Замкнутый круг

Конец

Жестяной звук раздался по лабиринтовому музею Солемнейта. Пустые коридоры, не считая огромных экспонатов, могли вызывать глубокие чувства у того, кто мог бы видеть подобное. Существа, невиданной мощи стояли неподвижно замороженные в тессерактовых кубах. Застывшие в различных позах, они, для хозяина этого диковинного места, представляли различные экспозиции. Искусство, знания потерянных времен. Некоторые из здешних «обитателей» уже никогда не будут ходить по галактике. В каком-то роде, Неисчислимый спас из от окончательного забвения заперев в тессерактовом лабиринте своего музейного комплекса.

Подняв медленно руку шелестя своими искусственными пальцами, некрон, наверное, усмехнулся, если мог бы. Его лицо уже давно застыло в скелетообразной маске с двумя светящимися впадинами вместо глаз и ребристо образными волнами рта, чем-то напоминающий изогнутую леску. На его лбу мерцал старый знак, погибшей династии некронтин, название которой не помнил даже он сам – Зиваэль Нерукотворный.

Держа в руках посох с острыми, как бритва лезвиями и оканчивающийся зеленым всплеском гаусс пушки, Зиваэль словно жук, стараясь не стучать наконечником и заставляя свои жестяные ноги не шуметь, но сделать это было практически невозможно. Такова их судьба, после того, как их род отринул плоть, стремясь сохранить души в бессмертных телах, то, что стало с ними навеки изменило каждого из них.

Зиваэль очнулся так давно, что уже и не помнил, когда это произошло. Десятки, сотни лет? Всё это время, он стремился закончить свою начатую цель, совершить кражу того, что всегда ценится, а в мире некронов не было ничего ценнее безделушек Тразина Неисчислимого.

Попасть в коридоры Солемнейта, было практически нереально. Тот же, кто совершал этот поступок скорее всего никогда больше не увидит белого света. Тразин очень жестко пресекал возможность проникнуть в его музей и святая святых. Скорее всего, тот кто был слишком нерасторопный занял почетное место в очерендном кубическом мире хозяина Солемнейта. Только не Зиваэль.

Его тонкий, состоящий из жидкого металла рот замерцал, явный признак того, что Нерукотворный про себя засмеялся. Стоя перед небольшим постаментом, на котором покоился черный кусок неизвестного металла. Его закругленные углы изредка выдавали лучи белого света и каждый раз, когда это происходило можно было уловить едва слышный звон неизвестной музыки.

- Вот оно, черная плита альдари, - шепча сказал Зиваэль протягивая свою металлическую руку и скрещивая указательный и большой палец потирая их, старая привычка от старой жизни. Рука резко замерла и взор некрона устремился на маленьких скарабеев, сновавшие рядом с плитой и потирая её, словно пчелы, опыляющие цветок своим нектаром.

- Интересно, - Нерукотворный осмотрел печать. Гладкая поверхность, лучи света и ноющий звон говорили о том, что это поистине технологичная вещь и самая главное, что она, как и всё, что хранилось в Солемнейте целиком состояло из тайны. Хотя бы из тайны того, как Тразин её получил.

Взмахнув своим посохом и прошептав слова колдовства, такого же темного, как и он сам Зиваэль замедлил временной промежуток вокруг постамента, заставив скарабеев на мгновение подняться над плитой, а лучи защиты, что держали постамент под постоянным наблюдением мерцнуть исчезая в короткой вспышке, едва заметной для глаз. Когда время вернулась к своему обычному движению, плиты на постаменте уже не было, а скарабеи словно не замечая этого продолжали порхать над пустотой.

- Наконец-то! – чуть ли не визжа от радости произнёс Зиваэль, не сколько не скрываясь. Даже если бы Тразин явился сюда, Нерукотворный готов был встретить хозяина музея и показать, что даже его совершенные системы защиты не устояли перед великим вором Зиваэлем Нерукотворным.

Тишина нарушалась лишь копошением скарабеева, давая понять, что более никого в зале нет. Зиваэль бы пробурчал недовольство, но его бездушное искусственное тело лишь недовольно опустило скелетообразнную голову. Однако, раз Тразин не соизволил явиться, следовало уходить. Не было смысла вызывать гнев хозяина Солемнейта только ради своей прихоти.

Стукнув посохом, Зиваэль двинулся назад, держа под мышкой черную плиту альдари.

