Зверь

Артём Горохов

Зверь

По улице бодро шагали двое мужчин, одетых в камуфляж без каких-либо нашивок или отличительных знаков. Усатого, который был повыше, звали Николаем. До недавнего времени он был профессиональным военным, служил в погранвойсках. Теперь после прошлогоднего сокращения он в сорок три года получил статус «пенсионер». Второго, седого звали Сергей. Он был безработным и чуть ли не с рождения перебивался временными заработками. Дожив до тридцати девяти, он сохранил только одну страсть – охоту.

Именно охота свела этих людей. Они и познакомились в лесу. Теперь же оба спешили на встречу с одним очень влиятельным предпринимателем. Они подошли к большому дому, где располагался нужный офис. Пришлось подождать некоторое время, пока охранник доложил об их прибытии. Наконец, открыв дверь, он попросил следовать за ним в кабинет директора.

-О! Я вас уже заждался! – воскликнул с лёгким укором коренастый мужчина, восседавший за массивным столом. - Присаживайтесь.

Внимательно рассмотрев охотников и выдержав театральную паузу Павел Александрович начал свой рассказ. Говорил он уверенно, неторопливо:

- Я родился в далёкой сибирской деревеньке под названием Дубровка. Родители даже не были толком образованы. Жили натуральным хозяйством... Вот так...- Он достал из деревянной коробочки сигару и закурил. - Мне было восемь лет, когда по деревне впервые прошёл слух о Звере. Несколько местных жителей пропало в лесу. Позже были найдены фрагменты тел пропавших. Деревенские мужики ходили в лес на облаву, но всё безуспешно - один за одним люди продолжали пропадать в лесу. Некоторые стали уезжать из этого проклятого места, но наша семья оставалась. Отец ходил в лес вместе с матерью. Он был хорошим стрелком и не считал, что какой-то зверь может быть сильнее его карабина. Но однажды и они не вернулись… Оба…

После этого случая из деревни уехали все. Меня - сироту забрала с собой какая-то женщина. В городе оставила меня в детдоме. Больше я её не видел. Столько лет прошло... Теперь у меня есть своё дело, семья и всё кажется нормально, но до сих пор мне не даёт покоя мысль о родителях, о звере. Мой товарищ в охотобществе отрекомендовал вас как лучших. – Он наклонился вперёд, опёрся локтями на стол. – Так вот я хочу, чтобы вы поехали в Дубровку и привезли мне Зверя. Мне не важно волк ли это, медведь ли, человек ли. Я хочу, чтобы его чучело стояло здесь в моём кабинете. Если вы мне привезёте чучело и улики, то я в долгу не останусь. Что скажете, мужики?

- Да о чём может идти речь, Павел Александрович? - горячо заговорил Сергей. - Я всю жизнь охотой промышляю!

Николай молчал.

-Ну, если возражений нет, то вот вам на карманные расходы. - Он достал пачку зелёных купюр и отсчитал две тысячи. - Я не шучу. И вас попрошу отнестись к этому делу серьёзно! Вам месяц сроку.

Все встали и, пожав руки, разошлись. Сергей с Николаем пошли по домам, условившись отправиться в дорогу уже на следующий день.

***

Утром встретились на перроне. Оба в привычном камуфляже; за спинами большие рюкзаки и зачехлённые ружья.

-Слушай, Коля, может, сойдём на следующей станции, пристрелим ему здорового волчару и дело с концом? - предложил Сергей. Он, конечно, любил охоту, но перспектива дальних переездов и возможных конфликтов с органами его не привлекала.

Николай был чем-то рассержен. С утра он молчал, а сейчас говорил резко и отрывисто:

-Не-е-ет, брат! Я дал слово офицера этому человеку! Так что я поеду туда и достану зверя. Хочешь остаться? Оставайся!

-Ну ты что, Колян, я же не отказываюсь. Просто предложил! Я не отказываюсь!

