Зен Он – ZenOn

Треск. Пространство не просто рвалось — оно стонало, словно живая плоть под тупым ножом. Шторм невиданной силы, рожденный в недрах междумирья, обрушился на тихую лесную рощу. Вспышки фиолетовых молний на мгновение ослепляли, а рокот, доносившийся из разлома, напоминал рев раненого зверя. Секунда — и ткань реальности была вспорота невидимым, идеально острым лезвием.

Из черного зияющего разреза хлынуло зловоние гниющих трупов. Аура смерти, копившаяся веками, вырвалась наружу подобно прорвавшей плотину плотной, вязкой воде. Если бы в этот момент кто-то оказался рядом и осмелился прислушаться, он бы различил в этом шуме едва уловимые, леденящие душу крики страдальцев, чьи души были заперты по ту сторону.

Густая роща, еще мгновение назад дышавшая жизнью и цветением, начала агонизировать. Деревья-исполины, стоявшие здесь тысячи лет, чернели на глазах. Листва осыпалась пеплом, кора трескалась, источая трупный яд. Могучие стволы рушились под неодолимым гнетом ауры, пришедшей прямиком из глубин Преисподней. Живой мир уступал место мертвому без боя.

Разрыв в пространстве медленно расширялся, неохотно пропуская в мир «Поднебесного Рая» нечто чужеродное. Из колышущегося марева портала трудом высунулась мужская рука — мускулистая, покрытая слоем едкой миазмы, которая заставляла сам воздух вокруг закипать. Пальцы впились в края реальности, разрывая её еще сильнее, с еще большей яростью. С оглушительным грохотом, подобным детонации магического ядра, из портала буквально вывалился человек.

Он не удержал равновесия: резкая смена гравитации и давления между мирами сыграла с ним злую шутку. Мужчина рухнул на колени, тяжело дыша. Его волосы — густые, растрепанные, цвета обгоревшего угля — скрывали лицо. Вокруг него пульсировала темно-красная аура с холодным серебристым отливом. Всё, чего касалось это сияние — камни, остатки травы, обломки веток, — мгновенно обращалось в серую пыль.

— Чёрт… — прохрипел пришелец. В его голосе звенела сталь, привыкшая отдавать приказы, но сейчас в ней слышались нотки искреннего раздражения.

Он поднялся, лениво отряхивая пыль с того, что раньше было одеждой. От некогда роскошного, расшитого золотом пальто остались лишь жалкие лохмотья, больше напоминавшие изорванную майку для сна. Путешествие через междумирье, способное стереть в порошок любого бога, оставило на нем лишь ссадины и испорченный гардероб. Любой другой на его месте счел бы это чудом, но этот мазохист, казалось, даже получал своего рода извращенное удовольствие от таких «аттракционов».

— Ой-ой-ой… Чёртов реликт ушедшей эпохи! — мужчина поморщился, потирая пятую точку. На месте его падения образовалась вмятина, по форме напоминавшая след от удара кометы, а на ткани штанов отчетливо пропечатался след огромного сапога с эмблемой восьмиконечной звезды, в центре которой был выгравирован клинок.

«Прошло уже более сотни веков, а старик всё еще в отличной форме!» — продолжал он мысленно клясть своего «доставщика». Кости ныли, напоминая о тяжелой руке наставника. «Ха… Старый пердун еще и с координатами промахнулся?!»

Он встал в полный рост, пытаясь вернуть себе хоть сколько-нибудь опрятный вид. Оглядевшись по сторонам, Зенон — а это был именно он — прикрыл глаза. Он сосредоточился на внутренних ощущениях, ловя тончайшие колебания энергии в этом непривычно «чистом» мире. Ему нужно было почувствовать объект, за которым его отправили в эту дыру.

— Хм… По моим скромным меркам… — он сделал паузу, фильтруя информационный шум новой реальности. — Где-то в десяти километрах от этой свалки.

Зенон подобрал валявшийся рядом посох. Честно говоря, сейчас этот артефакт больше походил на облезлую палку, которую в приличной деревне даже в веник бы не вставили. И тут, словно только сейчас осознав смену обстановки, мужчина резко схватился за горло.

