Зоро в мире Клинка!

Сознание то всплывало, то тонуло в темных глубинах, а тупая боль от похмелья пилила виски ржавой ножовкой.

— М-м-м... Луффи... не трогай выпивку...

Ророноа Зоро, бормоча под нос, перевернулся на другой бок. Он ожидал ощутить спиной привычную твердость палубы Санни или мягкость газона, но вместо этого коснулся холодной, влажной земли, от которой несло гнилью. Резко открыв единственный глаз, он понял, что соленый морской бриз Гранд Лайн исчез без следа. Его место занял густой, почти удушающий цветочный аромат.

— Где это я? Опять эти идиоты меня бросили? — Зоро приподнялся на локтях, и левая рука рефлекторно потянулась к поясу.

Пальцы нащупали только два меча — Вадо Итимондзи и Сандай Китецу. Энма исчезла!

Сон как рукой сняло. Зоро тут же попытался раскинуть сеть Воли Наблюдения, чтобы просканировать гору и найти пропавший клинок. Но ничего не произошло. Его восприятие, обычно точное, как радар, сейчас напоминало стоячее болото — ни единого всплеска. Более того, попытка покрыть кожу и лезвия Волей Вооружения тоже провалилась — сила словно канула в лету.

Нахмурившись, мечник начал осматривать окрестности. Потратив немало времени, Энму он так и не нашел, зато обнаружил несколько окровавленных катан. Выбрав из них ту, что была в более-менее приличном состоянии, он решил использовать её как временную замену. Раз уж так вышло, придется приспосабливаться. План был прост: исследовать этот незнакомый мир и найти какую-нибудь крупную организацию с хорошей информационной сетью, чтобы отыскать свой меч.

Зоро встал и огляделся. Это место не походило ни на один известный ему остров. Все вокруг было залито странным фиолетовым свечением. Подняв голову, он увидел, что горы и равнины укрыты каскадами свисающих лиловых цветов, напоминающих древний барьер, отрезающий это место от внешнего мира. Красота глицинии в ночной тьме казалась зловещей и неестественной, словно пыталась замаскировать глубоко въевшийся запах крови.

— Эй! Завитушка! Нами! Чоппер!

Его голос эхом разнесся по пустынному лесу, но ответа не последовало. Лишь шелест листвы вдалеке напоминал звук ползущих насекомых.

— Тц, наверняка опять заблудились. Ладно, если идти по ветру, рано или поздно выйду к побережью.

Зоро, ведомый своим катастрофическим чутьем, бросил взгляд на тропу, явно ведущую в гору, и уверенно решил, что именно там находится порт. С невозмутимым видом он зашагал прямиком в чащу горы Фуджикасане.

Пройдя всего несколько шагов, он почувствовал неладное. Инстинкты закаленного бойца вопили, что с аурой этого места что-то не так. По привычке он попытался выпустить Волю Наблюдения, но результат остался прежним — тишина. Зоро крепче сжал рукоять Вадо Итимондзи. Ощущение напоминало эффект от наручников из Кайросеки: физическая сила и навыки фехтования остались при нем, но сверхъестественная мощь, способная противостоять всему на свете, была словно заблокирована какими-то местными законами мироздания.

— Плевать. Главное, что я все еще могу рубить.

Он быстро смирился с ситуацией, и на губах заиграла дерзкая ухмылка. Как бы ни менялись условия, закон выживания для сильных всегда один: руби преграды и иди вперед.

В этот момент кусты впереди яростно затряслись. В нос ударила тошнотворная вонь, в сотни раз хуже запаха потрохов морского короля — смрад старой, свернувшейся крови и гнили.

— Хи-хи-хи... Заблудившаяся мышка? В этом году еды на удивление много...

Из тени выползла уродливая тварь. Верхняя половина тела напоминала человеческую, а нижняя представляла собой туловище гигантской сколопендры. Кожа болезненно-серого цвета бугрилась венами, шесть глаз на лице были разбросаны в хаотичном порядке и сверкали алчным красным светом, а рот, полный вязкой слюны, разрывался до ушей.

Зоро остановился и смерил существо ледяным взглядом.

— Эй, урод. Ты мой меч не видел? Или, может, знаешь, где тут выпивку продают?

Демон-сколопендра опешил. Он явно не ожидал, что беззащитный на вид человечишка вместо того, чтобы визжать и убегать, начнет задавать идиотские вопросы.

— Меч? Выпивка? Хи-хи-хи! Когда я выжру твои мозги, может, и почувствую вкус вина! Сдохни!