Они сели в плацкартный вагон, за окнами потянулись бесконечные леса. А ночью разыгралась невероятная гроза. Гром гремел так, что казалось, будто вся земля содрогалась. Дождь лил стеной до самого утра.

***

На третьи сутки пути охотники сошли на маленькой станции под названием Добрая. Они расспросили о близлежащих поселениях, чтобы сориентироваться на местности. Им нужно было в село Боровое, которое лежало на пути к Дубровке. У самой станции стоял рыжий от ржавчины и остатков краски "Москвич". Водитель "любезно" согласился подкинуть их до Борового "всего" за полторы тысячи.

Таксиста звали Егором. На вид ему было лет пятьдесят, но вполне возможно, что годков ему набавляло и отсутствие некоторых зубов. Он сильно шепелявил и постоянно смеялся.

-Ну что, мужики, что вам в Боровом надо? - спросил Егор, от души хлопнув дверью своей колымаги.

-Ну а те чо надо? - спросил с заднего сиденья Николай.

-Всё понял! Понял! - засмеялся Егор.

С полчаса все молчали. Потом Сергей для приличия спросил:

- Слышь, Егор, а что так дорого дерёшь?

-Ну-у-у! Дорого! До Борового тридцать пять километров - это раз. Вчера шёл дождь - это два. И, наконец, мне очень хочется нормально накатить! - он весь затрясся от смеха. Сергей гоготнул.

Скоро он и сам почувствовал, что эта поездка на самом деле стоит все полтора косаря - дорогу, а вернее, глубокую колею совсем размыло, "Москвич" бросало во все стороны, но хуже всего было, когда машина завязала и начинала буксовать. Тогда пассажирам приходилось вылезать и толкать её, стоя по колено в грязи. Тридцать пять километров ребята ехали три часа. Когда же Егор высадил их возле Борового. Они были все грязные и измученные. День уже близился к вечеру, и им ничего не оставалось, как остаться ночевать в селе.

Всё Боровое представляло собой две кривые улочки с тремя десятками серых, маленьких одноэтажных домов. Они заглянули в несколько изб, но там им в ночлеге отказали. Наконец они увидели на дороге какого - то мужика, который шёл к ним нетвёрдым шагом. Он представился Володей, протянул охотникам изувеченную правую руку, на которой отсутствовали указательный и средний пальцы, и пригласил охотников к себе, взяв вперёд тысячу.

Словно отвечая на незаданный вопрос, он сказал: «Это мне током… Полез по пьяни провода воровать. А там 380. Вот такой пэц и произошёл. Хорошо жив остался».

Его дом стоял на самой окраине села. У Володи не было никакого хозяйства, даже собаки во дворе. Он завёл охотников в дом и ушёл. Сергей стал рассматривать бедное убранство жилища, а Николай достал ружьё, и стал его собирать.

Дом Владимира состоял из двух маленьких комнат. В одной находилась большая печь, деревянный стол и два табурета. В другой стояла металлическая кровать и большой сундук. Охотники оставили свои вещи на сундуке, а сами сели на табуреты. В селе было электричество, но Володя был отключён от сети.

Охотники так и сидели до вечера. Хозяина не было. Уже было совсем темно, когда Володя вернулся. Он был изрядно подвыпившим и с порога несколько удивлённо посмотрел на охотников. Потом очевидно, вспомнив о них, он ввалился в дом и диким голосом спросил: "Ну, что привезли, ребята?".

-А ничего мы тебе не привезли. - грозно ответил Николай. - Что ты хотел - то?

-Как, что? Спирта, ну или беленькой! А?

-Какого спирта? Сейчас я тебе рожу разукрашу!

Николай уже встал, чтобы исполнить обещанное, но тут вскочил Сергей и усадил его на место. Он достал из рюкзака две банки консервов и отдал Володе. Тот что-то пробурчал и пошёл к выходу. Всё стихло. Только в ночи слышно было сиплое рычание Володи на пустынной улице. Охотники улеглись спать.