Легкие обожгло. Тело забила мелкая дрожь.

Он слишком привык к условиям «Райского Ада». К воздуху, густо замешанному на аммиаке и ядовитых миазмах. К давящей гравитации, которая заставляла кости петь, и к бесконечным воплям, разрывающим сознание. Там энергия бушевала вечно, подпитывая его. Здесь же… Он чувствовал себя рыбой, которую выбросили из родного вонючего болота в ведро с дистиллированной водой.

С трудом заглатывая этот невыносимо чистый, свежий, пугающе прозрачный воздух, Зенон чувствовал, как его тело сопротивляется. Но столетия тренировок и невиданная регенерация делали свое дело. Мало-помалу легкие перестали гореть, а сердце замедлило свой бешеный бег, адаптируясь к деликатной атмосфере людского мира.

— Вот же чёрт… Старик, страдающий маразмом, ни словом не обмолвился о такой подставе! Ну, подожди, как встречу его… — он закашлялся, буквально давясь избытком кислорода. Нынешний Король Демонов выглядел сейчас не как грозный владыка, а как чахоточный больной.

Наконец, набрав полную грудь воздуха, он запрокинул голову и выкрикнул так, что верхушки уцелевших деревьев задрожали:

— Уничтожу! Слышишь, Ратаро?! Пусть твоя душа распадется на атомы!

От этого громогласного крика последние птицы, рискнувшие остаться поблизости, сорвались с мест, а лесное зверье ломанулось в чащу, молясь своим звериным богам не попасться этому безумцу «на огонек».

— А-а-а, ты чего разорался-то?! Личинка демоническая! — внезапно донесся сварливый голос прямо из посоха.

«Палка» дернулась в руках хозяина и взмыла в воздух, зависнув на уровне его глаз. С каждым произнесенным словом навершие посоха пульсировало мягким зеленым свечением.

— Захлопнись, палка-копалка! — огрызнулся Зенон, и в его глазах вспыхнула темно-фиолетовая энергия, переходящая в багровые молнии. — Всё настроение испоганили. Долгожданный отпуск превращается в какое-то дешевое шапито!

— Прошло более четырех тысяч лет, а ты всё не меняешься. Горлопан, — посох совершил в воздухе движение, подозрительно похожее на покачивание головой, и подлетел почти вплотную к лицу демона. — Как бы то ни было, малыш Зенон…

Артефакт начал медленно кружить вокруг Короля Демонов, словно сканируя его состояние.

— Я чувствую в пятнадцати километрах от нас энергию «Осколка истины». Но она крайне нестабильна. Появляется и пропадает, словно тусклый факел на ветру, который вот-вот окончательно потухнет. Если будем медлить, останешься здесь навсегда в компании березок и белок.

— Показывай дорогу, — буркнул Зенон. Его гнев постепенно утихал, сменяясь привычной скукой и решимостью.

Магический огонь в глазах начал гаснуть. Изумрудно-голубая радужка вернула себе естественный цвет, а взгляд стал странно мягким, почти добрым — что совершенно не вязалось с его демонической природой и тем хаосом, который он только что устроил.

— Есть, Зенон-сама! — ехидно отозвался посох. — Но для начала… Прошу, прикройтесь. Я, конечно, видел всякое, но этот наряд «ободранного купидона» мне не по душе.

Посох демонстративно отвернулся в воздухе, имитируя крайнюю степень смущения. Казалось, если бы у дерева могли быть щеки, они бы сейчас пылали пунцовым цветом.

— Упс… — Зенон с нервным смешком почесал затылок, осознав, что от его былого величия в плане одежды не осталось почти ничего.

Он сконцентрировался, и его тело окутала плотная темно-красная аура — чистая энергия «Зен». Материя начала уплотняться, повинуясь воле хозяина. Через мгновение вместо рваных тряпок на нем появилась простая, даже грубоватая одежда.

— Ну? — Зенон покрутился, осматривая себя со всех сторон и поправляя ворот. — Теперь я похож на обычного человека? На крестьянина?

