Золотой Трон: 2 "Молитва грязного рыцаря

Каждый рыцарь мечтает совершить подвиг. А какой подвиг можно совершить в мире, где никогда не существовали драконы? Правильно - штурм крепости! Вот и славный сир Гарфилд тоже так думал. Правда, сейчас он мирно спал на полу, и даже нарастающий шум поднимающегося войска не мог потревожить его сон.

К счастью, его верный оруженосец с неприкрытым отвращением расталкивал рыцаря:

— Сир Гарфилд! Сир Гарфилд, вставайте! Все бастарды уже собрались у короля!

— Да, да... ещё пару минут...

Оруженосец устало сел на стул и потер виски.

— Да за что мне это наказание? — пробормотал он, заметив опрокинутую бутылку вина. Осмотрев её, он допил остатки, вздрогнул и поморщился. — Ну и дрянь же...

После чего резко вскочил и пнул Гарфилда:

— Вставай, мерзость! Ты же понимаешь, что нас обоих выпорют, если мы опоздаем на штурм?!

— Да как ты посмел поднять руку на рыцаря?! — замычал Гарфилд от боли.

Оруженосец пнул его ещё раз:

— А я продолжу, пока ты хотя бы не начнёшь вставать, мерзость.

После удара рыцарь покорно начал подниматься. Оруженосец смотрел на него с осуждением. Когда Гарфилд наконец встал, он гордо заявил:

— Ну, сейчас ты ответишь за своё самодурство, чернь!

Рыцарь резко схватился за ножны... но они были пусты.

— А где...? — ошарашенно переводил он взгляд с ножен на оруженосца и обратно.

Пустая бутылка разбилась о его шлем, и он снова оказался на полу.

— Где-где? На эту бутылку ты его и променял, животное! — оруженосец снова пнул его.

Гарфилд покорно поднялся и поплёлся за оруженосцем, как побитая собака, пока тот ворчал себе под нос всевозможные ругательства.

Вокруг них бушевала подготовка к штурму. Солдаты бегали из стороны в сторону, точили мечи, надевали доспехи, собирались в отряды. Ремесленники суетились у осадных орудий. Между шатрами, словно по магистрали, проносились гонцы, разносившие указания от самого короля. И только наш дуэт мог себе позволить так вальяжно шествовать через весь лагерь к оружейной.

— Стой тут. Я сейчас оружие какое-нибудь придумаю, — грозно буркнул оруженосец и скрылся в ближайшем шатре.

Как только он исчез, Гарфилд начал пинать камни и бормотать:

— Да кто он вообще такой, чтобы так со мной обращаться?! Я же доблестный сир Гарфилд, любимый бастард самого короля Айдэна! Вот он сейчас вернётся, уж я ему... я ему...

Гарфилд ходил кругами, его глазёнки бешено бегали. Вдруг он резко остановился и прокричал:

— Да кому нужен оруженосец, который не смог сохранить меч своего рыцаря? Да он должен был умереть, защищая его!

Жизнь в лагере на секунду замерла. Все обернулись и смотрели на Гарфилда, как на прокажённого. В этот момент он глубоко вдохнул, воздел руки к небу, затем резко выдохнул, схватил себя за пояс и решительно шагнул вперёд.

— Да, именно так... — прошептал он. — Шёпотом и никак иначе, мой сир.

Под всеобщим молчанием Гарфилд маршировал, как король, к ближайшему солдату, который спокойно жевал булку хлеба. Подойдя, он театрально вытянул руку:

— Меч! — величаво произнёс Гарфилд, поэтично отводя лицо в сторону.

— Каво? — с набитым ртом пробурчал солдат.

Гарфилд закатил глаза:

— Как сложно работать с простолюдинами...

— Что ты сказал?! — Гаркнул солдат.

— Тише, тише, сейчас я тебе объясню! — засуетился он. — Славный воин! Призываю тебя отдать мне свой меч во славу своей родины! Даю клятву рыцаря: я буду помнить твою доброту и разделю с твоим именем свои подвиги!

Солдат сидел и жевал булку.

— Я! Великий, неподражаемый, обаятельный и... — Гарфилд подпер щёку кулаком и забарабанил ногой по земле. — Да как его, блин...

Солдат сидел... и жевал булку...

— А! Доблестный! Да, доблестный сир Гарфилд! Бастард самого короля Айдэна!

— Гарфилд воздел указательный палец к небу, затем ткнул им в сторону солдата. — И ты обязан мне помочь!

Солдат сидел! И жевал булку! После паузы Гарфилд процедил:

— Я что-то не понял... Ты же осознаёшь, что прямо сейчас предаёшь корону, или самого короля Айдэна? И как же низко ты пал, чтобы дойти до такого презренного поступка? Ты! Грязная, подлая крыса!

