Зверополис: Мираж правосудия

Топот-Хилл всегда считался районом, где даже тишина звучала дорого. В этот час ночи поместья утопали в густой зелени, а воздух был пропитан ароматом подстриженных газонов и ночного жасмина. Но в саду Эммета, пожилого барана, чья филантропическая деятельность была известна далеко за пределами района, ночная идиллия дала трещину.

Эммет, всегда воплощавший собой кротость и благонравность, сейчас выглядел как оживший кошмар. Его шелковый халат был распахнут, а в глазах, обычно ясных и добрых, плясало нечто первобытное и пугающее. Он метался по идеально ровному газону, тяжело дыша, и его копыта вырывали клочья земли. Он что-то бессвязно бормотал, низко опустив голову, словно прислушиваясь к голосам, звучащим прямо в черепной коробке.

Внезапно он замер перед мраморной статуей изящной газели, украшавшей центр сада. Издав гортанный, абсолютно несвойственный овцам рык, Эммет рванулся вперед. С глухим, костедробительным стуком он ударил лбом в холодный камень. Статуя пошатнулась, а баран отлетел назад, тяжело дыша. На мгновение пелена спала. Он посмотрел на свои дрожащие копыта, на содранную кожу, и в его глазах отразился бездонный, леденящий ужас. Он хотел закричать, позвать на помощь, но голос подвел его.

В этот момент со стороны озера наполз странный, неестественно плотный туман. Он не стелился по земле, а словно обволакивал пространство живыми щупальцами. Когда белесое марево поглотило фигуру Эммета, в саду снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь стрекотом сверчков, которые понятия не имели, что только что стали свидетелями начала конца привычного мира.

***

Утро в первом участке началось с привычного хаоса: хлопанье дверей, топот тяжелых лап и несмолкаемый гул голосов. Джуди Хопс, чей энтузиазм за годы службы не только не угас, но и приобрел профессиональную огранку, влетела в отдел по тяжким преступлениям, едва не сбив с ног дежурного офицера.

— Ник! Ты видел сводку? — она буквально запрыгнула на стул рядом со своим напарником, который, казалось, пытался слиться с кофейным автоматом.

Ник Уайлд, в своей неизменной приталенной рубашке и с выражением легкой скуки на морде, медленно повернул голову. Его хвост лениво качнулся, смахивая воображаемую пылинку с края стола.

— Морковка, если ты о том, что в столовой закончились черничные пончики, то да, это преступление века, и я готов возглавить расследование, — он прищурился, глядя на её горящие глаза. — Но судя по твоему виду, кто-то либо обокрал мэрию, либо у нас дело поинтереснее.

— Эммет пропал, Ник! Тот самый Эммет, который спонсирует приюты для мелких грызунов. Его похитили прямо из собственного сада. И вот, — она победно шлепнула на стол прозрачный пакет с уликой, — письмо с требованием выкупа.

Ник нехотя отставил стаканчик с кофе и, достав из ящика стола пару перчаток, кончиком когтя подцепил листок. Это была дорогая, плотная бумага с водяными знаками, на которой ровным печатным шрифтом была изложена просьба о миллионе золотых лап в обмен на жизнь мецената.

— Слишком чисто, Морковка, — Ник скептически хмыкнул, рассматривая письмо на свет. — Ни пятен от дешевой пиццы, ни ошибок в орфографии, ни драматических клякс крови. Это письмо составлял либо очень прилежный секретарь, либо кто-то, кто очень хочет, чтобы мы думали, что это обычное похищение. Слишком... клишировано. Как в тех плохих сериалах, которые ты смотришь по субботам.

— Я не смотрю плохие сериалы! — вспыхнула Джуди, дернув ушами. — И это реальное дело. Буйволсон уже рвет и мечет. Так что допивай свой «кофе», который на три четверти состоит из сиропа, и по коням.

— Это карамельный макиато, Джулс, имей уважение к искусству, — Ник со вздохом поднялся, поправляя галстук. — Но ладно, поехали посмотрим на этот памятник архитектуры и исчезнувшую овцу.

***

Особняк в Топот-Хилл встретил их атмосферой подавленного траура. Пока Джуди, вооружившись блокнотом и своим фирменным «пронзающим взором верховенства закона», методично опрашивала дворецкого-жирафа, Ник решил применить более тонкий подход.

