Зеркало реальности

От автора

Все персонажи, события и организации, упомянутые в данной книге, являются вымышленными. Любые совпадения с реальными людьми, учреждениями или историческими событиями случайны и непреднамеренны.
(Данное предисловие добавлено по настоятельной рекомендации подполковника Н.И. Васильева, в соответствии с протоколом №447-15.) Текст утверждён комиссией по этике Института аномальных исследований.

Эпиграф: «Иногда, чтобы понять, куда идти, нужно сначала потеряться.»

— Кир Булычев, "Путешествие Алисы"

«Реальность — это то, что мы видим, пока не откроем глаза по-настоящему.»

— Кир Булычев, "Заповедник сказок"

Зеркало реальности

Осень в этот раз как будто решила побаловать жителей города на Неве. Стояли, нехарактерные для Санкт Петербурга, теплые октябрьские дни. Непривычно чистое голубое небо снова и снова одаривало петербуржцев ярким осенним солнышком. Как будто всем жителям, по акции выпало второе бабье лето подряд. Конечно, было оно не таким ласковым и теплым как в июле, но все равно приятно. Днём температура доходила до плюс семнадцати, однако осень брала свое, и с заходом солнца резко холодало.

Однако, в уютном помещении Лофт-холла, что на Арсенальной набережной, было тепло, уютно и весело. Здесь сегодня проходила третья ежегодная церемония награждения "Проекта особого значения Заслон". На протяжении почти полугода, начинающие, и не только, писатели фантасты предоставляли на суд жюри свои произведения, чтецы их озвучивали, а профессиональное жюри выбирало десять лучших, как среди писателей, так и среди чтецов.

Ещё немного, и программа плавно перейдет наконец к награждению победителей, а пока на сцене разворачивалось тематическое ток шоу. На вопросы из зала отвечали два писателя фантаста, и три инженера АО Заслон, "назначенные" на эту почетную должность руководством организации. Волею начальства, Павлу приходилось сейчас тоже сидеть на сцене, хотя гораздо сильнее ему хотелось вернуться в лабораторию, и ещё раз все внимательно проверить, перед предстоящим сегодня ночью экспериментом.

- Так, я вижу у нас есть ещё один вопрос! - снова воскликнул ведущий, заметив в зале очередную поднятую руку. - Я прошу наших помощников, передайте пожалуйста микрофон на третий ряд! Говорите, мы вас слушаем.

- Здравствуйте, - поздоровалась женщина взявшая в руки микрофон. - У меня вопрос скорее всего к специалистам предприятия. Вопрос, что называется, о наболевшем. Скажите пожалуйста, когда уже будет наконец изобретён телепорт? Спасибо!

В зале раздался смех, кто-то даже зааплодировал. Улыбнулся и ведущий.

- Ну? Господа инженеры, кто готов ответить?

-Я отвечу, - кивнул сидящий на сцене Павел. - разработки в этом направлении непрерывно ведутся, и даже... - он сделал паузу. - насколько я знаю, есть некоторые успехи по передаче с помощью телепортации лазерного луча. Правда испытания эти проходят не в нашей стране, а за рубежом, поэтому каких-то подробностей я вам сообщить не могу.

- Понимаем, понимаем, государственная тайна, - кивнул ведущий.

- Да нет, не тайна, просто я же говорю, что разработкой занимаемся не мы, поэтому я просто не знаю каких-либо подробностей...

Пожалуй, это было и всё, что мог на данный момент сообщить зрителям Павел. По странному совпадению, именно его лаборатория последние годы и занималась разработкой установки телепортации.

Ведь совсем не за границей, не в какой-то зарубежной корпорации, а здесь в Санкт Петербурге, нашим, отечественным учёным удалось создать устройство, которое изменяет саму суть перемещения — квантовый телепортатор. Его весьма сложный механизм был основан на принципах суперпозиции и квантовой запутанности, которые позволяли передавать материю из одной точки пространства в другую без физического перемещения.

Павел отчасти говорил правду. Первые удачные опыты, действительно были проведены им именно с лазерным лучом. Потом были перемещены небольшие физические предметы. Кубик от детского конструктора, пятирублевая монета и наконец, первый в истории предмет растительного происхождения - небольшое яблоко.

В основе работы телепорта лежало явление квантовой запутанности, при котором две частицы связаны друг с другом настолько, что изменение состояния одной из них моментально отражается на другой, вне зависимости от расстояния между ними. Установка создает запутанные пары частиц и использует их как маяки в пространстве.

Процесс телепортации начинался с преобразования объекта на квантовом уровне. Объект помещался в специальную камеру, где его квантовое состояние подробно считывалось. Этот набор данных затем передавался к целевой установке через канал квантовой связи, очень сильно отличающийся от обычных радио или wi-fi каналов.

На стороне приёмника этот квантовый "отпечаток" восстанавливал объект, преобразуя квантовые частицы в изначальное состояние объекта, который впоследствии материализовался в новом месте. Для этого использовался резерв из точно таких же элементарных частиц, которые воссоздают всю возможную материальную структуру.

Таким образом, объект исчезая в одной точке, мгновенно появлялся в другой. Целиком этот процесс оставлял пока еще множество загадок и вопросов, для Павла и его помощников, и оставался тайной абсолютного понимания, но одно было очевидно: они стояли на пороге величайшего открытия современности. Именно поэтому Павлу так не терпелось покинуть торжественную церемонию награждения и вернуться в свою уютную лабораторию.

