Защитник тьмы

Защитник тьмы

Пролог

Потусторонняя бесконечность, растянутая в несуществующем времени и пространстве вновь окружала меня. Давно забытое состояние отсутствия тела навевало грусть. Лишь тонкая серебряная нить, струной уходящая в неизведанную даль, была единственным отличием от чувства, знакомого по прежней смерти. Чем я её ощущал? Даже не знаю. Глаз–то у меня сейчас не было. Неведомая сила с невероятной скоростью несла меня по этому незримому пути. Ощущение быстрого движения тоже появлялось неведомо откуда, поскольку бесконечность вокруг совершенно не менялась.

Поставленное задание я выполнил, но надменная богиня даже не дала попрощаться с подопечной, быстро подцепила моё бестелесное сознание к нити и толчком отправила в путешествие. Видно, боялась, что не удержусь и опять из вредности скажу напоследок какую–нибудь гадость про богов, хотя я и не собирался этого делать.

Странно. Она ведь должна была это знать. Возможно, всезнайками боги являются лишь в своих мирах, а здешний хаос как–то блокирует или ослабляет некоторые их способности, но точно не все.

Неведомо откуда в сознании всплыли то ли обещания, то ли мысли богини, что на другом конце нити меня дожидается шикарное тело мага жизни. Досадная ошибка во время испытания нового заклинания отправила разум адепта в путешествие к чертогам богини смерти. Вот и гадай теперь, то ли его специально кое–кто толкнул на этот необдуманный поступок, то ли случайно так получилось. Берут меня смутные сомнения, что всё же без богини судьбы дело не обошлось. От этой мысли как–то сразу расхотелось возвращаться ей под крылышко. Непонятны людям замыслы богов. Сегодня ты у них ходишь в любимчиках, а завтра возьмут и подарят твоё тело какому–нибудь доверчивому простачку, согласившемуся выполнять задания в мирах хаоса…

Небытие оно и есть небытие. Здесь нет привычных разуму измерений и одинокому сознанию трудно привязаться к чему–нибудь. Это не долго и не коротко. Ведь ни времени, ни расстояния не существует. Это не легко и не тяжело, потому что нет ничего нового или того, чего бы ты не знал. Знания сами собой всплывают, словно информационный канал соединяет разум с неким вселенским хранилищем, и сведения просто сами приходят, а потом растворяются в небытии.

После необычного существования в чужом разуме мне быстро наскучило безвольное скольжение по божественной нити. Казалось, мгновение назад я жил яркой, полной приключений жизнью в теле девочки и вдруг вот это нудное и бесконечное бездействие. Впору волком завыть от тоски.

Может, мне так показалось, но в прошлый раз перемещение почему–то произошло мгновенно. Забыл. Тогда я путешествовал из вселенной богов во вселенную хаоса. У себя они всесильны. Похоже, утянуть сознание обратно— задачка для них гораздо сложнее.

Я буквально чувствовал, как окружающая пустота и налетевшая скука начинают растворять то, что от меня осталось. Видно, хаос не терпит безделья. Чтобы не растерять сознание и не свихнуться от скуки, нужно что–то придумать. Я торопливо стал вспоминать цитаты из прочитанных книг и тут же мысленно переводить их на известные языки. Вроде бы подействовало. Ощущение растворения исчезло. Ободрённый успехом, начал наизусть читать стихи. Длиннющие поэмы, воспевающие эпические подвиги каких–то там мифических персонажей обоих известных миров, вскоре закончились. Их сменили стихи более современных поэтов. Чего только не попадалось во время длительных путешествий по сайтам информационной сети. К моему огорчению, вскоре и этот источник данных исчерпал себя. Когда в сознании отзвучала последняя похабная частушка, я приуныл. «Ну и ладно»— мелькнула мысль, — «С рифмоплётами покончили, перейдём к эльфийским песням. В оригинале они бесконечно длинные»

(Кто–то: — Почему бы и нет.

Мег: — Кто здесь?

Кто–то: — Ну, ты даёшь, хозяин! Не узнал, что ли? Это же я — Шон — точная копия разума дракоши, помощницы твоей недавней подопечной. Только не спрашивай: как это получилось. Скорее всего, сказалось воздействие хаоса. Во какие умные фразы заворачиваю, а ведь в магическом мире тотемы — лишь простые исполнители желаний хозяина. К тому же там носители копируют нас только в членов семьи. Насколько мне известно, ты родственником девочке не являешься.

Мег: — Хм, очень интересно! Если у меня не было собственного тела, то как ты ко мне прицепился? Для передачи нужен физический контакт настоящего и будущего владельцев.)

Хотя к множественному сознанию мне не привыкать, всё же забавно ощущать недоумение в какой–то части разума, которую сейчас занимает невидимый собеседник. А ведь чертовски интересный факт— как и когда произошло подселение. Видно, копия первой дракоши каким–то образом освоила подпространство вселенной хаоса. Ведь прятала она где–то некоторые вещички. Значит, там хранилась и часть её образа. Наверное, подпространственный карман как–то связан с разумом или разумами носителей. За счёт этой связи Шон и образовался. Слабовата гипотеза, но другой у меня нет.

Впрочем, не так уж важно, как и когда Шон стал моей частью. Главное, что сейчас он был, и я мог хоть как–то скрасить своё одиночество. Будь у меня такой напарник в прошлый раз, я, может быть, и отказался от божественного задания. Скорее всего, отказался!

Ничего не поделаешь. Богам никогда не доверял и по–прежнему не доверяю, хотя жалеть о случившемся точно не буду. Повезло мне с подопечной. Да и жизнь в обычном мире проходит гораздо веселее, чем бессмысленное существование неизвестно где.

В месте, где нет времени, трудно оценивать этот параметр. Для постороннего наблюдателя, возможно, я летел по струне миг, а возможно, и вечность. Вдруг натяжение этой незримой дороги пропало. Мне показалось, что я завис, а струна впереди пошла волнами.

— Кажется, что–то случилось,— сделал вывод за меня Шон.— Исчезло ощущение движения.