Немного пройдясь по комнатам, он обнаружил горничную-ламу, которая нервно теребила край своего передника у входа в малую гостиную.

— Ужасный день для такой очаровательной леди, не так ли? — Ник прислонился к дверному косяку, демонстрируя свою самую обезоруживающую улыбку. — Ник Уайлд, детектив. Но для друзей просто Ник. Скажите, милая, мистер Эммет в последнее время не вел себя... странно? Может, у него появились новые друзья или, скажем, необычные хобби?

Лама, покраснев, зашептала: — О, офицер, он был сам не свой. Весь вечер метался, говорил, что в стенах кто-то что-то шепчет. А потом пришел этот подарок...

— Подарок? — Ник мгновенно подобрался, хотя его поза оставалась расслабленной.

— Да, от благотворительного фонда «Зеленое Сердце». Набор элитных травяных чаев для медитации. Он выпил чашку перед тем, как выйти в сад. Сказал, что ему нужно «успокоить внутренний хаос».

Джуди, закончившая с дворецким, подошла как раз в тот момент, когда Ник аккуратно поднимал с журнального столика пустую фарфоровую кружку. Он поднес её к носу, прикрыл глаза и сделал глубокий вдох. Его чуткий нос уловил тонкий, едва заметный аромат: мокрая земля, дикая мята и резкий, металлический оттенок, который явно не имел отношения к ботанике.

— Ну что там, великий дегустатор? — подколола его Джуди, хотя в её голосе звучало нетерпение.

— Пахнет не просто чаем, Морковка. Пахнет... приключением, — Ник открыл глаза, и его взгляд стал пугающе серьезным. — И очень странной химией. Знаешь, я крутился в разных кругах, но такой «сбор» не продают в обычных аптеках. Тут есть что-то синтетическое. Что-то, что заставляет кровь бежать быстрее, чем у тебя, когда ты видишь вывеску «Распродажа моркови».

***

Вернувшись в участок, Джуди практически поселилась перед мониторами в отделе видеонаблюдения. Её нос дергался в такт мелькающим кадрам.

— Смотри, Ник! Вот он. 23:15.

На зернистой записи с камер периметра было видно, как Эммет выходит на газон. Его движения были рваными, как у сломанной марионетки. Он шел, глядя прямо перед собой, не замечая препятствий.

— Как лунатик, — прошептала Джуди. — Он не просто гулял, он был дезориентирован. Смотри, как он идет к озеру, прямо в этот странный туман.

Тем временем Ник, прижав телефон к уху плечом, быстро печатал что-то на клавиатуре. Его «неофициальные связи» работали быстрее любой официальной базы данных.

— Плохие новости, напарница, — сказал он, сбросив вызов. — Курьерская служба «Быстролап», которая доставила тот злополучный чай, официально прекратила существование три года назад. А курьер... — он вывел на экран стоп-кадр с камеры у ворот. — Рост около тридцати сантиметров, рыжеватая шерсть, длинный хвост. Возможно, сурикат. Номерной знак фургона поддельный.

— Значит, это была спланированная акция, — Джуди задумчиво постучала ручкой по подбородку. — Его не просто похитили. Его «подготовили» к похищению до того, как он исчез. Но зачем? Если им нужны были деньги, зачем играть в такие сложные игры с этим чаем?

— Может, деньги — это просто дымовая завеса? — Ник посмотрел на карту города. — Куда ведут следы от озера? Если он шел пешком, он не мог уйти далеко.

— Ник, туман пришел с севера. Если он двигался по направлению ветра, то... — Джуди быстро прочертила линию на электронной карте. — Окраина Саванна-Сквер. Там полно заброшенных зданий.

***

Заброшенный отель «Золотой Рог» когда-то был жемчужиной района, но теперь он выглядел как скелет огромного животного, забытый посреди бетонных джунглей. Воздух здесь был тяжелым, пыльным и пах сыростью.

Джуди двигалась бесшумно, держа лапу на кобуре с транквилизатором. Ник шел следом, его уши постоянно вращались, улавливая малейший шорох.

— Чую его, — шепнул Ник, принюхиваясь. — Старая шерсть, страх... и тот самый химический запах из кружки. Здесь он ощущается сильнее.

Они вошли в номер 402. Дверь висела на одной петле. В углу комнаты, забившись под выцветшую бархатную занавеску, сидел Эммет. Он не был связан. На нем не было ни единой царапины, кроме той, что он сам себе нанес в саду. Но он дрожал так сильно, что зубы стучали.

