Змеиные рисунки

«Мерцающие способны спасти самый скучный день, повернув обычную драку в настоящую бойню. Вот почему я до сих пор верю в чудеса и человечность.

Только вера, доброта и точный удар в челюсть спасают нас от скуки и топора в черепушке!»

Лейтенант Райлин

«Лучше змеекрыл в трактире, чем стрелы со змеиным ядом в заднице. Эту мудрость я передам сыну. Но пока у меня только дочь – и я

собираю народные изречения для неё.»

Сарх, отец Миа

«Доброта спасёт мир, когда мы научимся в самой мрачной ситуации

видеть что-то светлое. Вот недавно погибли храбрые воины – это трагедия.

Но я не дам им скучат в одиночестве – это доброта. Разве не трогательно, клянусь хвостом моей счастливой скорпикоры?»

Некромант Аветус Прей

Трактир «Голодный змеекрыл» оставался самым тихим местом в Мерегосте до этого дня, скромно уступая по числу происшествий менее уважаемым заведениям. Истории, которые рассказывали про те злачные места, вполне могли бы заставить поседеть опытного офицера, а самые кошмарные из них – вызвать мигрень у молодого инквизитора.

Но к счастью, в гости к радушному змеекрылу заходила настолько благовоспитанная публика, что стражники немного расслабились. А приятная музыка и танцовщицы вытеснили из головы недавний случай в «Перерезанной глотке». Тогда от маленького недоразумения не спасло даже утроенное число стражей, два опытные карлика и защитные руны, заказанные мастером из Хиндариса.

Некто Аветус Прей неплохо повеселился, разобравшись с гвардейцами за пару минут. Но больше всего посетителей напугало, когда доблестные стражи с вежливыми улыбками последовали за гостем, хотя после сражения не подавали признаков жизни.

Не стоит и уточнять, как щедро зазвенели золотые в кармане хозяина, ведь многим хотелось узнать подробности бойни. А самые дерзкие пытались выведать секреты мастерства гостя.

Но «Голодный змеекрыл» всегда считался образцом культуры и воспитания, поэтому тот случай упоминали лишь мельком, давая понять, что образованные посетители не должны смаковать такие мерзкие и аморальные подробности как случаи некромантии.

Люди обменивались шутками с карликами и даже всегда готовые к хорошей драке хромлы лишь нахваливали местное пиво, рецептом которого не зря гордился хозяин заведения - Эктор Гонтирс.

Прислуживали посетителям смуглокожие арофянки: девушки старались и порхали как пташки, зная, что любая оплошность лишит их работы, а менять её на ближайший бордель им не очень хотелось.

Приезжие из Хорима рассказывали последние сплетни, пытаясь заинтересовать кого-нибудь из обеспеченных гостей таверны редкими зельями – их гости с Востока раскладывали прямо на специальных столах, стоящих рядами вдоль огромного зала.

Хозяин разрешал довольно выгодную торговлю за небольшой процент от прибыли. Предприимчивые хоримцы пользовались таким радушием, тем более, что в удачный день за пару часов в таверне можно было заработать значительно больше, чем за неделю на рынке, отдавая часть прибыли стражникам, местным бандитам или ворюгам, которые могли ускользнуть в толпе, захватив несколько дорогих эликсиров прямо с прилавка, пока хозяин торговался с очередным клиентом.

- Уважаемые, не найдётся ли у вас э-э… - купец замялся, почесал подбородок, блеснув изящным перстнем с огмером – редкий камень привлёк внимание многих глаз. Поняв, какого размера рыба заплыла в их сети, хоримцы тут же засуетились, с невероятной скоростью расставляя всё новые и новые колбы причудливой формы.

В одной бутылке сквозь мутную взвесь появился красный глаз с золотистыми крапинками. Затем из сосуда послышалось такое громкое урчание, что купец вздрогнул, схватившись за массивную цепь из мелких серебристых кристаллов на редкость искусной работы. – Э-э… что-нибудь от хищников. На мои караваны постоянно нападают какие-то лесные звери, да изгонит их Император Ахав в самую бездну Хаоса!

- Не угодно ли вам в таком случае, - низкорослый хоримец поклонился. – Нанять мерцающего для защиты?

- Мне уже предлагали, - купец помрачнел. – Но где их сейчас найдёшь? Большинство, по слухам, закрылись в Башне или ищут в подземельях редких существ, какие помогут создать противоядие от Хаоса, заражающего окрестные леса. Или путешествуют по другим мирам.

Когда мерцающие объявятся – не известно, а караваны мои разоряют постоянно, неделю назад потерял капитана личной стражи: оставшийся в живых наёмник клялся, что его разорвали на части острозубы, напавшие ночью.

- У меня есть замечательнейшее средство от всех видов острозубов, даже самых острозубейших острозубов, которые острозубят всё вокруг весьма и весьма острозубно, - продавец расплылся в самой широкой улыбке, показывая на бутылку. Из неё тут же раздалось весьма свирепое хрюканье, словно подтверждая, что сидящее внутри существо способно расправиться не только с острозубами, но и тварями покрупнее, а заодно и с богачом, если тот не продемонстрирует щедрость, достойную королей.

- О-о, - купец отшатнулся. – Приготовьте мне для проверки пару дюжин таких… замечательных экспонатов. – Дрожащей рукой он аккуратно поставил на край стола увесистый кошель, содержащий как минимум месячный заработок дюжины торговцев среднего статуса.

Хоримец со скоростью призрака на охоте начал расставлять пузатые бутылки и подавать их перепуганной прислужнице.