Лаборатория телепорта совсем не была похожа на место, где совершаются такие фантастические открытия и проводятся такие сверхсекретные разработки. Располагалась она частично под землёй, в подвальном помещении, а частично на первом этаже здания, деля его ещё с двумя исследовательскими центрами. Энергоконденсатор с трансформаторной подстанцией и охладитель располагались в подвале, а кабинеты служащих, склад, исследовательский центр и испытательный полигон на первом этаже здания. Наверное, самым интересным из всего перечисленного все же был испытательный полигон. Именно его, а не весь центр, чаще всего, и называли лабораторией. На стене лаборатории находились три большие панели, усыпанные всевозможными приборами индикаторами и экранами. Перед экранами стоял большой стол, за которым, при желании, могло уместится в ряд до шести человек, но чаще всего находилось не более двух-трёх. Сегодня как раз было двое. Ассистент руководителя проекта Алексей Лодыгин и лаборантка Вера Ремезова.

Из лаборатории вело две двери. Одна, в коридор на выход, а вот вторая... Вторая, открывала доступ в самое интересно место всего здания. Результат многолетних трудов и испытаний, святая святых исследовательского центра. Комнату, в которой, и находилась установка телепортации.

Это было небольшое помещение, без мебели, с ровными, выкрашенными матовой белой краской стенами. В центре этого помещения стояла сама установка. Она напоминала нечто среднее между рентгенаппаратом и 3д сканером. Вопреки представлениям, здесь не было видно ни множества датчиков, ни пучков силовых и управляющих кабелей. Все сигналы передавались дистанционно, и энергетические кабели были скрыты в бетонном полу.

Сам процесс телепортации начинался с конфигурации объекта в специальной камере. Это была небольшая платформа, окруженная кольцевым обручем, заполняющимся мягким светом при активации. Несмотря на то, что переносимые предметы были весьма небольшими, платформа была весьма вместительна, и при необходимости могла принять гораздо более крупный предмет. При запуске телепорта начинался квантово-индукционный анализ переносимого предмета, а на экране оператора в соседнем помещении появлялась голографическая копия объекта, наглядно показывая его во всех подробностях. Необходимо было рассчитать всё до мельчайших деталей. Мелочей в данной ситуации просто не существовало.

Как только запускался процесс, атмосфера в комнате менялась: воздух наполнялся едва уловимым электрическим треском, и запахом озона и казалось, время здесь слегка замирало, наблюдая за великим преобразованием материи. Когда эксперимент завершался, разочарованный шёпот или крики радости и удивления, в зависимости от результата эхом разносились по всей лаборатории.

Так обстояло дело в этой научной обители, где физика и мечта были завязаны в единый клубок, и каждый день испытания телепорта был новой страницей в летописи величайших открытий.

Павел торопился в лабораторию. Там, среди мерного гула трансформаторов и успокаивающего мигания светодиодных индикаторов он чувствовал себя легко и уютно. На своем месте. Сцена, зрители и повышенное внимание аудитории - это не для него. На перекрестке улиц Черниговской и Коли Томчака снова что-то копали. Асфальт был безжалостно вскрыт, и жёлтый экскаватор, пыхтя и вздыхая, словно сетуя на то, что приходится заниматься черт те чем вечером пятницы, устало поднимал пласты мокрой, слежавшийся земли. Из траншеи парило. Ну, так и есть, подумал Павел. Видимо прорвало трубу. Как обычно, с началом отопительного сезона. Проезжавшие мимо автомобили разносили глину по асфальту, и чтобы не испачкать обувь, Павлу даже пришлось перейти на другую сторону дороги. С одной стороны, что ему? Перешёл, да и все. А рабочим в оранжевых жилетах, устраняющим аварию приходится лезть в самую грязь. А то и вовсе спускаться в траншею. Им конечно не позавидуешь, но что делать. Кто- то же должен и этим заниматься. У каждого своя работа. У Павла она была своя. Уникальная, неповторимая и очень, очень интересная. Главное, чтобы не отключили воду. Хотя, лаборатория запитана сразу по двум трассам, как раз во избежание аварии, так что даже если отключат одну из них, ничего страшного не произойдет, здание, и водяные охладители просто переключатся на резервную линию.

Павел Романов с детства знал, что его путь лежит в науку. Еще в школе он часами просиживал за книгами по физике и математике, а вместо игр со сверстниками мастерил простейшие приборы из подручных материалов. Его отец, инженер на одном из оборонных предприятий, часто брал сына с собой на работу, где мальчик с восхищением наблюдал за сложными механизмами и процессами. Именно тогда в нем зародилась мечта — создать что-то великое, что изменит мир.

Однако путь к этой мечте оказался нелегким. После смерти отца Павел остался единственной опорой для матери, которая тяжело переживала утрату. Ему пришлось рано повзрослеть, совмещая учебу в университете с подработками. Но даже в самые трудные моменты он не терял веры в себя и свою цель. Павел знал, что его трудоголизм — это не просто привычка, а способ доказать, что он достоин отцовского наследия.

Сейчас, спустя годы, Павел стал одним из ведущих ученых в своей области, но внутри он все еще оставался тем мальчишкой, который мечтал о великих открытиях. Его коллеги часто шутили, что он живет в лаборатории, но для Павла это было не просто работой — это было его призванием. Он верил, что каждый эксперимент, каждая неудача и успех приближают его к той самой мечте, которую он пронес через всю жизнь.

Алексей Лодыгин являлся заместителем и без преувеличения можно сказать, правой рукой Павла. Знакомы они были очень давно, и что именно их связывало сказать было сложно, настолько они были разные. Но это не мешало им дружить и работать вместе. Они, словно две детали одного механизма, как будто дополняли друг друга.

