Злопамятный

- Шесть цяней за шкурку, и ни на один больше!

Я задумчиво глядел на старосту. Сил на гнев у меня после охоты не было. Только лениво ворочалась мысль о том, сколько же дерьма может изливать на меня этот старик просто за то, что не сумел два года назад прибрать к рукам мой же бронзовый топор. Даже интересно: жадность - это обязательное условие для становления деревенским старостой? Я, правда, знаю только одного, а до ближайшей деревни идти три дня. Лень топать ради сравнения.

- Почтенный Цзинсун, этот юный охотник знает, что вы продаëте такие шкурки в городе по три десятка за серебряный лян. Проявите достойную вашей мудрости справедливость к бедному сироте, а то ведь он умрëт от голода, и у вас не останется ни одного охотника. Неужели вы и впрямь хотите, чтобы я продавал чудесные шкурки куниц за шесть чашек дешëвого чая? Это же оскорбление не столько для бедного охотника, сколько для вас! Что скажут люди? Они же подумают, что староста мало платит этому охотнику, потому что городские могут обмануть почтенного с ценой!

"Ну же, " - думал я. - "Давай, тупое старое дерево. Ты же падок на лесть. Половина трактира уши греет, давай, покажи, какой ты мудрый! ".

- Сколь же ты непочтителен, юный Сунлинь. - недовольно покосился на окружающих старик. - Это всё от того, что некому тебя воспитывать! Но я рад, что хоть мою науку ты начал запоминать. Наконец-то начал слушать и думать не только на охоте! Помни, кроме тебя, никто о тебе не позаботится! Не дай себя надуть!

"О, надо же. Оказывается, это ты меня так учишь. И за намëк, что заступиться в деревне за меня некому, спасибо. Сказать, что ли, полусотнику, что староста Цзинсун считает себя единственной властью в деревне? Хотя, лень. ".

- Этот молодой охотник впитывал каждую каплю вашей мудрости, словно цветок во время засухи впитывает воду! - почтительно поклонился я.

" Ага, потому что этой мудрости от тебя - как дождя в засуху...".

- Следуя вашим наставлениям, этот юный охотник считает, что справедливой ценой будет дюжина цяней за шкурку. - с невинным видом добавил я. Ты, старый засранец, и так меня без ножа режешь.

- Да, да... - скривившись, кивнул староста. - А кто, ты говоришь, сказал тебе городские цены? - уточнил он, словно это была мелочь.

- Этот юный охотник услышал, как женщины обсуждали разные цены у колодца, несколько дней назад.

"Ищи теперь, какая из твоих внучек проболталась, старый пень. ".

Покряхтев, староста нанизал на бечëвку дюжину дюжин монет, и забрал у меня связку шкурок. А вот хватит, хватит внаглую на мне наживаться. У тебя в деревне только один охотник и остался, скупердяй!

***

Вот уже второй год, как меня зовут Сунлинь. Хотя настоящее моë имя Иван Владимирович Суржин, но кому это нужно в демоновой Империи Цин? Не дайте боги, заикнëшься о том, что на самом деле ты не пятнадцатилетний мальчишка, а сорокалетний мужик в его теле - обряд изгнания проведут быстрее, чем успеешь помянуть отсутствующего здесь Будду. А потом сожгут, для надëжности. Так что быть слегка ненормальным юнцом-сиротой, сыном охотника и швеи, единственным уцелевшим после морового поветрия, намного безопаснее.

Боги закинули меня в тело умирающего пацана в качестве тупой шутки. Ну как же: пусть любитель восточной культуры полюбуется на неë из первого ряда.

Я дико рад тому, что у меня дома никого не осталось. Иначе бы сошëл с ума в первые же месяцы. А так - я просто тихо ненавижу этих всемогущих тварей. Они просто выдернули мою душу сюда, разумеется, грохнув моë тело. Потому что могут.

А ещё они делают на меня ставки. Изначально у них зашëл спор, может ли человек 21 века из техногенного мира приспособиться и выжить в том, что здесь творится. Где ценность человеческой жизни измеряется только личной силой, а физику и логику каждый местный практик ломает о колено перед завтраком.

Как выяснилось, я - могу. Правда, ничего с этих ставок не имею.