Когда купец скрылся, продавцы переглянулись и покачали головами: они отлично знали, что острозубы никогда не нападали на крупные караваны, предпочитая выслеживать одиноких путников. Если, конечно, тварями не руководил опытный и крупный вожак, но об этом наивным богачам знать не полагалось. Как и о любопытной истории про некроманта.

Вечер обещал стать слишком удачным, зачем портить его мрачными историями, верно?

Купцы за игровой доской бросили кости – и кавалерия понеслась на штурм замка хромлов, разметав защитников. Их искусно сделанные фигурки падали с игровой доски с загадочной обречённостью.

Но троица лучников тут же смешала все карты, точными выстрелами повалив четверых отборных кавалеристов. На остальных из засады кинулись убийцы, точными ударами доводя счёт до разгромного.

Защитник замка ухмыльнулся и вытер пот, оглядывая притихших игроков. В их руках одна за другой мрачными вспышками появлялись потерянные фигуры.

Кажется, парочка богачей сегодня расстанется с небольшим состоянием. Хотя кто знает – возможно, очень большим.

***

Если бы кто-то из посетителей таверны вышел на улицу и, пройдя несколько метров к небольшой роще внимательно осмотрелся, то обратил бы внимание на странные узоры, покрывавшие золотистыми змейками деревья вокруг.

Пожалуй, посетители таверны «Перерезанная глотка» поспорили бы с кем угодно, что узоры напомнили им представление, которым Аветус Прей так порадовал местную публику. А Нимфы Шепчущего Леса пообещали бы страстный поцелуй тому, кто украсит их стрелы такими же ослепительными вспышками.

Любой волшебник и тем более опытный карлик, сведущий в знаках, сразу забил бы тревогу. Но таковых рядом не оказалось: все слишком увлеклись торговлей, дегустированием пива, разглядыванием прислуживающих красавиц-рабынь и другими не менее важными занятиями.

Узоры вспыхнули, озарив засыпающий вечер мерцанием, и тут же погасли, будто призрак, решивший ещё набраться сил перед нападением. Терпение придаёт любому триумфу привкус чуда, острой шутки и неожиданного произведения искусства. Например, рисунка, созданного криками улетающих душ. Могу поклясться, вы никогда не видели ничего подобного даже во время милых проделок старины Аветуса.

Темнота вокруг сгустилась, напоминая кривую ухмылку.

***

- Вы серьёзно? Не может быть! А я слышал, на границе Ламерии и Кливии объявились Багряные, - торговец, получивший весьма аппетитную прибыль на зельях от острозубов, спешил поделиться новостями. В Хориме считалось хорошим знаком после удачной сделки рассказать что-нибудь занимательное – тогда удача останется с торговцем ещё надолго.

- Клянусь моими эликсирами, это самая неприятная новость! Неужели имперская гвардия позволит бандитам спокойно разгуливать?

- О-о, я вижу, вы не в курсе, - глаза купца блеснули. – Император приказал отправить легионы в Хорим для борьбы с варварами.

- Простите, но получается неловкая ситуация: легионы, значит, у нас в Хориме, а мы тут рискуем попасть в лапы работорговцев?

- Уверяю, ты преувеличиваешь, дорогой компаньон. Самое любопытное не в Ордене Багряных, - после этой фразы некоторые с удивлением стали поворачивать головы к рассказчику, даже позабыв о пиве и кушаньях.

- Из тебя плохой драматург, Ксяо! Неужели ты думаешь, я поведусь на твои приёмчики? Небось услышал эту сплетню в местном борделе! – напарник торговца хмыкнул, но тут же налил себе пива подрагивающей рукой.

- Багряные вели много рабов, чтобы продать на границе, но на них напал отряд мерцающих. Там случилась такая бойня, что гвардейцы объезжали место ещё несколько дней, клянусь золотом Хорима!

При этих словах в таверне воцарилась тишина. Но уже через минуту заворчали хромлы, жалеющие, что пропустили такое героическое сражение, а значит, повод оказаться в новом сборнике легенд. Люди обступили торговца, предлагая ему угощения, советы и свои варианты развития истории – один фантастичней другого.

Кто-то с независимым видом заявил, что знал одного гвардейца, чья тётушка на день рождения троюродного дедушки видела кварга, а тот на болотах однажды имел честь обнюхать череп острозуба, кому все передние зубы выбил мерцающий. Такая чудесная новость вызвала дикий восторг и новую волну выдумок.

Каждому хотелось поделиться фингалом или отпечатком сапог пониже спины, каким его наградил тот самый парень, кому один из мерцающих по слухам разрешил подержать поводья его лошади.

Каким образом это объясняло связь тётушек с прогулками на болотах в обществе кваргов эти знатоки не уточняли. Но соревнование с каждой минутой набирало популярность.

Только худощавый старик в углу оставался спокойным, неторопливо прихлёбывая из чаши – никто не увидел, что свободной рукой он нарисовал под столом странный знак, рассыпавшийся серебристыми искрами.

А Ксяо замер, откашлялся, его глаза затуманились пеленой – и начал с послушной улыбкой рассказывать историю с самого начала с такими подробностями, словно находился на допросе у Инквизиции.

Старик поморщился, когда торговец, виртуозно размахивавший руками перед впечатлёнными слушателями, рассказал о дюжине мерцающих, которые “сначала вызвали сотню демонов”, а затем “породили из земных недр огромный вулкан, извергающий реки огня, серы и бесстыжих обнажённых дев, готовых на всё ради его товаров”.