Проснулись на рассвете. Володя не возвращался. Они собрались и вышли на улицу. Было ещё только шесть часов, но кое-где зашевелились во дворах сельчане. Охотники приметили женщину, привязывающую козу в огороде.

-Здрасте! – обратился к ней Сергей. А как нам к Дубровке пройти?

Женщина странно на него посмотрела и указала в сторону леса. Когда они уже повернулись, она как-то жалобно проговорила:

-Вы бы не ходили туда.

-А в чём собственно дело? - спросил Сергей. - Что там? Зверь, что ли?

-Ну, так если знаете, то идите. Чёрт с вами! - угрюмо ответила женщина, махнув рукой.

Охотники пожали плечами и отправились в путь.

Сразу за селом начинался лес. Здесь ещё можно было различить старую дорогу на Дубровку, но она вся совершенно заросла кустарником и деревцами. Видимо по ней никто не ездил уже несколько десятилетий. Охотники зарядили ружья и старались идти по тропинке, но минут через десять она совсем затерялась. Николай заметил по компасу направление, и ребята пошли по лесу, выбирая дорогу получше. От села они ушли не более чем на километр, но лес здесь был совершенно нехоженым.

Шли всё утро, но Дубровкой и не пахло. Ребята остановились на обед, выбрав небольшую полянку. Пообедав консервами, сели в теньке и замолчали. Весь лес шумел, гудел, скрипел и трещал. То тут, то там виднелись звериные норы. Один раз Сергей вскинул ружьё, чтобы выстрелить в волка, но Николай сказал сердито:

- Подожди, охотник ты хренов, нам не нужно обнаруживать себя раньше времени. Ты вообще служил в армии?

- А что в армии? - огрызнулся Сергей. - Да я за десять лет хождения по лесам больше научился, чем ты за десять лет службы в своей армии!

-Да, да – не заливай мне тут! Смотри под ноги!

Через несколько минут Николай примирительно добавил:

- Ты, Серёга, не обижайся. Вот послушай. Я умею хорошо маскироваться, бесшумно двигаться, стрелять хорошо, тактику боя знаю, плюс выносливость и аналитические способности. А ты мне говоришь про специфические навыки охотника. Ты можешь там выжидать зверя, утку в лёт бить. В нашем же задании нужно нечто большее. Это как детективное расследование. Мы выискиваем, находим, наказываем. Я, например, не исключаю того, что Зверь - человек.

- Ты хочешь сказать, что Дубровка обитаема, что там ещё кто-то живёт?

- Я ещё ничего не знаю. Прибавим шагу. Лучше ночевать в старой деревне, чем в глуши.

Они шли много часов подряд. Солнце уже клонилось к закату, но деревни не было.

Когда огненный диск закатился за горизонт, и мгла начала сгущаться, Николай залез на дерево. От Борового до Дубровки было около сорока километров. По расчётам Николая за день они прошли уже более тридцати пяти. Он влез на верхушку сосны, стал всматриваться в даль. Кругом до самого горизонта тянулись дремучие леса, недалеко послышался вой волка. Николай уже собирался слезать, но тут в ближайшей ложбине он увидел несколько маленьких серых домов, которые едва возвышались над землёй. Николай быстро слез и объявил Сергею об обнаружении Дубровки.

Несмотря на то, что деревенька находилась за ближайшим холмом, они добрались до первого дома, когда было уже совсем темно. Ребята шли, включив фонари. Вся Дубровка состояла из одиннадцати оставшихся домов, выстроившихся в одну улочку.

Охотники подошли к первому дому и замерли на месте. В кромешной тьме через маленькое окошко было отчётливо видно, как по подсвеченной стене пляшут какие-то тени. А ведь эта маленькая изба с соломенной крышей совсем покосилась. Сергей, как-то странно поведя головой, поднялся на крыльцо и сильно постучал в приотворённую дверь. Никто не ответил. Он постучал ещё сильнее. Внутри была гробовая тишина. Подождав с минуту, охотники вошли внутрь. В тесной комнатке никого не было. В большой русской печке плясал огонёк. В избе было тепло, воздух был сухой, слегка пахло дымом. Из мебели были только деревянный стол и две скамьи. Сергей нахмурился и заглянул даже в погреб - никого. Ребята переглянулись.