Некрон мог бы выбрать и другой, более опасный артефакт хранящийся в руках Тразина, но именно эта плита имело для него значение. Значение для последеного некронтир из своей династии и…

Послышалось шуршание над головой и вдруг…Стены Солемнейса перестроились так стремительно, что Зиваэль не успел понять, где он оказался. Послышался шёпот, из которого он смог различить лишь одно слово:

- Пять…

Зиваэль встал как вкопанный, и принялся оглядываться по сторонам в поисках источника шума. Потолки музея Тразина были так высоки, что непонятно было где они заканчивались и поэтому, понять откуда послышался голос было невозможно.

Зиваэль двинулся по коридору лабиринта, что возник буквально самостоятельно.

«Эту защиту я не мог предвидеть, но обмануть меня невозможно» - пронеслось в процессоре головного мозга некрона. Его шея завертелась перед развилкой, заставляя работать поршни, что были в месте, где раньше располагалась шея.

Выбор пал на прямой коридор, не желая сворачивать в сторону Зиваэль шёл по своему чутью и нефритовому огоньку, что вышел из посоха Нерукотворного. Посох Зиваэля был таким же артефактом, каким была и плита, всё ещё крепко содержащаяся у него под мышкой. Будучи бездушным существом, некрон не мог почувствовать тревогу или страх, но что-то похожее на это отдалось в его процессор, и он ускорил шаг. Живой металл из которого состоял Зиваэль зашумел вслед за ускорением некрона.

Он вышел в огромную галерею и остановился. Перед ним образовалась необычная картина. Огромный ксенос, коим был тиран улья Тиранид застыл в ужасающей позе готовясь напополам разрезать женщину, что направила на него болтер и делала один выстрел за другим, стрелянные гильзы разлетались в разные стороны и…

Зиваэль бы ещё посмотрел на этот шедевр искусства, но его остановил голос, заставив некрона оторваться от экспозиции и повернуться голову.

«Выставка война в музее» - голос Тразина разлетелся по галерее на столько явственно насколько и резко. Будь Зиваэль некротниром, как раньше он бы давно вздрогнул от столь неожиданного приветствия, но он оставался на своем месте держа в руках свою плиту.

Развернувшись, он бросил взгляд на сцену обезглавливание некого имперского старца и собирался вернуться к старой двери, но…её не было. Был вновь коридор лабиринта. Обернувшись, Зиваэль с уже явной тревогой, которое заменяло стрекочущее чувство в металлической грудной клетке, понять, что и галереи уже тоже не было.

Таинственный голос вновь озарил коридоры:

- Четыре…

Некрон поднял взгляд и обнаружил, что по стенам коридора шелестят жестяные скарабеи, расходясь в разные стороны. Их маленькие ножки звонко стучали по стенам заставив Зиваэля задуматься и стуча посохом двинуться вновь по лабиринту. Система защиты Тразина работала и незванный гость явно заблудился

- Тразин, старый плут, в эту игру можно играть вдвоем.

Жидкий металл посоха Зиваэяля пришёл в движение и вскоре в руках некрона уже находилась укороченный вариант. Широкая колба ярко светилась гаусс лучами, а прямо на наконечнике посоха сверкнула песочным светом и погасла вспышка, послышались легкая вспышка и хлопок. Прежде чем время пошло вспять и Зиваэль вернулся назад к отправной точке, она услышал:

- Три…

Промежуток

-Три…

Пустые коридоры Солемнейта. Казалось, что буквально час назад, Зиваэль стоял в этих чертогах Неисчислимого стремясь заполучить в свои руки плиту альдари. Этот артефакт хранит в себе множество тайн и вот теперь он у него и даже повернув время вспять, он не потерял его. Хронометр посоха Зиваэля, что раньше мерцал песочным светом сейчас тускло моргал цветом нефрита. Некрон мог бы нахмуриться, выругаться или проявить другие эмоции, будь он конечно живым, но его застывшее в металле лицо лишь снова моргнуло глазами, показывая его недовольство.

Хронометр был разряжен. Больше время вспять не повернется, а значит у него нет права на ошибку. Древнее оружие его династии было украдено им же из гробницы своего рода. Его собраться более в нём не нуждались, а вот он уже сотню раз избегал неприятных последствий своих ошибок.

Несомненно, крепость Тразина была самым опасным местом, куда бы мог забрести некрон и если бы только побродить, дабы увидеть произведения искусства своего бездушного собрата, но красть у Неисчислимого мог лишь полный глупец.