Зрители слушали с открытыми ртами, многие пересаживались поближе, а самые обеспеченные заняли выгодные места у торговых рядов, делая вид, что прицениваются.

- Уважаемый господин! Так что же случилось дальше? Мерцающие освободили рабов или багряные успели прийти в себя после нападения? Не томите, рассказывайте!

- Подождите, - Ксяо улыбнулся. – У меня пересохло горло от такой длинной истории, поэтому…

- Лучшего вина торговцу – за мой счёт! – барон Кайенсдорф не глядя высыпал на стол горсть золотых монет, заставив большинство присутствующих замереть от зависти. – Так вы расскажите подробнее? Мне бы хотелось узнать больше о заклинаниях, которые использовали твинклеры – хочу обучить своих волшебников в поместье для охраны замка и владений! Это вопрос жизненной важности!

- Ну конечно, могу! – раскосое лицо торговца расплылось от счастья, а глаза превратились в узкие щелочки, где поблёскивали лукавые огоньки. – Мерцающие использовали настолько секретную технику заклинаний, что самые таинственные тайны мира побледнели от такой таинственной секретности! Они жгли бандитов белым пламенем так, что глазюки багряных лопались на лбу, а кишки завязывались морскими узлами!

Мечи работорговцев ржавели за секунды и превращались в пыль, а та выжигала их мозги и заставляла бандитов голыми кататься по камням, на радость бесстыжим девам!

- Во дают!

- Ничего подобного никогда не слышал!

- Это лучшая история в моей жизни!

- Да-а! Настоящее сражение! Вы – самый лучший рассказчик! Никто так правдиво не описывает сражения как вы!

- Ну а дальше-то что? Кто победил? Я сейчас не выдержу, если вы не расскажите!

- А дальше, о драгоценные бриллианты моей сокровищницы, - Ксяо сделал паузу, оглядывая потрясённые лица слушателей. – Клерики багряных сотворили настолько злодейское злодейство, что по сравнению с ним самые наизлодейшие злодеянствования показались бы невинностью младенцев! Они создали…

- Извините, почтеннейший, но мне уже надоело слушать про ваши заклинания и фейерверки, которыми можно впечатлить только книжных червей! – вмешался молодой маркиз Асанте. – Я готов купить половину ваших зелий, если вы расскажите о боевой технике мерцающих! Ничего нет почётнее для мужчины, чем владением мечом!

- Не слушайте юношу! – пробасил Кайенсдорф. – Трюками с железными палками можно только развлекать деревенщин на ярмарке. Все знают, за магией – будущее! Даю двойную цену за зелья, которые по ошибке приглядел этот мальчишка, если вы расскажите дальше!

- Не-ет, позвольте! – Асанте побагровел и тряхнул белокурыми кудрями. - Любой мастер знает, что заклинания – обман, а настоящие мужчины предпочитают трюкам героический разговор на мечах! Готов заключить контракт на поставку зелий в мой замок, если вы опишите, как сражались мерцающие!

Таверна превратилась в настоящий ураган, споров, криков, деловых предложений и безумных теорий, захватывающих всё больше зрителей, пока барон с маркизом повышали ставки.

Ксяо прикрыл глаза и сладко улыбнулся, напоминая острозуба, которому в лапы попался целый караван вместе с купцами, баронами и маркизами впридачу.

Любое сражение – отличный способ набить карманы, если добавить к сплетням щепотку фактов, интригующего бреда и возбуждающих фантазий. И в последнем маленький торговец знал толк больше всего.

***

Когда входная дверь отворилась перед пятью незнакомцами, никто даже не повернул головы.

- Эй, трактирщик! Прикажи накормить коней, да поживее! – гаркнул высоченный детина с двумя длинными мечами за спиной. Хозяин, не привыкший к такому обращению, с удивлением посмотрел на посетителя, отмечая диковатые глаза его спутников, длинные мечи в дорогих кожаных ножнах. Значит, не простые разбойники.

Эктор похолодел. Такое оружие могли позволить только наёмники или какие-нибудь сектанты. Но что им понадобилось в его тихом трактире, куда за десять лет не заходили даже местные воры? Святая Веласте, спаси и защити!

- Чего пожелаете, добрые люди?

- Ты оглох, дубина тупоголовая? – серые глаза сверкнули яростью. Мужчина явно не привык повторять дважды.

Понятливость трактирщика заметно улучшилась, когда один из спутников в нетерпении положил ладонь на рукоять кинжала. Хромлы заворчали, но их предводитель дал знак не вмешиваться, заметив татуировку в виде скорпиона, пронзающего хвостом чёрное сердце на голом плече одного из незнакомцев.

Старый хромл, шириной в плечах превосходящий любого из наёмников, нахмурился, но ничего не сказал.

Не успели странные гости присесть у одного из лучших столиков, как на нём оказался жареный поросёнок, бочонок дорогого пива, пять тарелок с ароматнейшим блюдом, названия которого не знали даже постоянные посетители трактира.

- Для меня честь принимать столь высоких гостей, - прошептал Эктор, наклонившись к самому высокому из незнакомцев (хозяин посчитал его главарём наёмников. От одного взгляда холодных глаз в животе всё переворачивалось, а сердце замирало, словно подвешенное на верёвке. И откуда берутся такие?).

- Накрой для шестого. И побольше лучшего пива. Живее, - рявкнул здоровяк, даже не повернув головы к хозяину. Затем весьма недвусмысленным жестом поманил девчушку, помогавшую убирать со стола.