«Сдаётся, у богов что–то пошло не так, и награды мне не видать»— мелькнула логичная мысль, но с несуществующего сердца словно камень свалился. Ну не хотелось мне возвращаться в родную вселенную! Слишком по душе пришёлся факт отсутствия здесь божественного контроля.

Вместе с дракошей мы ещё пару раз мысленно пропели весь известный музыкальный репертуар, а это, скажу я вам, долго. Вокруг ничего не менялось, лишь непонятным образом ощущалась дрожь оборванной путеводной нити. Словно незримый эфирный ветер непрерывно треплет её.

(Шон: — Хозяин, нужно что–то делать. Мы можем здесь надолго застрять. Что–то у богов, точнее, у богини, не срослось.

Мег: — Есть предложение?

Шон: — Кажется, мне знакома нить, на которой мы висим. Во всяком случае, она ничем не отличается от тех, что использует богиня Смерти для отправки духов на перерождение.

Мег: — Мои знания высших сущностей весьма ограничены. В умных книгах о них сказано до обидного мало, а глупые я предпочитал не изучать. И что это нам даёт?

Шон: — Не знаю, но нить — единственная доступная вещь в этом странном месте. Попробуй её собрать.)

Многочисленные попытки как–то воздействовать на божественную путеводную нить ни к чему не привели. Физической усталости я не испытывал, но пришло какое–то умственное истощение. Накатила бессильная ярость. Уже было не важно, что у меня нет тела. В крайней степени отчаяния я стал крутиться вокруг нити, пытаясь нанести удары сконцентрированным сознанием, чтобы сокрушить эту неподатливую субстанцию. И о чудо!.. Несколько оборотов нити закрепилось на мне. С радостью осмыслив произошедшее, начал наматывать её на собственное сознание, как бы перекатываясь по оборванному пути духов.

Под радостные комментарии духа рано или поздно до конца нити мы добрались. Вокруг меня образовался серебристый кокон. Осталось решить, что с ним делать. Не хотелось чувствовать себя личинкой бабочки целую вечность.

У дракоши не нашлось никаких толковых предложений по этому поводу. Бестолковых масса, а вот полезных ни одного. Пришлось самому включать мозги или то, что там у меня есть вместо них. Я отчётливо помнил, как дёргалась нить при обрыве и трепетала как на ветру после. Логично предположить, что окружающая среда как–то на неё воздействует. Нашлось единственное подходящее решение— соткать из нити подобие паруса и использовать для движения неравномерное давление на него окружающего пространства.

Хотя и с некоторыми трудностями, но что–то, весьма отдалённо напоминающее тряпку, удалось сделать.

По субъективному ощущению прошло не так много времени, и к нашей радости парус заработал. Привязанные ко мне кончики серебристой струны натянулись. Дракоша издал радостный визг, когда мы куда–то двинулись. Уже хорошо. Весьма сомнительно, что богиня способна обнаружить моё сознание в пучине хаоса. Придётся выбираться самостоятельно. Новый транспорт давал шанс продолжить начатое по воле богов путешествие, хотя и в совсем другом направлении.

Скоро мысленно горланить песни нам опять надоело. Сколько можно повторять одно и то же? Наконец, пришла очередная здравая мысль: — «Раз у меня есть сознание, мало того, их целых два, то стоит озадачиться созданием ещё и личного аватара». В памяти сохранился последний образец, над которым мы работали с бывшей подопечной. В шею нас никто не гнал, песни надоели, локального времени уйма. Так что мы с увлечением занялись созданием и совершенствованием виртуального помощника.

Вскоре искусственный интеллект завывал хором вместе с нами, добавив в сознание музыкальное сопровождение. Больше делать было нечего.

Куда и сколько нас несло по неизведанному пространству, сказать трудно, но в какой–то миг парус схлопнулся и вновь окутал моё сознание едва видимой серебристой дымкой.

(Мег: — Хм, мне кажется или наш странный корабль потерпел крушение?

Шон: — Или бросил якорь. Обрати внимание на тёмную нить, которая к нам присосалась.

Мег: — Думаешь, это Судьба или её аналог в мирах хаоса?

Шон: — Попробуй и эту нить намотать на себя. Могу поспорить на что угодно, куда–нибудь она нас приведёт. Видишь, как сильно натянута. Всё лучше, чем болтаться в пустоте.)

Перспектива продолжения унылого путешествия по бесконечному подпространству меня не вдохновляла. Ждать целую вечность, когда богиня отыщет в этом мраке мои жалкие останки и соизволит переместить их в обещанное тело, повергало в отчаяние. Да и отыщет ли? Как–никак хаос неподвластен ей, а я за это время успею отупеть и раствориться в вечности. А вот возможность взять судьбу в свои руки и самому искать выход, напротив, воодушевляла и вполне соответствовало моему деятельному характеру.

Приободрившись, я закрутился, как веретено в руках какой–то гигантской невидимой прялки. Чёрная нить послушно опутывала меня. Развеселившись, уже хотел заорать что–то бравурное, особенное, бросающее вызов этой беспросветной мгле и вообще всему потустороннему миру. Пусть боги позеленеют от ярости из–за того, что какая–то ничтожная душонка смертного смогла сделать то, что неподвластно им. Я даже засмеялся от такой дерзкой мысли и вдруг поперхнулся… Поперхнулся воздухом!

Поток различных чувств и ощущений накрыл сознание. Разум находился в теле человека, мало того, молодого мужчины. Уже хорошо. Волна эйфории захлестнула меня. Обошёлся сам и без божественной помощи.

Где–то недалеко слышался мелодичный речитатив низких мужских голосов. Некоторые слова даже удалось разобрать. Безмерно радовало осознание того, что слышу обычный человеческий голос. Слабый ветерок доносил до меня запах неведомых трав. Появилось ощущение, что лежу на мягком диване. Как же хорошо жить и чувствовать! Я открыл глаза.