Солдат разжал руку. Булка упала в грязь. Он начал медленно подниматься. Пока он сидел, то не выглядел угрожающе, но теперь перед Гарфилдом вырастала целая гора. Почуяв опасность, он отскочил и принял боевую стойку.

— Ах тыыыыыыы! — закричал Гарфилд, хватая ножны, но так как меча там до сих пор небло, план пришлось оперативно менять. Затем он резко рассмеялся: — Молодец, солдат! Ты прошёл проверку и доказал, что сможешь защитить свою родину! Я обязательно передам это своему отцу, и тебе поднимут жалование!

Солдат расправил плечи, громко хрустнув суставами. И каким-то образом после этого стал ещё больше. Гарфилд рухнул на колени.

— Ну ладно, мужик, посмеялись и хватит! Это же просто... просто шутка! Ш-У-Т-К-А, понимаешь? Хе-хе... Мда... Мужик, ну не бей, а? Вот ты к тому же булку уронил...

Гарфилд судорожно поднял булку, прижал к сердцу и начал оттирать от грязи.

— Ну разве можно так? Это же ведь плоть да кровь господня, да... — стоя на коленях, он поднял булку над головой, будто это меч героя.

Солдат даже бровью не повёл. Он взял булку, смачно харкнул в Гарфилда, развернулся и ушёл.

Гарфилд тут же вскочил, схватил ножны, как дубину, и закричал:

— Ага! Вот ты и...

Жёсткий удар с разворота отправил Гарфилда лететь, как мешок с дерьмом, брошенный в реку. Теперь наш "доблестный" сир лежал в грязи, уставившись в небо. К нему подошли трое оруженосцев.

— Чего опять разлёгся?! — строго прокричали они хором.

— Когда вас стало так много?..

— Ну-ка вставай! Король уже вышел объявлять наступление!

Эти слова в миг привели рыцаря в чувства и двое оруженосцев сразу исчезло. Оруженосец же резко поднял своего рыцаря, больно хлопая по спине, будто выбивая пыль из ковра, и сунул ему в руки кистень.

— А это ещё что за побрякушка?! Где оружие настоящего рыцаря?!

— Заткнись и пошли! Радуйся, что хоть что-то дали!

Пока рыцарь тупо разглядывал новоприобретённое снаряжение, оруженосец упёрся ему в спину и начал толкать вперёд. Не успел Гарфилд понять, что происходит, как оказался в строю таких же бастардов, как и он сам.

Впереди на помосте король заканчивал свою речь. Гарфилд заворожённо смотрел на отца, восхищаясь каждым его словом, словно малое дитя. Отец же между делом лишь презрительно пробежался по нему взглядом.

— Воины мои! Сегодня мы славно отпразднуем нашу победу за стенами этого замка! И предатели ответят по заслугам! В бой, воины мои! В атаку!

Войско с рёвом, подобным сходу лавины, ринулось в бой.

Лишь один Гарфилд, воодушевленный словами отца, орал свою собственную "мотивирующую" речь. О чём она была — мы никогда не узнаем, столь незначительной она оказалась.

И вот он понесся к замку, сжимая в руках кистень, крича так громко, как никогда прежде. Ведь сегодня должен был настать его час славы! Не ведая страха и не видя преград, "герой" пробивался между братьев по оружию.

Град стрел сеял смерть в рядах солдат, но Гарфилду это было лишь на руку — больше славы достанется именно ему! Добежав до стен замка, он оттолкнул солдата, начинавшего подъём по осадной лестнице, и с разбегу вскочил на неё, предвкушая вкус вражеской крови.

Но тут из бойницы вылетела булава и ударила нашего "героя" прямо в лоб. Он потерял равновесие и упал лицом в лужу. Рыцарь лежал, пытаясь прийти в себя, пока вокруг продолжалась бойня. Тела падали с лошадей, стен, лестниц и осадных орудий, окропляя землю кровью.

В этот миг он заметил что у него из за пазухи выпала книга. Книга была ничем не примечательная, маленькая, драная, рваная, измученная будто уже молящая о своей смерти. На ней не было текста, лишь только выцветший католический крест. Гарфилд ударил тяжёлым кулаком о землю, резко схвати книгу, спрятал её запазуху и в ярости попытался подняться... Но прямо с башни на него свалился другой рыцарь в тяжёлых латах, сразу же отправив Гарфилда в нокаут. В луже он и захлебнулся.

Так закончился путь "великого" сира Гарфилда. Хоть и в луже, но зато во время штурма.

Глава 2 “Мир жаждет ГЕРОЯ”🤯