Он картинно стряхнул несуществующую пыль с новосозданной рубашки, фасон которой можно было смело назвать «сделано в трущобах». Выглядел он теперь как обычный бродяга, разве что слишком уж статный и с подозрительно властным лицом.

— А-а-а… И… и так сойдёт! — посох явно замялся. Было видно, что он подбирает слова помягче, чтобы не задеть чувства своего господина, чей вкус в одежде всегда вызывал вопросы у высших чинов Ада. Проще было согласиться, чем объяснять королю, что крестьяне не носят рубашки с таким странным кроем. — Главное, что не голышом.

— В путь, швабра с разумом! — Зенон ловко перехватил артефакт и пристегнул его на законное место — к кожаному поясу, украшенному его личной эмблемой.

Черное пламя, в центре которого красовалась восьмиконечная звезда, тускло блеснуло на солнце. Король Демонов сделал первый шаг по мягкой земле этого мира. Его путь в «Поднебесном Раю» начался.

Посох, ворчливо примолкнув, вернулся на свое законное место — на пояс хозяина. Его нижняя часть, разделенная на длинные, сухие волокна, действительно вызывала ассоциации со старой шваброй, из которой забыли выжать грязную воду. Но Зенону было не до эстетики. Он медленно поднял голову, вглядываясь в бесконечную синеву неба.

Здесь оно было совсем другим. Не багрово-свинцовым, затянутым вечным смогом отчаяния, а пронзительно-голубым, чистым и пугающе глубоким. Солнце, местное «земное светило», нещадно ослепляло, заставляя сужать зрачки до тонких щелок. Легкое, почти невесомое дуновение летнего ветра ласкало бледную кожу демона, принося с собой запахи хвои и нагретой земли. Острый слух, привыкший улавливать предсмертные хрипы в хаосе битв, теперь жадно впитывал новые звуки: беззаботное пение птиц в густых кронах и мерное журчание ручья где-то неподалеку.

Тело грозного владыки постепенно, клетка за клеткой, адаптировалось к местному климату. На горизонте, величественно подпирая небосвод, застыли горные вершины, увенчанные ледяными коронами. Насладившись этой немыслимой, неописуемой красотой, Зенон наконец обратился к своему напарнику.

— Слушай… — он двинулся вперед неспешным, размеренным шагом. В это время остатки его демонического покрова окончательно впитывались внутрь, уступая место человеческой, на вид болезненно-бледной коже. — Я чувствую множество очагов «Зен» рядом с объектом. Но по ощущениям…

Он помедлил, задумчиво поглаживая подбородок, словно взвешивая каждое слово.

— Это не просто пара-тройка заблудших душ. Там чертовски оживленное место. Похоже на целое поселение.

Зенон прищурился, пытаясь пронзить взглядом само пространство, чтобы увидеть, что происходит за следующим холмом. Свою ужасающую ауру Король, по мере приближения к границам ближайшего государства, подавил практически полностью, оставив лишь крохотный след, который едва ли смог бы засечь даже опытный инквизитор. Теперь он выглядел почти как обычный человек. Почти.

Босые ноги демона ощущали каждую песчинку, каждый мелкий камешек на тропе. Кожа, способная выдержать жар лавовых озер, едва ли замечала эти неудобства. Со стороны могло показаться, что по лесу бредет беглый раб, лишившийся всего, кроме своей гордости. Но его уверенная, хищная походка и прямая спина заставили бы завидовать даже самых прославленных героев этого мира. Пропуская сквозь себя потоки природной энергии «Зен», Зенон лишь утвердился в догадках: люди здесь использовали силу иначе — поверхностно, мелко, словно черпали океан чайной ложкой.

Пока демон молча шел, с нескрываемым, почти детским восторгом рассматривая местные «достопримечательности», лесная тропа незаметно перешла в наезженную проезжую часть. Босая нога впервые коснулась плотно утрамбованного камня. Дорога щекотала подошвы и обжигала их — под безжалостным солнцем поверхность камней раскалилась так, будто их только что вытащили из горна.

— Похоже, эта артерия ведет прямиком в человеческую обитель, — пробормотал он, ориентируясь на затухающий, едва различимый отголосок энергии «Осколка Истины».

