Заслоняющий

Ей было девятнадцать. Сероглазая блондинка с ангельским личиком. Ей девятнадцать... последние пятьдесят лет. С тех пор как она так решила. Наверно сложно понять. На самом деле ей почти восемьдесят, просто земное время для нее остановилось на цифре девятнадцать. Случилось такое важное в ее жизни событие одним не самым прекрасным днем...

Вероника сидела на веранде прячась от палящих лучей летнего солнца и рассматривала в косметическом зеркале свое лицо. Потухший взгляд, морщинки под глазами, нездоровый цвет кожи... И это в тридцать лет? Косметика уже не прячет недостатки лица, диеты не помогают, лишь доводят до депрессии. Вероника смотрела на себя и понимала, если так пойдет и дальше, то уже в сорок лет будет выглядеть как старуха. А если ей дано прожить лет восемьдесят — все женщины в ее роду доживали до этого возраста — значит, она будет старой половину своей жизни? От такой внезапно посетившей ее мысли у любого испортится настроение.

Неожиданно ей вспомнились слова какого-то умного человека, который говорил, что мы сами выбираем свою судьбу еще до рождения. Мы сами решили, кто будут наши родители и согласились со всеми неприятностями, ожидающими нас в жизни. Это наша плата за право рождаться в этом полном страданий мире.

«То есть я согласилась так рано состариться и остаток жизни сожалеть о быстротечно ушедшей молодости и несостоявшейся жизни? Согласилась иметь некрасивую внешность и невозможность устроиться на приличную работу? Согласилась терпеть нужду и непристойные намеки ибо почему-то все считают, что я уличная проститутка? Я согласилась перед кем? Где это соглашение? Оно отражается на моей душе? Как некая всем, кроме меня, видимая печать? И по ней я та, кем меня считают окружающие? Я падшая женщина заслуживающая лишь издевательства и унижения, даже несмотря на то, что на самом деле я не переспала до сих пор ни с одним мужчиной? Значит поэтому моя жизнь не меняется к лучшему независимо от постоянной смены места жительства? Я добровольно согласилась на все это?...»

Обычно, когда Вероника вспоминала свою неудачную жизнь, ее глаза наполнялись слезами, но в этот раз ее охватил гнев. Гнев, обращенный на себя за то, что она согласилась на такие жестокие условия жизни. За то, что все терпела и была слишком доверчива.

«Если правда, что я на все это согласилась сама, значит была какая-то веская причина. Нет, Бог, в которого я верю, не мог так жестоко со мной поступить. Не мог он убедить меня даже ради себя принять жизнь полную страданий и лишений. Что ему даст жертвенность и рабская покорность судьбе? Что внизу, то и наверху. Эта жизнь пропитана ложью, обманом, предательством, так почему бы и там, откуда я пришла не быть лжи, обману и предательству?»

Чем дольше она размышляла над своей судьбой и строила догадки о Вселенском обмане, тем больше убеждалась, что как бы это все абсурдно не выглядело, ее выводы не лишены смысла.

Наконец, в ее голове созрело важное решение. И глядя на себя в зеркало, она сказала уверенно вслух:

− Отныне и навсегда я отказываюсь от всех соглашений, какие были со мной заключены до моего рождения. Я отказываюсь от согласия на раннюю старость, некрасивый внешний вид, на плохое отношение окружающих к себе, на финансовые трудности. Отныне я всегда нахожусь в возрасте двадцати лет, хотя нет − девятнадцати! В двадцать у меня были прыщи, и я много болела. Итак, мне всегда девятнадцать лет и у меня отличное здоровье и благополучная жизнь. А кто против — пусть катится ко всем чертям! Никто отныне не смеет влиять на мою волю, сознание и свободу выбора!

Вот так однажды Вероника решила стать красивой, счастливой и навсегда молодой девушкой. И ее желание исполнилось. А если наверху кто-то был несогласен с ее решением, им оставалось только ждать, когда строптивая душа закончит свой земной путь. Да вышло все не так, как ими планировалось. Совсем не так...

