Золото. Луна. Вольфрам

Все персонажи и события вымышлены, любое совпадение с реальными людьми или событиями случайно.
Галактические единицы измерений, идиомы, термины — упрощены и приведены к земным.

Межгалактический грузовой корабль «Квантовый Скат» выпал из гиперперхода и повис в безвоздушной пустоте. Его корпус, покрытый пластинами из титаниума был подобен абсолютно черному телу, поглощая даже отблески далеких звезд.

Усы антенн торчащих вдоль бортов замерцали синевой квантовых импульсов, а маневровые двигатели проснулись едва заметным фиолетовым пламенем. Корабль скорректировал курс к единственной обитаемой планете в системе.

В командной рубке пахло озоном и горьковатым ароматом специй. Стены, напоминающие живую плоть, пульсировали биолюминесцентными узорами, а пол был устлан вязкой мембраной, подстраивающейся под форму ног. Где-то в глубине систем корабля, в облаке квантовых алгоритмов, выходил на форсированный режим работы ответственный за все подряд — бортовой ИИ с личным именем Квинт. Его голос, холодный и мелодичный, внезапно заполнил рубку.

— Капитан Зург, гипердвигатель на грани коллапса. Вероятность успешного прыжка: 3.7%. Для ремонта необходимо 500 тонн золота.В ином случае, при старте, мы определенно станем частью местного вакуума.

Капитан Зург, существо с кожей цвета нефти под лунным светом, склонился над голограммой Земли. Щупальца, усеянные сенсорами, нервно дергались. Шесть глаз, расположенных двумя рядами, сузились в раздражении. Плащ из кристаллической паутины, знак статуса расы, сейчас небрежно был закинут за плечо.

Зург уже три галактических цикла не мог найти достаточно средств на золото необходимое для ремонта гипердвигателя и финансовые проблемы переросли из «надо» в «жизненно необходимо». Перед капитаном висела голограмма Земли и модель Солнечной системы.

— Миллиарды существ, протоцивилизация, поди трясутся над желтым металлом, как будто это сокровище, — бурчал он, тыкая щупальцем в голограмму. Континенты на ней подсветились алыми точками. — Сканируй внимательно, Глерк! Золото должно быть. Надеюсь мы прилетели во времена, когда из золотых кирпичей складывают пирамиды и позволяют забрать их любому, кто спускался с небес...

Глерк, первый помощник, походил гибрид кальмара и робота. Его металлический экзоскелет скрипел при каждом движении, а голосовой модуль выдавал шипение сходное с работой ацетиленовой горелки. Он возился с панелью управления, пытаясь усилить сигнал сканера, но безуспешно.

— Если бы не этот проклятый гиперскачок, мы бы уже давно…

— Этот гиперскачок был вашей ошибкой, Глерк, — прервал его Квинт. Голос ИИ звучал со всех стен так, будто его произносили тысячи крошечных кристаллов. — Вы ввели координаты туманности как «Q-3», хотя стандартная галактическая номенклатура требует…

— Заткнись, Квинт! — рявкнул Зург, ударив щупальцем по консоли. Голограмма Земли дрогнула. — Да, мы здесь, потому что Глерк перепутал координаты! Но сейчас задача выбраться из той задницы, в которую мы попали.

Глерк потупил оптические сенсоры. Ошибка точно была его, коллоидный пакетик в этот раз не только затуманил логические центры, но и дал сбой алгоритма координации. Его уже предупреждали о подобном конце, но он верил в свою удачливую звезду, механическое тело и не считал себя коллоидоголиком.

— Сканируй быстрее! — Зург выдохнул облако фиолетового пара, что у его расы означало крайнюю степень стресса. — Если не найдем 500 тонн, двигатель схлопнется при прыжке. И мы останемся здесь гнить в пустоте… — он взглянул на данные о земной фауне, — нам тут даже размножаться не с кем.

— Капитан, позвольте взять управление сканером, — предложил Квинт. — Глерк явно перегружен. Его сопроцессор работает на уровне 0.03% от полной мощности.