Гонтирс побледнел и, наклонившись к мужчине, постарался объяснить, что в уважаемом заведении не принято так вести столь высоким гостям. И тем более не принято с дочерью хозяина трактира – а если благородным господам угодно, недалеко есть самый приличный бордель, поэтому…

- Заткни пасть, кретин! – детина развернулся и отвесил хозяину такую оплеуху, что тот перелетел через соседний стол.

В «Голодном змеекрыле» улыбки тут же сползли с лиц знатоков, спорщиков и ценителей легенд. Люди опустили головы в тарелки, боясь поднять глаза, карлики сгорбились ещё сильнее. Кое-кто из хромлов поднялся, играя скулами на изукрашенном жуткими татуировками лице – но его тут же усадили обратно: старший понял, что с незнакомцами лучше не связываться. Во всяком случае, пока.

Только пламя в камине продолжало загадочный танец, отбрасывая алые, словно кровь, отблески на лица гостей и морщинистое лицо старика. Он единственный не отвёл взгляд.

Кто не суетится – рисует чужие судьбы ударами меча. Порой это настолько увлекательно, что стоит любого риска. Только оживший единорог на изящном браслете старика понимал хозяина, поэтому выглянул из-за рукава, на секунду сверкнув рогом.

***

Девочка поняла, что ещё секунда – и разрыдается, а этот вредный огонь украдёт её слёзы вместе с жизнями друзей.

- Но… ведь с ними всё будет хорошо? – спросила Миа.

- Это знает лишь Павший Луч. Он поддерживает все миры и существа, населяющие их, - прошептал Ксано, начиная медленно таять, превращаясь в ослепительного таленга: руки побледнели и вытягивались, глаза засияли, напоминая причудливые фиолетовые факелы.

- Если Лучик знает, он не может быть злым, - решила Миа. – Поэтому должен помочь, иначе нет никакого толка от знания. Знание должно быть добрым, встречать с утра маминым поцелуем и ароматным чаем из трав. Аесли оно злое – это какое-то… злобознание уже. Так не интересно. И я не хочу играть в скучные, вредные игры. У них явно нет ни конфет, ни печений.

- Возможно ты по-своему права, - клерик вздохнул, из его рта высыпались алые искры, улетая в ночь светлячками. Он с грустью посмотрел на подругу. – Луч решает сам и не зависит от чьей-то воли. Но ты сможешь подружиться с его частью, его отблеском, светлой мыслью, если поймаешь надежду и вернёшь её в души друзей…

Ксано вытянулся, глаза вспыхнули диким, торжествующим светом таленгов, но через несколько секунд бывший целитель рассыпался десятками живых огней.

- Ой! Мамочка! – только смогла крикнуть Миа. – Прошу тебя, не исчезай! Мне страшно здесь одной!

Огоньки таяли. Медленно. Тихо. Отчаянно.

Чёрные небеса ненадолго ожили тёплыми вспышками, от них слёзы на глазах девочки моментально высохли.

От бледнеющего Луча отделилась алая молния причудливой формы и, подмигнув Миа, будто самый весёлый в мире мышастик, озорной Кыш-проказник, стрелой понеслась в мрачную даль, где возникали фантомы невероятных существ.

- Куда? Там ведь жуть как опасно! – от одной мысли о том, что с ней может случиться в глубине этого ужасающего Царства Теней, сердце девочки забилось как испуганная птица.

Но Миа набрала в грудь побольше воздуха, вспомнив истории Ксано в деревне у костра на мельничном холме, сжала кулачки, выдохнула, собрав последние остатки храбрости, и побежала за стрелой, освещающей путь впереди.

Рядом взвыло какое-то существо, явно потревоженное ярким светом. Миа показалось, что её сердце разорвётся от этого дикого, безумного рёва, поэтому она помчалась ещё быстрее, заставив себя не оглядываться.

Через минуту темнота окутала место, где только что стояла Миа. Подняла длинные щупальца, увенчанные саблевидными когтями и потекла за беглянкой призрачной живой сетью.

Рисунок нужно закончить в нескольких мирах одновременно. Тогда картина получится. Обязательно получится. Яркая. Непредсказуемая как змеиный укус. Но такая притягательная, что зрители соберутся к ней как мухи на паутину.

Во мраке раздался смех, похожий на шёпот огромного клубка змей. Если добыча сама бежит в пасть, зачем ей мешать?

***

Тем временем деревья перед трактиром опутывала причудливая сеть, напоминая странный живой рисунок. Если бы рядом оказался Лаэрт или другой мерцающий, он, возможно, догадался, что произойдёт дальше, но твинклера оказалось поблизости.

Узоры зашевелились яркими нитями драгоценной пряжи, и начали вытягиваться, опутывая пространство. Ночь съёжилась от яркой вспышки. Из леса тревожно завыли волколары.

Со стороны могло показаться, что кто-то осветил пламенем клубок окровавленных длинных червей. По нему довольными ухмылками пробежали огненные всполохи.

Клубок дёрнулся, когда раздался цокот копыт, и накрылся серой пеленой, словно убийца капюшоном. Появившийся всадник на взмыленном коне не увидел ничего – и это спасло ему жизнь.

Незнакомец вбежал в трактир и, не удостоив хозяина взглядом, поспешил к столу, мрачно кивнув предводителю пятёрки наёмников.

- Я уже думал, тебя в пути забрала Шарга, - проворчал предводитель и отпустил зарёванную девчонку. – В этой засраной дыре просто смертная скукотища, знаешь ли!