-Может вышли куда? - тихо спросил Сергей.

-Пойдём в другой посмотрим, - предложил Николай.

Они пошли в дом напротив. Дверь и там была приотворена. Внутри стояла только большая, затопленная печь. Никого. Мужчины молча вышли на улицу. Вокруг была кромешная темнота, только слегка светились маленькие окошки домов. Луна ещё не взошла. Где-то рядом заухал филин. Охотники стояли в нерешительности. Нет, было не страшно, но как-то неприятно, тревожно. Они осторожно ходили по избам, но в чёртовой деревне не было ни души. Во всех халупах было сухо и чисто; везде горели печи.

Николай начинал нервничать. Если раньше он говорил едва слышно, то теперь рычал во весь голос:

- Нет, я ещё понял бы, если бы избы были заброшенные, а так - чертовщина какая-то! Ведь кто-то тогда должен быть! Что они, мать их, решили все разом на прогулку отправиться?

Наконец мужчины подошли к последнему дому. Николай уже привычно дернул за ручку, но дверь оказалась заперта. Охотники переглянулись и начали стучать. Внутри послышался тихий скрип.

- Хозяин, открывай! - громко крикнул Сергей.

- Уходи! Уходи-и-и! - послышался изнутри испуганный сиплый голос.

-Да ты что, мы только пришли! Открывай!

- А вы кто? - опять послышался тихий голос.

-Мы охотники - Сергей и Николай. Мы ничего тебе не сделаем. У нас просто дело в этих местах.

-Нет! Вы - это Он! - уже совсем тихо резюмировал голос.

-А где люди-то все? – не отставал Сергей.

-Где да где? По домам все сидят! Кто в такую темень ходить по улице будет?!

Внутри опять послышался скрип. Больше на крики охотников никто не отвечал. Крошечные окошки были плотно зашторены. Ребята повернулись и направились в соседнюю избу. Там они распаковались, зажгли свечу и сели ужинать.

-Странно тут всё, - сказал Сергей. - Где люди?

- Ну, деревня брошена. Кого ты здесь ожидал увидеть? – отозвался Николай, хотя на самом деле его терзал тот же вопрос.

-А там тогда кто? - Сергей кивнул в сторону соседней избы.

-Я откуда знаю. Какой-нибудь заключённый беглый!

-А почему все избы ухожены?

Николай не ответил. Поужинав, они заперли входную дверь и легли спать. Сергей долго возился и никак не мог заснуть. Ему становилось страшно. Он тихо позвал Николая. Тот не отвечал. Однако Николай тоже не спал. Его бесила вся эта кутерьма. Он знал, что Сергей боится, и не стал отвечать, чтобы друг и его не заподозрил в трусости. Они почти не спали в эту ночь, каждый лежал в своём углу и прислушивался. На улице шумел ветер. Время от времени слышался шелест крыльев пролетающей ночной птицы и… чьи-то шаги. Да, они отчётливо слышали шаги за окном, но никто из них не поднялся, чтобы посмотреть.

Рано утром кто-то стал ломиться в дверь. Стоял треск и грохот. Николай вскочил, взял ружьё и подбежал к двери.

-Кто там? - громко крикнул он.

Стук сразу прекратился, и после долгого молчания сиплый голос ответил удивлённо:

-Это я, Стёпка.

Николай осторожно открыл дверь. На пороге стоял маленький старичок и с удивлением таращил на охотников глаза. Стёпка выглядел лет на семьдесят-восемьдесят. Одет он был в ватные штаны и фуфайку, стрижен "под горшок", седая покладистая борода спускалась на грудь.

