Здесь вам не тут, а магия!

Как все начиналось…

В этот день не заладилось с самого утра: сначала мерзкий дождь вперемешку со снегом испортил настроение, пришлось вместо удобных и мягких замшевых ботиночек влезать в резиновые сапоги, брать зонт и шапку, потом оказалось, что где-то авария и трамваи не ходят, а до остановки с автобусами топать и топать. По слякоти. Ну, вы представляете, да, серое небо, хлопья снега, валящиеся на зонт, на землю, на дорогу, моментально превращающиеся в кашу, холодную и мерзко чавкающую при каждом шаге. Да еще мысль, что на работу опоздала, не прибавляла радужности. И кофе закончился ко всему прочему.

Иду я с таким настроением на остановку, а в голове роятся картины того, как же мне сейчас обрадуется коллектив на работе. Особенно уборщица и начальник. Первая, пожалуй, пострашнее обрадуется, чем второй. Хоть бы тряпкой не отходила. А она может. Я вздохнула. Надо как-то пережить эту осень-зиму-весну, а там дальше лето, солнышко и моречко. Обязательно возьму отпуск побольше и рвану на моречко, буду там валяться на пляже под пальмой, пить кокосовый коктейль и читать книжку про любовь. И, может быть, закручу роман с каким-нибудь приезжим мачо, чтоб потом «мы разошлись как в море корабли». Ну или что-то подобное. Прощай, муся, я буду долго плакать, но ты не пиши.

Тяжело быть интровертом. Люди просто бесят. В автобус их набилось – мама, не горюй! – стою на одной ноге, держусь за что-то краем пальца для уверенности, в нос мне уткнулась чья-то подмышка, в зад чей-то зонт, в бок тоже что-то ткнулось, да еще водитель автобуса всю жизнь дрова возил и резко тормозил и разгонялся, отчего масса людей внутри этой адской повозки начинала бултыхаться и выпирать всякими острыми предметами во все стороны.

Как получилось так, что этот добрый водитель умудрился довезти нас всех живыми до места, я не знаю. Вывалилась из автобуса, потеряв в неравной борьбе пуговицу, раскрыла зонт и припустила к зданию, в котором работушка моя. Работонька, радость моя ненаглядная.

- Куда прешь, чучело?!!! – Это он мне, что ли? Ой, мама, аааааа!

Удар, кувырок, адская боль и спасительная темнота.

1

- Тссс! – чей-то голос ворвался в голову и бубухнул там набатом. – Поставь здесь воду и уходи. Она не пришла в себя еще.

Наверное, медсестра рядом сидит, промелькнула мысль в моей голове. То, что я выжила, это безусловно, в раю сейчас бы не было этой разламывающей боли в затылке, там бы мне сейчас гурии приносили холодный кокосовый сок, а мачо массировал спинку.

Я застонала от невыносимых ощущений и приоткрыла один глаз. Все сначала расплылось, потом приобрело более четкие очертания. Странно. Я в соломенной хижине. Это что, шутка? Зрение мне изменяет? Где больничные стены, реанимация, пикающие приборы? Или я в ад попала, и потому так трещит голова?

- О, ты пришла в себя! – улыбающееся синекожее лицо нависло надо мной. – Скажу пойду Таверу, свадьбу будем делать!

Я проследила глазами за толстопопой девицей, на которой из одежды была юбочка из непонятного материала и все. Все! Боже, куда я попала? Я сплю? Я в аду? Я в умалишенном, черт его возьми, аду? Видимо, зрение мне изменяет, раз чернокожие люди кажутся синекожими. Не может быть у нормального человека такого цвета кожи, значит, это у меня в глазах синит, а это обычные африканцы.

Свет из дверного проема на мгновение заслонила мощная мужская фигура.

- Привет! – он широко улыбнулся, и двинулся ко мне. У него вообще одежды не было, не считая каких-то трусов, как у Маугли, прикрывающих кое-что внушительное.