- Вижу, ты не терял времени даром, - ухмыльнулся мужчина. – Какое пиво здесь? – И невероятно быстрым движением передал под столом свёрток.

- Этой дрянью даже хромлы не станут поить вонючих быков, - наёмник одарил предмет мрачным взглядом и тут же спрятал, не опуская кружку на стол. – Если местное пиво делают из того… о чём мы договаривались, тебе придётся удвоить плату.

Через мгновение пузатый кошелёк незнакомца, явно ожидавшего такой реакции, перекочевал под столом к главарю. Тот с удовлетворением хмыкнул, а один из его напарников причмокнул.

Разбогатевший за минуту незнакомец кивнул и прежде, чем хромлы опорожнили кружки, выскользнул из трактира.

- Эй, девка! – рявкнул главарь. – Ну-ка иди сюда! У меня сегодня хорошее настроение. Ты же не хочешь его испортить?

- Пожалуйста, - всхлипнула она, отступая к дальнему концу зала. – Пожалуйста, не надо!

- Я сказал, иди сюда! Живо! – главарь грохнул по столу с такой силой, что сидящие в центре гости вздрогнули. Спящий до этого старик поднял голову и встретился глазами с хозяином таверны, он с мольбой смотрел на здоровых мужчин, но те лишь в смущении отворачивали головы. Гонтирс в отчаянии прошептал что-то старику, словно он оставался единственным, кто мог помочь – так тонущий на болоте хватается за любую травинку или тонкую ветку, когда его за ноги хватает гнилоед и тянет на дно.

А уже через секунду Эктор отшатнулся, увидев что-то в глазах старика, и даже позабыл о наёмниках, потому что в трактире прозвучал тихий, но чёткий и уверенный голос со звоном закалённого металла:

- Оставьте девочку. Тогда никто не пострадает.

Главарь вскочил из-за стола, несколько минут смотрел на спокойное, изрубленное глубокими морщинами и шрамами лицо смельчака. Затем отшвырнул огромный стол и подскочил к старику, который неторопливо продолжал пить пиво – хмель и усталость будто исчезли с его лица. Расслабленного и на удивление спокойного.

- А теперь повтори это, старый мешок с дерьмом! – наёмник выхватил здоровенный нож и поднёс сверкающее лезвие к лицу гостя. – И я порежу тебя на ремни, клянусь Диким Скорпионом!

- Сначала хотелось бы допить пиво. – кривая ухмылка на лице старика резанула будто ножом. - Но раз уж вы упомянули Диких, советую отдать мне ту опасную вещицу, какую вам вручил посыльный, иначе с городом и всей Империей может случиться такое, что не в состоянии представить человек, настолько обделённый интеллектом, как вы.

- Ах ты, старый козёл! Да я тебя… - главарь замахнулся ножом, но не успел нанести удар, как мужчина (он почему-то уже совсем не выглядел старым, судя по странному блеску в глазах, похожему на вспышки молний) поднял руку.

С пальцев странника сорвался сноп кроваво-алых искр, ударивший в голову бандита роем пламенных пчёл. Наёмник взвыл так, что содрогнулся весь трактир и схватился за лицо, выронив уже бесполезный нож – с пальцев тёмными струями потекла кровь.

Барон Кайенсдорф замер с куском мяса во рту, а маркиз Асанте уронил бутыль с дорогим коллекционным вином – она упала на пол, но прежде чем разбилась, странник успел показать, что четверым спутникам бандита повезло гораздо меньше. Двое кинулись к незнакомцу, намереваясь разрубить его мечами арваримской стали, но он плавным, нечеловечески быстрым движением скользнул в сторону, развернулся и ударил первого в шею.

А вот как и откуда у старика оказался меч с серебристым отливом, не понял никто – многие потом утверждали, что в руках у чароплёта (так его называли потом во многих трактирных легендах) ожила проклятая молния, которой он поразил обоих бандитов.

Кровь хлынула фонтаном на пол и в тарелки, окропив лица ближайших посетителей, но они как завороженные наблюдали за происходящим, даже не вздрогнув. Настолько притягательной выглядела эта мерзкая бойня.

Странник легко отвёл меч нападавшего на него третьего верзилы в сторону. Стремительный сверкающий росчерк лезвия – и отрубленная голова взмыла над ошеломлёнными гостями, оставляя алый шлейф капель. Затем упала в тарелку с салатом, раскидав его содержимое по полу.

Только тогда бутылка с вином разбилась. Маркиз с восхищением переводил взгляд с незнакомца на пол, где растекалось дорогое вино – человек не мог с такой скоростью расправиться с опытными бандитами. Это невозможно. Нереально. Он демон или посланник Хаоса? Вот бы этого старого мастера к нему в замок – так бы поднатаскал его ленивых мордоворотов, что можно расширить владения втрое, не заботясь о мести соседей. Вот что значит – настоящее искусство!

- Прочь, псих! Прочь! – завопил последний наёмник, сжимая два топора в дрожащих руках. – Я не хочу бить стариков! Уходи!

- Свёрток, - потребовал странник. – Не повторяй чужих ошибок. Я сегодня спешу и не даю бесплатных представлений.

Парень оскалился, в его диких, видавших много сражений глазах, ярость, гордость и жадность боролась с чувством самосохранения. Как мог один вонючий пердун завалить четверых его напарников, отчаянных рубак, с которыми прошли много битв, и выбирались живыми из крутых передряг? Как?! Невозможно!