Но не забрось они меня в приграничье Империи, точно бы спалился в секунду. Просто не поклонился вовремя кому надо и как надо, и всё. Сунлинь - обычный мальчишка, одного удара ножнами меча какого-нибудь ученика задрипаной секты ему хватило бы, чтобы улететь на перерождение. А тут деревня в тридцать домов, караванный двор, да четыре десятка пограничной стражи. Не каких-нибудь егерей, эти просто за перевалом Небесной Секиры приглядывают. Не до пережившего мор сироты людям. Нравы насквозь простые.

Можно сказать, что злость на богов спасла меня. Если бы не она, фиг бы я потащился в лес, едва сумев встать с лежанки. Злость, и память паренька. Я мог говорить, понимать, помнил людей, правила поведения, а главное - то, чему учил Сунлиня отец. А как взрослый циник, знающий об отношении в деревнях к сиротам - представлял, чего ожидать.

***

В первую очередь, собрал и спрятал вещи отца и матери, на которые могли позариться соседи или староста. Ну и часть домашней утвари. Отберут ведь всё, а самого возьмут в приживалы, по факту - почти раба. Хоть дом не тронут. После мора четверти душ недосчитались, освободились домишки и получше моего.

Главное, удалось спрятать инструменты матери и оружие отца. А что? Ничего не знаю, очнулся - нету вещей. Пусть между собой выясняют, кто оказался настолько жадным, чтобы обнести дом с больными. Себе только детский лук оставил, немного наконечников для стрел, и старый бронзовый нож со сломанным кончиком. И то - боялся, что отнимут.

Потому что бедность вокруг - жуткая. Вы думаете, дома "без единого гвоздя" из любви к искусству ставили? Да не было гвоздей! Чтобы вы понимали масштаб: у нас в доме мотыги каменные. И это считается неплохим инструментом. У отца всего дюжина бронзовых наконечников для стрел была, остальные - из кости и зубов животных. Бронзовые топор и рогатина, да такие же иглы и шила матери - немалая ценность. У нас вся посуда глиняная! Вы не поверите, как я за два года соскучился по банальной сковороде...

А чтобы отстоять мою самостоятельность, нужно было заявить о себе, как о полноценном жителе. И заручиться поддержкой другого центра силы в деревеньке. Которым был Ду Вэйдун, старый полусотник приграничной стражи. Первым-то был староста, по совместительству хозяин караванного двора и трактира.

Я тогда начал полусотнику дичь таскать. Кухня у стражи своя, но кормят там... мда. Так что прибавку к рациону старый вояка оценил. Так-то вокруг зверья и птицы полно, но отправить на охоту ему некого. Да и рискованно: нет-нет, да и забредают духовные звери, можно нарваться. Стражник - не охотник: шумит, спрятаться не умеет. Потому профессия охотника вполне почëтна и относительно прибыльна. Отцу поначалу даже хватало на лекарства для матери...

В общем, когда староста начал прибирать к рукам бесхозное имущество да пристраивать с выгодой сирот, полусотник заявил: сопляк растëт охотником, и это теперь наш сопляк, армейский. Глядишь, через пару лет вовсе к себе возьму. Так что - моë, не трожь. Староста поморщился, проверил, что взять с меня вроде нечего, да и махнул рукой. Мол, пока десятину платит, пусть играет во взрослого.

Так что налогов я, в результате, платил чуть ли не втрое больше: старосте десятину пушниной, да полусотнику вдвое дичью. Грабëж? Ну, как посмотреть.

***

За всё это я немного обучался работать пикой и саблей у десятников. Кто ещё тут научит? Да немного учили читать и писать. Правда, выучил я всего пару сотен иероглифов, из шести сотен, которые следовало бы знать, ну да их и не все десятники знали. И учили меня по текстам присылаемых указов, а писать я учился палочкой по мокрой глине... В общем, представляете себе мой уровень. Но главное, что я купил себе - это время на реализацию своих планов.

Из болтовни и слухов я усвоил, что практики формируют в себе ядро, необходимое для совершенствования. А то, каким оно будет, зависит от духовного корня человека. Разумеется, ни объяснить большего, ни проверить, какой у меня духовный корень, было просто некому. Практики заглядывали в деревню раз в год по случаю, если проходили через не особо удобный и дальний от главных путей перевал; и даже если вообразить, что мне удалось бы заинтересовать хоть одного - я всё равно был в лесу. Поэтому действовал я на удачу.