- А вы кто, мужики? - еле проговорил он.

- Мы охотники. Я Николай, а он - Сергей. У нас в этих местах дело есть!

-А-а-а. - протянул Стёпка. - Понятно. А я староста - Васильев Степан Игнатьевич.

-Степан Игнатьевич, мы к вам ночью заходили. Вы нас ещё не пустили. Помните? - вежливо спросил Сергей.

Старик помолчал, а потом протянул:

-А! Нет, здесь люди по ночам не ходят - боятся! - сказав это, он повернулся и пошёл в свою избу.

Мужчины наскоро позавтракали, прибрались и вышли на улицу. Они не пошли к Степану Игнатьевичу, а решили при дневном свете пройтись по единственной улочке. Двери в халупах были отворены. Людей нигде не было. Все дома были серые и покосившееся. Однако соломенные крыши везде были целы, дворы вычищены, поленницы аккуратно сложены. Дойдя до последнего дома, они зашли в хибару к старику. Внутри изба ничем не отличалась от других. Те же стол, скамьи. Только по стенам висели нитки сушёных грибов и ягод. Степан Игнатьевич что-то делал в углу. Мужчины пригляделись и увидели два образа и лампадку. Сергей перекрестился. Закончив молитву, старик повернулся к охотникам и громко прокричал: "А! Приветствую! Садитесь люди добрыя! Сейчас чай пить будем". Они сели у маленького зашторенного окна. Старик возился около печи, звенел посудой. Гости внимательно рассматривали убранство домика. Вроде всё нормально, однако, что-то всё-таки было не так.

Степан Игнатьевич поставил на стол маленькую кастрюльку и две алюминиевые кружки. "Больше нет", - виновато сказал он. Старик разлил горячую жидкость по кружкам и подвинул их гостям. Мужики взяли кружки и с недоверием понюхали налитое. Пахло малиной, мятой и ёще чем-то приятным.

-Чё, мухоморы варёные? - спросил Николай.

-Да какие мухоморы? Господи помилуй! Это чай мой лесной. Меня же только лес кормит и поит!

Мужики потихоньку потянули жидкость. Она была сладковатая и приятная на вкус.

Старик Васильев поглядывал на охотников.

-Слушай, Игнатич, а люди где? - спросил Николай, вежливым тоном. - Не видно никого.

-Где - где? Разъехались все. Ужа лет двадцать прошло.

-А ты что остался? Один что ли живёшь?

-Да что мне в городе делать-то? Кому я нужен там? А жил я с дедом Тихоном. Так он давно пропал в лесу!

-А про Зверя ты что знаешь? - как бы невзначай сказал Николай.

Стрик испугался. Он опять, как утром, выпучил глаза и уставился на охотников. С минуту он молчал.

- Так вы про Него знаете? Вот от Него люди-то и сбежали! А так бы всех сожрал!

-А ты тогда почему ещё живой? - прищурившись, спросил Сергей.

-А я секреты знаю! Ночью на двор нос не суй и в лес далеко не заходи! - лукаво ответил Степан Игнатьевич.

-Ты вот, Игнатьевич, мне скажи, зачем ты за избами ухаживаешь, печи топишь?

-Вот спросил тоже! А люди как без тепла проживут? Ночью холодно, однако!

Ребята переглянулись. Всё было очень странно.

-Степан Игнатьевич, а вы Зверя видели?

-Как же, конечно! Не век же я дома сижу. Я его не трогаю, и он меня не трогает!

-А кто этот Зверь? Что его все боятся?

-О! Сущий диавол. Упаси меня Господи! - старик перекрестился. - Его никому не поймать. Пули его не берут, он бессмертный.

-А какой он из себя? Волк он что-ли?

-Волк - не волк. Ходит как человек, три метра в высоту и белой шерстью покрыт весь.