Чтобы было понятнее, приведу несколько примеров. Отдыхать Павел не любил. Не любил, да и не умел. Для него лучшим отдыхом была смена задания, новое исследование, или помощь соседям по этажу в испытании какой-то новой, сверх секретной радиосвязи. Алексей же наоборот, свято чтил пословицу: "делу время - потехе час". И не уставал напоминать Павлу, любившему задержаться в своем кабинете после работы, что начальник, неправильно планирующий свое время подаёт плохой пример подчинённым. И почему-то, только Алексея Павел мог послушаться. Только тот мог вытащить его посидеть в бар, или посетить футбольный матч. А ещё Алексей увлекался хобби. Не каким-то определённым. Хобби с большой буквы. Точнее сказать, он даже не увлекался. Он был ими просто одержим. Он коллекционировал все что только возможно: значки, марки, спичечные этикетки, магнитики, редкие монеты и купюры, и все что можно было коллекционировать. Однако, его страсть не ограничивалась одним только коллекционированием. Алексей считался заядлым рыбаком. Зимой ездил на залив за корюшкой, а летом на Ладогу за плотвой. Играл в школьном ансамбле на барабанах, вышивал бисером картины, складывал пазлы, обожал металлические три-дэ головоломки, и как обычно и происходит в таких случаях распылялся на все сразу и не успевал ничего. Но удивительным образом эта его "многостаночность" не переносилась на работу. Павел же особо ничем не увлекался. Пожалуй, что любил читать. Но в последние годы, на чтение времени совершенно не оставалось, и Павел открыл для себя мир аудиокниг. Тут же выяснилось, что и Алексей является знатным аудиофилом. Он постоянно рекомендовал Павлу самые интересные новинки в исполнении лучших чтецов. Павел, с удовольствием пользовался советами товарища, хотя и на аудиокниги тоже оставалось время только по дороге на работу или с работы. Ещё он пытался слушать книги перед сном, но выглядело это примерно так. Ложась спать Павел ставил таймер сна в плеере на пятнадцать минут, и ложился на подушку закрыв глаза. Утром, прогревая свой автомобиль он обычно отматывал файл назад, до того места, на котором он вчера уснул. Как правило отматывать назад приходилось примерно минут на четырнадцать.

А ещё, Алексей при всей своей разноплановости увлечениями откуда то находил время на то, что называется в наше время - рационализаторство. Будучи неплохим программистом он постоянно ковырялся в исходном коде рабочих программ постоянно их дорабатывая и улучшая. Павел порою только удивлялся, как он умудряется все успевать, но факт оставался фактом.

Но, при всей несхожести характеров, Павел и Алексей прекрасно сработались и сдружились. Им было комфортно работать вместе, а эта дружба между начальником и подчинённым несомненно шла только на пользу дела.

Сегодня в ночную смену, заступила вместе с Алексеем и Вера Ремезова. Молодая лаборант, пришедшая в их коллектив совсем недавно, а августе. Вера окончила институт и получила диплом только этим летом, но несмотря на столь юный возраст и отсутствие опыта сразу зарекомендовала себя не только ответственным и грамотным специалистом, но ещё и энтузиастом с горящими глазами.

* * *

Устроившись работать в отделение к Павлу всего два с небольшим месяца назад, Вера сразу стала настоящей душой лаборатории. Красивая девушка, полная жизни и энтузиазма, она была тем связующим звеном, без которого невозможно представить работу научной команды. Её внешность вносила в лабораторию свежесть утра: с лёгким румянцем на щеках, всегда готовой улыбкой и пытливым взглядом карих глаз, она напоминала весенний солнечный луч в инженерном мире серебряных и стальных тонов.

Вера гордилась своей ролью лаборантки, и, хоть её работа включала большой объём рутинных задач, её неустанное внимание к деталям и аккуратность были незаменимы. Она ловко управлялась с множеством образцов и проводила точные расчёты, стараясь не допустить ни единой ошибки. В свои 22 года она обладала даром создавать вокруг себя гармонию и порядок, что редко встречается в окружении гениальных, но часто рассеянных умов.

Ремезову отличали искренний интерес к науке и необычайное обаяние. Она могла легко находить общий язык с кем угодно, и нередко её хороший совет или ободряющее слово помогали снять напряжение в лаборатории в сложные моменты. У Веры была мечта — однажды внести свой вклад в великие открытия.

Только этим летом Вера закончила «Политех» и получила диплом о высшем образовании. Вообще, родители очень хотели, чтобы Вера пошла по стопам матери, мама работала бухгалтером, но настаивать не стали, здраво рассудив, что это её жизнь, Веры, а значит и выбирать ей надо самой. А ещё, может сыграло свою роль расположение университета. Жила Вера недалеко от станции метро Академическая, и близкое расположение Университета здорово экономило время, затрачиваемое на дорогу.

Учиться в Политехе Вере очень нравилось. Поначалу правда, вносила некую сумятицу её фамилия. Многие студенты, да и некоторые учителя, ошибочно принимали её за родственницу одного из преподавателей. Но, родственницей никого из деканата она не была, только однофамилицей, и никакими дополнительными благами в связи со своей фамилией не пользовалась, всего добиваясь сама. В коллектив лаборатории Павла Романова Вера влилась так же легко, как когда-то в студенческую тусовку «Политеха» и слегка разбавила мужской коллектив. Причем сейчас уже казалось, что она не пришла сюда всего пару месяцев назад, а работала с ребятами очень давно.