Техники циркуляции и концентрации ци у меня в памяти были. Они и в йоге есть, и в ци-гун, много где. Но если на Земле это были чисто умозрительные знания, то здесь ци была. А значит, достаточно было обеспечить еë повышенную концентрацию в теле, и гонять упражнения до самых пределов терпения, в надежде на то, что всё сработает.

А для обеспечения высокой концентрации ци мне виделся непростой, но понятный и реальный путь. Я должен был охотиться на духовных зверей и поглощать их ядра. То есть - съедать их. Ну, не в зад же засовывать.

Я понятия не имел, сколько ядер понадобится. Я даже о том, как отличить духовного зверя от обычного, знал только по рассказам, что помнил Сунлинь. Но я пытался.

Вообще, с точки зрения логики напрашивался интересный, но опасный вопрос. Вот у совершенствующихся формируется ядро, и у духовных зверей тоже. Из духовного зверя ядро можно извлечь. Оно похоже одновременно на жемчужину, и на круглую конфету драже. Но, получается, из тела совершенствующегося тоже можно извлечь такую штуку, и использовать? Если нет - получается, что это всё какая-то игра богов, а мы все - их партейка в sim's, где есть фигуры, а есть ресурсы? Думаю, что всё же первое. И дьявольские культы наверняка чем-то таким промышляют.

В общем, я начал высматривать духовных зверей среди обычных, и охотиться на них. Надо сказать, что определить какого-нибудь духовного волка, или там оленя, несложно. Ощущение духовного давления ни с чем не перепутаешь. Другое дело, что лезть к ним, не будучи практиком, и имея за душой только стрелы с бронзовыми наконечниками - одноразовый аттракцион. Сожрут! Обидно быть съеденным оленем, мать его Гуаньинь, пусть и духовным. Так что искал я чего попроще. Водяных крыс, куниц... Ящериц, кстати. Водится у нас один вид. Здоровые, почти в метр длиной, похожие на крокодилов твари, только морда покороче. Живут у ручьëв и речушек, охотятся на лягушек, змей и неосторожных птиц, и на водопоях в засаде сидят. На этих я охотился в любом случае: неплохая кожа, а главное - набор острейших игольчатых зубов, почти одинаковых, в добрых два цюня длиной. Для меня это были отличные заготовки наконечников к стрелам. Прямо идеальное совпадение: речной тростник на древки, зубы речной ящерицы на наконечники, утиные перья на оперение. "Э" - экосистема! Если бы тут ещё и луки да тетивы как-то росли - однозначно решил бы, что попал в ММО-игрушку.

Среди этих ящериц, кстати, и оказался мой первый духовный зверь. Ну, так... одно название. Подранок. Видать, с другой тварюшкой не сладил, а мне повезло добить. Ящерица настолько ослабла, что я даже не ощутил духовного давления, пока руками тушку не потрогал. Когда обнаружил под рëбрами болотно-зелëного цвета гранулу, сам сперва не поверил. Отмыл, да и проглотил. Подумал, что грызть еë, возможно, не стоит, а рассасывать показалось неправильным.

Так и пошло, всего за несколько месяцев мне досталось три ядра. Ящерица, выдра и змея.

Результаты были... неоднозначные, как принято говорить в подобных случаях. Теперь у меня, кроме прочего, есть опыт того, как можно отхватить от зайца. Я не знал, что духовные зайцы существуют! Как они вообще появляются? Волков жрут, что ли?

Однако, в конечном итоге, это сработало.

***

Я не сразу это осознал. Полгода тормозил! Ведь если у тебя нет опыта и нет учителя, иногда ты просто не понимаешь, что какой-то результат налицо. И до определëнного момента ощущения, закрепившиеся в области даньтяня, считал смесью привычки и аутотренинга. Пока не обнаружил однажды, что меня, в определëнном смысле, стало больше.

Размеры здесь не при чëм. Я стал сильнее, быстрее, выносливее - неоправданно больше, чем могли дать обычные тренировки. Меня перестала есть мошкара, а жара и холод почти не доставляли неудобств. Точку над "и" поставило то, что я догнал и поймал голыми руками зайца. Духовного зайца. Отомстить решил. А это, для обычного человека, уже нонсенс.

Земные техники работали! У меня появилось ядро, другого объяснения не было. Я стал совершенствующимся.

