Завтрак туристом

Дед Иван приставив ладонь козырьком, смотрел на заросший выпас. Там, у кромки леса копошились человеческие фигурки. Летний день шёл к концу и сумерки накрывали мёртвую улицу. В деревне было два жилых дома, деда и бабки Настасьи. Остальные стояли тёмными и холодными, щерились слепыми окнами, рухнувшими крышами. Заборы давно упали и усадьбы захватили бурьян и малина, они росли внутри изб, пробив гнилой пол, роняя семена и ягоды в гнилушки.

Стемнело, дед запалил керосинку. В открытое окно полетели мотыльки и комарье. Керосин, мыло, соль, крупу, спички- приносили редкие туристы, а чаще всего это был Василий, он в течение 15 лет навещал деревню два- три раза за лето.

Шуша, или как после революции- посёлок Революционер, не дотянула до двухсот лет совсем немного, тихо умерев в перестройку.

Богатая была деревня, во времена оные, мужики сплавляли по речкам лес и навязав плоты, уходили вниз по Волге, возвращаясь с деньгами. В советское время пришла механизация- круглосуточно по узкоколейке шел лес в центральную усадьбу, обратно везли товары, топливо для электростанции. Построили школу, больницу, клуб. Был свой аэродром. А потом дети уехали в город, внуки, повзрослев, перестали ездить, а правнукам ездить стало не к кому. Году в 93 исчезла за неделю жд дорога, все 25 км, оставив голую насыпь. Потом рухнули мосты, все заросло.

По Шушке и Куме сплавлялись туристы, иногда ночуя у деда или в пустых домах. Они приносили новости, подарили трубку, очки, вставные челюсти. Да и вообще,были отдушиной в отшельничьей жизни стариков..

Вдали послышался треск, кто-то шел напролом, спотыкаясь в темноте об кочки и кустарник. На огонёк заглянули двое- толстый бородатый мужик и молодой тощий парень. Дед про себя назвал его куршивым. Бородатый назвал себя Петровичем, а молодого- Мышем. Мыш вывалил из рюкзака на стол упаковки с крупой, сахаром, солью, достал банки консервов, пару бутылок водки, хлеб, масло.

Иван достал стаканы, а гости нарезали хлеб, открыли тушёнку. Выпили, закусили. Гости болтали об новостях, распрашивали об жизни.

Дед стал знаменит, Василий написал на одном развлекательном сайте статью об деревне, своих путешествиях, выложил фото, рассказал как добраться, что привезти. Иван, выпив, разошёлся, хвалил Ваську, рассказывал об родных местах, обещал сводить на охоту, показать грибные и рыбные места.

Когда гости уже уходили, дед сказал им вслед:

- Зря вы там встали лагерем, место плохое, кладбище рядом.. зря..

- Да мы уйдём завтра утром, часов через пять- ответил бородатый,а Мыш спросил :

- Сильно старое?

- Там еще до нас хоронили, местный народец, давно, долго.

Дед остался один, убрал со стола и лег спать.

Утром мучаясь похмельем, он чинил старую сеть. В окно заглянула соседка, Иван усмехнулся:

- Привет, ведьма рыжая.

-Сидишь, черт плешивый, а гости твои погост зорят, ходят, палками машут, землю роют.

- Вот ведь гады, - дед бросил сеть и взяв посох, вышел из избы. Широко шагая по заросшей тропе, он почти не опирался на палку. За ним, семеня, бежала бабка Настасья.

У костра их встретили вчерашние знакомцы, Петрович раскладывал на плащпалатке старые кресты, монеты, остатки монист, кольца, а Мыш мешал варево в котелке. С кладбища доносились треск дерева, лязг металла и ругань.

- Зачем так-то..- вздохнул дед.

- Затем, ответил бородатый, - Мыш, обьясни клиенту. Молодой встав, сильно толкнул Ивана.

- Дед, место тут глухое, тихое, всякое случиться может.. иди домой, пока можешь.

- Зря вы так, зря- крикнула Настасья, помогая встать деду. Втирая слезы и шепча проклятия, она довела Ивана до дома, помогла лечь на кровать.

Стемнело, хозяин дома стоя во дворе, смотрел на отблески костра. Оттуда неслась веселая песня... Войдя в избу, дед бросил вставные челюсти в стакан. "Место глухое, тихое, всякое может случиться, верно, гости дорогие" - улыбнулся Иван, а из голых дёсен лезли большие, злые зубы, хрипя полузадушенным рыком, из соседней избы выскользнула огромная тень и взмахнув рыжей гривой, помчалась к весёлым туристам, разрывая кривыми когтями матёрый дёрн.

Пропавших туристов так и не нашли, залетали поисковики с полицией и в деревню, но дед, тупо смотря на золотые форменные пуговицы, только моргал, десяток раз переспрашивая каждое слово, а бабка- лежала у себя дома, пластом- тут каждому было понятно, толку от нее никакого.. Надоедливые гости убрались не скоро- бродили по раззоренному кладбищу, удивляясь крупным медвежьим следам на изрытой земле, не решаясь зайти подальше...

В глубине кладбища, под елью стояла скромная пирамида с красной звездой, с фотографии на ней смотрел дед Иван, а рядом, с каменного креста, улыбалась молодая рыжая девчушка.