***

Вероника села на кровать, держа в руке маску. Она долго — много лет готовилась в важному событию. Маску смастерила сама. В ней был установлен таймер, для того чтобы маска автоматически спала с лица.

«Думаю пяти минут хватит» , − устанавливая время, подумала девушка. А вслух произнесла:

− Кажется, я не оставила незаконченных дел: цветы политы, куры и голуби накормлены... - она вдруг улыбнулась, находя предстоящее событие забавным. - Да... смешно... Собираюсь совершить самоубийство — очень страшный грех, а мне — весело. Вероника, сосредоточься...

Девушка легла на кровать и поднесла к лицу маску.

− Я готова...

Тут ее внимание привлекла мелодичная трель кенара поющего в гостиной комнате, и она вспомнила: - Ну надо же! Забыла поменять тебе воду. А, ладно... все равно скоро вернусь. Надеюсь, это незаконченное дело не такой серьезный повод стать привидением?

Сделав глубокий вдох, она надела маску. Фиксаторы тут же надежно закрепились на затылке и включился таймер.

Дышать в маске было невозможно. Уже через минуту появилось удушье и нестерпимое желание снять маску. Вероника судорожно сжимала руками покрывало, которым была застелена постель. Она старалась перебороть инстинкт самосохранения и мужественно выдержать страдания организма, которые были неизбежны в этом процессе. Потом последовала недолгая агония, сопровождаемая непроизвольными судорогами и мучительным хрипом рвущимся из горла. Как не готовилась Вероника к этому событию, но оно превзошло все ее фантазии и ожидания. Страх все же захлестнул ее в последний момент и решимость совершить смертельное путешествие сошла на нет. Но повернуть время вспять было уже поздно. Сердце сделало последний удар, и сознание в сопровождении громкого однотонного гудения провалилось в черную непроницаемую бездну...

Душа Вероники ощутила себя в невесомости, она летела к яркому пятну — единственному объекту увиденному после отделения от тела. Это тот самый тоннель, поняла она, чувствуя, как ее буквально распирает от восторга и ощущения свободы.

«Стоп! - велела она себе. − если я позволю эмоциям взять вверх, то вылечу на свет и уже не смогу контролировать свое путешествие. Срочно беру себя в руки!»

Вероника усилием воли заставила себя остановиться и отвести взгляд от яркого света. Затем подняла руки.

− Какие они странные... − промелькнула удивленная мысль. − Они светятся! − она вдруг заметила, что помимо рук светится все ее тело. - Я вся свечусь! Теперь все понятно — свет в конце тоннеля, чтобы отвлечь меня, не дать осознать, что я и есть источник света! И чувства, что я испытываю, рождаются внутри меня. Я их источник! Так с осознанием этого факта я справилась, было не так уж сложно. Главное, держать все свое внимание внутри себя, а не снаружи. Теперь даю себе установку: левая рука зудит — ложь, правая — правда. Итак, продолжим... Что там обычно идет по сценарию?»

Тут перед ее взором начали мелькать сюжеты из ее жизни. Появился нестерпимый зуд в правой руке.

− Эй, почему кино черно-белое? − недовольно выкрикнула Вероника. Хотя крик ли это был — скорее громкая мысль. Тут же картинки обрели краски. - Другое дело! Но почему показываете только неприятные события? Моя жизнь последние лет пятьдесят была замечательной. Понимаю, вам нужно вызвать у меня чувство вины... Не с той связались! Я давно себя за все простила!

Мелькавшие перед глазами кадры из жизни не вызывали в душе Вероники никаких эмоций. Даже скучно стало.