Зиваэль не считал себя глупцом, как раз наоборот. Долгие годы он смотрел сквозь звезды на Солемнейт, наблюдал и ждал, ждал, когда у Тразина появится то, что ему нужно. Знал ли глупец архивариус, что Зиваэль бывает у него чаще, чем он Неисчислимый мог себе вообразить. Конечно нет. Музей некрона столько раз подвергался нападению, что Зиваэлю не составило труда не только проникать смотреть на экспонаты, но и выискивать ходы и слабые места.

Несмотря на кажущуюся простоту и готовый план, к передвижному лабиринту Зиваэль не был готов. Что ж, хронометр должен был вернуть его в отправную точку, а это значит, что если Тразин и обнаружил его во время путешествия по лабиринту, то он всё забыл, как только время возобновило свой ход.

- Что ж, Тразин, - металлический голос Зиваэля раздался по черным коридорам и хотя он был тих, казалось, что эхо разлетелось по всем углам Солемнейта. Крепко вцепившись в плиту, некрон услышал тоненький звук альдарской музыки, что всё ещё издавалась в гладкой плите, - теперь меня не обманешь, я Зиваэль Нерукотворный и я уже знаю свой путь.

- Два…

Зиваэль вздрогнул, если это можно было бы применить к некрону. Его чувства давно не существовали, но поршни внутри тела и стабилизаторы под грудным корпусом словно почувствовали, что хотел сказать хозяин бессмертного тела. Паника, если её можно было бы так назвать пронизывала каждый атом Зиваэля, он понял, что произошло.

Тразин не просто знает, где находится Нерукотворный, он ещё и не почувствовал виток времени. Хронометр Зиваэля не помог, а значит, хозяин Солемнейта прямо сейчас смотрит на него из тьмы. Требовалось уходить.

Некрон помнил каждые тропы и ту, что привела его в музей Неисчислимого тоже. Осталось только найти её. Резко повернувшись Зиваэль вновь очутился перед выбором, который давал лабиринт путнику, но, если в прошлый раз, выбор был невелик всего лишь три прохода, то в этот раз дверей было пять.

- Ты издваешься надо мной, да? – хотел было крикнуть Нерукотворный, но сказал это лишь вслух, не повышая свои динамики.

Выбора не было. Глаза некрона на секунду померкли, а когда огоньки вновь появились во впадниках, вор уже знал куда двигаться.

Поворот налево. Прямо. Дверь чуть правее среднего прохода. Прямо. Прямо и крайний левый.

Когда Зиваэль вышел в очередную галерею он остановился. Голоса Тразина слышно не было. Видимо хозяин не успел записать название этой экспозиции и судя по всему, она была совсем новая.

В ней он обнаружил интересные вещи. Древний, судя по внешнему виду кинжал. Огромная голова какого-то существа, которого Зиваэль не смог идентифицировать. Осторожно ступая по черному полу и стуча своим посохом, Нерукотворный изредка шлепал пальцем по хронометру, но тот не спешил возвращаться свою былую силу.

Некрон остановился возле двух эльдарских банши, державших в руках свои острые, как бритва клинки. Одна выставила своё оружие перед собой, а вторая замерла в яростном вопле, звук который иногда разносился по галерее демонстрируя почему банши получили своё имя.

- Слишком гротескно, - с видом знатока произнёс Зиваэль и провел рукой по тессерактовой клетке эльдар.

К сожалению, некрона, он не обладал силой вызволить все экспонаты на свободу, иначе бы Тразину пришлось бы отпустить его, отвлекаясь на возвращение свой драгоценной коллекции.

Мысли и дальше бурлили бы в голове Зиваэля, если бы не…

- Один…

Тишина вновь разрезало пространство после звучания голоса. Нерукотворный замер, ожидая финала, но его не последовало. Что это было, он так и не смог понять. Но требовалось уходить.

И он побежал. Толпа каких-то жуков, что выстроились у стен галереи, словно в древнем амфитиатре завизжали безумствуя. Расу этих существ Зиваэль знал, но не помнил их. Казалось, что они подбадривают его, но это была ошибка.

Некрон бежал, не разбирая прохода, явно уже не задумываясь о том, где выход. Устать он не мог, но поршни на ногах работали так, что грохот металлических ног уже слышался по всему лабиринту, что вновь возник перед ним. Послышался странный звук, словно ух некого существа и после треск, как будто земля раскалывалась на части. Что это было, Зиваэль сказать не мог.