* * *

Итак, сегодня друзьям предстояло провести очень важный опыт. Впервые будет проведена попытка переноса на расстояние не просто материального предмета, а биологического материала. Живого существа. Лабораторной крысы Анфиски. Официально конечно Анфиску звали "Объект №345" но Вере больше нравилось называть её именно Анфиской. К проведению эксперимента всё уже было давно готово. Все расчеты проведены и несколько раз перепроверены, все участники находились на своих местах. Даже Анфиса. Ждали лишь Павла, которому пришлось принимать участие в мероприятии и из-за этого задержаться. Наконец он приехал, и эксперимент можно было начинать. Вера открыла клетку с грызуном и бережно взяла Анфиску на руки. В детстве у неё дома жила морская свинка, а потом хомячок-джунгарик по кличке Базилио, поэтому грызунов она не боялась. Вера усадила Анфиску в центр точки телепортации и начала крепить датчики на теле будущего путешественника через пространство. Это было необходимо чтобы видеть состояние животного во время опыта, и оперативно отслеживать как сказывается на Анфисе уникальное перемещение. Наконец все было готово, и Вера накрыв Анфиску проволочным колпаком, чтобы та не покинула точку перемещения уже было подошла к двери и взялась за ручку чтобы выйти в соседнее помещение, как того требовала техника безопасности. Вера посмотрела на крысу и ей по казалось, что один из электродов закреплённый на голове испытателя немного сполз в сторону. Будучи аккуратисткой, и желая, чтобы все было проведено идеально Вера вернулась к столу телепорта чтобы поправить электрод, но в это время свет в помещении задрожал, замигал и погас. Буквально через мгновение свет в помещении загорелся снова, но вот ни Анфиски, ни Веры там уже не было. Так же мерно гудели трансформаторы, так же деловито мигали светодиоды и индикаторы, так же выдавали какие-то синусоиды осциллографы. Все было, как и несколько секунд назад, за исключением одного. В помещении больше не было ни Веры, ни Анфисы.

Во время просадки напряжения Павел и Алексей находились в соседней комнате у центрального пульта управления телепорта, и ожидали возвращения Веры, поэтому в первый момент они даже не поняли, что именно произошло. Однако исчезновение Веры оба заметили сразу, так как во всех помещениях находились камеры видеонаблюдения, и только что друзья наблюдали на экране Веру поправляющую электрод на голове грызуна и вот... В кадре больше никого не было.

- Паша! Паша, что происходит? - ошарашенно спросил Алексей своего начальника.

- Пока не знаю. - растерянно ответил Павел переключая монитор видеонаблюдения на комнату в которую должна была перенестись Анфиса. В этом помещении так же никого не было. - Приборы зафиксировали скачок напряжения с последующей просадкой, правда автоматика отработала как надо и АВР тут же переключил нас на резервное питание, но судя по всему скачок спровоцировал запуск телепорта. - Продолжил Павел, просматривая электронный журнал установки.

- Паш, но как он мог запуститься то? И самое главное, где Вера?

- Лёш, я пока сам ничего не понимаю. - Ответил Павел, продолжая просматривать электронные журналы событий...

Внезапно, Алексей замер, и казалось даже перестал дышать. Он, не моргая, смотрел на один из информационных экранов.

- Паша... - Шепотом произнес он, кивая на экран. - Паш, скажи мне пожалуйста, ты тоже это видишь?

-Дда... - Прошептал Павел. В горле у него резко пересохло, а язык стал шершавым и отказывался двигаться.

Друзья не отрываясь смотрели на экран подключенный к информационным датчикам Анфисы, которые в этот момент продолжали отображать пульс, температуру, давление и частоту дыхание зверька. И судя по показаниям грызун прекрасно себя чувствовал, разве что был слегка взволнован.

- Паша, так ведь это получается, что эксперимент удался. Мы смогли телепортировать живое существо без нарушения жизненно важных функций.

- Смогли. - серьезно сказал Павел. - Теперь осталось только найти куда, и где тогда Вера.

* * *

На перекрестке улиц Коли Томчака и Черниговской экскаватор уже почти закончил освобождать лопнувшую трубу от окружающей её глины и земли. Оставалось выбрать совсем немного почвы, и можно было приступать к ремонту теплотрассы. Ковш экскаватора снова опустился в теплую, парящую почву, но не смог подняться вверх, так как за что-то зацепился. Машинист бульдозера добавил газу и потянул джойстик управления на себя. Раздался громкий хлопок, и из траншеи во все стороны полетели яркие ослепляющие искры.

Как оказалось, экскаватор зацепил ковшом силовой кабель, питающий три соседних квартала. Произошло короткое замыкание такой силы, что на ковше экскаватора мгновенно отгорели два здоровых металлических зуба. Расплавились так, как будто их и не было. Только по счастливой случайности никто вокруг не пострадал. Три квартала жилых домов погрузились во тьму. Лаборатория, к счастью была так же запитана ещё от резервного кабеля, и поэтому там электроэнергия не пропала. Умная автоматика почти мгновенно перевела питание на другую линию, допустив только небольшой скачок напряжения и последовавшую за ним кратковременную просадку.

Павел с Алексеем так и не поняли каким образом, но выходило, что именно этот скачок с просадкой и спровоцировали запуск телепорта, в тот момент, когда там находилась Вера с грызуном Анфисой. В общем, как это уже не раз случалось в истории, открытие спровоцировала цепь каких-то непредвиденных событий.