Спустя некоторое время тишину нарушил ритмичный топот копыт и отдаленный скрип. Из-за поворота показалась карета, запряженная парой выносливых лошадей. Обычная повозка странствующего торговца — побитая жизнью, пахнущая пылью и старым деревом. Увидев одинокого прохожего, возница насторожился. В этих краях, землях «Арголдов», редко встречались случайные путники. Каждый местный знал: здесь территория отступников, лихих людей и бандитов, для которых закон — лишь пустое слово.

— Молодой господин! — старик-торговец, натянув поводья, остановил транспорт.

Седой, согбенный годами мужчина смерил Зенона подозрительным взглядом, изучая его с ног до головы. Заметив, во что одет прохожий, он невольно смягчился — лохмотья демона кричали о бедности. Но больше всего его поразили босые ноги путника на раскаленном камне.

«Похоже, бедняга сбежал от работорговцев. Совсем молодой еще, а уже столько горя хлебнул», — пронеслось в голове старика.

В карих глазах торговца, наполненных житейской мудростью, промелькнула искра жалости. Поправив серебристые пряди волос, выбившиеся из-под шляпы, он выжидающе посмотрел на Зенона.

— Куда путь держите в такой час? — хриплым, дребезжащим голосом поинтересовался он.

— Направляю свои стопы в ближайший город, прямо по этой дороге, — уверенно ответил Король. Ответ был намеренно расплывчатым, а сам Зенон в это время пристально изучал собеседника, сканируя его на наличие скрытой угрозы.

— Вот оно как… — старик задумчиво погладил свою длинную, аккуратно расчесанную бороду. — Я как раз держу путь в Королевство Горрен за товаром. Путь неблизкий, а ты, гляжу, налегке. Может, подвезти? Из сострадания к твоим пяткам, сынок.

В этот момент ветер качнул темные волосы Зенона, и его глубокие, темно-голубые глаза странно блеснули на свету. Старик, поймав этот неестественный блеск, инстинктивно вжался в сиденье, отпрянув назад.

«Неужели… демон? — внутри у торговца всё похолодело. — Старейшины всегда твердили: держись подальше от черноволосых. Мол, это их метка, клеймо бездны».

Зенон мгновенно считал перемену в эмоциях старика. Его губы тронула едва заметная усмешка.

— Благодарю за доброту! Но скажи, дедуля, ты сможешь доехать до города, не схватив по пути инфаркт? — ехидство в голосе Короля заставило торговца вздрогнуть.

Его страх был прочитан как открытая книга. Однако старик оказался не из робкого десятка. Поборов мимолетную слабость, он расправил плечи и выдавил ухмылку, стараясь отогнать мысли о демонах. В конце концов, перед ним стоял просто оборванный юноша, пусть и с тяжелым взглядом.

— Я не настолько древний, чтобы рассыпаться от одного попутчика! — уверенно бросил торговец, хотя сердце его всё еще частило. — Можешь быть спокоен. Садись давай, не то предложу взять тебя на ручки и усадить как принцессу в карету.

Ничего не отвечая на эту дерзость, Зенон легко запрыгнул в повозку. Острый нюх демона тут же уловил тяжелый запах меди и тонкий, едва уловимый аромат шелка — видимо, торговец вез ценный груз. Старая древесина жалобно скрипнула и просела под весом мускулистого гостя.

Повозка тронулась. Торговец, всё еще опасаясь своего странного пассажира, предпочитал хранить молчание. Только скрип колес да тяжелое, сбивающееся дыхание лошадей нарушали тишину пути. Зенон же, прикрыв глаза, вел безмолвный диалог со своей «палкой».

«Будь осторожнее, идиот! — голос Посоха в голове звучал встревоженно. — Ты напугал его до смерти. Он почти уверен, что ты из преисподней. Попробуй вести себя как обычный смертный, хотя бы ради приличия!»

«Да понимаю я всю серьёзность ситуации, не зуди, — мысленно отозвался Зенон, лениво наблюдая за проплывающим мимо пейзажем. — Я в курсе, что у людей и демонов… натянутые отношения. Постараюсь не сжечь его телегу, если он не будет слишком сильно трясти меня на кочках».