Выставка война в музее» - голос Тразина разлетелся по галерее на столько явственно насколько и резко. Стоп. Это уже было.

Голова Зиваэля закрутилась. Тирандиы. Человеческие особи женщин, что стреляет в тирана улья. Технжрец стоявший возле пульта управления гаусс пушкой. Надпись «ОРИКАН» и…Тразин.

Зиваэль медленно подошел к Неисчислимому. Приблизив свой череп он вгляделся. Копия была поразительна. Тразин стоял как вкопанный и Зиваэль рассмеялся. Его рот мерцал, олицетворяя настроение Нерукотворного.

- Прекрасный трюк, Тразин, но обман…

Резкий взмах руки «копии» Тразина, удивил Зиваэля. Однако, дальше он уже ничего сделать не смог. Металлическая рука Неисчислимого подняла его за то место, где ранее у Нерукотворного находилось горло и два зеленых глаза заглянули в глазницы Зиваэля.

- Ноль…(Зеро)…

Начало

Зиваэль медленно шёл по коридору держа в руках черную печать альдари. Перед ним вставали коридоры, двери, повороты и тупики, но он упорно шёл вперед.

Тразин не увидел его, осталось лишь найти выход из цитадели Солемнейта и отправиться на поиски останков погибшей династии. Шёпот, что постоянно сопровождал его унялся и более не мешал ему. Теперь, он был лишь сосредоточен на лабиринте.

Криптек его мыслей то и дело заполнялся новыми проходами, дабы некрон не заблудился и не повторил свой путь вновь и вновь. Рано или поздно он найдёт нужную дверь и доберется до выхода.

Галерея «Война в музее».

- Красивая, - произнёс Зиваэль проходя под огромными бритвенно-острыми клыками тирана улья. Дверь была напротив.

Снова коридор и снова лабиринт. Вновь и вновь он выходил к дверям и поворачивал в различные проходы. На стенках шелестели скарабеи, скрашивая его скуку и не давая Зиваэлю очуиться в тишине. Словно кто-то внял его просьбе и вечно наблюдал за ним.

- Нет, Тразин бы не стал терять удовольствие встретиться со мной лично, - вслух произнёс Нерукотворный. Его металлические пальцы скрежетали по скрижали черной плиты, - откуда Тразин добыл её?

Мысль так и повисла в воздухе. Медленно, словно старик, коим Зиваэль не был в прошлой жизни, он опирался на свой посох и шёл.

- Только впёрёд и выход будет близко! – раз за разом повторял Зиваэль и стукал по хронометру на посохе, тот вспыхнул и Нерукотворный поворачивал время вспять….

Раз за разом, некрон проходил коридоры Солемнейта заставляя хозяина этих чертог знаний с интересом наблюдать за попытками вырваться из тессерактового лабиринта, в который он попал тут же, как взял в руки скрижаль.

Тразин Неисчислимый долго наблюдал за Зиваэлем. Этот некрон плут возомнил себя величайшим вором в галактике и посчитал, что сможет украсть у него, самого Тразина. Так совпало, что Нерукотворный обнаружил то, что якобы некогда принадлежало ему. Черная плита альдари. Зиваэль возмознил, что именно эта вещь поможет возрадить его павшую династию.

Что же до Тразина, то он не видел в этой вещи ничего особенного. Обычный передатчик локатор, способный открыть несколько дверей в древний проход эльдар – Паутины.

- Ради этого ты Зиваэль рисковал, - хмыкнул Тразин и поднял над собой куб.

Внутри куба, медленно и бесконечно бродил по коридорам Зиваэль. Его великая цель обрушилась в мгновенье, когда нога недальновидного некрона ступила в стены Солемнейта. Скарабеи, лич стража и верный Саннет тут же сообщили о незванном госте хозяина. Тразину было интересно, чем это кончится, и он позволил Нерукотворному взять то, зачем он охотился.

Хмыкнув. Тразин последний раз заглянул в куб, где Зиваэль в очередной раз проходил галерею «Война в музее» и вновь и вновь уходил в темные коридоры лабиринта.

- Воистину, мой лучший экспонат.

Опустив куб на постамент, Тразин медленно побрел по своим делам, проходя через тысячи и тысячи экспонатов.