Мужики переглянулись, дружно встали и пошли к себе в избу. Они не боялись баек, но по улице условились ходить с ружьями. Взяв некоторые припасы, охотники отправились на разведку местности. Они прошли по улице и за деревенькой увидели маленькое кладбище. Здесь было много могильных холмов, но все были старые, многие деревянные кресты совсем обветшали. По словам старосты, чтобы пройти к "логову зверя" обязательно нужно было пройти и мимо кладбища. Когда люди стали пропадать в этой стороне леса, деревенские жители решили возродить здесь старое кладбище, тогда это стало символичным - кто направлялся в "логово", тот должен был вспомнить об опасности.

Охотники равнодушно поглядели на могилы и пошли дальше. Они взобрались на холм за деревней. Их взору предстал большой котлован. В диаметре он был наверное больше десяти километров. Именно это место деревенские и прозвали «логовом зверя». Прежде долина кормила всю деревню. Грибы и ягоды водились в изобилии. Жители раньше даже ухаживали за этой местностью - очищали тропинки, вырубали сухие и гнилые деревья, но сейчас не было и следа той деятельности. Всё вокруг было завалено буреломом - не пройти. С холма охотники стали наблюдать - внизу не малейшего движения - ничего.

-Сергей, если бы ты был Зверем, ты бы где прятался? - деловито спросил Николай.

-Я? - он помолчал, раздумывая. - Да, наверное, в самую чащу бы забрался. Животные не любят соседства человека. Вообще ещё дальше бы ушёл от деревни.

-Правильно мыслишь! Но, если еда сама к тебе приходит, да ты к тому же пуленепробиваемый, почему нет? Вон видишь на самом дне котлована какая площадка? Неплохое место. Завтра туда пойдём!

Охотники развернулись и пошли обратно. В избе они навели порядок, стол и скамьи вынесли во дворик и поставили под большой яблоней. Тут они разложили свои съестные припасы, заварили чаю и сели обедать. Вокруг была тишь да гладь. Ветер из лесу приносил самые разные запахи. Приятно пахло травами, соснами, сырой землёй. Пообедав, Николай лёг под дерево и стал смотреть в небо. Они долгое время молчали. А потом Николай сказал:

- Это не обычное животное. Раз этот Зверь навёл страх на всю деревню - значит он очень умный. Здесь всё как на войне. Он знает свою территорию. Он здесь хозяин, а мы - интервенты. Он наверняка о нас уже знает. А может быть он и сейчас где-то рядом - наблюдает, изучает, чтобы нанести потом сокрушительный удар. - Николай глубоко вздохнул. - Нет, я его первым достану. Я дал слово!

Сергей боязливо оглянулся - никого.

- Ты, Колька, не подумай, что я боюсь. Мне просто не нравится вся эта мистика. Да, я охотник, а не солдат. Давай всё-таки завтра пойдём в котлован, пристрелим какого-нибудь зверя и дело с концом! До деревни мы добрались, зверя добыли.

-Нет, Серёга, я на тебя не обижаюсь. Я тебя давно знаю. Я отсюда не уеду, пока этого Зверя не подстрелю. А ты хоть сейчас возвращайся. Деньги всё равно пополам поделим. Мне просто приятна такая охота. Ведь здесь как на войне. Здесь ты не просто убиваешь, здесь ты со смертью играешь - силы-то равны!

Сергею стало стыдно своего страха. Он отвернулся. Они долго так сидели. Стало смеркаться. И тут охотники заметили, как Степан Игнатьевич обходит все избы. Пройдя по всем хатам, он подошёл к ребятам и строго спросил:

- А вы что ещё на улице? Видите? Все люди уже давно по домам разошлись. Ночью же Зверь по улице ходит. Кто на улице после заката окажется - тому конец! Давай быстро в дом! И запритесь хорошо. А то сожрёт вас, что Стёпке - старосте тогда люди скажут? Живо! - старик, сказав это, быстро зашагал к своей избе. Через минуту охотники услышали скрип двери и скрежет запора.

- И нам тоже пора, - сказал Николай, вставая с уже остывшей земли.