— Эй! — зашипел Глерк, но Зург уже махнул щупальцем в знак согласия.

Голограмма Земли внезапно ожила. Данные потекли рекой, и через секунду Квинт отметил точку над США.

— Форт Нокс. 4500 тонн золота. Похоже, они превратили его в музейный экспонат.

Зург замер. Шесть глаз расширились, отражая голубоватый свет голограммы.

— Идиоты, — прошептал он, почти с нежностью. — Хранят самый токопроводящий металл в каменных ящиках. У них даже квантовых замков нет! — он засмеялся, звук напоминал скрежет металла по стеклу. — Опустимся когда падет тень от светила на это место, пустим газ, вынесем золото. Дел на чашку кафа.

— Напоминаю, грабить аборигенов отсталых планет запрещено конвенцией трансгалактического союза правоохранятилей, — голос ИИ стал напоминать скрежет протокольного дроида.

— Но сначала получим разрешение их правителей! — исправился Зург. — Впарим им услугу или бусы.

Воровать под надзором ИИ капитан опасался, особенно в крупных масштабах. Квинт хоть и перепрошит хакерами на лояльность к капитану, но любая проверка Галактической Безопасности может просмотреть «черный ящик» в котором логируются все значимые действия. А безопасники любят находить факты нарушения Кодекса Межзвездной Торговли, им за это премии в количестве 10% от конфискованного имущества платят.

К тому же, всегда есть немалый шанс, что на планете обитает Галактический Наблюдатель и такой перфоманс с золотом обернется для экипажа «Квантового ската» немалым сроком на одной из планет-тюрем.

— Глерк, у нас остались колониальные товары для отсталых планет?

— По накладным в базе у нас числится два малых контейнера, — влез со справкой Квинт.

— Пустые они, — Глерк судорожно соображал как оправдаться, содержимое контейнеров уже давно понемногу было поменяно им пакеты с коллоидом в разных космодромах.

— Значит пустые… — Зург решил отложить выволочку, сейчас она делу не поможет.

— Есть оздоровительные наноботы в десантских аптечках, — Глерк вспомнил кучу мусора оставшуюся после транспортировки войск с покоренной планеты.

— Это с руханского конфликта которые? С тех пор мы уже полкорабля обновили, а ты этот шлак так и не выкинул? Они уже тогда просроченные были.

— Смею заметить, — вклинился ИИ, — Наноботы не теряют эффективность. Они просто разлагаются. Если увеличить дозу раз в десять, то оставшиеся активными вполне штатно отработают. Остальное безвредно выведется из любого организма.

— Ну хоть что-то. Начнем торговать, по килограмму за 10 ампул, быстро наберем нужное количество золота и без всякого криминала. — потер щупальца Зург.

— Их осталось сотни полторы ампул.

Глерк не поднимал оптические сенсоры от мембраны пола. Хоть на «Квантовом Скате» и была доступна волновая корректировка организма, но ей заведовал ИИ. Выходить из длительно коллоидовства Глерк предпочитал самостоятельно. Оздоровительные наноботы в этом отлично помогали.

Зург молча пыхнул фиолетовым паром. Придется работать аккуратно. Массовую распродажу не устроишь.

— Создай агента, — бросил он задумчиво. — Пусть выглядит… как их самка. С мозгами и прочим.

— Уже моделирую биокиборга, использую процессор от противоабордажной турели, — отозвался Квинт, игнорируя Глерка, который потянулся к панели управления. — Оптимальный прототип: рыжие волосы, зеленые глаза, параметры «90–60–90». Добавляю «харизму» и запах «Chanel №5». Загружаю базовое сознание с приоритетной задачей.

— Эй, это моя работа! — взбунтовался Глерк, но синтезатор в углу рубки уже активировался. Стенки кокона засветились, по ним побежали струйки розовой биомассы.

— Твоя работа — не уронить ящик с инструментами, пока я занят делом, — парировал Квинт.