Он достал бережно завёрнутую в плотную ткань вещь и, размахнувшись, швырнул старику. Тот прищурился.

Воспользовавшись заминкой, наёмник за долю секунды метнул оба топора, целясь в шею и грудь врага. Странник развернулся, с быстротой призрака поймал свёрток, сделал стремительный разворот, словно таленг - топоры, описав стремительные дуги, воткнулись в стену, едва не задев незнакомца.

В ту же секунду наёмник вспыхнул гигантским факелом и с воем помчался к выходу, отчаянно пытаясь сбить пламя.

Пол под ногами бандита задрожал, вверх потянулись стремительные языки пламени. Люди закричали, но не бросились к выходу – страх перед незнакомцем, уничтожившим в одиночку целую банду, оказался гораздо сильнее.

Затем старик сделал то, что от него никто не ожидал – протянул руку и, начертив гибкими пальцами какую-то сложную фигуру, осыпал пламя синими полумесяцами – через секунду огонь застыл, покрывшись сверкающим инеем. Хозяин таверны судорожно сглотнул, пытаясь понять хоть что-то. Десятки мыслей смешались в голове. Но одна звенела громче всех: «Надо нанять мерцающего». А если их не нанимают – иногда они приходят сами. Забрать то, что когда-то принадлежало им.

От этой догадки лицо Эктора Гонтирса покрылось крупными каплями пота. Неужели ему так повезло сегодня?

- Если Скорпионы вновь пожалуют сюда – покажите им это, - странник с ласковой гримасой, способной заставить наделать в штаны отряд гвардейцев, кивнул на пол, где застывший огонь теперь напоминал клубок ледяных змей, источавших равномерное сияние.

Затем мерцающий сунул серебристый меч в ножны за спиной и вышел из таверны. Ночь сомкнулась за его спиной тёмными крыльями. Подул резкий ветер, словно насмехаясь над людьми. У одного из посетителей выпала из рук кружка с пивом, но никто не обратил на это внимания.

Через несколько секунд вся таверна выдохнула с облегчением, даже не предполагая, какие последствия вызовет эта встреча.

А хозяин только тогда позволил себе вытереть пот со лба. Он ещё не знал, что теперь до конца жизни будет внутренне вздрагивать, если какой-нибудь странный старик закажет пиво, оглядывая задумчивым взглядом прилавок.

С этого дня все старики получали в таверне пиво бесплатно. А если беспорядочно трясли пальцами под столом – фирменное блюдо лично от хозяина. Только тогда Эктор Гонтирс мог заснуть спокойно, в деталях вспоминая ухмылочку старика перед тем, как выйти из таверны.

От этой гримасы убегали любые кошмары.

***

Миа знала, что не выдержит долго, но продолжала бежать, подгоняемая страхом. Вокруг сгущались тени, сплетаясь в изящных танцах.

Лишь вдалеке маленьким отблеском надежды иногда мерцала летящая стрела.

Скорее, скорее, пока она не погасла! Девочка поняла, если не успеет, произойдёт что-то нехорошее с её друзьями. Эта мысль горела в душе, будто костёр, у которого деревенская детвора собиралась, чтобы послушать трогательные сказки Ксано.

Теперь Миа сама стала героиней сказки – но не доброй, а жуткой, где вокруг стонали таленги и ещё какие-то неизвестные существа, поэтому темнота казалась такой живой и колючей, что могла проглотить девочку, стоило ей только на секунду остановиться.

Ой-ёй-ёй, что же делать? Как же догнать эту стрелу? Вот если бы здесь был Кыш – он бы помог, обязательно помог Миа! Как же ей не хватает верного друга!

Словно услышав девочку, загадочный лучик резко взмыл вверх и, заложив вираж, облетел вокруг неё, напоминая боевую фею. Такую же, в которую однажды превращалась Миа, чтобы спасти рощу и помочь друидам в том кошмарном сражении.

Она вспомнила огненный портал, чудовищ и карликов, тдкщих на лесных защитников стеной. Разве тогда ей не было страшно? Разве не хотелось спрятаться, забыть обо всех кошмарах?

Но она знала, что совсем рядом гибнут друиды. Знала, что если им не помочь – её новые друзья сгорят. Погибнет Священная Роща со всеми чудесами, живыми деревьями и верой в добро. А продолжение её сказки, такой захватывающей и тёплой не сбудется – ведь нить, связывающая Миа с Мерцающим, её новым другом, разорвётся навсегда.

Никто не сможет рассказать правду о событиях в деревне, когда Ксано схватили люди с отравленными душами. Схватили, чтобы повеселить богатых на арене.

Получается, страх – это самый подлый хищник! Вот он схватил подол платья Миа, чтобы не допустить встречи с друзьями. Схватил и рычит, угрожая забрать девочку в отравленное царство теней навсегда.

Миа зажмурила глаза. Крепко-крепко, представив Ксано рядом. Он вернулся из плена ради неё. Вернулся дружелюбным таленгом, показав ей в пламени костра новых друзей.

Мерцающий сражался, чтобы спасти детей из её деревни. Сражался как призрак, поэтому даже Багряные отступали перед ним. Но силы оказались слишком неравны.

И тут Миа осенило. От этой безумной догадки всё внутри вспыхнуло, будто в душе девочки проснулись мышастики и устроили дикий танец. Ну конечно!

Если она сумеет выбраться из царства теней, если не уступит страху – её друзья обязательно получат силу Павшего Луча. И победят всех Багряных, потому что те никогда не были боевыми феями!