Пора покончить с эйфорией и разобраться с окружающей обстановкой. А вот она совсем не радовала. Мой новый и относительно целый организм лежал на груде мертвецов. Бывшему магу жизни трудно не заметить отсутствие любых жизненных сил в куче под собою. Так что можно считать, что разум прежнего хозяина тела отправился в местную страну духов, как и у остальных неудачников, лежащих ниже. Об этом же говорила девственно–чистая память новой оболочки. Моему сознанию доступны лишь врождённые инстинкты и действия, наработанные прежним владельцем тела. Я повернул голову и осмотрел всю сцену разыгравшейся здесь трагедии.

Глава 1. Первое знакомство

Узкая дорога, с одной стороны ограниченная отвесной скалой, а с другой— каменной осыпью, проходила через небольшую полянку. Справа от меня на земле, зацепившись за высокий куст на краю дороги, виднелись скомканные остатки какой–то палатки. Слева у скалы, возле раскидистых зарослей кустарника, двое мужчин колдовали над жертвой, лежащей на небольшом алтаре. Довольные рожи выдавали их, как победителей разыгравшейся здесь схватки. Не буду пророком, если скажу, что соперники этой парочки лежат в куче подо мной.

Магический взгляд непривычно вяз в странной колышущейся пелене окружающего пространства. Сквозь туман, обволакивающий всё вокруг, еле заметно проступали контуры творящегося заклинания. С моей точки зрения, бывшего дипломированного мага жизни, оно было уродливо. Потоки энергии искривлялись, приобретая нелепые формы, растягивались, спутывались, но упорно тянулись от жертвы в алтарь–накопитель. Жертва сопротивлялась. Упорно и из последних сил. В этом я ошибиться не мог. Наверное, именно это противодействие искривляло магическое пространство, заставляя энергетические линии причудливо извиваться. Бесконечно это продолжаться не могло. Силы слишком неравные. Совсем скоро алтарь высосет магию, и жертва превратится в пустую оболочку, лишённую силы, а, возможно, и души, да и самой жизни.

Неожиданная волна злости накатила на сознание! Оказывается, ничего не забыто. Почти в такой же ситуации меня когда–то лишили доступа к магии. Я на мгновение потерял самообладание. Ярость ослепляет. Из головы как–то выветрился тот факт, что я ещё не успел освоиться с новым телом и совершенно незнаком с его физическими характеристиками. И только мозг краешком сознания фиксировал некое слабое удивление от того, что ноги как–то непроизвольно разъезжаются в стороны, а руки нелепо болтаются в пространстве. Мне же казалось, что я ловко вскочил и, вытянув перед собой руку и направив её в сторону мерзких насильников, ударил мощнейшим заклинанием огня. Всепожирающая волна должна была мгновенно накрыть и испепелить противников, но…

Фокус не удался. Небольшая вспышка света возле ладони никак не походила на нужный результат. Магические возможности у позаимствованного организма хотя и имелись, раз стихии я чувствовал, но находились в зачаточном состоянии. Сила не хотела течь по энергетическим каналам.

— Хм, брат, посмотри, это что ещё за зомби?— один из магов оторвался от ритуала и с удивлением обратил внимание на вставшее из кучи трупов тело.

— Может, тёмная тварь успела послать зов?— не отрываясь от поддержания заклинания, смахнул пот со лба второй. Сложнейший ритуал требовал постоянного контроля.— Прикончи носителя, пока демон не приспособился к нашему миру. Я пока возьму управление алтарём на себя.

— Легко! Вызванный дух весьма туп или ещё не успел освоиться с оболочкой. Его выдают ломанным движениям тела. Сейчас я его прикончу.

Первый пренебрежительно взмахнул рукой, и в меня полетел мерцающий сгусток света, похожий на небольшой бублик. Незнакомое тело ещё плохо слушалось меня. Ватные ноги подгибались и противно подрагивали. Не было никакой возможности отклониться в сторону или хотя бы пригнуться. К счастью, уникальная защита сознания от магического воздействия сработала и в этот раз. Дуракам везёт.

Долетев до меня, световой зайчик просто исчез. По удивлённым лицам магов нетрудно догадаться, что с таким эффектом от действия заклинания они не встречались. Широко открытые глаза и отвисшие челюсти доставили мне истинное наслаждение. Точно так же смотрели враги в родном мире, когда отправлялись по моей милости на тропу смерти.

Интуиция подсказала, что нужно делать. В этот раз я не допустил ошибки. Силовая плеть псионов, сформированная из жизненной силы, обрушилась на врагов быстрее молнии. Многочисленные защиты, окружавшие их и едва различимые в мутном магическом пространстве, не стали препятствием для чистой силы. Без головы много не наколдуешь. Тела магов осели на землю по разные стороны от алтаря.

Запущенный ритуал лишения силы не может завершиться сам, пока не поглотит всю доступную энергию. Алтарь не разбирает, откуда берёт питание. Процессом управляет маг. Сейчас контроль пропал, и магическая сила самих заклинателей, тоже подключённых к алтарю, потекла в накопитель, временно перекрыв поток от пленницы. Слабый энергетический канал накопителя алтаря не позволял сразу забрать их магическую силу.

Именно так я спасся в своё время. Наверное, и в тот раз как–то использовал жизненные силы, а не магию. Только этим можно объяснить, почему моя рука смогла тогда добраться до кинжала на поясе некроманта, проводившего обряд, и отправить его к праотцам с помощью собственного заговорённого клинка.

Пошатываясь, но быстро налаживая координацию движений, я подошёл к мертвецам ближе. Энергетический туман стал реже и позволил рассмотреть угасающие ауры. Странные адепты. У того, кто бросался в меня светом, сильно развит только один магический канал, связанный со стихией жизни. У второго— лишь единственный канал разума. Однако в аурах того и другого просматривались и другие слабые каналы этих стихий, да и доступ к иным стихиям имелся. Я в недоумении почесал затылок. Маги какие–то недоделанные.