Сергей только этого и ждал. Он резво вскочил и стал заносить вещи. Минут через десять и они заперли дверь. Делать было нечего, и охотники решили пораньше лечь спать. Легли, но не заснули. Сергей боялся. Он стал думать о прежних жильцах, о том, что кто-то спал здесь где он спит сейчас, что кто-то жил, где они живут сейчас и о том, что этот кто-то погиб в пасти проклятого Зверя. Мысли его перемешались, и он впал в забытьё. Он не знал, сколько проспал, но подскочил от внезапного выкрика Николая.

- Что ты здесь ходишь? Играй по правилам! Завтра днём приду к тебе! Вот тогда и поговорим! - кричал он, стоя у двери.

Сергей не мог двинуться от страха. Он сидел и слушал. И тут на улице послышались шаги, прямо за стеной кто-то быстро ходил. Сергею показалось, что он услышал даже дыхание нежданного гостя. Когда Николай назначил время "дуэли", шаги за стеной стихли. Однако, охотники уже не заснули. Они с трудом дождались утра. Николай был настроен решительно. Он паковал рюкзак, проверял ружьё, патроны и отговаривал Сергея от похода. Однако Сергей, желавший поскорей уехать, за ночь успел многое передумать. Ночью он перепугался до усрачки, но теперь страх удалось загнать в какой-то отдалённый уголок сознания, и Сергей думал, что не боится. Он даже стал думать, что настроен так же решительно, как Николай - бойко отшутился и тоже стал собираться "на войну". Мужчины вышли, как только солнце поднялось над горизонтом, однако Степан Игнатьевич встал раньше, он уже возился в своём небольшом огороде.

Они поднялись на вчерашний холм и стали смотреть на котлован. На самом дне впадины виднелась какая-то светлая точка. Она пробиралась в самую чащу. Охотники внимательно следили за ней. Точка покружилась и направилась в их сторону. Всю дорогу от деревни Сергей что-то рассказывал Николаю, но тот его не слушал. А когда они поднялись на холм, он сухо сказал: "Всё, больше ни слова!". Сергей понял и замолк.

Они осторожно, стараясь не шуметь, стали спускаться в котлован, в логово. Каждый из них понимал, что этот Зверь не простое животное, что это хитрое и кровожадное существо.

Мужчины шли в десяти метрах друг от друга. Каждый внимательно смотрел, напряжённо слушал. Лес вокруг был поваленный. Животных и птиц не было слышно. Возможно, здесь они чувствовали то гнетущее чувство, которое сейчас ощущали люди.

Лес был практически непроходимый. Охотники, пробираясь через заросли, понимали, что дорога до дна котлована займёт много часов. Однако, Николай был настроен решительно.

Они шли уже с час. Каждый из охотников нашёл некое подобие тропы. Эти дорожки были плотно утоптаны и, казалось, будто они указывали оптимальный путь.

Сергей шёл по своей тропинке, смотря прямо перед собой. Тут ему в голову пришла мысль, что дорожки разводят их с Николем в разные стороны. Он поднял глаза и увидел, как прямо напротив него на расстоянии около ста метров за деревьями двигалось огромное, лохматое, белое существо. Сердце у него ёкнуло. Он вскинул ружьё и прицелился. Внезапно до него донёсся лёгкий, свистящий звук. В следующее мгновение он услышал громкий крик Николая. Он обернулся и увидел, как позади них далеко за деревьями двигалось что-то живое. Он стрельнул, но видимо не попал. Существо рысью понеслось по лесу.

