Зайка и другие вкусняшки в лесу.

Хочу пояснить для автора: я не проходил игру «Зайчик», но посмотрел её разбор и придумал свою концовку. Это больше похоже на короткий фанфик. Мне захотелось погрузиться в атмосферу мистики и хтонического ужаса.

Также в моей концовке человек оказывается страшнее любого зверя, потому что нет зверя сильнее, чем человек, который отчаянно хочет жить.

***

Антон был очень расстроен очередным переездом. Их новым временным домом должна была стать почти избушка бабы Яги, принадлежавшая когда-то его бабушке, которая умерла несколько лет назад.

На похоронах бабушки Антон не испытывал грусти. Он был очень эмоциональным ребёнком, и ему даже прописывали таблетки. С самого рождения Антон видел странные видения, особенно когда рядом кто-то умирал. Когда кто-то уходил из жизни, он начинал видеть тёмный силуэт, словно черноте и мраку придали форму. Глаза силуэта сияли жуткой белезной, а цвет был белым, как кости сгнившего трупа.

Силуэты были злыми и нападали на Антона, как только понимали, что он их видит. Они кусали, щипали, дрались, говорили гадости и воровали предметы. Самое странное, что они называли Антона Кичиазом.

Антон спрашивал у мамы и папы, что значит это слово, но они только разводили руками и говорили: «Иди поиграй с Олей, не мешай, видишь, я готовлю». Или: «Антон, папа знает, не мешай».

Сначала Антон был очень грустным и напуганным, пока не понял, что его любимая маленькая сестрёнка видит то же самое. В книжке он читал, что с ума сходят в одиночку, а не вдвоём. Антон понял, что они просто другие. Его сестра стала ему необходимой опорой.

Однажды на Олю напал тёмный силуэт, который хотел навредить ей. Антон почувствовал злость, но это было иначе. Он был собой, но при этом кем-то другим, как Кай в сказке, когда его сердце пронзил ледяной осколок, заморозив его сердце. Антон принял решение без колебаний, запрыгнул на силуэт, вцепившись ногтями в белые дырки глаз, и вцепился в чернильно-чёрную шею.

Монстр быстро отцепился от Оли и стал рычать, пытаясь стряхнуть с себя Антона. Но Антон знал, что стоит ему отпустить силуэт, как он сбежит и будет вредить его сестре. Антон стал медленно есть темноту, пока его зубы не наткнулись на что-то твёрдое. С трудом, переломав несколько зубов, Антон смог перегрызть это нечто.

В тот же миг в его рот хлынула тьма. Она заполняла всё, мир стал серым с ярким выделением чёрного и белого. Краски исчезли, не было чувств или эмоций. Антону не хотелось плакать, ему было совершенно не страшно, единственное, что его беспокоило — это слёзы его маленькой сестры. Антон подошёл и обнял её.

— Тоша, мне страшно. Почему, почему только мы их видим? Я так боюсь, что однажды они утащат нас куда-нибудь далеко, где нам уже никто не поможет. Ууыыы ааа!

Слёзы и слова моей сестры стали поворотным моментом в моей жизни. Страх, который преследовал меня как тень, растворился без следа. Сейчас я хотел лишь успокоить и защитить ту единственную, кто мог понять меня. Только моя сестра видела во мне не больного мальчика в очках, а человека, который видит то, что другие не могут.

Я поклялся ей, нежно обнимая и поглаживая плачущую сестру:

— Не плачь, Оля. Обещаю, что никто никогда не посмеет тронуть нас. Я накажу их так, что они будут бояться даже приблизиться.

— Хпхмха. Обещаешь? — спросила она, глядя на меня своими голубыми глазами, словно небо.

— Конечно, я же старший брат, а старший брат всегда должен заботиться о своих маленьких непоседах.

Я начал щекотать её бока, и она уже смеялась, пытаясь вырваться из моих объятий.

— Хаха ха. Тоша, хватит, ну хватит. Хаха ха, пожалуйста, остановись, у меня уже живот болит от смеха! Хахаха!

Её смех заставил заледеневшие сердце оттаять.

— А ты обещаешь больше не реветь? — спросил я, не переставая щекотать.

— Да, хахаха, обещаю.

— Тогда хорошо, пойдём попросим маму разогреть чаю со сгущёнкой и блинами.

— Пойдём, пойдём, пойдём.

— Хах, тебе только блины со сгущёнкой подавай.

С того дня я сильно изменился. Теперь я не ждал, пока на нас нападут, а сам нападал первым. Я ел темноту, и это было очень неприятно, словно раз за разом ешь лук с чесноком, политый мёдом, к тому же это поперчили очень острым перцем. Но самое неприятное — это горечь, словно выпил литр чернил с мазутом. Только ради сестры я готов был перетерпеть это.

С каждым тёмным силуэтом я становился сильнее, и мне это нравилось. Хулиганы в школе больше не были проблемой, теперь я мог дать им отпор. Когда исчезает страх и появляется сила, проблемы, которые раньше вызывали ужас, просто исчезают, как тень, когда перегрызаешь ей шею.