Наконец, мой взгляд добрался и до жертвы. На деревянной крышке, установленной поверх алтаря, лежала девушка. Особь, на мой вкус, слишком перекормленная. Густые длинные волосы свисали почти до земли. По внешнему виду и характерной плотности ауры не дал бы ей больше двадцати лет, а то и меньше. Излишняя упитанность не позволяла точнее определить возраст. Долго рассматривать жертву обряда не было времени. Как только накопитель выпьет силы поверженных магов, опять примется за подношение.

На всякий случай сдёрнул с алтаря крышку, похожую на небольшую дверь. Как и предвидел, это не помогло. Едва видимые в окружающем мареве щупальца энергетических линий продолжали опутывать жертву. К сожалению, разрушить чужое заклинание, направленное не на меня, я не мог, а магические возможности тела, необходимые для создания соответственных чар, находились в зачаточном состоянии. Проводить иглоукалывание, чтобы механическим способом блокировать канал оттока, не хватит времени, да и подходящих игл вблизи не наблюдалось.

Доверившись интуиции, заслонил собой пленницу и рубанул силовым жгутом по накопителю. Как раз всплеска магической энергии при его разрушении я не боялся. Однако ничего такого и не произошло. Алтарь мирно развалился на две части. Я снова озадаченно почесал затылок, глядя на отполированный разрез на камнях.

(Мег: — Э–э–э… это ещё что такое, а где взрыв?

Шон: — Как бы тебе попроще объяснить. Мы его сожрали. Всю энергию впитала в себя божественная нить. Ням–ням, и всё. Боги слабых вещей не делают. Изменений в ней от этого пиршества что–то не наблюдается. Это хорошая новость. Сдаётся мне, что ты обзавёлся собственным накопителем невероятной ёмкости. Есть и плохая — вэтом слабом теле он ещё долго будет тебе недоступен.

Мег: — Вот же досада какая! Ни одно, так другое. Ну почему бы не вселиться в одного из этих двух идиотов?

Шон: — Мало того, ты прибил двух светлых магов, а на алтаре лежала тёмная. Может, они приводили приговор в исполнение, а ты вмешался.

Мег: — Обалдеть! Что здесь творится? Вместо того чтобы спокойно грохнуть тёмную, белые маги лишают её силы на алтаре. Здесь что, белые с тёмными местами поменялись? Хотя… да… понятно… Накопитель в алтаре забирает на себя откат от магии, опасной для адепта. Если бы в моём родном мире существовали мобильные накопители, непривязанные к божественным сущностям, такая практика тоже бы развивалась. Судя по той свалке тел, из которой я вылез, нападавшие заклинаниями из раздела разума отправили к духам весь эскорт тёмной. Повреждений на трупах не видно, а вот отражений сознаний в угасающих аурах что–то не наблюдается. Это вообще ни в какие ворота не лезет!

Шон: — Есть ещё один пропущенный тобой, но весьма важный факт. Посмотри на тёмную нить, по которой мы сюда добрались. Она прицеплена к девушке. Если жертва алтаря является нашим якорем в этом мире, то не могу гарантировать, что в случае её смерти мы вновь не отправимся в подпространственное плавание. Ниточка держит твоё сознание здесь.

Мег: — Нет в жизни справедливости! Ну ты меня убил! Да чтоб этим богам пусто было! Три раза ха–ха! Только подумать, бывший маг жизни, находясь в теле почти обычного человека, должен хранить жизнь какой–то тёмной.

Шон: — Так в чём дело? Убей её, и поплыли дальше. Снова развернём парус и будем надеяться на очередной случай.

Мег: — Ты смеёшься? Так я и бросил живое тело! Не смешите мои тапочки, которых ещё нет. Разорвать связь всегда успеется. Хочется всё же посмотреть, что здесь творится. Да и сгусток света меня заинтересовал. Никогда не встречал такого заклинания. Над алтарём маги тоже как–то странно шаманили. Да и вообще пространство вокруг прикрыто странным энергетическим туманом. Не понимаю, какой смысл что–то тянуть в накопитель из жертвы, когда кругом разлито море энергии.

Шон: — Тогда не ворчи, как старик, а приведи девушку в сознание. Может, ещё что узнаем.

Мег: — Почему я не могу ворчать? Я и есть почти старик.

Шон: — Хм, только не в новом теле.

Мег: — Уел! Согласен. Оболочке надо соответствовать.)

Я посмотрел на прикованную к крышке алтаря тёмную. Здесь поработал маг жизни. Руки и ноги пленницы охватывали толстые побеги, выросшие из деревянной основы. Кожа у девушки бледная. Многочисленные жировые складки на теле и те кажутся опавшими. Во время ритуала организм потерял много жидкости. В ауре жертвы зияли многочисленные дыры. Энергетические каналы выглядели фрагментарными и перекрученными. Наверняка это последствия воздействия заклинания. Так что магичить у пленницы пока не получится, сначала биополе должно восстановиться.

Сорвав с магов почти не испачканные кровью плащи, соорудил из них небольшое ложе, на которое и перенёс освобождённую жертву. Деревянные кандалы пленницы не могли противостоять плети жизненной силы. Судя по всплескам разума в ауре, тёмная скоро должна прийти в себя. Я ускорил этот процесс, энергично похлопав её по щекам.

— Я готова к плате, демон!— чуть слышно прошептала девушка, едва открыв глаза и увидев перед собой мою перепачканную кровью и грязью физиономию.

Я как–то не удосужился привести себя в порядок перед знакомством. Хорошо хоть ремешок на поясе придерживал что–то похожее на короткие шорты. Другие элементы одежды на мне отсутствовали. Даже обувью бывший владелец тела не разжился. Жёсткая подошва ступней недвусмысленно намекала, что такого предмета ноги отродясь не видывали.

Наконец, с помощью Шона посмотрел на себя со стороны. С какой стати убитые обозвали меня демоном? Молодой тощий парнишка, лет четырнадцати–пятнадцати. Возможно, и чуть старше, но хилая комплекция ощутимо влияла на восприятие возраста. Не самое хорошее вместилище для бывшего убийцы. Хотя… как сказать. Никто не будет ожидать проблем от такого недоросля. Это наглядно демонстрировали головы магов, укатившиеся под кусты.