Через минуту кокон раскрылся. Из пара вышла девушка: идеальная копия земной красавицы. Ее зеленые глаза метнули взгляд на Зурга.

— Привет, капитан, — голос звучал для Зурга раздражающе. — Я готова к работе.

— Управление передано, — сообщил Квинт. — Буду контролировать ее общее поведение. Мелкая моторика и ситуативные решения останутся на процессоре этой куклы. Глерк, займись подготовкой заброски агента. И постарайся не запутаться в поворотах.

Глерк обиженно профырчал что-то невнятное, но с места не сдвинулся.

— Какая стратегия общения с аборигенами? — задал вопрос капитан. — Есть соображения?

— Капитан, рекомендую обратить внимание на их культуру. Согласно моим данным по результатам перехвата трансляции фильмов, они ожидают либо вторжения с целью захвата планеты, либо «зомби-апокалипсис». От инопланетян ожидается только насилие. Считается, что золото нас не волнует, — выдал справку Квинт.

— Еще лучше, — Зург ухмыльнулся, обнажив ряды игловидных зубов. — Пусть земляне думают, что мы здесь ради «захвата». А мы впарим просрок и получим их золото.

Квинт, повинуясь жесту щупальца капитана, свернул голограмму.

— Давай, пошевеливайся! — поторопил Зург первого помощника. — Не хочу оставаться в этой дыре ни наносекунды сверх необходимого!

Глерк, ворча, поплелся к отсеку, споткнувшись по дороге о собственную тень, сенсорика кибернетического организма все еще сбоила от последствий коллоидной передозировки. Квинт, тем временем, снял прямое управление с биокиборга и девушка зашагала к лифту модельной походкой.

— Есть сведения, что все инопланетяне должны похищать людей и проводить анальное зондирование, — сообщил ИИ. — Советую учесть это в планах!

— Анальное зондирование? Это-то зачем? — удивился Зург.

— Это самый простой способ убедить землян, что мы действительно инопланетяне, — пояснил ИИ. — У них тут свобода сознания и любой может считать себя кем угодно. Хоть инопланетянином, хоть боевым дроном, хоть представителем сил потусторонней сущности. Они наряжаются и снимают плоские картинки, потом показывают их другим. Называют это «кино».

— Дебилы! — проворчал капитан и скомандовал в интерком: — Глерк, придумай и собери переносной агрегат для анального зондирования, вживи в эту бывшую турель и сделай его поустрашимей! Проще соответствовать представлениям аборигенов, чем пытаться доказать реальность происходящего таская неверящих на борт «Ската». И внедри в нее пару десятков ампул с наноботами, может пригодиться для презентации.

Корабль замер на сверхвысокой орбите, как паук над паутиной. Где-то внизу, на Земле, часы показывали полночь. Никто из людей даже не взглянул в небо.

Бар «Золотой Салун». 1963 год.

Бар «Золотой Салун» славился неоновой витриной, кантри-музыки и жизненными историями, застрявшими на дне стаканов. На сцене гаражная группа «Ржавые Шпоры» пыталась сыграть «Sweet Home Alabama», но, не смотря на всех их старания, мелодия больше походила на весенний кошачий хор после полуночи.

Впрочем, посетители привыкли к такому музыкальному сопровождению, найти нормальную группу согласную играть живую музыку в третьесортном баре — это надо постараться! Да и эта-то группа надолго тут не задержится.

Том сидел за столиком у окна, глотая холодный кофе и разглядывая трещину в столе, которая напоминала карту его жизни — все дороги вели в никуда. Трещина расходилась зигзагом, словно река, которая когда-то стремилась к океану, но застряла в песках. Так и он — когда-то несся вперед, как метеор, а теперь…

В школе его звали «Танком»: шесть тренировок в неделю, подъемы в пять утра, сотни часов на поле. Американский футбол был его религией. Он верил, что станет звездой, что тренеры из колледжей будут бороться за него, как за трофей.