− Эй, ты, режиссер этого спектакля, оправданий от меня не дождешься! − заявила Вероника, когда кино закончилось на кадрах с ее самоубийством. − Никто не смеет меня судить! Даже Бог! Я сама себе судья! И прожитая жизнь меня во всем устраивает! Я ни в чем не раскаиваюсь! И того ублюдка пристрелила по делам его!

«Пожалуй, на этом пора заканчивать эту сцену. Сейчас должно начаться самое интересное — встреча с любимыми родственниками и друзьями. Посмотрим, какой тут скрывается подвох...»

Вероника посмотрела в сторону выхода из тоннеля и даже не удивилась, что он оказался перед ней. И вот она вышла на свет. Ее буквально затопило от всепоглощающего чувства любви. Всюду ее окружали светлые существа. Все выглядели дружелюбными и улыбались.

Едва Вероника сделала шаг вперед, как красивая женщина с грустными, но полными любви и сочувствия глазами, протянула ей руку, сказав: «Идем со мной, ты не должна здесь находиться».

− Пойдем в чистилище? − догадывалась Вероника. − Ведь самоубийцам здесь не место. Но ты не можешь увести меня, если я не соглашусь, не так ли?

Вероника улыбнулась, пристально глядя в лучезарные глаза проводника. В глубине сияющих глаз мелькнула растерянность.

− Но ведь ты пойдешь со мной? Возьми меня за руку...

− Освободи мне дорогу! − строго потребовала Вероника. − Сначала я тут осмотрюсь и поговорю с твоим вселюбящим Богом. А потом может быть сама загляну в чистилище. До встречи!

Женщина всплеснула ошеломленно руками, но посторонилась. Она не могла силой увести своенравную душу. Лишь убедить ее, обворожить любовью или внушить чувство долга или вины. Но в этот раз ее уловки не сработали, ей просто не за что было зацепиться.

А Вероника уже увидела спешащих к ней знакомых людей.

− Как же я рада всех вас видеть, - весело смеясь, проговорила она.

− Мы тоже рады тебя видеть, Вероника, - первой отозвалась, протягивая к ней руки, мать. - Позволь обнять тебя, дочка.

− Тихо, тихо, не будем обниматься. Вы все кто такие?

− Ты не узнаешь нас? − искренне удивился ее любимый дедушка. Сейчас он выглядел намного моложе своих лет.

− Дедушка... как ты тут поживаешь?

− Очень хорошо.

− Тебя определили в Рай?

− Да, − дедушка ласково улыбнулся внучке, − ты можешь жить со мной.

− Так сразу?

Неожиданно зачесалась левая рука.

− Деда, ты так любил курить и выпить, неужели здесь избавился от вредной привычки? В чем обман? И почему ты, мама, брат, сестры, подружки все еще здесь? Разве вы не должны были уже давно родиться? Или вы одновременно находитесь здесь и там?

Любимые сердцу люди начали недоумевая переглядываться между собой.

− Мы любим тебя, Вероника.

− Я это чувствую. Вы все так и светитесь от любви. Но кто вы? Голограммы? Тогда мои аплодисменты, вы очень похожи на тех, кого я знаю. Аж слезы наворачиваются...

Вероника неожиданно весело засмеялась и начала отходить от них.

− Может быть еще увидимся. Кстати, а чего вы все явились? Я же самоубийца, им повидаться с родственниками непозволительная роскошь. Или ваша задача привести меня к дверям моего собственного Ада? И все это из-за Любви ко мне?!

− Тебе необходимо очиститься, − молвила одна из подружек.

− Непременно! − и помахав рукой, Вероника продолжила путь.

Пространство, в котором она находилась было ослепительно белым и безграничным. Определенно не Рай, но что-то близкое. Никаких природных пейзажей, никакой растительности и пения птиц.

«Кажется, следующая моя встреча должна состояться с добрыми, милыми существами, которые предложат мне жить на их планете. Где же они?» − Вероника остановилась, осматриваясь. Вскоре ее внимание привлекли серебристые тени разных форм и размеров.