Я отвела глаза от этого «кое-что» и посмотрела в глаза парню. Мне захотелось притвориться дохлой мышью и тихонько отползти в свою мышиную норку. Он явно не разделял моего настроения, в один миг оказался рядом и схватил за плечи. Лицо его было до того устрашающим, что я тихонько пискнула. Не знала, что умею издавать такие противные звуки!

- Вечером свадьба будет, как ты хотела. А чтоб не сбежала, я тебе уже сейчас подарок сделаю.

Я в панике отползла от него, но парень схватил меня за лодыжку и застегнул на ней браслет, от которого шла цепь куда-то вниз.

- Ты кто такой? – я не узнала свой голос. – Как я здесь оказалась?

- Ты не помнишь, любимая? – он расплылся в улыбке. - Я Тавер, вождь племени Чирикира, а ты мой военный трофей, жениться на тебе хочу.

- А я не хочу! – я вяло подергала ногой, цепь зазвенела. – Отпусти меня, синекожая морда, я не посмотрю, что вы всеми угнетаемые, такого шороха наведу, ООН слезами обольется!

- Ты что-то путаешь, малышка, никто нас не угнетает, - брови его нахмурились. – Я в честном бою убил твоего жениха, ты теперь моя. Если б ты не визжала, как дикая кошка, никто б тебя случайно по голове и не приложил, уже бы поженились, - он плотоядно ухмыльнулся и облизнул толстые губы.

- А отпустить меня не вариант? – Я оглядела хижину. Соломенные стены, один дверной проем, окна нет, я лежу на каком-то топчане из соломы, покрытом тонким покрывальцем явно ручной работы, на мне длинное платье. Что происходит вообще? Как я сюда попала? Точно помню, что накануне не читала ничего такого, что за бред? Откуда эти синекожие люди, как две капли воды похожие на чернокожих, но сливового цвета. Я что, в Африке??? В каком-то месте, где с ног до головы туземцы покрыты синими татуировками??? Или все-таки проблема с глазами?

- Не вариант, - он вдруг воровато оглянулся и вздохнул. – Черт меня понес в ту долину, где вы стоянку разбили. А там этот колдун проклятый, жених твой, все грозился молнии наслать и сжечь нашу деревню. Пришлось его того… Ну,приложить слегка. А теперь вот ты на мою голову навязалась, жениться на тебе придется. – Он обиженно выпятил и без того большую губу. – Иначе меня уважать перестанут.

- Так если ты вождь, измени законы племени, - я перестала дрыгать ногой и заинтересованно посмотрела на парня. Кажется, он начинает мне нравиться. Может, мы даже споемся, ну, э-э-э, придумаем план моего спасения.

- Да ты что, - Тумба-Юмба махнул рукой и горестно шмыгнул носом, - я ж вождь совсем недавно, старый помер, а я тут самый сильный, - он приосанился, а затем опять сник, - но жениться на тебе не хочу. Нам можно только одну жену, а ты такая бледная и лупоглазая, с тобой ночью в одной хижине оставаться страшно.

Вот спасибо за откровение! И вообще, чего это я бледная, да лупоглазая-то? Вроде, вчера еще парни заглядывались, сисадмин даже звал в пятницу роллов поесть. Может, я в этом сне своем дурацком облик поменяла?

- Дай зеркало!

- Чего? – Тавер вытаращил на меня глаза, - не знаю, что это.

- Девушки ваши на себя как любуются?

- Да никак, девушки у нас все красавицы, - вождь сделал руками жест, обозначающий «верхние девяносто» размером с баобаб.

- Ну а лицо? – продолжала хмуро допытывать я.

- А лицо при чем? – отропел Тумба-Юмба. – Жене зачем лицо красивое, ей надо, чтоб фигура была, - он даже зажмурился, как кот, который сметаны обожрался. – Вот как у Тьяны фигура.

- Так и женись на этой Тьяне! – Я поднялась-таки с кровати и теперь, уперев руки в бока, смотрела на пригорюнившегося вождя племени абсурда.