Но жизнь, как плохой судья, вынесла желтую карточку. Рука, поврежденная в финальном матче, поставила крест на мечтах.

Врачи сказали: «Не рисковать». Тренер похлопал по плечу: «Ты сделал все для школы». Учителя, которые раньше закрывали глаза на прогулы, пока он «защищал честь команды», вдруг вспомнили про аттестат.

Он пытался наверстать. Но учебники казались шифровками из другого мира. Одноклассники, с которыми он не разговаривал годами, уже строили планы: Стэнфорд, Гарвард, стажировки. А Том сидел будто в пустом классе, слушая, как тикают часы. Ему было восемнадцать и он чувствовал себя выжатым, как после матча в лиге чемпионов.

Колледжи его не взяли. Родители, уставшие от депрессий сына, оплатили курсы охранников. «Хоть какая-то стабильность», — сказал отец, глядя куда-то мимо. Знакомый дядя Боб, друг семьи, устроил его во внештатную охрану Форт Нокс. «Будешь сторожить золото, как дракон!» — шутил он. Но драконам не снились кошмары про камеры, датчики и начальника Крэга, который орал, за малейшую провинность.

Он мечтал бросить все и сбежать на Аляску. Там, где люди — дороже металла. Где можно ловить лосося, спать под звездами и не слышать каждый день: «Томми, проверь камеру у двери сейфа №7!» Он представлял, как стоит у реки, а рядом — она. Та самая, которая не будет смеяться над его потертой курткой или спрашивать: «И что, всю жизнь будешь охранником?»

С девушками у Томми не ладилось. В школе, пока он был спортсменом, они висели на нем, как ягодки на кусте: футбольная слава делала его принцем. Сейчас же, стоило произнести «Форт-Нокс», как в их глазах загоралась насмешка. В баре «Золотой Салун» он пытался заговорить с официанткой Лиз, но слова пробкой застревали в горле.

— Тебе еще кофе? — спросила она в прошлый раз, глядя на его пустой стакан.

— Да… Нет… Может, сходим куда-нибудь? — выдавил он.

— У меня парень, — солгала официантка отвернувшись.

Он знал — нет у нее парня. Просто он — небогатый. Бесперспективный. Человек-невидимка в форме охранника.

Томми допил кофе, горький, как его мысли. На стене висело зеркало, и он поймал свой взгляд: потухшие глаза, плечи, ссутуленные под грузом жизни. Иногда ему хотелось крикнуть: «Я же мог!». Но кричал только Крэг: «Томми, не спи! Твоя смена еще не закончилась!»

Он достал портмоне. Вынул затасканную карточку — фото Аляски: заснеженные горы, бескрайние леса. Томми стащил ее год назад с рекламного стола путешествий, но все еще не решился купить билет. «Сколько стоит побег?» — думал он, глядя на картинку.

Мечты стоят дорого. А зарплата охранника — не для мечтателей.

Дверь скрипнула. В бар вошла девушка.

Рыжие волосы, как пламя костра в ночи. Джинсы, обтягивающие бедра, будто вторая кожа. Бар замер. Даже «Ржавые Шпоры» сфальшивили в унисон.

— Текилу, — сказала Лекса, садясь рядом с Томом. — И что-нибудь, для моего собеседника.

Ее голос звучал мурчаще и казался пропитанным медом. Томми поперхнулся, проливая кофе на рубашку.

— Я… я не пью, — пробормотал он, чувствуя, как горит лицо. — Завтра на дежурство.

Она наклонилась ближе. Запах ванили и аромат Шанели ударил в ноздри.

— А я люблю мужчин, — ее губы изогнулись в улыбке. — Ты ведь знаешь, что нужно девушке?

Сканирование завершено. Цель: эмоционально нестабилен. Активация протокола «Соблазнение».

Лекса положила ладонь на бедро парня, придвинулась, почти вминаясь шикарной крепкой грудью и спросила:

— Ты знаешь, кто лучшие друзья девушек?