В следующее мгновение существа окружили душу, засыпав ее своими предложениями переселиться на их планету. Они были очень убедительны и настойчивы. А описания жизни и красоты, которые ожидают ее, когда она согласиться жить с ними, поражали воображение. Существа были искренни и верили, что желают душе добра.

Вероника внимательно их выслушала, когда еще придется пообщаться с представителями иных цивилизаций. Это было даже интересно. Если бы не их неприкрытое желание пополнить штат биороботов, она бы возможно рискнула посетить какую-нибудь из их планет. Биоробот с душой — это большая ценность на просторах вселенной. Трудовой ресурс без воли, но с огромным энергетическим потенциалом.

Вежливо откланявшись, Вероника продолжила путь, успев случайно заметить, что за ней следят. Это была та самая женщина, которая должна была сопроводить ее в чистилище.

«Либо хочет припугнуть, либо вызвать жалость. Она из-за меня не может выполнить свою работу... Нет, не жалко!»

Встретившись с женщиной взглядом, Вероника увидела появившиеся за ее спиной черные крылья и усмехнулась.

«Ну да, она Ангел — это должно меня впечатлить...»

Но вскоре молчаливая проводница оставила ее. Вероника четко помнила свою задачу. Ей необходимо было встретиться с тем, кто зовет себя Богом.

«Это существо невозможно не заметить. Оно сплетено из света и любви... Оно питается светом и чувствами приходящих сюда душ, заставляя их верить, будто дарует им этот самый свет и любовь. Но меня ему не обмануть! Я иду к тебе!!!»

И Веронике не пришлось его долго искать. Вереницы душ, закончивших свой жизненный путь на Земле, летели к нему — к ослепляющему существу, зовущему их. Эти души не видели друг друга, лишь слышали манящий, успокаивающий голос. Им всем казалось еще мгновение и состоится интимное слияние с Богом, в которого они верили. Кто-то жаждал обрести в этой встрече Утешение, познать Великую Любовь, а кто-то мечтал остаться рядом с ним навсегда, став его правой рукой. И каждой душе это Существо представало в том виде, в котором она его желала увидеть. Веронике было странно наблюдать за бесконечной сменой лиц и масок: Иисус Христос, Аллах, Будда, Шива, Кали... Всех и не вспомнишь.

И души открывались для долгожданной встречи и отдавали отражению своего Бога всего себя - весь свой Свет и всю свою Любовь, а потом счастливые в своем неведении и опустошенные, но с ложным ощущением Великой Радости и Прощения, души уходили в параллельные миры тонкого плана. У каждой уже была новый цель для жизни в материальном мире, оставалось лишь дождаться своего часа и с радостью согласиться на некоторые ущемляющие их права условия. Система работала исправно уже не одну тысячу лет...

«Так... − протянула задумчиво Вероника, осматриваясь по сторонам, − мне срочно нужен образ Бога. Пусть будет милый длиннобородый седой старичок. Теперь изображаю счастливую сомнамбулу. Главное, не слишком открываться, а то привыкли «душа на распашку». Не в этот раз! Лишь слегка коснусь его светом. Угощу немного, чтобы вызвать на контакт...»

Решив так, Вероника полетела к Существу.

При встрече с Ним, она с трудом преодолела нестерпимое желание раствориться в нахлынувшем на нее потоке Любви и Света. Ей хотелось открыться и признаться, что глубоко заблуждалась всю свою недолгую жизнь. Он и есть Бог! Великий и Всезнающий! Всемогущий! Все любящий! Все прощающий! И Он простит ее за гордыню и своенравие. Вероника вдруг страстно захотела исправить свои ошибки и научиться смирению и послушанию...

И вот где-то на этом месте, когда чувство вины за плохо прожитую жизнь стало мучительно невыносимым, и душа Вероники готова была расплакаться от отчаяния, пред собой она увидела доброго старичка с очень ласковыми синими, как бездонное море, глазами. Этот образ заставил Веронику очнуться от дурмана.