- Так я и собирался, - рявкнул он, - пока ты на мою голову не свалилась, чучело бледное! Это ж надо такой страхидлой уродиться, правильно тебя жених по болотам вез, утопить хотел, наверное.

- Э, ты полегче давай! – Я возмутилась. – Ты вообще-то с девушкой разговариваешь.

Весь воинственный пыл у «жениха» угас, он сел на плетеный из каких-то веток табурет и подпер голову рукой, поставив локоть на колено.

- Может, убить тебя? – размышлял он вслух, - быстренько схороним, завтра отплачем, а послезавтра я на Тьяне женюсь.

- Меня такой расклад не устраивает, - буркнула я, оглядывая свое несуразное платье из непонятной плотной материи, прилипшей к мокрому от жары телу. Снизу оно было до пола, а сверху открывало все, что можно было открыть, хотя мою невеликую грудь после Тьяны и грудью-то назвать было стыдно, но и ходить так перед людьми неудобно. Что за бред-то такой ужасный? Не могло мне привидеться что-нибудь романтичное, с принцем в камзоле и лосинах, я вся красавица, он весь красавец, мы как в мультике про Золушку покружились бы в танце, а потом я бы проснулась? Нет, не вариант? Эх!

- Слушай, - я перевела взгляд на Тавера, - а что, если я сбегу?

- Да я тебя найду сразу, - отозвался он кислым голосом.

- А ты не найди, - подмигнула ему я. – Ты в другую сторону иди.

- Так я же вождь, я должен найти и жениться на тебе.

- Тьфу, дурак! – разозлилась я. – Ты хочешь на Тьяне жениться?

- Хочу! – Тумба-Юмба расплылся в счастливой улыбке.

- А я за тебя выходить не хочу. Значит, у нас один выход – я убегаю, ты делаешь вид, что меня не догнал. Скажи всем, что я в болото провалилась, а сам выведешь меня подальше, да вернешься назад.

Вождь заинтересованно посмотрел на меня.

- Я тебя и прикопать могу в болоте, если что, - заметил он, явно не обращая внимания на мое вытянувшееся лицо. – Скажу, что утопла сама, не выдержала моей страсти.

- Говори, что хочешь, - мрачно сказала я, - только отвяжи эту цепь собачью, да пошли поскорее отсюда, до вечера надо успеть уйти подальше от вашего дурдома.

Тавер одним движением вытащил длинный штырь, которым цепь к земле крепилась, разогнул одно звено и взял конец цепи в руку.

- Потом совсем сниму, - пообещал он, - пошли.

Я как верная жена Абдуллы засеменила за высоченным парнем. Солнце, не так чувствовавшееся под соломенной крышей, моментально обожгло меня, кожа на открытых участках уже спустя несколько минут покраснела и зачесалась. Тумба-Юмба, уверенно забирая влево, так и вел меня, держа цепь рукой, за собой. Кусты закончились, дальше был сплошной песок. Мама, я в Сахаре что ли? В дрожащем мареве чувствовался запах пыли. Что-то не похоже, что тут вообще где-то есть болота.

- Слушай, ты совсем хлипкая, - цокнул с неодобрением вождь, когда я в очередной раз упала на четвереньки и зашипела от ощущения раскаленного песка.

Вся открытая кожа медленно багровела, доставляя страшное неудобство. Представляю, как все это будет болеть! Какое счастье, что я сплю и проснусь утром в своей постельке, а завтра выходной и можно подольше поваляться, а потом долго питькакао с зефирками и смотреть что-нибудь интересное по телеку. Новый год, опять же, через полмесяца.

Тавер вдруг взвалил меня на плечо и понес, как ковер, придерживая рукой за… эээ… за зад!!! И рука эта так нагло обхватила одну ягодицу, по-хозяйски. Огромная лапища такая.