— Да что с тебя взять, тёмная? Разве что салом разжиться, так не люблю жирное,— усмехнувшись, махнул я рукой. Как ни странно, язык оказался понятен, хотя ощущение чужого сознания напрочь отсутствовало.

(Мег: — Странно! Как такое возможно: понимать чужую речь без накопленного опыта прежнего разума?

Шон: — Хозяин, ты у меня спрашиваешь?

Мег: — Ха–ха, ну должен же я с кем–то поделиться недоумением. Не вываливать же лишнюю информацию на голову этой толстухи.

Шон: — Подозреваю, что воздействие на тебя тёмной нити —это как связь с древними духами. Понимание языка берётся из сознания связанной с нами девушки. Судя по упоминанию о плате и кое–каких оговорках мертвецов, вызов демона —дело рук этой страдалицы. Заклинание должно обеспечивать средства коммуникации с разумом вызываемого объекта.

Мег: — Отличное предположение! Может, ты тогда и об упомянутых демонах что–то можешь сказать?

Шон: — Под это понятие подходит любой относительно разумный объект, выдернутый из параллельной вселенной. Даже я отношусь к этой категории.

Мег: — Хм, вон каких слов нахватался. Вещаешь, как наставник в школе магии.

Шон: — Так ведь ты ничего не забываешь, а накопленной информации достаточно для просвещения даже такого необычного существа, как личный тотем мага.)

— Э–э–э… не поняла,— широко раскрыла глаза жертва ритуала, с недоумением рассматривая меня. Сделав неутешительные выводы, она задумчиво уставилась в небо и тихо добавила:— Вроде использовала правильное семейное заклятие. Неужели сил хватило лишь на поднятие зомби?

Едва слышное бормотание, не предназначенное для моих ушей, я всё же расслышал.

— Посмотри на себя, толстуха! Сейчас ты больше похожа на зомби,— окинул я ехидным взглядом лежащую на плащах девушку.

— Ты… я тебя… раб, найди мне одежду!— вернула на меня сразу потемневший от гнева взгляд собеседница. Видно, к такому отношению к себе она не привыкла.

Хорошо хоть двигаться пока не могла, а то бы устроила мне разборки.

— Ага, бегу аж спотыкаюсь,— наклонив голову, я с интересом наблюдал за переливами чувств в ауре тёмной. Недоумение. Злость. Снова недоумение. Наконец, полная растерянность.

— Не понимаю! Раб или зомби должен беспрекословно выполнять приказы,— озадаченно продолжала смотреть на меня девушка. С трудом повернув голову, она увидела рядом разваленный надвое алтарь и тела мёртвых магов. Вернув взгляд на мою ухмыляющуюся рожу, едва слышно пробормотала:— Тогда где тот, кто прикончил светлых и прервал ритуал?

— Они мне не понравились,— пожал я плечами и присел на половинку разбитого алтаря. Кивнув на трупы косой взгляд, продолжил:— Эти типы не представились. Не объяснили, что здесь происходит. Сразу стали кидаться какой–то дрянью. Пришлось прибить.

Шон показал, как это выступление выглядело со стороны. Щуплый паренёк с безразличной маской на чумазом лице выдаёт этакий комментарий.

— Не верю! Врёшь ведь!— тёмная подозрительно сузила глаза. Казалось, сейчас они пытаются просверлить во мне кучу дырок, чтобы попытаться понять, что внутри. Даже при сильном удивлении логика девушку не покинула, и она начала рассуждать:— Раб или обычная нежить не могли расправиться с двумя дипломированными адептами света. Ты хочешь присвоить чужую победу. Похоже, демон сделал своё дело и убрался. Хотя… как он мог уйти, не получив с меня плату?

Ауру собеседницы опять накрыла волна неуверенности.

— Что заладила: раб да раб? Сама вызвала, а теперь принижаешь мои подвиги. Вот так и помогай неблагодарным тёмным!— скривился я. Хотя понять жертву ритуала можно. Схватку она не видела. Да и никак в своём теперешнем виде я не тяну на образ победителя.

— Но ведь печать на лбу…— попыталась поднять руку девушка, чтобы указать на причину недоумения. Ей удалось лишь слегка пошевелить ладонью.

(Шон: — Хм, точно, у тебя на голове есть заковыристое украшение с магической начинкой, похожее на татуировку.

Мег: — Так убери эту гадость. Ещё в рабах я не ходил!

Шон: — Сделано. Это было какое–то заклинание, но оно отлично впиталось в нить привязки к тёмной. Похоже, оно изначально настраивалось на нашу новую знакомую, а мы через нить можем манипулировать её энергетикой.

Мег: — Это радует. Проще будет работать с повреждёнными энергоканалами пострадавшей.)

— А теперь?— потёр я чуть зачесавшийся лоб.

— Как… но…— едва слышно прошептала тёмная.

В огромных глазах жертвы ритуала просматривалась бездна недоумения, а в ауре отразился целый вихрь различных эмоций.

Следовало срочно прекратить это безобразие в биополе. Жизненные структуры и энергетические каналы и так повреждены, а тут ещё переживания накатывают непрерывными волнами.

— Тебя как зовут, чудо тёмное?— улыбнулся я, пытаясь руками стереть со своего лица грязные разводы. Ничего не получилось. Руки не отличались чистотой, как и остальное тело.

— Всё же демон… ненормальный…— вынырнув из шторма эмоций и быстро успокоившись, пришла к выводу девушка.— Значит, плату ты с меня не возьмёшь! Отлично! Одна проблема решена. Меня зовут Эватария— потомственная призывательница духов из рода До–Два.

(Мег: — Интересно! Быстро сменила тему. Вторую проблему озвучить не желает.

Шон: — Вот ещё тайну нашёл! Да изгнать она тебя хочет. Дело сделано. Причина твоего вызова пропала. Демон должен исчезнуть отсюда, во избежание дальнейших проблем. Думаю, опасные семейные заклинания здесь под запретом.)

