Затмение

- Я тот, кого вы искали, но не тот, кто вам нужен.

- Об этом надобно сообщать лично королю! А я, сэр Ричард, прискакал к вам, дабы вы подготовились к прибытию его величества.

Передо мной стоял мужчина, чьи советы были важнее золота, руки — ценнее пера и чернил, а мозг знал больше о цифрах, чем жрец о молитвах. Персона такой важности не будет тратить время зря, и, подозревая, что ему нужно, я сразу отказал.

- Луций наконец заглянет? - сказал я, подходя к своему саду. - Ему понравится, то, как тут изменилась обстановка.

- Кхм. Его величество Луций Корнелий, конечно, будет рад увидеть, чего вы добились в укрощении растений...

- И какой дом построил! - перебил я.

- И его он... оценит, - сказал собеседник, смотря на дом через прозрачный камень. - Однако о главной причине...

Бессильные попытки уговорить меня присоединиться к войне были забавны, поэтому я не стал на него сердиться и попросил помочь по дому. Забравшись на крышу, он изнутри дома говорил мне, где есть просветы, которые надо заделать. Провозившись там до пения в животе, я предложил гостю остаться у меня на ужин, надо же его отблагодарить.

Готовить я научился еще ребенком, ухаживая за матерью и отцом, а потом еще на службе приходилось выкручиваться. Никто не будет возиться с голодным ртом, хочешь есть — «Добудь и приготовь сам», — говорили мне. Пылающее возражение тушилось сразу хлесткими ударами деревянного меча, так я научился готовить во второй раз, из всего, что попадало под руку. Готовить сносно и в какие-то моменты даже вкусно меня научил мой лучший и по совместительству единственный друг Луций.

Проговорив с гостем и о политике, и о птицах, что улетают, но возвращаются, мы не заметили, как уже уснуло солнце.

- Сэр Ричард, завтра прибудет его величество. Я не буду вас учить, уж за столько лет сил моих не осталось, но приём должен быть почтительным.

- Как бы вы не хотели, Луций — обычный человек. И я приму его как своего друга, - произнёс я, вставая из-за стола. - Думаю, вам пора, был рад увидеть вас, советник Публий.

Он встал со своего места и, выйдя из дома, сел на коня.

- Сэр Ричард, - с поклоном попрощался советник и притянул поводья к себе.

Я смотрел, как он скачет вдаль по морщинистой дороге, пока тьма не поглотила его. Утомленный разговорами, я зашел домой и лёг на кровать, собранную из остатков досок для дома. Проскрипев несколько поворотов на разные бока, я погрузился в мысли о предстоящей встрече.

Луций Корнелий стал тем, кто перевёл меня с одной войны на другую. И хотя мне, как и прежде, приходилось сражаться с «врагами», кем бы они ни были, пришлось еще обзавестись искусственной вежливостью. Он был тем, кто дал мне цель в жизни, и, как война закончилась, я ушел. Надо ли было уходить или стоило остаться, под эти мысли я уснул.

Розы уже начали тянуться к солнцу, когда холодный ветер с трудом проникал под мою кожу. Это заставило меня проснуться и встать босыми ногами на застывший пол. Чтобы согреться, я начал впитывать солнечные лучи, поддерживая магию внутри своего тела.

Распорядок дня, когда ты живешь на отшибе в одиночестве, всегда простой. Перед едой помолиться богам, из-за родителей мои слова направлены Богине Луны, Деве. Потом еда, на пустой желудок — простые закуски: сухари и студёная струя воды, затем следует внимательно осмотреть сад, избавиться от вредителей и обеспечить растения достаточным количеством воды. Если нужно, то нарубить дрова, вот и весь мой день. Еду доставляют мне раз в семь ночей, преимущество богатства и связей с торговцами.

Закончив с садом, отойдя от пылающих радугой цветов, я взирал на мир. Древние стражи возвышались и перешептывались благодаря ветру. Вдалеке, между холмами, извивалась величественная серебристо-голубая змея. Мой дом, за спиной которого возвышался каменный дракон. И дорога прожитой жизни, на которой показался Луций.

- Рича-а-ард! - Кричал он мне взмахивая одной рукой и скача по этой дороге.

Я невольно улыбнулся, но сразу же попытался сделать серьёзное лицо. Когда он прибыл, я помог привязать коня к стойлу и мы пожав руки направились ко мне в дом. Там, уже на кухне, я приготовил его любимое блюдо - слегка подсушенный с солью хлеб.

Мой друг не мог остановиться разговаривать, он рассказывал о том, что случилось за два года, что мы не виделись. Как у него появился сын, которого он назвал в мою честь.

- Ты это серьезно? - спросил я. Меня это обрадовало, но я не стал сильно хвалиться. - Как на это отреагировала Солефина?

- Конечно серьезно! Ты мне жизнь спас!
Луций с гордостью продемонстрировал шрам на плече, словно напоминая о тех событиях.