Увлекшись своими переживаниями относительно размещения рук и поп, я не заметила, как мы оказались в каком-то клубящемся тумане, как в фильме Сайлент Хилл, того и гляди выползет какое-никакое чудовище и сожрет меня вместе с платьем и синекожим сопровождающим. Платье было жалко больше, я себя в нем еще в зеркале не видела.

А Тумба-юмба свалил меня на землю и одним движением расстегнул на ноге браслет.

- Иди отсюда вон туда, - он махнул рукой в сторону, - я тут посижу немного, а потом обратно пойду. Надо будет твои похороны отпраздновать. А то скажут, что тебя разыскивать надо. И платье снимай давай, я скажу, что ты с горя утоплась.

- Совсем больной? – я повертела пальцем у виска. – Ты мое платье заберешь, а я в чем останусь?

- Да у тебя там еще штаны и рубашка есть! – рыкнул синекожий вождь. – А если я без платья вернусь, скажут, что я тебя сам утопил, захотят еще другого вождя выбирать. Так что снимай платье и вали отсюдова!

Логика у него была потрясающая. То есть, если он без платья вернется, то это онменя утопил, а если с платьем, то я сама утопилась. Но зачем снимать платье-то при этом? Захоти я утопиться, бросалась бы в болото так, как есть, чего платье-то беречь?

Кстати, о болоте – оно тут было прям картинное. Справа топь, слева край твердой земли с поганками и густо растущими кривыми и высокими деревцами непонятного вида. Похожи на сосны, но не они. Вдаль вела тропинка узкая, изрядно заросшая травой. Видно, не пользовалась эта болотистая достопримечательность успехом у местного населения. Интересно, а ягоды они тут собирают? При мысли о ягодах вдруг забурчал живот. Что за сон-то такой натуральный? Хоть просыпайся и иди к холодильнику. Помню, однажды в детстве мне тоже приснилось, как я сильно в туалет хочу. Сходила во сне в туалет, а утром маме пришлось всю постель менять.

Взглянув на Тавера, я с интересом разглядела всю его синюю физиономию. Африканец как африканец, губы толстые, нос широкий, волосы курчавые, уши торчат. Глаза были у него с черными радужками, белки ярко выделялись на темном лице, привлекая внимание. И этими самыми глазами он также беззастенчиво пялился на меня.

- Слушай, - вдруг сказал он. – Тут недалеко есть страшный дом, там колдун живет. Может, тебе к нему пойти? Это из-за него тут болото и туман. Дойдешь до него, там он тебе и поможет.

- А проводить меня не хочешь? – заинтересовалась я.

- Не-не-не! – затряс головой парень. – Я еще жить хочу. Ой!

Зажав себе рот рукой, он уставился на меня, округлив и так большие глаза.

- Он людоед что ли? – хмуро спросила я, думая, как бы и Тавера спровадить и в платье остаться.

- Колдун!

- Ну и что? – я пожала плечами. – Колдует себе потихоньку, никого не ест, чего его бояться?

- Слушай, а может, ты тоже колдунья? – подозрительно уставился на меня синекожий, вставая с земли. – Оставайся в платье своем тогда, я скажу всем, что ты превратилась в жабу и убежала.

Потрясающая логика! Ну как такая очаровательная девушка может превратиться в жабу? Максимум в бабочку или яркую птичку, но точно не в жабу. Эх, если б умела, превратилась бы точно в голубку и улетела отсюда!

Пока я таращилась в лес, высматривая за деревьями просвет и думая, как бы уговорить Тавера проводить меня до колдуна, этот синекожий заср… трус успел незаметно убежать, оставив меня в этом страшном месте. И что теперь делать? Бурча себе под нос нелестные эпитеты о трусливых парнях, я двинулась вперед по тропинке. Куда-то же она вела? Наверняка выведет к людям. А если нет, я лягу спать и проснусь уже дома. В общем, это был беспроигрышный вариант. А самое главное – здесь не было палящего солнца!