А Миа была! Ура! И сумела найти Источник – именно такой, какой нужен сейчас Мерцающему, Арену, Шако, Ромлу и всем её друзьям.

В её воображении тут же соединилась сказочная картина, где шустрый лучик играл роль волшебного путеводителя. Нужно всего лишь поймать его – и выбраться домой.

Выбраться на крыльях Павшего Луча!

Тени вокруг ощетинились щупальцами, завыли, не желая отпускать Миа. Впереди появилась призрачная пасть. Она увеличивалась, явно желая проглотить храбрую девочку.

А лучик вспыхнул, рассыпая сверкающие лепестки, чтобы его новая подруга могла разглядеть дорогу.

- Ай! Подожди, не улетай!

Удивительно, но лучик замер в воздухе чуть впереди, напоминая послушного щенка. Даже искры осыпались с него весёлым шлейфом, напоминая хвостик.

- Я хочу, чтобы ты показал мне! Пожалуйста! Показал, как выбраться отсюда! Мне очень-очень нужно! Очень-очень! Иначе не смогу помочь друзьям, и они все погибнут! Здесь так жутко, что у меня аж сердце выскакивает, - лучик мигнул приветливым светом и полетел вперёд, освещая путь.

***

- С ней творится что-то странное, - старейшина Аллофар коснулся руки девочки – по коже белой сетью пробежали паутинки крошечных молний. Он вспомнил атаку Хаоса на Священную Рощу.

Вой ветра. Обожжённые трупы друидов. Стена огня. Дикие вопли нападающих. Смятение защитников. И две маленькие боевые феи, которые спасли весь лес.

По странной иронии судьбы если бы Миа с её верным мышастиком растерялась и позволила страху сжечь надежду в её душе, огненные карлики превратили бы рощу в пепелище.

Но как такая кроха смогла обнаружить Источники Силы, открыв с их помощью разломы, куда исчезли отряды Хаоса? На первый взгляд в девочке нет ничего особенного, хотя в ней чудесным образом сочетается непосредственность, природная интуиция и доброта.

Неужели именно эти качества привлекли таленгов, когда они отметили Миа вниманием? Нет, за всеми этими событиями скрывается что-то ещё. Так в лесу за самой неприметной тропинкой открывается вход в подземную сокровищницу.

Но как же помочь этому непосредственному ребёнку?

- Она борется, - главная дриада смочила бледные губы Миа большим листом, который настаивала в целебном отваре несколько часов. – Но Вуаль Теней не отпускает её, поэтому сознание девочки находится там и слабеет – с каждой минутой, проведённой в царстве ночи, она теряет шансы вернуться. Теряет себя.

- Наша боевая фея должна вернуться, - словно убеждая самого себя, глухо сказал Старейшина и стиснул посох. Дриада кивнула. – Она справится. Ты слышишь, Миа? Я верю в тебя! Прости, что не поверил сразу, когда слушал твой рассказ!

Вокруг деревянного дома Аллофара сгущалась ночь. Друиды оказались настолько поглощены заботой о Миа, что не видели, как на соседнем дереве вспыхнули золотистые узоры. Они медленно оплетали поляну друидов, словно затаившиеся змеи.

Но никто ничего не заметил. Природа этих рисунков скрывала в себе слишком глубокие тайны. А может, дело в том, что друиды обратили всё внимание и силы на спасение Миа?

Только таленги знали ответ, мигая фиолетовыми глазами – но призраки не спешили делиться секретами, летая над жилищем Аллофара. Отмеченная Вуалью Теней должна принадлежать только им: другие создания никогда не смогут оценить её талант. Никогда не смогут.

Слишком ценное сокровище для глупых, мерзких людишек, не способных видеть дальше своего носа. Слишком красивый цветок, чтобы расти на человеческом кладбище…

***

Поэтому она продолжала бежать за сияющей стрелой, с ужасом наблюдая за тем, как изменялось пространство вокруг: сначала раздались жуткие стоны, которые рассыпались мертвенно-зелёным дождём. Каждая капля с шипением превращалась в существ, тянущих к девочке длинные пальцы, щупальца, когти и отростки, чтобы помешать Миа добраться до Лучика.

Она закричала так, что едва не оглохла от собственного голоса.

Ну почему никто не приходит на помощь? Мама! Мамочка! Это же я, твоя Миа! Помоги мне выбраться отсюда!

Кыш, почему ты оставил меня? Ксано, вернись! Неужели все бросили меня?!

По щекам девочки потекли слёзы. Она сейчас упадёт в липкое забытьё, откуда её никогда не спасут друзья.

И тогда Миа увидела прозрачную фигуру Аллофара, склонённого у постели какого-то бледного ребёнка, увидела в смутной дымке знакомую дриаду с заботливо-грустными глазами, увидела Шако, Арена и Ромла, усталых и спящих в палатках.

Затем услышала стук копыт – седовласый рыцарь, почти старик… нет, наверное, волшебник, это она поняла по выразительным, сверкающим синим глазам – скакал куда-то вдаль, прижимая загадочный свёрток.

- Помогите! Пожалуйста… помогите… – из последних сил прошептала Миа, чувствуя, что скоро потеряет сознание. – Мне нужно домой! Нужно помочь друзьям! Иначе…

Но фантом пролетел мимо, лишь слегка повернув голову в её сторону. взгляд старика на секунду задержался на девочке, одарив её едва заметной приветливой ухмылкой.

***

Три всадника пришпорили коней, когда увидели, что к ним скачет странник.