Я покачал головой:

— Хм, слишком длинно. Будешь просто Эва.

— Но так нельзя,— нотки тщательно скрываемого недовольства проскочили в голосе собеседницы.— Сокращения имени позволительны только для общения близких родственников.

— И нечего обижаться!— задумался я. Объяснять нашу с ней связь не было никакого желания.— Подумаешь, какие мы правильные! Значит, некоторое время побудем родственниками. Можешь называть меня Мег. Считай, дядюшка с дальних краёв приехал, навестить глупую племянницу.

— У–у–у… сам дурак! Я не глупая,— недовольно надула губки тёмная,— А для дядюшки ты слишком молод. К тому же все в замке знают, что ты мой личный раб.

Эва пребывал в шоке и не понимала, что произошло. Чтобы досадить напоследок светлым, она использовала тайное семейное заклинание вызова тёмной сущности. Мать в детстве показала дочери тайник, где хранился заветный свиток с текстом. После смерти родителей девушка не забыла об этом. Приехавшая в замок тётка мало чему учила родственницу. Ей самой не хватало ни силы, ни знаний, ни умения, чтобы считаться хорошим магом. Небольшой доход с деревни при замке всё же позволил накопить денег для поступления в академию, куда тётка и отправила Эву. Всего в полудне пути от замка и произошло нападение светлых. Остаться без магической силы для урождённого мага— состояние гораздо хуже смерти. Так жить девушка не хотела.

Как рассказывали легенды: после заклинания призыва в выбранное тело обычно вселялся демон и на некоторое время захватывал его. Голодное потустороннее существо набрасывалось на присутствующих, убивало их, конечно, если хватало сил, и исчезало, выпив всю жизненную энергию. В данном случае вселившийся в раба демон, похоже, обладал незаурядным умом, раз оказался способен шутить и не собирался уходить, расправившись с врагами. В семейных хрониках ни о чём подобном не упоминалось. Кого же тогда она вызвала?

— Ага… умная, а связалась с двумя светляками по уровню силы гораздо выше тебя,— ухмыльнулся я, кивнув на тела за спиной.

— Не надо ехидничать! Не знаю, откуда они здесь появились,— обиженно нахмурилась девушка.— Мы всё ещё находимся в тёмной области. Их кто–то привёл. Врагов у нашей семьи предостаточно. Тётя предупреждала, что недавно на дороге рабы замечали чужаков.

— Какого… ты тогда сюда попёрлась?— посмотрел я с недоумением на собеседницу.

— Академии волшебства располагаются в нейтральных землях,— попыталась дёрнуть плечом Эва. Получилось плохо. Тело пока её не слушалось.— С обычными разбойниками я бы справилась. Раб, подай мою одежду!

— Сейчас, только подошвы смажу,— ухмыльнулся я, в очередной раз нагло окинув взглядом пострадавшую.— А вежливо попросить трудно?

— Раб, принеси одежду… пожалуйста,— злобно зыркнув на меня, невнятно буркнула девушка.

— Для особо тупых повторяю: меня зовут Мег,— я даже с места не сдвинулся, с кривой насмешкой глядя в глаза собеседнице. Следовало сразу поставить её на место. Видно, общество здесь весьма отсталое, раз пользуются таким пережитком, как рабство.

Ну уж не знаю, как материла меня в душе девушка, но через минуту томительного ожидания всё же выдавила из себя:— Мег… пожалуйста… принеси одежду.

— И где я её найду?— покачал головой я. Кивнув на кучку материи возле бывшего алтаря, добавил:— Те лоскутки, оставшиеся после ножей магов, вряд ли прикроют твоё тело лучше теперешнего состояния.

Аура Эвы чуть не взорвалась от злости. В данный момент я специально провоцировал её, вызывая сильное чувство. Не было другого способа быстро восстановить способность девушки двигаться. Короткий управляемый шторм в ауре позволит быстрее наладить связь мозга с нервными окончаниями. Не хотелось самому ворочать весьма объёмную фигуру бывшей жертвы алтаря. Ну что поделать, не люблю я тёмных магов, а уж толстых тем более. Это же надо так себя не уважать, чтобы превратиться в кусок жира.

Наверное, всё же какое–то домашнее обучение здешние молодые одарённые проходят, раз собеседнице удалось справиться с нахлынувшим чувством и членораздельно пояснить:

— На краю дороги за кучей трупов должен валяться мой сундук с одеждой.

— Хм, отлично! Объект поддаётся обучению,— ехидно подмигнул я и направился в указанном направлении. Недовольное сопение за спиной показало отношение собеседницы к моим словам.

Захотелось и себе подобрать подходящий костюмчик. Подобие шорт с ремешком на поясе меня совсем не устраивало. Комплекция убитых магов значительно превышала мои скромные габариты, так что воспользоваться их одеждой никак не получится. Пришлось поискать что–то среди кучки трупов, на которой я лежал ранее. Наряды местных жителей меня слегка озадачили. Люди, в том числе и маги, щеголяли в весьма лёгких одеждах, а плащи обеспечивали им лишь защиту от дождя и ветра. Судя по всему, сейчас идёт лето. С временем дня я затруднялся определиться, солнца не видно, но небо ровно светилось довольно ярким матовым светом.

На лбах всех убитых красовались татуировки, подобные той, что прежде находилась у меня на голове. Похоже, сопровождали девушку только рабы. С большим трудом, ворочая мёртвые тела, я, наконец нашёл то, что искал. Погибший был примерно моей комплекции. Может, чуть шире в плечах и с развитыми мышцами, но это пустяк. Его одежда выглядела почти новой и ничуть не пострадала в сражении. Помимо коротких штанов, я позаимствовал у него превосходную рубашку, плащ, мягкие сапожки и кучу оружия, крепящегося на кожаных ремешках под плащом и поверх него. Похоже, этот тип числился в свите тёмной охранником.