* * *

Вера не могла понять, что произошло. Она помнила, как наклонилась над Анфиской, чтобы поправить сползший электрод, как вдруг свет вокруг зарябил, замигал, а потом как будто все вокруг, даже воздух, задрожало и завибрировало. Потом полностью стемнело, а когда свет снова вернулся, то источником его были не светильники, расположенные на потолке, а большое двустворчатое окно, расположенное на противоположной двери стене. И это было очень странно, потому что ещё несколько секунд назад никакого окна там не было. А теперь вот есть. Зато нет потолочных светильников, всей аппаратуры и приборов, за исключением установки телепортации. А ещё есть Анфиска, беспокойно сидящая на руках у Веры, и не понимающая, почему сегодня ей уделяется так много внимания, и когда уже её вернут обратно в уютную клетку. Вера осмотрелась. Да, похоже это была та же самая комната, но... как бы это сказать. Одновременно и та и не та. Вера долго не могла решить, как сформулировать свои ощущения, пока не сообразила. Комната выглядела так, словно никакой лаборатории тут никогда не было. Но как такое возможно? Если предположить, что телепорт сработал, то Вера должна была перенестись всего лишь за стену, в соседнее помещение. Но это явно было не оно. Да и в том помещении тоже не было окна, а здесь оно было. В комнате было достаточно темно, потому что кроме света фонаря, горевшего за окном другого источника света здесь не было. Вера подошла к окну, и увиденное там, заставило удивиться её ещё сильнее. Это точно было здание их лаборатории. И улица за окном была той же самой. Фонарь освещал достаточно подробностей, и ошибки быть не могло. Только выглядела улица не так, как должна была выглядеть. Не так, как Вера привыкла. А ещё по улице ходили люди. Вот прошел мужчина в плаще и надвинутой на глаза шляпе. Потом в другую сторону просеменила каблучками девчонка лет шестнадцати. С этими людьми тоже было что-то не так, но отсюда Вера не могла понять, что именно. Она отошла от окна и вернулась обратно к двери. Рядом с дверью был расположен выключатель и сейчас Вера рассмотрела на потолке плафон светильника, но не такой и не в том месте, что в её лаборатории. Она щёлкнула выключателем, но ничего не изменилось. Причем настолько "ничего" что даже клавиша выключателя осталась в том же положении "выкл". Это было очень странно. Когда она касалась выключателя, то она осознала его, но стоило ей сделать попытку вдавить клавишу, пальцы как будто проходили сквозь неё. И еще, это было удивительно, но страха у Веры Ремезовой не было. Совсем. Удивление было. Любопытство. Желание разобраться. Но не страх. Это было тем более удивительно, потому что сама Вера себя смелым человеком или героем отнюдь не считала, и, наверное, если бы она прочитала нечто похожее в книге, то поставив себя на место героини непременно умерла бы от страха! А вот, надо же. Сейчас ей было совсем, ни капельки, не страшно.

Дальнейшие эксперименты показали, что из комнаты выйти она не могла, дверная ручка отказывалась ей повиноваться так же, как и кнопка выключателя... Такая же ситуация повторилась и с оконной ручкой. Где она? Куда она попала?

Анфиска заёрзала на руках у Веры, и та отпустила её на пол. Сделав пару кругов по комнате и деловито все обнюхав крыса вернулась к девушке и встала перед ней поднявшись на задние лапки, как будто просилась обратно на ручки. Вера готова была поклясться, что выражение мордочки у Анфиски было озадаченное. Девушка снова взяла свою подругу по приключениям на руки и тут обратила внимание, что передатчик сигналов от датчиков закреплённых на голове лапках и тельце грызуна работают в штатном режиме. Об этом сигнализировал зелёный индикатор. А так могло быть только в том случае, если связь с центральным сервером не потеряна. А это значит... Это значит, что все эти показания сейчас могут наблюдать её товарищи, Павел и Алексей. Вера аккуратно сняла с Анфисы датчик считывающий пульс грызуна и задумчиво постучала по нему пальцем. Потом постучала ещё... и ещё...

* * *

Павел с Алексеем по-прежнему находились в операторский установки телепортации.

Павел куда то звонил, что-то докладывал, потом несколько раз звонили ему. Алексей понимал, что сейчас такой момент, когда не стоит отвлекать начальника, и поэтому ничего не спрашивал. Придет время - сам все расскажет. Чтобы не сидеть без дела, Алексей сделал две порции крепчайшего кофе, себе и Павлу. Себе послаще, а вот Павел сладкое не любил, поэтому его напиток он сластить не стал. Приборы тем временем продолжали исправно считывать показания. И судя по тому, что показания незначительно менялись, можно было сделать вывод что это не просто какой-то сбой программы, а подопытный образец по прозвищу Анфиска действительно жив и здоров и неплохо себя чувствует. Осталась сущая ерунда. Определить где он находится. Он и Вера.

Наконец Павел присел за стол и протянул руку к чашке с кофе. Взял. Поднес к губам, с упоением сделал два небольших глотка, закатил глаза и задержал дыхание наслаждаясь приятной терпкой горечью и теплом разливающимся по телу. Алексей его не торопил. Павел сделал ещё глоток, поставил чашку на стол и сказал.

- На трассе произошла авария. Все подтвердилось. Там какая то техника повредила силовой кабель, и вследствие этого произошел скачек напряжения с последующей просадкой. При скачке вышли из строя какие-то элементы электронной схемы установки телепортации, и произошел несанкционированный запуск. А последующая просадка изменила вводные данные. Вероятность случившегося можно было оценивать, как одна миллиардная, но именно так все и произошло. Телепорт отработал, и перенес два объекта, грызуна Анфису и Веру Ремезову, согласно искаженным данным. Судя по датчикам Анфисы телепортация прошла успешно. Надеюсь, что и Вера тоже жива. Наша задача довольно проста, определить где они.

- Паш... Не знаю насколько Вера здорова, но я уверен, что она жива. - Сказал Алексей и кивнул на экран показаний пульса грызуна. До этого он колебался в районе 400-450 ударов в минуту, что было в пределах нормы для четвероногого путешественника. А сейчас он стал очень редким, и аритмичным. Три удара... Один... Один... Один... Три удара.... Снова Три удара... Один... Один... Один... И снова три удара.... И тут до Павла дошло. Три коротких, три длинных, три коротких. SOS. Кто-то подавал им таким образом сигналы через пульсометр грызуна. Кто это мог быть если не Вера. Нужно было как-то дать ей понять, что сигнал получен. Но как? Алексей, словно угадав, о чем думает сейчас его начальник негромко полувопросительно сказал. - Стимулятор?

- Можно попробовать. - Ответил Павел.

Алексей нажал на клавишу, и подкрутил барашек потенциометра по часовой стрелке. Тут же, все показания датчиков грызуна, кроме пульсометра, изменились. А через некоторое время сигналы SOS прекратились. Алексей тут же вернул потенциометр в исходное положение.