Однако завести друзей у меня не получилось ни в одной из школ, в которых я был. Все просто боялись дружить с бешеным седым психопатом-маньяком. Хоть у сестры были подруги и друзья. Мы с Олей родились с редкой особенностью — мы были альбиносами. Но проявлялась эта наша черта в основном только в бело-седых волосах. В остальном мы были обычными, насколько это возможно, когда с самого рождения видишь какие-то чёрные силуэты.

Очередной переезд в другую школу, в другой город — когда это началось, я уже и не помню. Просто однажды из-за проблем отца мы уехали из дома, в котором жили. Потом уже вошло в привычку переезды.

Смотря на лес из окна отцовского бумера, я видел лес тайги. Древний дух этого места манил волшебной тайной, как в мультике. Мне хотелось запечатлеть волшебство этого места. У меня чесались руки нарисовать красоту этого места. В голове возникла хорошая идея для книги про сказочный лес, где живут звери: лиса, волк, медведь, козёл, ёжик, тигр, олень и зайчик.

На зайчика моё сердце заледенело. В зеркале на миг вместо своего лица я увидел лицо чёрного зайца с белыми глазами. На миг в его белых глазах я заметил своё отражение, мои глаза из зелёных стали чернильно чёрными, лицо покрыла тьма, как у тех горьких теней, которых я вынужден есть.

При виде зайчика во мне внезапно проснулся голод. Я до безумия захотел откусить ему уши, словно это были не части живого существа, а аппетитные булочки, которые делала мама. Я даже подумал, что могу вырвать его глаза и съесть их, как конфеты.

Непроизвольно мой рот наполнился слюной, а зубы стали острыми, как кинжалы, и почернели. В это время лицо зайчика резко изменилось, превратившись в нечто, напоминающее лица тех теней. С его мордочки слезла кожа, а вместо рта появилась дыра, из которой росли зубы, похожие на лапки паука.

От этой метаморфозы мой живот заурчал, словно напоминая, что его хозяин ужасно голоден. Однако меня огорчило то, что глаза зайчика, такие вкусные и сладкие, как конфеты, исчезли, превратившись в провалы во тьму.

-Кто тых такой!

Шипящей звук слегка кольнул ухо , словно звук по металлу ножом .

Я — добрый мальчик, который очень хочет съесть вкусного зайку. Пожалуйста, зайчик, можно я откушу от тебя совсем немного? Всего лишь одно ушко, я очень голоден.

Я хороший мальчик, даже хулиганов бью не сильно. Пожалуйста, зайчик, подойди ко мне, я не причиню тебе вреда.

Но зайка почему-то мне не поверил. Его страшная морда была в шоке.

— Ты необычный человек. Кто ты такой? Зачем забрал то, что предназначалось мне? Отдай моё! — заверещал зайчик, глядя на меня из зеркала. Он не хотел дружить со мной. Похоже, он тоже меня боится.

Но я не виноват. Я ничего у него не забирал. Я просто мальчик, который видит некоторые вещи, которые не могут видеть другие. Может быть, тогда можно попробовать вытащить его из зеркала. А если не получится, папа будет очень расстроен, если я разобью окно его любимого бумера.

— Скачи, зайка, в лес к своим друзьям! Скоро я приду к вам в дом. Приготовьте угощение, кого-нибудь из плохих зверушек. Иначе я сожру вас всех! — прорычал я ему, чувствуя, как голод сводит с ума.

Внезапно всё исчезло, и голод медленно отступил. Мне было странно. Сколько бы теней я ни ел, мне никогда не удавалось ощутить приятную сытость. Возможно, дело было в том, что тени были похожи на людей. Значит, тени людей не вкусные. А вот тени зверей — очень даже вкусные. Теперь я радовался, что мы переехали в этот лес, ведь здесь так много вкусных зверей, и я уже хотел их съесть.

Наконец мы приехали в дом моей бабушки. Она была очень странной. Вечно говорила о демонах, которые охотятся на людей в ночи, и о ангелах, наказывающих демонов. Бедная бабушка тоже видела тени, но у неё не было брата, который бы её защищал. Мне же нужно защитить сестру. Я не хочу, чтобы она боялась всего до смерти. Тень только кажется сильной и могучей. На самом деле они как огурцы: выглядят колючими, злобно-зелёными, но на самом деле просто полезная еда, правда, невкусная. Я не люблю огурцы. Солёные ещё та вкуснятина, а свежие — не очень. Лучше уж поймаю тень, от тени хоть сила растёт. Только я уже очень много их съел. Теперь, чтобы стать сильнее, нужно есть много. Зато я могу прыгать выше взрослого, бегать быстрее ветра, стирать камни в пыль, видеть чётко самую нижнюю строчку на доске окулиста, слышать так далеко, что всегда знаю, где папа, мама и Оля.

Дверь со скрипом открылась, и я вошёл внутрь. В доме было пыльно и немного паутины. За домом ухаживал сосед, пока жил здесь. Не забесплатно, конечно. Отец разрешил ему пользоваться огородом и домом в обмен на уход. Дяди Фёдор был хорошим человеком, всегда рассказывал интересные истории. Но полгода назад он переехал жить к своей дочери. Совсем уже старенький он стал, не было сил в руках и ногах. Вот и переехал к своей дочери Анастасии Фёдоровне.