На мне его шорты и рубашка повисли, как на вешалке, но хоть по росту размерчик подошёл. Радовало то, что обувь пришлась впору. Дополнила одеяние сумка через плечо. Из оружия присутствовали: меч, крепившийся поверх плаща за спиной в специальной сбруе и короткий тугой лук с небольшим колчаном со стрелами. Нож в чехле на поясе завершал набор вооружения.

По сопению и шороху за спиной, стало понятно, что терапия проходит успешно и жертва ритуала обретает способность самостоятельно двигаться.

Куча хлама на краю дороги, которую я ошибочно принял за палатку, на самом деле была остатками большого паланкина. Сильный удар смял его, едва не отправив вниз по откосу. Не окажись на траектории движения мощного куста, обломки этого транспортного средства лежали бы метров на триста ниже, у самого основания щебёночной насыпи. Именно дверь от паланкина маги использовали для обездвиживания ритуальной жертвы.

Стало понятно, что делали шесть трупов без оружия из только что обследованной кучи мертвецов. Я только не понимал, как они ухитрились тащить тяжёлую конструкцию по узкой горной дороге. Приподняв обломок паланкина, с удивлением почувствовал его невероятную лёгкость.

(Шон: — Ничего странного. Посмотри, на дереве основной рамы проступает рунная вязь. Наверное, заклинание снимает большую часть веса с необычного транспортного средства.

Мег: — Хм, только после твоей подсказки увидел. Как здешние маги ухитряются что–то рассмотреть в этом окружающем энергетическом киселе?

Шон: — Мне он не помеха.

Мег: — Отлично, всегда выдавай аватару свою картинку внешнего окружения, чтобы и я хорошо видел присутствующую вблизи магию.)

Искомый сундук нашёлся под обрывками материи и деревянными обломками. С помощью дракоши я теперь чётко видел, что его поверхность покрывает куча рун. Похоже, рунная магия в здешнем обществе весьма востребована. Забыть конфигурацию вязи я теперь неспособен— подарок богини по–прежнему действует, но к пониманию здешней магии это меня не приблизило. Ломать заклинание не стал. Пусть хозяйка сама разбирается со своим барахлом. Подхватив сундук, который тоже почти ничего не весил, отнёс его девушке. Та уже прикрыла наготу плащом мага.

— Ра… отвернись!— недовольно прошипела она, пристально глядя на меня.

(Мег: — Ты смотри! Вспомнила, что на «раба» я не отзываюсь.

Шон: — Вот и радуйся. Это говорит о хорошей обучаемости нашего якоря.)

— Подумаешь! Было бы что рассматривать?— усмехнулся я и, повернувшись, пошёл искать, что бы пожрать. Это я сделал зря. Если бы не приобретённая способность гасить заклинания, тут бы мне и конец пришёл. В спину прилетело что–то убойное. Откуда эта ненормальная тёмная взяла силы?

(Шон: — Она разорвала какой–то свиток.

Мег: — О рунных заклинаниях я как–то не подумал. Неразвита у нас была эта область знаний. Долго и муторно что–то делать с их помощью.

Шон: — Судя по остаткам паланкина и сундуку, здесь они наоборот часто используются.

Мег: — В следующий раз контролируй все руны в округе, а то ещё что–нибудь убойное в спину прилетит. Ох уж эти тёмные!

Шон: — Сильно не злись. Понять девушку можно. Она ведь считает тебя демоном, поэтому и старается избавиться от непонятной сущности доступными ей способами. Твоего поединка с магами она не видела, а то бы придумала что–нибудь получше.)

Не собираясь распадаться на части, я медленно повернулся. Энергия заклинания лишь прожгла в одежде дыру со спины. Такие вещи испортила, гадина тёмная!

Огромные глаза и отвисшая челюсть Эвы радовали мой взор. Петля силы мгновенно сдёрнула с девушки плащ и спеленала её, оставив доступной самую мягкую часть тела пониже пояса.

Во избежание похожих поползновений в дальнейшем следовало проучить подопечную. Магические возможности сейчас мне недоступны, но никто не мешает применять в обучении старые методы. Хорошая порка иногда закрепляет материал гораздо лучше любых наставлений. Это я по себе знаю. Из–за своего неуёмного любопытства не раз подвергался во время учёбы такому методу воспитания. Как давно это было, а ведь подарок богини позволяет вспоминать всё до самого последнего ощущения ремня на коже.

Конец силовой плети отлично справился с заданием, раскрасив филейную часть пленницы в розовые цвета. На крики и всхлипывания я не обращал внимания. Не так уж и сильно бил.

— Надеюсь, урок усвоен?— строго посмотрел я в глаза девушки, повернув её к себе и снова набросив страдалице плащ на плечи.

— Да-а… больно…— слова едва прорывались сквозь жалобные всхлипывания.

— Прекратить хныкать! Не слышу правильного ответа, или обучение нужно повторить?

— Усвоен!

— Так–то лучше. Вытри слёзы, и займёмся другими делами. Извини, но теперь одеваться придётся под моим присмотром. Не верю я этим наглым мокрым глазкам. Точно в сундуке ещё какая–нибудь гадость припрятана.

К удивлению, подопечная больше прибегать к рунной магии не стала, и даже безропотно отдала в мои руки несколько свитков с заклинаниями. Из одежды она выбрала тёмные шорты с серебряной цепочкой вместо пояса, и такое же тёмное короткое платье из более лёгкого материала. Плащ с капюшоном тоже нашёлся в гардеробе. Мягкие сапожки дополнили одеяние. Видно, особо с одеждой здесь жители не заморачивались. Украшения я ей нацепить не дал. Слишком много на них непонятных рунных заклинаний накручено. Пока и без этих цацек обойдёмся.

— Что–то еды я в багаже не обнаружил,— с ожиданием посмотрел я в глаза девушке, обойдя вокруг и оглядев подопечную со всех сторон. Тело хотело есть. Нет, не так— жрать. Может, это было постоянное состояние бывшего сознания раба, но я— не он.

— Там за перевалом гостевой дом,— махнула рукой в нужном направлении Эва. Мелькнувшее на лице страдальческое выражение показало, что место недавнего урока ещё побаливает.