* * *

Вера сидела на полу, и продолжала постукивая кончиком пальца по пульсометру передавать в эфир сигналы SOS. Она не могла сказать сколько времени она делала это, пока не заметила вдруг, что Анфиска начала проявлять беспокойство, закрутилась, заёрзала и попыталась сорвать со своей спины один из электродов. Вера перестала стучать по датчику, и Анфиса тут же успокоилась, оставив электрод в покое. Вере подождала немного и снова передала сигнал, Анфиска тут же снова заёрзала. Все было понятно. Её сигналы доходят до Павла с Алексеем, и они четко дают это понять вот такой обратной связью. Проблема была в другом. Кроме всемирно известного "спасите наши души" Вера из азбуки Морзе, не знала больше ничего, и передать что-либо ещё не могла. Как же быть? Теперь, когда контакт был налажен предстояло придумать какой-то другой способ коммуникации. Вера вспомнила их деревенские игры в вызывания духов посредством доски Уиджи, и стукнула один раз по датчику, а потом через паузу два раза. Один раз соответствовал ответу «да», а два раза это было «нет». Вот только поймут ли ребята? А если поймут, то как смогут ответить? Внезапно Вере пришла в голову одна мысль, и она снова застучала ногтем по датчику. Один раз, пауза... Два раза, пауза... Три раза, пауза... И так далее.

* * *

- Слушай Паш, я тут в свободное время над одной фичей поработал, как раз хотел сегодня после опыта тебе показать, а сейчас, возможно даже самое время. - Сказал Алексей.

- Над чем поработал? - Не понял Павел.

- Над "фичей".... Ну над фишкой одной. Короче. Вот эта программа которая считывает показания датчиков Анфиски, она теперь может чуть больше чем раньше... Только её ещё отладить надо. - замялся Алексей.

- Лёш, ты сейчас серьезно? Вот правда, я конечно все понимаю, но тебе не кажется, что сейчас немного не вовремя. - Недоуменно проговорил Павел.

- Нет, нет Паш, погоди, не переживай, послушай. Наоборот. Такой шанс один раз выпадает...

- Что ты имеешь в виду? - Снова не понял Паша. - Какой такой шанс? Ты разве не понимаешь, что у нас сейчас главный вопрос: как Веру найти и вернуть.

- Ну, так я про это и говорю! - с жаром заговорил Алексей. - С помощью этого кода можно считывать не только показания датчиков, но и кое-что ещё. Только надо как-то сообщить Вере, чтобы она закрепила датчики на себе.

- Как?

- Пока не знаю. Не придумал ещё. - Ответил Алексей.

- И что нам это даст?

- Ну, как бы тебе объяснить, этот код, он анализирует показание датчиков, и на основе электромагнитных импульсов позволяет читать мысли человека. Ну не совсем прямо уж читать, а.... В общем модель пока сыровата, но кое какие результаты у меня уже есть, надо только ещё немного доработать.

- Лёш, я тебя понял. Ты знаешь, давай не сейчас. Я понимаю, что это действительно было бы неплохо, но думаю, что на сегодня хватит экспериментов. Датчики нужно будет переключать и перенастраивать, а это очень большой риск, отключить из насовсем. Как ещё мы можем связаться с Ремезовой?

В этот момент индикатор пульса снова зажил своей жизнью. Теперь количество "ударов" его увеличивались после каждой паузы на одну единицу. 1, 2, 3, 4, и так далее... В какой-то момент этот непонятный счёт прекращался и снова начинался с единицы. И снова... И ещё раз...

- Паша кажется, я понял в чем дело! - Воскликнул Алексей. - Считай удары.

- Я пока не понял. - Растерянно ответил Павел. - Зачем считать, я уже понял, что они каждый раз увеличиваются на один. И что?

Вера тем временем продолжала отстукивать пальцем свое послание. Только бы ребятам стало понятно, что она имеет в виду. Должны догадаться... Должны! Один, два, три...Тридцать один, тридцать два, тридцать три... И снова: один, два, три... И так раз за разом, по кругу.

* * *

-Паша, ну, ту понял? Тридцать три! Тридцать три, Паша! Это алфавит. Она сигнализирует нам, что присвоила каждой букве алфавита порядковый номер и теперь может передавать буквы.

Алексей, тут же, не спрашивая Павла отправил новый импульс грызуну, чтобы Вера, по поведению Анфиски, увидела что они её поняли. Павел, тоже все уже понял. Он схватил лист бумаги и начал писать на нем алфавит ставя напротив каждой буквы номер по порядку. Импровизированный передатчик помолчал какое-то время, а затем снова "ожил". Ребята начали считать выписывая получившиеся цифры на бумагу. 3-6-18-1

- В.Е.Р.А. - Вера! Пазл сложился. Это была Вера, и теперь она могла им писать. Осталось придумать только, каким образом ребята смогут передавать Вере свои послания. Используемый ими сейчас способ не очень подходил для подобного общения.

- Лёш, - осторожно начал Павел. - а как ты думаешь, если мы отключим датчик от Анфисы, мы сможем законнектить его потом обратно?

- Зачем? - Алексей сперва не понял. Но буквально тут же лицо его прояснилось. - А, индикация?

Павел кивнул.

- Паш, я могу отключить какой-то из вторичных датчиков. Например, датчик уровня кортизола, и мы все увидим.

- Нет, датчик уровня кортизола не пойдет. - покачал головой Павел. - там нет индикатора. Вера даже не увидит, что мы его отключили.

- Индикатора нет, - согласился Алексей. - Но зато, мы увидим сможем ли после отключения подключить его обратно. И в случае, неудачи ничем не рискуем.

- Логично, - согласился Павел. - давай попробуем.