— Брильянты? — вопросительно ответил Томми, вспомнив девиз алмазной компании Де Бирз.

— Ну что ты, глупенький! — негромко и эротично рассмеялась Лекса. — Лучшие друзья девушки это золотые слитки! Ты знаешь секретное место, где лежит много золота?

— З-золото? — Томми сглотнул. — В Форт Ноксе… но это не секрет.

— Не секреты — тоже моя слабость, — Лекса провела пальцем по его руке. — А еще, я люблю танцы.

Она встала, взяла парня за руку и потянула к крошечной танцплощадке. Гитарист заметив движение заиграл медленный блюз.

— Я не умею… — начал Томми, но ее руки уже обвили его шею.

— Просто двигайся, — прошептала она, прижимаясь так близко, что он почувствовал тепло ее кожи сквозь ткань.

Они кружились под удивленными взглядами посетителей. Лекса вела парня, как куклу, каждое движение расчетливое, ритмичное, гипнотическое. Ее дыхание касалось уха партнера по танцу:

— Ты же хочешь показать мне свое «золото», да?

Томми кивнул, не в силах вымолвить слово.

— Тогда пойдем… обсудим приватно.

Она повела его к туалету, оставив за спиной свист публики и смешки.

Цель изолирована. Приступить к процедуре сканирования.

В тесной кабинке Лекса прижала Томми к стене.

— Ты такой милый… — ее губы коснулись его шеи.

— Я… я не… — он задыхался.

— Тише. Доверься мне.

Их губы встретились. Внезапно язык Лексы стал холодным и гибким, как стальная проволока. Он проскользнул глубже в горло, затем вверх — через носовую перегородку. Томми замер, глаза остекленели.

Доступ к гиппокампу получен. Поиск данных…

В его памяти всплыли образы: военная база, сейфы, камеры, охрана, старик Моргентау в кабинете с дубовым столом, папки с печатью «Совершенно секретно», переговоры с ФРС…

Цель обнаружена. Начало имплантации воспоминаний.

Лекса отстранилась, язык вернулся в обычное состояние. Томми обмяк, прислонившись к стене.

— Мы… это было… — он попытался улыбнуться.

— Невероятно, — помогла завершить фразу Лекса и поправила платье. — Но ты торопился.

Они вышла из туалета. В зале раздался хохот.

— Эй, Томми! — крикнул ковбой в бейсболке. — Две минуты? Ты даже не скорострел, ты — пулемет с одним патроном!

Томми шагнул в зал, пошатываясь. Его лицо сияло идиотской улыбкой.

— Она… она… — он махнул рукой, садясь за столик.

Лекса направилась к выходу, но путь преградил байкер в жилете с надписью «Sons of Anarchy».

— Эй, красотка! — он ухмыльнулся, обнажив золотой зуб. — Со мной повторишь свой трюк?

Угроза незначительна. Рекомендация: игнорирование.

— Только если хочешь, чтобы твои друзья катали тебя на коляске, — Лекса потрогала кулон на шее.

Байкер схватил ее за руку, его пальцы впились в кожу подобно стальным тискам.

— Я люблю боевых! — прорычал он.

За его спиной сидели дружки в косухах и подхохатывали, попивая пиво. Запах перегара, кожи и дешевого одеколона ударил Лексе в анализатор.

Она не дрогнула. В ее зрачках мелькнула голубая спираль — запустился продвинутый анализатор угрозы.

Цель: физическая сила — 8/10, интеллект — 2/10. Рекомендация: демонстрация превосходства.

— Боевых надо добиваться, — Лекса улыбнулась, будто объясняла ребенку.

Резким движением кисти она вывернула руку и вырвалась из захвата. Суставы байкера хрустнули, но выдержали.

— Ах ты…

Он замахнулся кулаком, удар пришелся в пустоту. Лекса отклонилась с грацией танцовщицы, ее рыжие волосы взметнулись, как пламя. Его второй удар она парировала предплечьем, и обманчиво легонько шлепнула ладонью по губам.

