело старым, редеющие белые волосы, морщины. Он был похож на строгого отца, который собрался отругать свою дочь за плохие оценки в школе. Одет человек обычно. Черная кофта, серые джоггеры, на плечах весела серая куртка с кучей нашивок и карманов.
- Соболезную утрате. – Сказал человек уставшим голосом и развел рукой. Солура обратила внимание, что кисть перебинтована и в этой же руке была кружка с чем-то дымящимся.
- Мы знакомы? – Девушка подала голос.
- Нет, пока нет. – Ответил незнакомец и сел на диван перед девушкой.
- Я сейчас немного занята. – Она сложила руки на груди и бросила взгляд, строго говорящий уйти прочь.
- Я не займу много времени. – Человек коротко улыбнулся. – Я хочу принести свои извинения. То, что с вами произошло – ужасно.
- Анархист. Как я не догадалась.
- Виноват, не представился. Филипп Деккер, лидер анархистов Тиамат. Я постепенно налаживаю порядок среди других кланов. На вас напали Киль. Они проводили эксперимент, проводили бой на новых рельсах. Но. Но, стрелять по гражданским запрещено. Я дал запрет. Его нарушили. Это меньшее, что я мог сделать, но все виновные были наказаны.
- Как благородно. И вы теперь пришли ко мне, чтобы просить взамен услугу за услугу? Я ни о чем не просила.
- Да, не просила. Это было сделано для поддержания порядка. Мы не варвары и не убийцы, мы забыли свою цель и теперь я ее напоминаю всем разбитым анархистам. Я обязан тебе и твоему экипажу, потому что допустил гибель твоих людей. Поэтому я здесь. Печально, что оружие попало к республике, но ладно. Неудачи бывают у всех. – Филипп отхлебнул из кружки.
- Филипп Деккер. Лидер анархистов. Пришел вот так вот в открытую? – Девушка усмехнулась. Кажется, это первая ее улыбка за последние несколько недель, хоть в ней и не было ничего веселого.
- Я могу дать хорошую работу. Ты стрейкер, как и твой отец Савидж Паркер. Ты боец, как и Пайер Анидж. Я не буду заставлять, я предлагаю свои извинения, ты в праве не прощать и не принимать мои услуги. Но без корабля и с твоим состоянием здоровья в Кзатлере прожить тяжело. Свои контакты я тебе отправил. Подумай. Посоветуйся со своими.
Филипп Деккер тяжело поднялся, хоть и гравитация на Каллисто слабая.
- Стой. – Строго сказала девушка, положив руку на стол. Филипп взглянул на ее дорогой протез. – Что за работа?
Филипп улыбнулся.
ТЕЛЕГРАМКанал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками
Книжный Вестник
Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)
Поиск книг
Свежие любовные романы в удобных форматах
Любовные романы
Детективы и триллеры, все новинки
Детективы
Фантастика и фэнтези, все новинки
Фантастика
Отборные классические книги
Классика
ВКОНТАКТЕБиблиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории
Любовные романы
Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров
Фантастика
Самые популярные книги в формате фб2
Топ фб2
книги