Алексей защёлкал клавишами клавиатуры, а Павел продолжал наблюдать за показаниями. Датчик был отключен и тут же, при повторном включении сконнектился обратно.

- Отлично. Теперь нужно попробовать отключить какой-то из датчиков с индикацией, чтобы Вера это увидела.

После недолгого совещания было решено попробовать "достучаться" до Веры через датчик мышечной активности. Так как на нем присутствовал трехцветный индикатор. В подключённом режиме он горел ярко зелёным огоньком, в отключённом - красным и начинал моргать жёлтым при потере сигнала. Друзья начали отключать и снова подключать датчик ожидая, когда Вера обратит на это внимание. И ждать долго не пришлось, очень скоро "пульсометр" снова ожил. Переведя цифры в буквы они получили новое сообщение от Веры.

Таким образом, связь между испытателями была налажена. Вера отправляла кодовые цифровые сообщения Павлу с Алексеем через пульсометр Анфисы, а друзья отвечали ей, количеством включения и выключения датчика мышечной активности той же Анфиски. Происходило все конечно, очень медленно, но тем не менее, теперь они могли общаться.

Точнее, общался с Верой Павел. А Алексей снова уткнулся в экран монитора и что-то сосредоточенно набирал на клавиатуре, периодически заглядывая в свой блокнот, что-то правя и вновь пересчитывая.

По словам Веры выходило, что телепорт перенес их с Анфиской не в другое место и не в другое время (хотя по времени были вопросы) а как будто в какой-то мир существующий параллельно нашему. Этакое зеркало, отражающее наш мир. Зеркало реальности. Это был тот же самый дом, на той же самой улице, но никакой лаборатории здесь не было. А ещё Вера находится в этом мире не как полноценный объект, а как призрак. Звучало это конечно невероятно, как, впрочем, невероятно звучало и то, что такой перенос в принципе состоялся, но тем не менее, это было так. Вера ощущала предметы как материальные, но ровно до тех пор, пока не пыталась с ними взаимодействовать. Она могла коснуться ручки двери, но не могла её открыть. При усилении давления на ручку, рука просто проходила сквозь неё без сопротивления. То же самое было и с окном. Оно не открывалось. Но Вера без труда смогла высунуть голову на улицу прямо сквозь стекло. Она видела прохожих, идущих по улице, но они её не видели, и не слышали, когда она их звала. Жажды, как и чувства голода Вера не испытывала, а в остальном чувствовала себя как обычно. Все это она смогла рассказать Павлу пользуясь своей цифровой "азбукой". И занятие это было весьма небыстрым.

Периодически Павел отвлекался на телефон, и докладывал кому-то о происходящем в лаборатории. После одного из таких звонков, он повернулся к Алексею, не перестающему что-то подсчитывать и спросил его.

- Как успехи, Лёш?

- Не так быстро, как хотелось бы. - ответил тот, не переставая что-то считать. - Что там "наверху" происходит? Сильный кипеж? Журналистов ждать? Сколько у нас времени?

- Не будет журналистов, Леша. Все, кому надо в курсе, далее информация закрыта. Сюда, без необходимости, никто не зайдет, и отвлекать нас никто не будет. Если нужно, то к нам пришлют дополнительных специалистов. Но, просили по возможности ограничить круг посвященных в происходящее. Если тебе надо помочь что-то отсчитать, то к нашим услугам мощности всей организации, но опять же, без объяснения, происходящего.

- Правда? - встрепенулся Алексей. - Так, что же ты молчал? Конечно надо. Сейчас покажу.

- Не молчал, - ответил Павел. - вот, только что что сообщили, и сразу сказал тебе. Что там у тебя?

- Мне нужно подправить вот этот код - Щёлкнул Алексей мышкой. - потом обсчитать вот этот и этот блоки. Ну и, можно ещё вот этот. Это стандартный код, по этому фрагменту никто не поймет, чем именно мы заняты.

- Отлично! Отправляй задачи, сейчас нам помогут. - сказал Павел.

В это время индикатор пульсометра снова "ожил" и Павел вернулся к общению с Верой.

* * *

Вера как смогла описала Павлу произошедшее с ней, и видимое ей вокруг. Происходило это все очень небыстро, плюс Павел периодически куда то пропадал. (Он отвлекался на телефонные звонки, но Вера об этом не знала). В такие моменты она продолжала, по мере возможности, изучать мир в котором она оказалась. Путем нехитрых экспериментов Вера выяснила что может, при желании, проходить сквозь стекло, двери и даже стены. Стоило только приложить чуть большее чем обычно усилие, и материал податливо расступался перед ней. Ещё Вера выяснила, что люди, проходящие периодически по улице не видят ни её ни Анфиску. Не видят и не слышат. В общем, по всему выходило, что реальность наша многослойна, и Вера каким-то удивительным образом умудрилась переместится на другой слой. Здесь тоже был Санкт Петербург, та же архитектура, тот же климат, но населен он был совсем другими людьми, и события, судя по всему, здесь происходили другие. Впрочем, было непонятно, почему при этом сохранились идентичными улицы и городские дома. Видимо крупная стройка, каким-то непонятным пока образом велась во всех слоях реальности, и отличались лишь детали. Это было невероятно, это было невозможно, но, тем не менее, это было так.

За "разговорами" прошло ещё несколько часов. Удивительно, но ни усталости, ни голода Вера не ощущала, чего не скажешь о Павле и Алексее. Но, у друзей даже и мысли не было прервать работы по возвращению девушки. Тем более, что теперь вся организация, в той или иной степени тоже работала над этим вопросом.