Наконец, любопытство торговца пересилило страх. Колени его всё еще мелко дрожали, а пальцы сжимали вожжи так сильно, что костяшки побелели, но он не выдержал:

— Господин… так чем же вас занесло в эти проклятые земли? — капли пота скатывались с его лба, а очки, отражающие яркие блики солнца, совсем запотели. Дыхание его невольно подстраивалось под бешеный ритм сердца.

— У меня есть одно крайне важное дело в этом королевстве, — ответил Зенон, ни на йоту не соврав.

Он вальяжно откинулся на спинку сиденья, закинув ногу на ногу. Его бледная кожа в лучах солнца казалась почти прозрачной, создавая резкий, пугающий и в то же время завораживающий контраст с волосами цвета угля.

Старик, не получив более конкретного объяснения, лишь тяжко вздохнул и закрыл глаза на мгновение. Поняв, что от этого подозрительного типа правды не добьешься, он вытер пот со лба и сосредоточился на дороге. Впереди был Горрен, и торговец втайне молился, чтобы эта поездка закончилась без происшествий.

Мерное, усыпляющее покачивание кареты, нежное щебетание птиц в придорожных кустах и ласковое дыхание летнего ветра создавали идеальный кокон для отдыха. Скрестив мускулистые руки на груди, Король Демонов Зенон позволил себе погрузиться в зыбкий, мимолетный сон. Однако его нутро, натренированное с первых лет жизни в жестоких землях Ада, не расслаблялось ни на миг. Даже сквозь дрему он слышал каждый шорох гравия под колесами, каждое прерывистое дыхание старого торговца и даже ритмичный, чуть ускоренный стук его сердца. Детство научило Зенона: хочешь выжить — не спускай глаз с мира, даже если перед тобой лишь безобидный старик.

Карета качнулась напоследок и замерла под аккомпанемент фырканья уставших лошадей. Этот легкий толчок мгновенно вырвал Зенона из забытья. Он открыл глаза и сладко потянулся, заставив позвоночник отозваться серией сухих, звонких щелчков.

Когда демон начал выходить, карета под его весом ощутимо накренилась, а рессоры жалобно взвизгнули, словно натянутая тетива. Зенон спрыгнул на землю с кошачьей грацией и огляделся. За время пути Жадинфор фон Носока заметно преобразился: в его глазах больше не было того парализующего ужаса. Теперь он с неожиданной уверенностью в голосе что-то доказывал стражникам у ворот.

Зенон, несмотря на свою пугающую сущность, обладал специфическим кодексом чести. Он подошел к торговцу и покровительственно похлопал его по плечу — тяжелая, мускулистая ладонь демона едва не вбила старика в землю, но жест был искренне благодарным.

Стражи, заметив босого незнакомца в лохмотьях, тут же схватились за копья, но Зенон, не дав им вставить ни слова, широко раскинул руки и по-дружески, почти по-медвежьи, обнял старика.

— Старик… — он звучно похлопал Жадинфора по спине и широко улыбнулся. — Спасибо, что подбросил! Сейчас у меня за душой ни гроша, одни дырки в карманах, но когда-нибудь я тебе обязательно отплачу. Считай это королевским долгом.

Отстранившись, Зенон бесцеремонно взъерошил седые волосы торговца, словно любимому псу, и перевел взгляд на опешивших охранников.

— Пропускайте, я со стариком, — заявил он тоном, не терпящим возражений.

В головах у стражников синхронно щелкнуло. «Может, это новый протеже старины Носоки? — подумал один. — Старик всегда был со странностями, видать, и ученика себе нашел под стать: босого, зато гонора на целую империю». Второй лишь молча согласился, решив, что в их безумном королевстве удивляться — только нервы тратить.

— Понимаем, понимаем… — стражники натянули дежурные улыбки. — Но закон есть закон. Налог на въезд — пятнадцать «кени». И карточку торговца к осмотру.

Тот, что был пониже и похудее, протянул руку за платой. Пока Жадинфор фон Носока возился с узлами увесистого кошеля, Зенон с любопытством вертел головой, впитывая пейзаж за стенами.