— Будешь помнить, некоторое время,— усмехнулся я.— Не надо было пытаться избавиться от спасителя.

— Хм, кто же знал, что ты непробиваемый?— грустный вздох сопровождал эти слова.

— Да, кстати, шить ты умеешь?

— Я–я–я… шить?

— Ой, не делай такие большие глаза. В жизни все умения рано или поздно пригодятся. Похоже, готовить ты тоже не можешь. Ну что же мне так не повезло!

— Не понимаю, зачем госпоже эти умения? Шить должна швея, а готовить кухарка,— с недоумением уставилась на меня девушка. Мои вопросы озадачили собеседницу.

— И где они?— обвёл я рукой окрестности.

— Если бежать в ту сторону, через шесть часов будем в замке, в другую— через столько же времени попадём в гостевой домик.

— И там, и там наверняка меня знают как раба— будут сложности. Резать лишних людей я не намерен. К тому же есть проблема, сделай пару шагов.

Девушка с недоумением сдвинулась с места и тут же со стоном схватилась за побитое место, чем вызвала ещё один стон.

— Можно же было как–то обойтись без этого,— зло прошипела она, быстро отдёрнув руку.— Я же не нанесла тебе повреждений.

— Как видишь, методика укрепления памяти работает, а насчёт повреждений, это как сказать. Одежду ты мне испортила, а подходящего размера я больше не вижу.

Я кивнул на развороченную кучу мертвецов.

— Можно пока воспользоваться плащом светлого мага, он к тому же с дополнительными рунами,— девушка протянула мне этот предмет, в который недавно куталась.

— Вот дополнительных рун я и опасаюсь,— покачал головой я.— Во–первых, их там слишком много, а во–вторых, плащ узнаваемый. Ты же не хочешь, чтобы за нами по пятам последовали приятели упокоенных магов или те личности, кто их провёл на вашу тёмную территорию.

— Но ведь если мы не вернёмся в замок, то любой нагонит нас по дороге к перевалу, ведущему в нейтральные земли.

Недоумение проступило на лице собеседницы.

Проучить негодницу было нужно, но о возможных преследователях я сразу не подумал. Следовало срочно убираться с дороги.

— Карта у тебя есть, или вы здесь на проводников полагаетесь?

— Она у тебя. Это один из свитков.

— Бери и показывай,— я вытащил из сумки все свитки, которые получил от неё.

Девушка, слегка поморщившись от боли, шагнула ко мне и осторожно вытянула один из них. Развернув бумагу, провела рукой по пустой поверхности.

(Мег: — Ты это видишь? Чтоб мне сдохнуть!

Шон: — Рунная магия в полном блеске.)

Удивляться было чему. Я озадаченно потёр затылок. Не такое уж здесь и отсталое общество. На бумаге отчётливо проступило объёмное изображение окружающей местности снятое с высоты. На едва видимой дороге, вьющейся по краю горного хребта, горела красная точка.

— Я так понимаю, мы здесь?— ткнул я в неё пальцем.

— Да,— кивнула девушка.

— Хм, а почему сам хребет на карте покрыт дымкой, а дорога идёт вдоль него в одну сторону, а после перевала тянется в другую?— с недоумением уставился я на Эву.

— Через горы дорог нет,— как неразумному пояснила она.

— Что? Вообще? Даже тропинок?— не поверил я.

— Странный ты, демон! Какой идиот попрётся через отвесные скалы в тысячу ростов, когда есть нормальная дорога с гостевыми домиками? А после перевала, вообще начинаются нейтральные земли и там рейсовые повозки ходят. Если есть деньги, отправиться в пункт назначения можно и по воздуху.

Пояснения собеседницы меня озадачили. Настолько развитая путевая структура, как–то слабо вязалась с рабовладением. Да и объёмная карта заставляла задуматься. Чтобы её создать, всё равно надо сначала сверху отсканировать поверхность.

— Э–э–э, как управлять картой?

— Тебе… никак,— покачала головой девушка.— Она настроена только на меня.

(Мег: — Да что здесь творится? Индивидуальная привязка в заклинаниях!

Шон: — Не в заклинаниях, а в рунах.

Мег: — Не вижу особой разницы. Раз есть руны, должны быть и обычные заклинания.)

— Можно изменить масштаб?— я ткнул рукой прямо в горы.

Девушка сделала определённый жест пальцами, и карта послушно показала увеличенную поверхность склона, по которому шла дорога.

— Больше не показывает,— пожала Эва плечами.

(Шон: — Съёмка поверхности старая. Я метнулся по сторонам. На склонах есть многочисленные осыпи, не обозначенные на бумаге.

Мег: — Фу–у–ух… я уж испугался, что картинка отражает реальное состояние местности. Глянь за хребет! Что там?

Шон: — Это не один хребет, а сеть параллельных горных образований. Странная какая–то. Горные цепи не выше двух километров. С доступной мне высоты видно семь параллельных линий. Словно огромный великан когтями оставил след на поверхности планеты. Насколько могу разглядеть, крайние цепи сильно обветрились и именно поэтому относительно легко можно проложить дороги на склонах. Внутренние склоны горных цепей почти отвесные. Наверное, девушка права и тропинок мы там не найдём.

Мег: — Придётся скакать горными козликами. Не стоит мне встречаться на дороге со знакомыми спутницы.

Шон: — Рассмешил! Ты посмотри на эту тушу. Из неё только свинья получится. Да она даже обычную стену в пару метров не одолеет.

Мег: — А другого выхода у нас нет. Пока я не приведу приобретённый организм в порядок и не изменю лицо, всегда буду восприниматься рабом. Ничего не поделаешь, придётся тащить живой груз на буксире. Заодно никто не помешает на стоянках постепенно приводить в порядок магические каналы девушки, да и телом её заняться стоит. Никуда не годится такая туша. Будем проводить экстремальные тренировки. Надеюсь, еды нам по пути хватит.

Шон: — На склонах много птиц, да и мелкие крысы в расщелинах мелькают. Родников в скалах тоже достаточно.

Мег: — Значит, не пропадём.)