И теперь встал вопрос: а что дальше? Как мне развиваться теперь?

Образ малолетнего охотника становился для меня тесен.

Наверное, я мог записаться в армию, но о каком развитии там может идти речь? При том, что меня ещё лет пять не запишут в армию, если только не добавлю себе возраста. Служат по призыву, вроде, всего пару лет, до тех пор меня в армию не призовут. А доброволец должен явиться в вербовочный пункт самостоятельно, его не будут везти и кормить в дороге. До ближайшего городка - почти четыреста ли, ни лошади, ни денег на оплату места в караване у меня толком нет. Хотя полусотник обещал выписать мне подорожную, с которой я смогу добраться до города без лишних проблем.

Вроде, если вербовщики найдут одарëнного кандидата, того могут взять в школу одного из родов императорского клана, но это потом всю жизнь отрабатывать. Хотя, любая из школ или сект такова, если ты не богач.

Можно накопить денег, и пойти на проверку в любую из сект. Если у меня определят ядро, то возьмут независимо от того, какой там духовный корень. Но какие перспективы у "рождëнного в травах"? Возможно, методы секты мне не подойдут, а дорогую алхимию на меня тратить вряд ли станут. Если же я буду развиваться при помощи земных техник, и это заметят - то меня, во всех смыслах, выпотрошат. Когда на одной чаше весов дополнительная доза могущества, а на другой жизнь сироты-простолюдина, вопрос морального выбора даже не встанет. Дьявольские культы считают оскорблением любую каплю силы вне своего контроля, а небесные отнимут всё ради торжества добра и справедливости (как они их понимают).

Становиться разбойником? У меня пока нет нужных сил, опыта и репутации. Придëтся выгрызать своë право не быть чьей-то шестëркой каждую секунду, грабить, убивать, и при этом быть законной (и любимой) целью для любого практика, которому нужна мелочь на обед. При этом у меня ещё и оружия толкового нет. Вообще не моë.

Можно стать отшельником. Найти подходящее место, практиковать там, оказывать услуги местным крестьянам. Но тут есть затык: для продолжения совершенствования мне необходимо хотя бы начальное образование. Техники с Земли, которые потенциально могут быть действительно сильными, требуют начертаний и иероглифов. И если геометрии я тут сам кого хочешь научу, то в правописании, не говоря уже о каллиграфии, я профан. Несколько земных иероглифов, которые я помню, не слишком совпадают с местными, и я опасаюсь применять основанные на них техники. Словом, хоть я и не прочь стать таким вот "горным мудрецом", багажа знаний пока не хватает.

Хочется свободы - свобода стоит денег - деньги нужно заработать - работа ограничивает свободу. Всё как всегда, в любом из миров. Правда, жить дикарëм мне никто не запретит, но я и комфорта хочу - а свобода вместе с комфортом точно бесплатными не бывают.

Что же является для меня самым важным и необходимым на этом этапе? Пожалуй, образование и алхимия. Это те знания, которые я никак не могу постичь сам, никакое просветление здесь не поможет. Плюс, одно прямо связано с другим. И в армии учить алхимии меня не будут. В крупной секте меня задвинут в дальний угол, там полно учеников побогаче, к которым внимания больше. Значит, мне нужна небольшая секта, в которой есть хоть какие-то традиции алхимии, и которую я смогу без особых проблем покинуть в случае чего. Но разбираться нужно на месте, потому что о текущем положении с сектами в ближайшем городе подсказать некому. Староста говорить со мной даже не станет, Вэйдуну политика сект не важна, с караванщиками не факт, что повезëт. А это значит, что мне нужно подкопить денег, и отправляться в неизвестность. И лучшая валюта - ядра. Главное, тут их не продавать: в деревне серебряный лян только на праздник увидишь. Надурят с ценой! Да и вес... Один лян весит как три маленьких ядра, и стоят они куда дороже. Так что наменять за шкурки связку медных цяней, а все ядра, что удастся добыть - запрятать, и не светить ими. А то сироту всяк норовит обидеть.

Что ж, придëтся побегать. Завтра отдохну, а послезавтра - снова на охоту. И на этот раз надолго. Нужно заранее набить тетеревов для вояк, чтобы полусотник не обиделся и не зажал подорожную. А то мой "путь в тысячу ли" может в результате сильно удлинниться.