— Жадинфор фон Носока… подмастерье торговой гильдии, шестьдесят три года… — монотонно бубнил страж, проверяя документ на подлинность.

Услышав имя, Зенон замер. Его губы медленно поползли вверх, предвкушая знатную насмешку.

— Старик, постой… Мне послышалось, или стражники только что жестоко надругались над твоим именем? — он подался вперед, заглядывая Жадинфору в лицо. — Или у вас в этом мире такая мода на самобичевание при рождении?

У торговца моментально вспыхнули уши, а по лбу покатились крупные капли пота.

— В-всё правильно… — заикаясь от стыда, пробормотал он, стараясь не смотреть на спутника.

В подсознании Зенона в этот момент разразился громоподобный хохот посоха: «Гха-ха-ха! Жадинфор Носока! Да это же идеальное имя! Оно буквально кричит о том, что он продаст собственные поношенные носки по цене легендарного клинка!».

— Значит, ты и впрямь Жадный Носок? — Зенон артистично погладил подбородок. — Гениально. Мне этот мир нравится всё больше и больше!

Не дожидаясь, пока старик начнет оправдываться или ворчать, демон спрыгнул с подножки кареты и двинулся вглубь города. Нить энергии «Осколка Истины» становилась всё тоньше, обрываясь где-то за высокими стенами Академии «Белый Восток».

Город встретил его гулом толпы, ароматом горячей сдобной выпечки и терпким запахом свежих фруктов. Зенон шел, буквально втягивая носом каждый новый аромат. Его босые ноги на фоне аристократических сапог и туфель выглядели дико, но ему было плевать. Он подбегал к прилавкам, с интересом ощупывал ткани и рассматривал диковинные безделушки, пока голос посоха в голове не сорвался на крик:

«Может, хватит уже?! Солнце почти зашло, а мы всё еще не на месте!»

Зенон тряхнул головой, отгоняя наваждение, и быстрым шагом направился к Академии. Ворота «Белого Востока» действительно впечатляли: величественная конструкция из сплава, напоминающего чистое золото, возвышалась на несколько метров, всем своим видом заявляя: «Здесь живет элита». Из-за стен доносился лязг стали, хлопки магических разрядов и запах пороха. Ученики тренировались.

«Адские дети и те тише себя ведут», — хмыкнул про себя Король.

На входе его перехватила завуч. Ее изумрудные глаза, холодные и острые, буквально сверлили Зенона. В руках она сжимала тонкую указку, а ее серебристая мантия переливалась в лучах заката.

— Каким ветром сюда занесло эту чернь? — ледяным тоном спросила она, и слова ее были пропитаны таким ядом, что воздух, казалось, должен был зашипеть. — Это элитная академия, а не ночлежка для бродяг.

Зенон даже не поморщился.

— Я тут по работе… — он вытащил посох-швабру и лениво помахал им перед носом женщины. — Мне нужно видеть директора. Проводите, будьте любезны.

«Эй! Ничего умнее не придумал?! — взвился в мыслях артефакт. — Ты называл меня шваброй в шутку, но использовать меня для мытья полов в реальности?! Это возмутительно!» Зенон привычно проигнорировал стенания «палки». Завуч, еще раз смерив его презрительным взглядом, всё же решила не устраивать сцену и молча направилась к главному корпусу.

Внутри Академия поражала масштабом: трехэтажные своды, неописуемая архитектура, резные колонны. Проходя по коридорам, Зенон кожей чувствовал на себе брезгливые взгляды студентов и слышал их приглушенное шушуканье.

Кабинет директора встретил их густым, тяжелым «ароматом» табака. Завуч сухо постучала, и из-за двери донесся прокуренный, хриплый голос:

— Войдите!

Директор сидел спиной к вошедшим, окутанный сизыми кольцами дыма. Запах никотина здесь смешивался с благородным ароматом старых книг, дорогого вина и выделанной кожи.

— Завуч Строгосбич? — не оборачиваясь, спросил он, выпуская очередную порцию дыма. — С чем пожаловали?

— Директор Пафосберг, этот… человек утверждает, что прибыл по работе, — она с нескрываемым отвращением ткнула указкой в плечо Зенона и тут же вышла, хлопнув дверью.