− Дитя мое, − ласково молвил старик, − нет греха, который бы не был прощен. Иди ко мне, я дарую тебе вечное утешение. Твоя жизнь была полна горьких испытаний.

Старец с доброй чарующей улыбкой протянул девушке руку. Как же было сильно желание пойти за ним...

Вероника взяла себя в руки, глубоко вздохнула, с удивлением заметив, что стоит на коленях и тянет к старику руки. Затем решительно встала, задав вопрос:

− Кто ты?

− Я тот к кому приходят страждущие души. Вероника, останься со мной.

− Погоди-ка, разберемся. Ты принял облик моего отца, понимаю, родители для детей — Боги. Ты разве не знаешь, в какого Бога я верю? У моего Бога нет облика и потому ты не мог принять его!

− Я принимаю любой облик, в зависимости от того, кто пришел ко мне.

− Итак, если ты не хочешь, чтобы я спустилась в Ад или начала ходить по другим мирам, и смущать обманутые тобой души, ты немедленно открываешь мне путь к Истинному Творцу. У тебя мало времени на размышления.

− Твои заблуждения греховны, - огорченно проговорил старец.

− Я желаю убедиться в их греховности!

− Там тебя ожидает безжизненный космос, вечная пустота. Там тебя ждет погибель!

− Замечательно! У тебя появился отличный повод избавиться от бесполезной души. Открывай мне путь! Ты не имеешь права меня здесь задерживать!

− Безумное дитя, ты не ведаешь, на что себя обрекаешь. Одумайся! − в скорбном отчаянии взмолился старик.

− Не зли меня... − строго предупредила Вероника. − Я устрою такое, что всем здесь не поздоровится!

− Одумайся, безумная!

− НЕ ЗАСЛОНЯЙ МНЕ МОЕГО БОГА! ОТКРЫВАЙ ПУТЬ!!!

В свое требование Вероника вложила всю свою ярость и боль за Великий Обман, с которым она пока не могла ничего поделать. И вот образ старца исчез, и вместо него образовалась черная дыра, в которой сияли мириады звезд. И Вероника бесстрашно рванулась к звездному тоннелю.

Когда-то очень давно ей приснилось то, как она вылетела в открытый космос. Во сне ее окружало одиночество и пустота, а Земля была так далеко, что казалась размером с яблоко. Этот сон действительно был ужасным, но, как выяснилось, являлся всего лишь очередным обманом, как и многое, с чем приходилось сталкиваться Веронике прежде.

Космос не был одинок. Его пульсирующее дыхание объяло вырвавшуюся их плена душу и согрело ее жаром солнечной энергии. Ей не надо было лететь к Богу. Он сам встречал ее. Он был везде, и Любовь его была безграничной и безусловной. Он не судил Веронику, ибо заранее знал, что ей придется пережить. Он не обещал дать прощения, в котором эта душа не нуждалась. И Веронике страстно хотелось остаться с ним навсегда.

Бог лишь напомнил, что она ВОЛЬНА в своем выборе и она СВОБОДНА!

***

Тело Вероники неожиданно вздрогнуло. Она сделала глубокий мучительный вдох и, сбросив с лица маску, села. Понадобилось несколько минут, чтобы окончательно прийти в себя.

Затем она посмотрела на часы, висящие на запястье.

«Ну вот говорила же, пяти минут хватит. Уложилась за четыре с половиной».

Тут ее привлекла песнь кенара.

− Иду, иду, милый... Сейчас я поменяю тебе водичку и накормлю тебя.

Но прежде, чем отправиться выполнять обещание, ей захотелось выйти на балкон. Светило яркое солнце. Вероника чувствовала восторг и счастье переполнявшие ее душу. Радостно потянувшись руками навстречу яркому светилу, она громко выкрикнула:

− Боже, какой чудесный день! Я будто заново родилась!!!

КОНЕЦ