Золотой фазан

Дождь барабанил по крыше офисного центра, сливая огни ночного города в золотистую размытую даль. Артём последним покидал восемнадцатый этаж. В руке — кожаный портфель с контрактом, подписанным после полуночи. В груди — привычная пустота, которую не заполняли ни бонусы, ни новая иномарка, ни аплодисменты на последнем совещании.

Лифт плавно понёс его вниз, к подземному паркингу. Он уже представлял, как заведёт двигатель, как поедет по пустынным улицам к дому в престижном районе, к спящей жене, к детям, которые завтра утром попросят денег на новый гаджет, который ему некогда будет выбрать.

На пятом этаже лифт остановился. Вошёл старик в потрёпанном плаще, неся мокрый от дождя холщовый мешок. Это был сторож Иван Степаныч. Артём кивнул, погружённый в свои мысли. Они ехали молча.

— Устали, Артём Сергеевич? — неожиданно спросил старик, внимательно глядя на него.

— Работа, — отрезал Артём.

— Вижу. Вы как белка в колесе: всё бежите, а из клетки не вырваться.

Артём хмыкнул. Философия от уборщика. Ещё чего.

— А сами не устали? — из вежливости спросил он.

— Я? Нет. Я после дождичка в лесу был. Грибов набрал. Смотрите.

Иван Степаныч развязал мешок. Оттуда пахнуло сырой землёй, хвоей и чем-то неуловимо свежим. Артём, к своему удивлению, заглянул внутрь: несколько боровиков, подосиновики, лисички.

— Сегодня — особенная находка, — глаза старика загорелись. — Иду я, смотрю — на старом пне сидит золотой фазан. Прямо как из сказки. Сидит, не боится. Мы с ним минут пять так, глаз в глаз. А потом он улетел. И знаете, что я подумал?

Артём молчал.

— Я подумал: вот оно, настоящее богатство. Не в кармане, а в глазах. Увидеть такое — и целый месяц светит.

Лифт достиг подземелья. Артём вышел, но не пошёл к своей блестящей машине. Он смотрел, как старик, насвистывая, направляется к выходу на улицу, к автобусной остановке.

— Иван Степаныч! — вдруг окликнул он. — А... а вам разве не хочется большего? Большей зарплаты, телевизор побольше, машину?

Старик обернулся. Его лицо, изрезанное морщинами, расплылось в улыбке.

— Зачем? У меня есть комната с видом на парк. Есть книги, которые я перечитываю. Есть лес в двух остановках на автобусе. И есть время всё это замечать. Если захочу больше — начну терять то, что есть. А оно мне дороже.

Он помахал рукой и скрылся за поворотом.

Артём сел в машину, но не завёл мотор. Он сидел в тишине, слушая, как затихает шум системы вентиляции. Перед ним лежал портфель с контрактом на миллионы. А в голове стоял образ: старик на пустом автобусном сиденье, везущий домой мешок грибов и золотого фазана в памяти.

Он вдруг с невероятной ясностью понял слова Сенеки, которые как-то мельком читал в университете: «Беден не тот, у кого мало что есть, а тот, кто хочет иметь больше».

Он, Артём, обладатель всего, был беден. Его душа была жаждущей пустыней. А тот, у кого была лишь комната и пенсия, был богат. Потому что его мир был полон, а желания совпадали с возможностями.

На следующий день Артём не вышел на работу. Он сказал, что заболел. Вместо этого он взял детей и уехал за город, в тот самый лес, о котором говорил старик. Они не нашли золотого фазана. Они просто шлепали по лужам, собирали шишки и смеялись. И в этот момент, глядя на залитое осенним солнцем лицо дочери, он почувствовал то самое странное чувство.

Оно было лёгким, как птичье перо, и тёплым, как первый луч сквозь тучи. Оно не требовало большего. Ему было достаточно.

Это и было то самое «весёлое богатство», которое всегда было у него под рукой. Ему нужно было просто перестать гнаться за избытком и разжать руки, чтобы принять его.