Замечательная идея

— Так. Сидите тут. Ждите. Я скоро вернусь, и тогда вам будет. Тут!— Истепырь энергично указала пальцем место, где именно положено ждать и, стуча невысокими каблуками, удалилась в сторону лестницы с массивными витыми перилами.

«Подкованные они у нее, что ли? — подумал Конь. — Может, и подкованные». Они с Ивой остались одни перед высокой дверью.

Дверь была массивная, с золотыми гвоздями, заколоченными сквозь пупырчатую оранжевую кожу. Кожа упруго натягивалась от шляпки к шляпке. Прибитая намертво. Окончательно. Безнадежно.

— Это Рыжего шкура, — сказал Конь, — помнишь Рыжего?

— Помню. Сядь уже, — ответила Ива и опустилась на широкую скамью без спинки.

Конь потыкал пальцем в гвозди, вздохнул и тоже присел.

— Рыжий был хороший. А не должно быть хороших драконов. Вот его сюда и прибили.

— Ты меня успокаиваешь, что ли? — спросила Ива, вцепившись побелевшими пальцами в край скамьи. — Все. Крында нам.

— Может, — согласился Конь.

— А если расплатиться? Сколько он может стоить?

— А чем? Сколько бы он не стоил. У тебя есть, чем? У меня нет. Да и не думаю я, что у них где-нибудь написано: этот стоит столько, а этот вот столько. Это же Шар, Ива. Пре-це-дент. Поэтому сообщат. Расскажут. Примут меры.

— Пометят в свитках, — Ива невесело усмехнулась. — Крында, в общем.

— Да.

***

— Мы с ней поспорили, — сказала Ива.

— Ты спорила, — уточнил Конь.

— Спасибо, — сухо поблагодарила Ива.

— В общем, и я, — сдался Конь. — Присоединился.

— А чего спорили-то? Кто с ней вообще будет спорить? — удивился Лось.

Лось спускался по лестнице, заметил их и подошел. «Чего вы тут?», — спросил Лось. «А нас туда», — ответил Конь, кивая на массивную дверь. «Туда?!», — поразился Лось, опасливо уставившись на дверь. Он даже стоять рядом с ней боялся, дистанцию держал, шагов пять, не меньше. «Истепырь», — пояснила Ива.

— Я сказала, что грибы — это не грибы.

— А они не грибы?

— Ну, строго говоря, не совсем… А она и взвилась. И оставила нас. Убираться.

— Там у нее растений столько! И еще лианы… — покачал головой Конь.

— И Додик, — сипло изрек Лось.

— И Додик, — согласился Конь. — Только чего Додик-то? Он же скелет. Хотя его долго чистить, это да.

— А еще с потолка свисают эти… — Ива покосилась на Коня. — Шары, пыльные все.

— Шары, ага, — согласился Лось.

— Растут, — тихо сказал Конь.

— А Истепырь велела, чтобы никакой пыли. Нигде. Вот я и полезла…

— И не долезла, — завершил Конь. — И тогда полез я. Но тоже, того.

— У тебя руки коротки, — отомстила Ива и повернулась к Лосю. — У него руки коротки, он не дотянулся. И родилась такая замечательная идея!

Ива одарила Коня уничтожающим взглядом. Тот вздохнул и посмотрел на отделанную Рыжим дверь. Ему показалось, что пока они тут сидели, та стала еще выше и теперь прямо-таки нависала. «А ведь все дело в высоких потолках. Есть, куда расти. Шары, опять же. Попробуй, достань…»

— Какая идея-то? — спросил Лось.

— Кидать тряпку, чтобы та, пролетая, касалась и стирала пыль. Сама, — ответила Ива.

— Сама? — Лось похлопал своими длинными ресницами.

— Ты какой-то медленный, Лось, — встрял Конь. — Нормальная идея-то.

— Сам ты, — огрызнулся Лось. — Ну?

— Ну, ну… — передразнила Ива. — Ну, он и бросил, чего. Идея-то нормальная, — ядовито закончила она.

— В общем, так, — взял инициативу Конь. — Я бросил тряпку, и она застряла. С первого раза. Аккуратно так легла. Шар сверху прикрыла.

— Эх! — воскликнул Лось.

— И мы такие тоже: «Эх!», — загрустила Ива. — Ну и вот. Надо ж было ее снять. Ну, и Конь взял шваб…

— Копье! — быстро сказал Конь.

— Взял… копье, — Ива зыркнула на Коня, — а меня поставил внизу. Ловить, если что. Шар, в смысле. Не тряпку же.

— Как это — ловить? — озадачился Лось.

— Да вот было такое сомнение, что он может того… Я как-то не подумал, что ловить его того… — Конь виновато потупился.

— «Того-сего», — рассердилась Ива. — А я стою, как дура, пальцы растопырила. Ты вот, Лосик, поймал бы?

— Я? Я бы вообще их протирать не додумался. Шары-то.

— Вот именно. Шары-то. В общем, он стал падать, и я отскочила, — заключила Ива. — И он вдребезги. И дребезги эти повсюду. Еще год, наверное, попадаться будут.

— Правильно, что отскочила, — сказал Конь и примирительно ткнул ее плечом. — Я бы тоже отскочил.

— Ты бы ловил, как дурак. — Ива отстранилась. — И вот тогда вообще, не знаю чего.

— Крында вам, — резюмировал Лось.

— Тихо! — Конь прислушался. — Истепырь идет. Вон, стучит, слышите?

— Я ушел, — засобирался Лось.

И ушел.

***

— Так. Сейчас вы… Мы. Войдем в эту дверь, — ее хищный ноготь уперся в пупырчатую шкуру Рыжего. — И даже не думайте отпираться.

— Мы и не отпираемся. Веди, прислужница, — тихо проворчал Конь и получил от Ивы локтем в бок.

— Чего?.. Чего ты там бормочешь? Давайте-ка. Оба! — Истепырь открыла дверь и сказала совсем другим, певучим голосом: — Алиса Пална, тут Конырев и Самойлова. Это они плафон в кабинете биологии расколотили. Можно?