Топать пришлось далековато. Было душно, мерзкое платье путалось под ногами, волосы выбились из пучка и рыжими прядями свисали вокруг лица. Рыжими! Какие еще сюрпризы ожидают меня в зеркале? Мне казалось, я стала выше ростом и худее, но полной уверенности не было. А вдруг я теперь страшная? А вдруг у меня нос картошкой и глаза косые?

Скосив глаза к переносице, фыркнула и усмехнулась. Какая разница, это ведь сон! Только что-то устала я, будто картофельное поле перелопатила. Разве во сне такое бывает?

Раздумывая о странностях сновидений и том, что они обозначают, я вышла на опушку леса и остановилась, прикрыв козырьком ладони глаза, ослепленная яркими лучами закатного солнца. Передо мной было озеро, гладкая поверхность которого отражала невысокие деревца и замок на противоположном берегу. И как мне туда добраться?

Пыхтя, я спустилась по крутому берегу, цепляясь за корни, и задумалась, не обнаружив ни тропинки в обход озера, ни лодки. И признаков жилья тоже не было. Просто замок на том берегу и все. Какой-то не колдун здесь живет, а отшельник. Может, он стеснительный сильно? Или оспой в детстве переболел? А что, это ж вам не цивилизованный мир, где почти всем прививки ставят, а какое-то дикое средневековье, немудрено, если тут и чума свирепствует.

- И как я должна попасть в этот чертов замок? – сердито топнула я ногой и нахмурилась. – Эй, волшебный сон, делай мне мост прямо к хозяйским покоям. Да не простой, а хрустальный, как в мультике «Волшебное кольцо». И чтоб перила резные и идти недалеко!

Махнув рукой в сторону замка, я вдруг увидела резкий всплеск воды, взвизгнула и зажмурилась, когда холодные капли попали в лицо и на платье.

- Ну, хрустальный-не хрустальный, а из чаво было, с того и сделал! – услышала ворчливый голос и приоткрыла один глаз самую чуточку.

- Ох и нифига ж себе! – я открыла и второй глаз и уставилась на самый настоящий мост.

Только был он не хрустальный, а ледяной! Прям как на картинках из детства про Деда Мороза. И главное – никого вокруг! Чей же голос я слышала тогда?

- Эй ты, чучело озерное, а ты меня не сожрешь? – я опасливо приблизилась к мосту и потыкала его концом туфельки.

- Сожру, конечно, как не сожрать, - миролюбиво пробасил мне кто-то из озера. – Только папенька ваш мне голову за это отгрызет, а у меня детки малые. Так что воздержусь маленько, иди с миром уже. Зачем только тебе в опочивальню к хмырю этому, не знаю, но куда велено, туда и ведет мосток-то. Давай уже, не томи, поспешай, заждалися тебя.

Во дела! А сон-то шибко фантастический, однако! Аватар прям. И люди тут синекожие и голоса неведомые. Да еще в голосе этом мне ехидство послышалось.

Взобравшись на скользкий мост разъезжающимися ногами и держась при этом за ледяные перила пальцами, я, костеря на чем свет стоит всех мостостроителей разом и чучело озерное в частности, еле добралась до середины и возмущенно выдохнула. Еще ведь спускаться сейчас! Представляю, как я буду выглядеть, едущей на попе под уклон с крутого моста, да в платье, да с визгом! Вот смеху-то будет! Колдун удавится от зависти, что не ему такая жена достанется. Между тем, ноги мои вдруг разъехались в стороны, как я мысленно и представила, попа пребольно шмякнулась о лед, а я с визгом – куда ж без него?! – понеслась, набирая крейсерскую скорость, в неизвестность. Я даже испугаться не успела, если честно, со свистом пролетев несколько десятков метров и пушечным ядром ворвавшись в недра заботливо принявшего меня замка. На окне, само собой, были шторы, в которых я благополучно и запуталась, а потом рухнула на что-то мягкое, вероятно, кровать. Хотя, с мягким я погорячилась! На кровати явно кто-то изволил спать, и этот кто-то был удивлен безмерно моим явлением.