Издав пронзительный визг, монстр оттолкнулся десятками лап от земли и бросился на Зоро, словно стрела, выпущенная из лука. Его острые когти рассекали воздух с жутким свистом, целясь прямо в горло мечнику.

— Похоже, человеческий язык ты не понимаешь.

Взгляд Зоро мгновенно стал острым, как у ястреба. Даже без Воли его реакция, отточенная в бесчисленных смертельных битвах, оставалась на пике возможностей этого мира. В то мгновение, когда когти почти коснулись кожи, Зоро едва заметно сместился в сторону. Движение было доведено до совершенства — ничего лишнего.

— Стиль одного меча: Птица бедствия!

Вспышка — и синяя летящая слэш-атака прорезала воздух. Это было чистое давление меча, достаточно острое, чтобы рассечь сталь. Демон-сколопендра даже не успел заметить, когда клинок покинул ножны, как мир перед его глазами перевернулся. Его верхняя половина вместе с уродливой головой была чисто срезана. Из идеально гладкого среза фонтаном хлынула черная кровь, заливая траву.

— Слабак.

Зоро вложил меч в ножны с характерным щелчком. Даже не взглянув на труп, он развернулся, собираясь продолжить поиски выхода. Однако мерзкий хлюпающий звук за спиной заставил его замереть. Обернувшись, он увидел, что отрубленная голова демона катается по земле и смеется, а обезглавленное тело, шатаясь, поднимается на ноги. Мясо на шее бешено пульсировало, на глазах сплетаясь в новые кости и мышцы.

— Больно... Как же больно! Ты, чертов сопляк! Ты посмел отрубить мне голову!

Всего за несколько секунд голова демона-сколопендры отросла заново, став еще более уродливой, чем прежде.

— Ха? Фруктовик типа Логия? — Зоро удивленно приподнял бровь. В его понимании только пользователи Логии могли восстанавливать тело после физических атак. Но этот парень был явно материальным — ощущение рассекаемой плоти было слишком реальным. — Без Воли будет проблематично... Значит, обычные удары не работают?

Зоро снова сжал рукоять. Его аура резко изменилась. Если один удар не убил, он нанесет два. Если двух мало — будет рубить, пока у твари не кончатся силы на регенерацию.

— Сдохни!

Демон впал в ярость. Он разинул пасть, и в Зоро полетел град пурпурно-черных ядовитых игл. Одновременно его огромное тело начало петлять между деревьями, пытаясь зайти со слепой зоны. Столкнувшись с плотным огнем, Зоро не отступил ни на шаг. Он снял с руки темно-зеленую бандану и неспешно повязал её на голову.

— Ладно. Как раз поможешь мне протрезветь.

Он зажал рукоять Вадо Итимондзи в зубах, а в руки взял Сандай Китецу и трофейный клинок. Мгновенно приняв стойку Стиля трех мечей, он выпустил чудовищную ауру. Чистая жажда убийства сгустила воздух вокруг него, делая его тяжелым, как свинец.

— Рассечение демона!

Зоро исчез, оставив лишь размытый силуэт. В следующую секунду он уже стоял за спиной демона-сколопендры. Воздух, казалось, застыл на мгновение. А затем тело монстра покрылось сотнями перекрестных разрезов. Его разорвало на мелкие куски мяса, а ядовитые иглы были перемолоты в пыль вихрем клинков.

На этот раз Зоро не спешил убирать оружие. Он холодно наблюдал за кучей фарша, которая все еще пыталась шевелиться. Куски мяса отчаянно тянулись друг к другу, но из-за того, что были нашинкованы слишком мелко, восстановление шло черепашьими темпами.

— Значит, удары работают, просто нужно крошить мельче, — сделал вывод мечник.

Раз Воля недоступна, он компенсирует это скоростью и силой. В этом странном мире явно действуют свои законы, но это его не волновало. Если оно живое — он сможет это убить.

В этот момент на востоке забрезжил рассвет. Как только первые лучи солнца коснулись кровавого месива, демон издал душераздирающий вопль.

— А-а-а-а! Солнце! Нет! Не-е-ет!

На глазах изумленного Зоро неубиваемая плоть вспыхнула, словно бумага в огне, и быстро обратилась в пепел, развеянный ветром.

— ...Боится солнечного света?

Зоро задумчиво посмотрел на пепел, затем вернул мечи в ножны и снял бандану.

— Понятно, ночные твари. Теперь хоть что-то прояснилось.

Он отряхнул одежду, взглянул на восходящее солнце, а затем без колебаний развернулся к нему спиной и зашагал в самую гущу темного леса.

— Солнце там, значит, выход в этой стороне.

Неисправимый топографический кретин снова уверенно отправился в неверном направлении.