Тогда ребята ещё не знали, но на самом деле к этому вопросу были подключены три крупнейших научно исследовательских института и РАН. Результаты не заставили себя ждать. На исходе шестого часа утра Алексей сообщил Павлу, что он практически восстановил последовательность событий, вплоть до тысячной доли процента, и теперь можно попробовать вернуть обратно... Нет, не Веру. Для начала можно попробовать вернуть обратно Анфиску. Павел тут же начал передавать новость Вере, а Алексей готовить телепорт к запуску. Задача, на самом деле, была нетривиальной. Одно дело отправить что-то, куда то, и совсем другое, перенести, причем из места где никакой лаборатории нет и в помине.

* * *

Третий раз был готов Алексей нажать кнопку активирующую телепорт, и третий раз Павел останавливал его, и просил ещё раз все перепроверить. Ошибиться было нельзя.

- Паш, ну что ты хочешь от меня? - Не выдержал в конце концов Леша. - Ты думаешь, я не хочу вернуть Ремезову? Хочу не меньше тебя. Думаешь я не волнуюсь? Ещё как волнуюсь Паша. Но я правда, не знаю, что мне ещё проверять. Все уже проверено десять раз. Паш... - Алексей посмотрел на руководителя и понизив голос продолжил. - Мы сейчас или пробуем, или нет. Третьего не дано, прости. Я не знаю, что тут ещё можно проверять.

- Да Лёш, конечно ты прав, извини. - Согласился с ним Павел. - Сам понимаешь, не каждый день мы тут людей в параллельные миры закидываем. Давай начинать.

Вера уже давным-давно была предупреждена, и Анфиса, как летчик испытатель снова сидела на своем месте, обвешанная всевозможными датчиками. Друзья понимали, что в случае удачи связь с Верой прервется, но условия эксперимента требовали полного повторения условий телепортации, поэтому Вера больше не могла ни сообщить что-либо, ни спросить о причине задержки. Ей оставалось только ждать, когда произойдет первый этап возвращения. Что будет в том случае, если он не удастся, не хотелось даже думать.

Алексей взвел несколько тумблеров, и пересилив себя, чтобы не зажмуриться вдавил кнопку активации телепорта. Павел в это время мысленно перекрестился. Мгновение, и друзья подскочили со своих мест, и бросились к двери, ведущей в аппаратную. Там, на своем месте, живая и невредимая сидела Анфиска! Животное недовольно шевелило усиками принюхиваясь, и смотрела на людей так, как будто хотела спросить, как долго они ещё собираются заниматься какими-то глупостями, и когда уже наконец, дадут ей отдохнуть в её персональной комфортабельной клетке. Эксперимент удался! Это была победа! Почти победа. Впереди был второй, более сложный этап. Теперь нужно было готовится к возвращению Веры.

* * *

Со вторым этапом операции, однако, пришлось повременить, так как были выполнены ещё не всё расчеты, и нужно было гарантированно убедится, что мощностей телепорта хватит. Никто не забыл, что причиной первоначального переноса послужил скачек напряжения вызванный коротким замыканием. Павел с Алексеем ждали, когда им пришлют необходимые им данные расчетов. Казалось, что время остановилось.

Где-то, в отражении нашей реальности как в искривленном зеркале, на срезе миров, ждала и Вера Ремезова. Четко следуя инструкции Павла она заняла место в центре комнаты, около установки и замерла, стараясь расслабиться. Раз за разом прокручивала она в голове происшествие, но принять умом произошедшее так и не могла. Человечество всегда задавалось вопросом, одно ли оно в этом мире, или существуют и другие заселенные кем-то миры, но почти всегда речь шла о мирах на других планетах, и никто даже не задумывался, что все это может быть ближе, намного ближе. Хотя... Откуда она знает, может быть она находится в какой-то зеркальной реальности, расположенной в другой галактике, или вообще иной вселенной? Во всем этом ещё предстояло разобраться учёным, и было понятно, что то, что они случайно открыли будет величайшим открытием со времён, наверное, открытия нового света.

К сожалению, Вера не могла знать, с чем связана задержка и следуя инструкциям Павла стояла и ждала, стараясь лишний раз не шевелится. Люди пока ещё не умели передавать свои мысли на расстояние. Вот если бы можно было изобрести такое устройство, подумала Вера.... Но в этот миг пространство вокруг завибрировало, задрожало, свет померк, и комната погрузилась в полную темноту. Впрочем, ненадолго. Почти сразу яркий свет лабораторных светильников ударил Веру, уже привыкшую к мягкому освещению комнаты, по глазам. Она снова была в знакомом помещении испытательного центра. Она была "дома".

Эпилог

Год спустя.

- Итак, дорогие друзья, наша встреча подходит к концу, но может быть, у кого, то есть ещё какие-то вопросы к нашим сегодняшним гостям? - улыбнулся ведущий всматриваясь в зал. - Может быть к нашим писателям финалистам, или к инженерам проектировщикам организации? И я вижу протянутую руку в зале. Да, передайте пожалуйста микрофон молодому человеку.

Торжественная церемония награждения победителей очередного конкурса «Проект особого значения ЗАСЛОН» проходила в том же уютном зале, что и год назад. На сцене снова находились писатели фантасты и ведущие инженеры предприятия. Снова, как и год назад дошла очередь до вопросов из зала.

- Здравствуйте, меня зовут Николай. - представился молодой человек в очках, - скажите пожалуйста, когда по вашему мнению, будет изобретён миелофон[1]?

- Хороший вопрос! Спасибо большое! - ответил ведущий. - Итак кто рискнёт ответить? Господа фантасты, я думаю, уважаемый Кир Булычев уже отвечал на этот вопрос, в одном из своих произведений, так что давайте теперь послушаем что скажет наука. Кто хочет ответить? Павел, может быть вы?

- Ну уж нет, - подумал Павел Романов. - Пожалуй, с меня хватит…

[1] Миелофон — мыслеуловитель из цикла К. Булычёва об Алисе Селезнёвой. Подробнее см.: Булычёв К. "Сто лет тому вперёд" (1978).