Мы втроём — я, мама и Оля — остались в избушке наводить порядок. Отец поехал в город за некоторыми вещами, которые невозможно было купить в деревне. Мы открыли двери, и мама начала выметать пыль и сбивать паутину. Заодно я прочистил печку, ведь на улице была зима, и нужно было затопить печку, иначе можно замёрзнуть. Дров в сарае бабушки уже давно не было.

— Мам, я в лес пойду немного дров насобираю.

— Будь осторожен, лес не игрушка.

— Не волнуйся, я недалеко.

Взяв топор и большие санки, я пошёл в лес. Со стороны, наверное, это было очень странно. Ведь маленький мальчик тащит большие пустые сани, которые не всякий взрослый осилит. Вот только я не совсем обычный маленький мальчик. Отойдя от дома так, чтобы мама не видела, я сорвался в лес. Ветер бил в лицо, ноги несли меня так сильно, что через несколько минут я уже был очень далеко от дома. Топор я взял, чтобы не вызвать подозрений. На самом деле он мне был не нужен. Моих рук вполне хватало. Я с лёгкостью мог вырвать гигантский вековой дуб и начать им махать как обычной палкой. Стоит пожелать, и ногти почернев, вырастут, став острыми чёрными когтями. Сильно вредить лесу не хотелось, и я выбрал не самое большое дерево. Мои чувства говорили, что у этого дерева практически полностью промёрзли корни, и сейчас оно уже практически погибло. Одним ударом я свалил его на землю и своими когтями разорвал на части. Практически ровные чурбаки были легко сложены. Подумав, я решил не шокировать своих родителей ещё больше. Слишком странно, когда ребёнок может привести чурбаков в несколько раз больше своего веса.

Я медленно шёл домой, держа в руках дрова. Внезапно я почувствовал, что за мной кто-то наблюдает. Этот взгляд был слишком пристальным и умным для обычного зверя. Мои чувства мгновенно определили направление, и через мгновение я уже стоял рядом с загадочным существом.

На первый взгляд это была обычная девочка в костюме лисы. Но мои глаза видели больше, нос чуял лучше, а уши порой улавливали отголоски чужих эмоций. Она была не такой, как все. Не человек, но и не тень — я не мог точно определить её природу. Как лиса из сказки, она была полна тайн.

- Мальчик, как ты здесь оказался? — спросила она меня своим нежным, но необычным голосом, в котором слышались нотки ехидства.

- Я гулял по лесу и никому не мешал. Но я чувствую на себе чей-то взгляд. Он слишком пристальный для обычного зверя, слишком умный. Кто ты, лисичка-сестричка? Тень или необычное животное? — мой голос менялся с человеческого на искажающий вой тени, которую я поглотил.

- Хм. Я Лиса-Алиса, живу в этом прекрасном лесу. Смотрю, идёт странный мальчик. Вроде бы обычный человек, но слишком, слишком странный. От него пахнет по-другому. Один запах мне знаком — запах зайчика, который ушёл, но должен скоро вернуться. А второй запах — человечий, но не человечий, словно и зверь, и не зверь. Так скажи, ты зайчик или человек, а может быть, что-то совершенно иное? — её голос с каждой репликой наполнялся ехидством и угрозой, словно она одновременно опасалась и не могла понять меня.

- Нет, я не зайчик. Но я буду рад увидеться с ним. Сегодня я гость в этом прекрасном лесу. Но скоро я стану охотником, ужасом леса, и мне нужно мясо зверей. Советую бежать, глупая Лисица, иначе в моём пузе ты будешь веселиться со своими друзьями.

— Какой же ты невоспитанный и грубый, Тоша! Я обиделась!

Лиса Алиса, гордо вздёрнув нос, отвернулась от негодующего мальчика. Её, жительницу леса, которая допрыгнула до луны и укусила её, пугает какой-то мальчик, который слишком много о себе вообразил! 💢

— Разве я говорил что-то не так? Разве я не заметил, что у тебя облез хвост, или что вырезы глаз в маске разные? И шубка уже слишком поношенная. Я же тактично умолчал об этом. Мама говорит, что нужно относиться к недалёким людям проще и добрее, ведь им и так непросто. 😑

-Ммм. Плахой ты , плахой уйду я от тебе. И тащи свои дрова один. Сам ты кривоглазый! Врёшь ты всегда нормальная у меня шубка и красивый хвостик! 😖

Алиса, притопнув ножкой, унеслась в лес, словно ветер. Я же собрал дрова и отвёз их домой, чтобы растопить печь, когда вернусь. До самого вечера мы занимались обустройством бабушкиного дома.

Перед тем как заснуть, я подумал о том, кто такие тени и звери. Как много ещё мне предстоит узнать о нашем необычном мире, где происходят такие удивительные события, как встреча с говорящей лисой и зайцем с человеческим телом. Какие сказочные чудеса могут произойти в этом новом доме?