- Судя по твоему довольному виду, Меедорн, в таверне удалось кое-что узнать? – заметил высокий парень с золотистыми волосами, заплетёнными в причудливую косу и стянутыми серебряным кольцом с изящными рунами.

- Мне кажется, Лавейн, я стал слишком староват для таких дел, - усмехнулся седоволосый, отпуская взмыленного коня и одним прыжком усаживаясь на приготовленного для него свежего скакуна. – Даже не успел заглянуть в местный бордель, о котором столько слышал… да-а, а ведь раньше мог и не такое вытворять…

- Что случилось с Лаэртом, он добрался до деревни, где поймали нашего клерика? – перебил рыжеволосый и погладил браслет на руке, где красовался изящно выгравированный единорог.

***

- С Лаэртом? Ой! Он же ведь… учитель моего Ксано! А значит – это хорошие люди и помогут нам! – Миа подняла голову, понимая, что находится совсем в другом месте.

Тени исчезли. Видение пропало, растворившись в пространстве. Вокруг всё сияло тёплым изумрудным пламенем, а что-то ласковое щекотало руки и ноги.

И откуда тогда взялись эти голоса? С кем же они разговаривали? А почему она смогла их услышать? Что же это за странное место? Неужели добрый старик, так похожий на её дедушку перенёс одним взглядом в такую чудесную красоту? Он точно сумел помочь ей!

Вот любопытно-то как – одни загадки кругом! И что это за сказочное море тут появилось? Какое замечательное!

Миа закрыла глаза и посчитала до десяти. Сделала глубокий вдох. Очень-очень глубокий. Открыла глаза.

Вокруг сияющим, зелёным ковром перешептывалось волнами самое странное в мире море – пушистое, как шерсть мохнолапа и щекотливо-любопытное, словно сказки Ксано.

Но ведь так не бывает! Кто-то хочет обхитрить Миа, а когда она совсем растеряется р-р-р-р-раз – и сцапает!

Она пригляделась и через пару минут поняла, что волшебное море оказалось загадочным ковром, на котором рос мох – вроде изумрудника, его Миа собирала с детворой в лесу около деревни. Только местный папоротник оказался гораздо красивей: края каждого растения осыпали зелёные огоньки, они мигали и создавали причудливые рисунки, поэтому всё вокруг казалось живым и волшебным.

Миа осторожно наклонилась и сорвала веточку.

Ничего себе!

Растение тут же вспыхнуло и опутало руку юркими побегами, подмигнуло искорками.

- Теперь я стану Принцессой Изумрудного Моря! – улыбнулась Миа. – И с Пушистиком на руке меня здесь никто не обидит. – Растение вытянуло перед лицом девочки два отростка, на их вершине появились огоньки, напоминая глаза-фонарики. - Ахахах! Вот ты какой… глазастый у меня! Покажешь, как мне попасть отсюда домой? Нужно очень-преочень спешить.

Растение мигнуло и обняло девочку усиками, словно подбадривая. А над поляной огоньки вспыхнули, соединяясь в точный рисунок. Если бы Миа подняла голову, то увидела призрачного единорога. Очень похожего на того, какой привиделся ей в деревне. Очень похожего на живой рисунок с браслета старика.

Иногда игра совпадений – ключ к самым сложным ответам. Но кто же верит в такую ерунду, убегая от призраков?

***

- Именно, Кайден. А если тот не в меру болтливый торговец из таверны хоть немного прав – нам нужно спешить, потому что Лаэрт нарвался на крупный отряд багряных работорговцев, и вместо того, чтобы спокойно следить за ними, как всегда полез геройствовать, даже не думая о последствиях, - заметил рыжеволосый Лавейн. Из чащи выглянул таленг, сверкнув ослепительными глазами, поэтому волосы мерцающего показались огненными. Меедорн бросил на призрака взгляд, способный разбудить совесть даже у кварга, только что плотно пообедавшего отрядом наёмных убийц -и таленг на удивление быстро скрылся в темноте, оставив за собой лишь тающий силуэт.

- Узнаю старину Лаэрта, - ухмыльнулся Кайден. – Он не пропустит ни одного работорговца, даже если это будет грозить ему дыбой, четвертованием, пытками психически неуравновешенных девственниц и хором фанатичных инквизиторов.

- Поэтому нам нужно поскорее его найти. Я видел весьма красноречивые следы у таверны, - при этих словах лицо Меедорна помрачнело. – И то, что их вызвало, не будет ждать. Хотя даже я не знаю точно природу этой дряни. – Он погладил свой браслет, и единорог на нём ожил, грозно встав на дыбы, словно собираясь проткнуть рогом невидимого врага.

Через минуту мерцающие скрылись, отправившись туда, где только вездесущие таленги не боялись проводить безумные пляски, балансируя на грани жизни и смерти.

Твинклеры растворились в ночи, метнув за спины тщательно подготовленные сияющие знаки. Никому бы в здравом уме не пришло в голову преследовать мерцающих, но осторожность никогда не помешает. Особенно с такой добычей.

Через минуту знаки ощетинились молниями, выругались на скверный дождь, который, однако, не помешал трём сияющим всадникам умчаться в обратном направлении.

Из-под копыт фантомов вылетели шлейфы искр, соединяясь в рисунок. Если кому-то всё-таки придёт в голову пойти по следу мерцающих, он окажется неприятно удивлён.

Настоящее искусство не терпит суеты, даже если мир сходит с ума. Это вам с готовностью подтвердит один сумасшедший, но очень щедрый хозяин таверны.

Липецк, 22 марта 2023 год.