Завтра было вчера

Завтра будет вчера!

Глава 1. Сон — спасение или смерть?

Раньше мне были интересны люди. У каждого свои мечты, цели и чувства. Смотря на них, я всегда хотел оказаться на их месте, но этому не бывать, потому что реальность ждёт от тебя изменений, а ты ожидаешь от неё чуда. Кто же сделает первый шаг?

Дни не меняются. Я иду в школу, в ушах играет музыка — та же, что и вчера. Тот же путь, те же лица мне предстоит встретить. Даже внезапное ограбление или убийство могли бы вызвать у меня интерес; хоть моё сердце осуждает такие мысли, разум не хочет больше терпеть.

Уже через десять минут я подхожу к школе. На мне школьная форма: простая белая рубашка, черные брюки и кожаные черные туфли. Из-за скуки я могу начать описывать всё вокруг, включая себя. Мои мысли постоянно сводятся к тому, насколько я плох. Я хочу высоких оценок, но толком не занимаюсь. Хочу спортивное тело, но даже лень сделать утреннюю зарядку. Хочу, чтобы меня любили, но не слежу за внешностью. Мои отросшие черные волосы говорят о том, что мне просто лень сходить к парикмахеру. Тяжёлый рюкзак, в котором лежат учебники, даже не нужные мне сегодня... Мне было просто в падлу их менять, отчего пришлось тащить этот груз. Надеюсь, сегодня всё изменится. Может, я стану лучше, чем вчера.

Я зашел в класс. Хоть и не в первый раз, однако меня волнует мнение окружающих. Я незаметно пытаюсь приподнять волосы, чтобы попытаться выглядеть лучше. Из-за страха перед общественным мнением я почти никогда не опаздывал и всегда носил форму. Учитель часто ставил меня в пример окружающим, и вот, наконец-то сев на своё место и охладив голову, я подумал, что всем вокруг просто плевать на меня и на мою внешность.

Я думаю, учитель ставит меня в пример только для того, чтобы облегчить себе работу, называя во мне те качества, которые хочет видеть в остальных, а вовсе не потому, что я хороший или великий человек. Будь это урок физкультуры — примером был бы другой. Можно ли назвать его плохим за использование меня ради выгоды? Думаю, нет. Всю жизнь люди ищут выгоду для себя: будь то любовь, дружба, учеба или спорт — везде своя выгода. Люди встречаются, потому что им выгодно иметь человека поддержки подле себя. Дружат, потому что выгодно иметь того, с кем можно поговорить или поиграть. Хоть эти мысли довольно интересны, однако одновременно и грустно осознавать, что настоящей любви и дружбы не существует. Всё до поры до времени. Такие мысли приходили мне в голову, пока меня не отвлекли.

Это был учитель. Он решил огласить оценки за вчерашнюю контрольную. На моем лице появилась улыбка. Из-за моего характера я всегда более-менее серьезно относился к учебе, иногда получая лучшую оценку в классе, однако на секунду я подумал, что средняя оценка тоже могла бы сойти. Если я напишу лучше всех, то меня опять начнут просить о помощи. Это была контрольная по геометрии. К сожалению или к счастью, я получил среднюю оценку. Хоть теперь шума вокруг меня будет меньше, однако меня не покидает мысль о том, что постепенно я лишаюсь прелестей школьной жизни.

Как ни в чем не бывало, после оглашения результатов мы начали самый обычный урок. Я сидел у окна, и внезапно погода начала меняться на глазах: прилетели тучи и подул сильный ветер. Из-за закрытых окон мне удавалось почувствовать всё то, что творилось за стеклом. Внезапная смена погоды принесла мне своего рода наслаждение. Я очень любил такую погоду: сильный, однако желательно теплый ветер, тучи, покрывающие небо, и этот запах дождя... Хотя сам дождь мне не особо нравится. Я задумался: почему мне нравится такая погода? Потому ли, что она как редкое наслаждение после долгой жары, или она просто нравится мне сама по себе? Я не люблю дождь, потому что он оставляет после себя проблемы в виде мокрых дорог, холода и заставляет одеваться потеплее. Тогда на чем строятся мои вкусы — на выгоде или на эмоциях?

Внезапно мне захотелось спать. Я сдерживал себя при учителе, но через какое-то время он решил покинуть класс, сказав, что идет на совещание с директором и другими учителями. Хоть мы и сидели по одному и у каждого была своя парта, она была довольно маленькой, а ряды были расставлены так, что учитель с легкостью мог следить за каждым, стоя у доски. Я не мог использовать людей впереди, чтобы скрыться и отдохнуть. Но наконец-то учитель ушел. С мыслями о том, что мне сильно повезло, я поставил свой рюкзак на парту. Из-за того, что он был набит учебниками, он сильно мешал мне на стуле, и я положил его на край парты, а затем уснул.

Проснувшись, я заметил пустой класс. В нем не было ни души, однако вещи ребят стояли на месте. Куда же все ушли? В голову пришло только внезапное землетрясение — это объясняет, почему все ушли, оставив тут свои вещи. Выглянув в окно, я увидел толпы учеников, стоящих в несколько рядов, разделенных по классам. Возможно, я был прав, только это была учебная тревога, подумал я и рассуждал, стоит ли мне к ним идти.

Через пару минут, сам того не понимая, я оказался в толпе рядом со своими одноклассниками. Напротив всей толпы, куда были направлены все взгляды, стоял человек и вел речь. Он был на вид метр восемьдесят, в плаще, несмотря на палящее солнце. Густая борода, каштановые волосы с проблеском седины, и говорил он непонятные и довольно жуткие слова:

— Я убью вас. Убью вас всех.

«Начну с тебя», — показал он пальцем на одну девушку из параллели. «А затем с тебя», — показал он на моего одноклассника. Все стоящие хлопали и смеялись. Показав так на еще нескольких человек, он подошел ко мне и сказал:

— Слушай, Токисе, почему ты смеешься?

Я был в недоумении. Почему он подошел именно ко мне? Разве я один тут смеюсь? И вообще, откуда ему известно моё имя? Внезапно моя голова превратилась в надутый шарик, на котором был изображен смех. Он продолжал кричать: «Почему ты смеешься?!», а затем достал нож из своего башмака и вонзил мне в голову. Моя голова, будучи простым шаром, взорвалась.

И тут я проснулся. По лбу катился пот, а на полу я обнаружил свой рюкзак, из которого вывалились учебники.