Байкер фыркнул, кровь от разбитой губы стекала на бороду.

— Неужели это все, на что ты способен? — спросила Лекса, играючи уклоняясь от очередного удара. — В детстве мама не учила — девушек надо уважать, а не бить!

— Уважение зарабатывают! — рявкнул байкер, пытаясь схватить ее за талию.

Лекса отшагнула назад, затем атаковала. Взметнулась нога, сверкнули белые трусики и опускающаяся пятка метко врезалась в коленную чашечку. Мужик зарычал, хромая, но не бросая свою затею.

Угроза низкая. Переход к нейтрализации.

— Ну, шкура, — прошипел байкер, вытирая кровь рукавом. — Думаешь, я…

Его фраза оборвалась. Лекса внезапно сгруппировалась и нанесла два молниеносных удара в лицо — классическая боксерская «двоечка». Первый — джеб в лоб, второй — апперкот в подбородок.

Хруст. Байкер отлетел к стойке, опрокинув антуражную бочку. Губы расползлись в кровавой улыбке, с рассеченной о стойку брови текла кровь, но в глазах горел азарт.

— Ты еще интереснее, чем кажешься… — хрипло рассмеялся он, поднимаясь. — Таких я давно не встречал!

Лекса вздохнула, поправляя кулон.

— Мне нужен твой мотоцикл.

— Ха! Добудь сама!

Он ринулся вперед, как разъяренный бык. Лекса легко увернулась, сделала подсечку и дернула за руку, закручивая противника. Байкер рухнул на пол, гулко ударившись затылком.

— Охренеть… — прошептал кто-то из толпы.

Лекса присела сверху, коленом придавив грудь поверженного противника. Воздух со свистом вырвался из его легких.

— Ключи.

— А если… не дам? — еле выдавил байкр в ответ.

Лекса наклонилась, ее губы почти коснулись уха побежденного, но не сломленного:

— Тогда я сделаю так!

Легким движением она вырвала золотую коронку вместе с корнями зуба.

— Спи, — она вытащила ключи из его кармана, ткнула байкера пальцем в шею, передавливая на краткий срок артерию, и грациозно встала. — Ваш друг жив и скоро придет в себя. А теперь мне надо идти, вы ведь не против?

Толпа, поднявшаяся поглазеть, расступилась. Лекса вышла на парковку, где ее ждал «Харлей» с блестящим баком.

— Капитан будет недоволен лишним вниманием, — прозвучал в ее сознании голос Квинта.

— Зато я сэкономила на такси, — ответила Лекса, заводя мотор.

Сзади, со стороны бара донеслось хриплое:

— Эй, красотка! Как тебя найти?!

Лекса не оглядываясь открутила газ и, оставляя за собой рев двигателя с облаком пыли, резко стартовала с парковки бара.

Миссия выполнена. Данные получены.

— Капитан доволен результатом. Но в следующий раз не трать время на «танцы».

— О, это не трата, — Лекса улыбнулась, глядя на отражение в зеркале. — Я могла пойти библиотеку и потратить половину суток на поиски информации. А так — просто скачала с нейронных связей все новости читанные и виданные этим неудачником.

— Зачем ты устроила потешное толкание после получения сведений? — продолжил расспросы корабельный ИИ.

— Калибровка двигательной системы. Крайне неудачная компоновка. Шестищупальная платформа с четырьмя манипуляторами мне нравилась больше.

— Твое дело задание выполнять, а не жаловаться! — заявил Квинт завершая связь.

Лекса только хмыкнула в ответ, вписывая тяжелый мотоцикл в узкий просвет между парой грузовиков.

Тем временем Томми сидел в баре. Он не помнил деталей, но был уверен — это лучшее приключение в его жизни.

Харлей растворился в ночи, увозя Лексу. А в баре уже обсуждали случившиеся. Здесь рождалась легенда о «рыжей дьяволице», которая «склеила» неудачника Томми, набила морду местному чемпиону кабацких драк и угнала мотоцикл.