Директор медленно развернул кожаное кресло и внимательно изучил гостя. Рваная рубашка, штаны, больше похожие на обноски, и грязные босые ноги — вид у Зенона был тот еще.

— На какую вакансию метите, молодой человек? — вздохнул Пафосберг, заранее зная ответ. Таких, как он, брали только в один отдел.

— На любую, где платят и не мешают смотреть по сторонам, — гордо выпятил грудь демон.

— Что ж, похвально. Я, директор Академии Важняк фон Пафосберг, принимаю тебя… уборщиком.

Услышав имя, Зенон не выдержал. Он прикрыл рот рукой, но смех всё равно рвался наружу. Глаза заслезились, лицо покраснело от титанических усилий не заржать в голос.

— Ох, простите… Директор Насосберг? Засосберг? — Зенон вытер слезу, и его добрая улыбка сменилась ехидным оскалом. — Ваше имя оказалось настолько «важным», что мой мозг просто отказался его запоминать. Повторите еще раз, как вас звать, господин Директор?

На лбу Пафосберга вздулась вена в форме восклицательного знака. Он крепко, до хруста, сжал протянутую руку Зенона.

— Пафосберг… Меня зовут Важняк фон Пафосберг! — прошипел он, с трудом сдерживая ярость. — А как прикажете называть вас, многоуважаемый… чистильщик туалетов?

— Зенон, — с ослепительной, искренней улыбкой ответил Король Демонов, не разжимая ладони. — Просто Зенон.

Зенон вальяжно облокотился на дверной косяк, рассматривая кабинет директора так, словно приценивался к антиквариату.

— Господин директор, когда мне приступить к исполнению моих… великих обязанностей? — осведомился он, иронично выделяя каждое слово.

Пафосберг, не поднимая глаз от кипы документов, нервно чиркнул пером по бумаге. Он изо всех сил старался сохранить маску «Важного Лица Академии», хотя внутри у него всё кипело от желания вышвырнуть этого наглеца за шиворот.

— Можете начать прямо сейчас. Прямо от дверей моего кабинета, — отчеканил он, пытаясь отыграться за нанесенные оскорбления. — Считайте это вашим боевым крещением.

Зенон лишь коротко хохотнул, бросив на прощание взгляд, полный снисхождения, и бесцеремонно вышел, громко хлопнув дверью.

Бродя по бесконечным коридорам Академии в поисках каморки с инвентарем, демон принюхивался. Холодный гранит пола отдавал сыростью, а теплые лучи заходящего солнца, пробивающиеся сквозь высокие стрельчатые окна, рисовали на стенах золотистые узоры. Место было уютным, не слишком людным — идеальный полигон для того, чтобы начать поиски «Осколка Истины» под прикрытием.

Наконец, он отыскал нужную дверь. Каморка уборщика встретила его унынием: в углу сиротливо жалось треснувшее ведро, а рядом валялась серая, грубо брошенная тряпка, больше похожая на полотно для пыток, чем на инструмент. Недолго думая, Зенон набрал воды, нацепил это «орудие пролетариата» на свой бесценный посох и вышел в коридор.

«До чего я докатился… — в подсознании Зенона раздался надрывный стон. Посох, сотворенный из Древа Жизни, вибрировал от ужаса. — Я — божественный артефакт! Я видел падение империй! И теперь меня используют как палку для поломойки?! Моя гордость… она просто рассыпается в труху!»

Король Демонов, игнорируя причитания напарника, весело насвистывал незамысловатый мотивчик. Он макал «священную древесину» в грязную воду с таким видом, будто нашел свое истинное призвание. Глядя на него, можно было подумать, что мытье полов — это высшее из искусств.

В это время в глубине одного из пустующих залов, в густых тенях, зашевелились фигуры.

— Ну надо же, Король прислуживает людишкам? — прозвучал низкий, стальной бас, от которого по стенам пробежала вибрация.

— Ставлю пять единиц Материи, что он не протянет и недели в этой дыре, — отозвался женский, пропитанный высокомерием голос.

— Без разницы. Нам велено только следить, — отрезал третий, хриплый и грубый голос.