- У неё не было выбора, да и согласилась без раздумий, - продолжил он.

Затем он рассказал, как менял весь совет, оставшийся от отца, из-за чего не началась еще одна война. Как эти отягощенные животы, скрывающиеся за золотом и серебром, прозвали его «тираном и угнетателем».

- И тут, войдя в зал советников вместе с Антонием, Публием и стражей, я показываю им документ, подтверждающий казнокрадство! - сказал Луций, театрально размахивая руками. - Видел бы ты их лица!

- Антоний, думаю, больше всех был рад, что стариканов казнили. Помню, как он срывался на их могущество в совете: «Воплощение монархии не в этих дряхлятинах...»

- «А в короле, полном сил и величия, что не только ради золота поднимется с кресла». - Продолжил за меня Луций. - Он тогда был так зол, что сломал стол кулаком.

Закончив о политике. Я показал ему свои скромные владения, и мы неспешно прошлись по ухоженному саду.

Когда моя служба у него закончилась, именно он был тем, кто отговаривал меня от того, чтобы жить в таком месте. Тогда тут стоял наполовину сгнивший дом, безнадежный. Однако, когда он предложил стать его советником и переехать в столицу, в роскошный особняк, я отказался.

- Родители гордились бы тобой, увидев как изменился дом, - сказал Луций.

Я лишь посмотрел на него и сел на скамью около дома.

- Когда закончится этот суровый период, пока лежит последний снег, я отправлюсь возглавлять армию.

- Нет. Это мой ответ.

- Мне уже сообщил Публий, мы пересеклись, пока я скакал сюда. Но почему? Это правое дело!

- Правое дело? Убивать людей за иного бога? Правое дело, губить жизни своих людей на чужой земле? - возразил я и с накалом продолжил. - Боги поссорились у себя там, где нам неведомо, напудрили всем мозги и заставляют вас за них сражаться, ты знаешь, Луций, я не поклоняюсь богу жизни, Усте. Будь моя воля, я бы сражался лично с ними...

- Полегче, - перебил меня он. - Они всё слышат, но я понял твою позицию. Жаль, что бравый воин, один из лучших, не присоединится ко мне.

Луций выпрямился и, сложив ладони, поднял голову к небу. Его лицо озарялось лучами солнца.

- Я помолился за тебя, друг мой. Надеюсь, еще увидимся.

Он стал собираться в дорогу, а я остался сидеть на скамье и просто наблюдал за ним. Неприятно было так прощаться, но я старался откинуть мысли о том, что это может быть наша последняя встреча. Когда он вскочил на коня, мы сверкнули взглядами и, слегка склонившись, распрощались.

Холодный ветер, который не переставал дуть в моё лицо с тех пор, как ушёл Луций, заставил меня встать и начать готовиться ко сну. Предварительно я пробрался в лес, чтобы припасти прутьев и плюща. Мне это было нужно, чтобы я создал мягкий и тёплый магический ковёр. Пока главной моей заботой было сохранить целостность дома, я не задумывался о таких мелочах. Но теперь пришло время добавить немного уюта в моё жилище. Соединив и преобразовав различные материалы, я получил то, что было по-настоящему моим и, как я думал, предвещало новый этап моей жизни. Посмотрев на квадратный пейзаж за окном, я погрузился в темноту сновидений.

В своём сне я попал в мир, где все мои мечты сбылись. У меня была любящая семья — жена и двое детей. Я не смог запомнить их лиц, они были затуманены. Но их облик. Он вызывал у меня ощущение тепла и уюта. Дети весело бегали по дому, застеленному моими коврами, и, видимо, пытались их уничтожить своими маленькими ножками. На кухне меня ждала жена, она готовила завтрак и наслаждалась ароматами цветов из нашего сада. В этот момент под слова «Люблю тебя, отец!» я ушел за пресной водой. Лучше бы не уходил. Я проснулся.

С тоской и злобой, из-за того, что это был лишь сон, я сразу направился на улицу, прихватив меч. Звук ветра, сопротивляющегося взмахам меча, я был сосредоточен лишь на этом. Свистящий срез стали, сильный удар, стремительный возврат. Быстро балансируя, я безостановочно бил, беря на себя больше с каждым взмахом. Точный тычок, твёрдый удар.

- Всё в порядке.

Подняв голову, я увидел незнакомца, зависшего в воздухе. Возможно, могущественный маг, подумал я. И только по его ауре было понятно, что мне не стоит с ним связываться, но дрожащая рука, возможно, от крови на ладонях или от безостановочных взмахов, была готова принять бой.

- Всё в порядке, - повторил незнакомец.

- Д... - Как будто воздух стал густым, и было тяжело сказать хоть слово. - Нет! - вырвалось из моих уст.

- Рад это слышать, - сказал незнакомец и начал спускаться на землю.