— Мистер Эммет? — мягко позвала Джуди, делая шаг вперед.

Баран вскинул голову. Его глаза были расширены от ужаса. — Я... я хотел драться, — прохрипел он, не узнавая их. — Статуя... она смотрела на меня. Я хотел разбить её. А потом... потом я испугался. Тень от лампы... она была как волк. Я боялся собственной тени! Что со мной, офицер? Почему мир стал таким... неправильным?

Он зарыдал — искренне, по-детски, уткнувшись мордой в пыльную ткань. Он не помнил, как оказался здесь. Последние двенадцать часов для него были лихорадочным сном, полным агрессии и парализующего страха.

***

Пока парамедики бережно выводили Эммета к машине скорой помощи, а криминалисты оцепляли здание, Джуди вернулась в номер. Что-то не давало ей покоя. Ник стоял у окна, глядя на закатное солнце, окрашивающее Саванну в кроваво-красный цвет.

— Выкуп так и не потребовали, Ник, — сказала Джуди, осматривая пол. — Они бросили его здесь. Это вовсе не обычное похищение.

— Согласен. Это был тест-драйв, — Ник обернулся. — Эммет — идеальная подопытная свинка... то есть, баран. Уважаемый, мирный, предсказуемый. Посмотри, что они с ним сделали. Они инвертировали его. Сделали агрессивным, а потом превратили в дрожащее желе.

Джуди присела у кровати. Её взгляд зацепился за слабый блик в щели между половицами. Она достала пинцет и аккуратно вытянула небольшой предмет.

Это был флакон. Маленький, из тяжелого темно-синего стекла. Он был пуст, но на дне всё еще виднелся маслянистый налет. На этикетке, выполненной с пугающим изяществом, был изображен логотип: стилизованное солнце, встающее над волнистой линией, напоминающей горизонт саванны и изгиб реки.

Ник подошел ближе и взял флакон (прим. автора через пакет для улик, разумеется). — Красивый дизайн. Утонченный. Знаешь, что это значит, Морковка? — его голос стал непривычно низким. — Кто-то в этом городе решил поиграть в бога. Кто-то не просто похитил Эммета. Кто-то... провел натурный эксперимент. И этот флакон — их визитная карточка.

***

Поздним вечером в лаборатории ZPD (прим. автора - Zootopia Police Department) было тихо. Лаборант-бурундук, потирая заспанные глаза, вывел результаты экспресс-анализа на экран.

— Послушайте, детективы, — пискнул он. — Остатков вещества слишком мало для полной формулы. Но я могу сказать одно: это не химия в чистом виде. Это органика. Очень редкие растения, возможно, эндемики из отдаленных частей тропиков. И синтетический катализатор, который усиливает их воздействие на нейротрансмиттеры в десятки раз. Это... — он замялся, — это искусство, в каком-то смысле. Очень злое искусство.

Джуди молча смотрела на синий флакон в пакетик для улик. Перед её глазами всё еще стоял дрожащий Эммет.

— «Мираж», — прошептала она название, которое вертелось у неё на языке с того момента, как она увидела логотип. — Они создают иллюзию другой реальности.

Она подняла глаза на Ника. Тот стоял, прислонившись к стене, и в кои-то веки в его лапах не было ни кофе, ни телефона. Он смотрел в окно на огни Зверополиса, который казался таким спокойным и защищенным.

— Это только начало, правда? — спросила Джуди, и её голос слегка дрогнул.

Ник медленно повернулся к ней. На его морде промелькнула тень той самой ухмылки, но глаза оставались холодными и проницательными.

— Знаешь, Морковка, я очень хотел бы сказать тебе, что это просто разовый псих с набором юного химика. Очень хотел бы. Но... — он кивнул на флакон, — боюсь, наш город только что вошел в длинную, темную тень. И нам придется очень постараться, чтобы не заблудиться в этом тумане.

Джуди решительно поправила значок на груди. — Тогда нам лучше выспаться, Ник. Завтра нам нужно найти этого суриката.

— И заказать кофе покрепче, — добавил Ник, открывая перед ней дверь. — За мой счет. Раз уж мы спасаем мир, можно разориться на двойной эспрессо.

Они вышли из лаборатории, и за ними погас свет, оставив лишь слабое синее сияние от пустого флакона, лежащего на столе.