В темноте на мгновение вспыхнули фосфоресцирующие глаза с фиолетовым отливом, послышался тонкий звон бокалов и тихое журчание вина. Но демон-уборщик, казалось, ничего не замечал. Он продолжал подтанцовывать в такт своему свисту, доводя блеск гранита до зеркального состояния.

Тишину прервал топот. Группа студентов — «личинки» высшей аристократии — шествовала по коридору. Впереди, задрав нос так высоко, что едва видел собственные сапоги, шел лидер — кучерявый парень лет четырнадцати в роскошной красной мантии. Его свита из трех мальчишек подобострастно семенила следом.

Лидер шел с закрытыми глазами, неся на лице печать блаженной глупости. Его начищенные замшевые ботинки шаркали по мокрому полу. Стоило ему ступить на участок, который Зенон только что вымыл до блеска, как реальность внесла свои коррективы. Ноги аристократа взлетели выше головы, он исполнил в воздухе нелепый «акробатический элемент» и с сочным хрустом приземлился на спину.

Свита в ужасе замерла, а затем бросилась к телу.

— Я… я не чувствую пульса! Лидер погиб! — заверещал худой мальчик в очках, судорожно тыкая пальцами в живот упавшего.

— Идиот! — второй отвесил очкарику звонкий подзатыльник. — Пульс ищут не на животе, а на голове! Главное — прическу не попортить…

С хирургической осторожностью он потянулся к макушке кучерявого лидера. Глядя на этот «погорелый театр», Зенон почувствовал, как у него начинает дергаться левый глаз.

«Это точно элитная академия? Или я случайно забрел в отделение для душевнобольных?» — задался он вопросом. Посох в его руках, кажется, начал плакать невидимыми кровавыми слезами от зашкаливающего уровня тупости.

Внезапно «труп» ожил. Лидер вскочил, бешено озираясь в поисках врага, посмевшего совершить покушение на его величие. Его взгляд уперся в Зенона, который стоял, вальяжно опершись на швабру, с дергающимся глазом и подозрительной улыбкой.

Аристократ, красный от стыда и ярости, двинулся на демона, сжимая кулаки до белизны в костяшках.

— Упс… — Зенон виновато почесал затылок, изображая крайнее смущение. — Кажется, я забыл поставить табличку «Осторожно, мокрый пол». Но, должен признать, с вашей помощью проблема решена — вы вытерли его своей мантией просто филигранно!

Король демонов отвесил изящный поклон.

— Благодарю за помощь! Это был великий, поистине рыцарский поступок! — в его голосе сквозила такая густая насмешка, что её можно было резать ножом.

Но юный аристократ, ослепленный лестью, внезапно сменил гнев на милость. Он выпятил грудь, принимая «заслуженную» похвалу.

— Я — сын виконта Жиротряскерса фон Потнерса! Великий и непревзойденный третий наследник! Имя мне — Жиротряскерс фон Соплежуйс! Склонись пред моим величием, чернь!

Тишина, воцарившаяся после этого заявления, была недолгой. Зенон согнулся пополам. Он хохотал так, что из глаз брызнули слезы. Он хлопал себя по коленям, едва не задыхаясь от нелепости услышанного. В его сознании посох сиял ярко-зеленым светом, буквально заходясь в ультразвуковом истерическом смехе.

Лицо «фон Соплежуйса» стало багровым, как перезрелый помидор. Он уже открыл рот, чтобы обрушить на уборщика всю мощь своего гнева, но его прервал резкий звонок на занятия. Свита подхватила своего лидера под локти и утащила в класс, а Зенон всё продолжал вытирать слезы смеха.

Наконец, успокоившись, он собрался закончить работу, как вдруг…

Воздух вокруг него на мгновение сгустился. Резкий, колючий импульс энергии «Осколка Истины» прошил пространство совсем рядом. Взгляд Зенона мгновенно стал серьезным, хищным. Он замер, концентрируясь на ощущениях, но вспышка так же быстро погасла.

— Ты очень близко… — прошептал он, и в его темно-голубых глазах промелькнул холодный блеск истинного Короля Демонов. — Первый из десяти. Теперь ты от меня не уйдешь.