Пока я смотрел на него, воздух становился всё тяжелее, сжимая кулаки и терпя боль от ран, я сопротивлялся тому, чтобы не упасть на колени. Ожидание было мукой, но я видел, как он смотрел на меня. Словно я ранимый ребенок, который только научился ходить. Наконец он спустился и подошел.

- Молодец Ричард. Сопротивление естественному порядку - это тоже часть порядка.

В этот миг я ощутил невероятное облегчение, и тяжесть, которая давила на меня, исчезла. Я отпустил меч и, взглянув на свои ладони, увидел, что они целы, без единого следа от ран.

- Откуда... - начал я, но в этот момент мой голос исчез.

Незнакомец приблизился, и я смог его рассмотреть, хотя, по правде говоря, особо рассматривать было нечего. На нём был серый плащ с капюшоном, который, словно невидимый тёмный барьер, скрывал его лицо.

- Не нужно лишних слов. Проклинать богов еще успеешь. Сейчас говорю - Я.

Осознавая безвыходность, мне пришлось подчиниться, и я кивнул в знак согласия.

- Я знаю всё, включая твоё имя. Это ответ на твой первый вопрос.

И как это понимать.

- Понимай как хочешь, важно, чтобы ты успокоился.

Мысли еще читаешь.

- Не читаю. А теперь к сути. Я — хранитель знаний, повелитель самой мудрости, наставник миров и второй среди богов, уступаю лишь отцу Архитектору. Бог знаний. Большего тебе про меня знать не надо.

В этот момент я снова ощутил свой голос, но говорить не решился. Посмотрев в пустоту за его капюшоном, я инстинктивно двинулся назад. Тогда он двинулся навстречу, и его рука вытянулась в мою сторону. Не хватило всего лишь одного шага, чтобы он мог прикоснуться ко мне.

- Подойди, - сказал Бог.

И неосознанно я подошел прямо к его ладони. Он коснулся моего лба, и в тот миг я испытал невероятное чувство. Волна энергии, неземной энергии пробежала по моему телу, а вокруг всё наполнилось таким ярким светом, что я закрыл глаза. В темноте я осознал безграничность знаний, которые внезапно открылись мне. Упав на колени и пытаясь отдышаться, я продолжал исследовать свои мысли, пока свет, как и мои сомнения насчет божественности незнакомца, не угасли.

- Я здесь, чтобы встретиться с тобой, сын земли, беглец луны.

Открыв глаза, я снова посмотрел на лицо бога. И вот, наконец, я увидел его — мужчину, ничем не примечательного внешне, если не считать яркого блеска его волос. Лёгкое разочарование тут же сменилось интересом, и я, встав, всем своим видом показал, что готов слушать дальше.

- Тебе необходимо присоединиться к войне на стороне «Релинтеса».

Я уже собирался ответить, но он продолжил:

- Если ты этого не сделаешь, весь мир погрузится во мрак, и хаос станет проводником этого мрака.

- Почему я? - наконец нарушив этот монолог, я ответил.

- Для тебя это не имеет значения, но для мира это важно. Могу лишь сказать, что не стоит сомневаться в выборе бога.

Подумав, что сомнения действительно излишне, меня одолела гордость и улыбка проскочила на лице, но я её быстро сменил на серьезное лицо. В надежде на продолжение диалога с богом я головой указал на скамью.

- Задерживаться не собираюсь. Спрашивай, что хочешь, и я сразу уйду, — произнес он, явно ожидая, что вопросы будут задаваться быстро.

В этот момент я задумался о том, что может его торопить и какие дела бывают у богов. Но, к моему счастью, не задавать такой вопрос ума хватило, но было любопытно.

- Что это был за свет, когда вы коснулись меня?

Он посмотрел на меня со взглядом, в котором была видна досада. Потом подумал, покачал головой и рукой и ответил:

- Благословение.

- Есть ли еще благословенные люди?

- От других богов — да. От меня — нет, — ответил он и скрестил руки на груди.

В этот момент стало ясно, что терпеть меня больше не станут. Дела божественные не терпят задержек. Я, ныне признанный богом герой человечества, должен сам найти решение проблем и спасти мир.

- Не смею вас задерживать! Положив ладонь на сердце, я поклонился в силу своих «аристократических» возможностей.

- Лес, сейчас именуемый «Даскурус», там находится мой слуга, звать которого Гиана, — сказал бог, взмывая в небо, и продолжил: — Время его не волнует, он видит и будущее, и прошлое, поэтому сможет ответить на все твои вопросы.

Когда Бог знаний завершил свою речь, мир вокруг потемнел. Спустя несколько мгновений я осознал, что уже наступила ночь, а я так и не успел ничего сделать. Подумав, что утром мысли станут яснее, я отправился к ближайшей реке, чтобы набрать воды. В пути я не думал ни о чём, лишь дышал душистыми травами, ловил ласковые лучи луны и слушал лесные трели. Шёл не слишком долго, и, завершив путь, я щедро облил растения, затем стремительно упал в кровать. Однако заснуть оказалось не так-то просто, ведь я был переполнен энергией.