Сергей подбежал к Николаю. Сначала он не мог понять, что произошло, но мгновение спустя, он увидел в окровавленном плече друга торчащую стрелу. Николай, корчась от боли, схватился за стрелу, и выдернул её. Это был тяжёлый снаряд от арбалета. Николай бодро поднялся и сказал: "Пойдём, достанем этого гада!" Однако, через мгновение он опустился на землю, побледнев. Сергей спешно перезарядил ружьё и осмотрелся - никого. Он взял у Николая ружьё, снял с него рюкзак, туго перевязал рану и взяв друга под руку стал пробираться к деревне. Ему было невыносимо тяжело, но он крепился. Через пять часов они добрались до холма. Перед восхождением охотники присели отдохнуть. Николай совсем ослаб. У него был сильный жар, он еле передвигал ноги. Когда Сергей стал его поднимать, чтобы продолжить путь, он потерял сознание. Сергей уже не думал ни о чём. Он бросил оружие и все вещи на землю, взвалил Николая на плечи и пошёл вперёд. Когда он дотащил раненного друга до деревни, совсем обессилил. Он уложил Николая на скамью в избе Степана Игнатьевича. Старик стоял на улице и, увидев Сергея, побежал открывать дверь, казалось, он ждал чего-то подобного. Сергей ничего не сказал старосте. Он хлебнул из ведра колодезной воды и поплёлся обратно - забрать вещи.

Он уже и не думал бояться, просто смертельно устал. С холма никого не было видно Сергей спустился, взял вещи и неторопливо, не оглядываясь, поплёлся назад.

Когда мужчина вошёл в избу, то нашёл Николая уже с новой повязкой. Старик смочил полотенце в холодной воде и положил ему на голову раненого. Николай был в беспамятстве, он бредил. Из лекарств у ребят были только йод и аспирин. Сергей устало посмотрел на Степана Игнатьевича и в изнеможении опустился на пол в углу. Он почти всю ночь находился в полудрёме. Старик то и дело подходил к больному и менял полотенце. Он всё время что-то говорил, Сергей его не слушал. Но тут до его сознания дошла фраза: "Да ладно меня зверь тоже кусал и ничего - живой!". Степан Игнатьевич закатал рукав и показал на руке большой шрам от глубокого укуса. Эта фраза заставила Сергея очнуться. Он встал и подошёл к старику.

- А где ты его нашёл, зверя? Может тебя собака укусила? - спросил он.

-Ага, собака! Шёл я в лесу. Тут на меня как скакнёт кто-то! Я перепугался, конечно. Боль дикая. Смотрю - он. Цапнул меня за руку и не отпускает. Я ему в лоб как дам здоровой рукой. Вот он и взвыл!

- Так он человек? - удивился Сергей.

-Человек, сущий диавол!

Сергей посмотрел на своего друга, тому становилось хуже с каждым часом. Очевидно, стрела была покрыта ядом. Сергей понял, что он не успеет привести помощь из соседнего села. Он подумал, что у стрелка наверняка должно быть противоядие. Тут у него появилась идея, которая поглотила его полностью.

Уже начинало светать. Сергей взял ружьё, патроны и вышел, не сказав ни слова. Да, впрочем, у него никто ничего и не спрашивал. Он решил, во что бы то ни стало найти Зверя.

Во тьме Сергея почти не было видно, но он, выйдя из дома, сразу стал передвигаться перебежками, слегка пригнувшись. Он знал, что Зверь может быть где угодно. Он был готов ко встрече. Охотник взобрался на холм и остановился на минуту - отдышаться. Сергей подозревал, что вчера они попали в ловушку, и решил обойти то место. Он шёл уже больше часа, становилось всё светлее. Как ни странно, сегодня он не замечал ни корней, цеплявшихся за ноги, ни веток, хлеставших по лицу. Он стремился к логову.

И вот, когда первые лучи солнца прорезали воздух над долиной, он оказался на том тёмном пятачке, на самом дне. Здесь была небольшая поляна, покрытая, густой тёмной травой. В самом центре рос громадный дуб. Так странно было видеть его здесь, среди хвойных. Громадный дуб в несколько обхватов, рос здесь уже несколько веков. Сергей, очарованный, подошёл к дереву и дотронулся до его толстенной коры. С минуту он стоял так, но потом заметил на коре небольшие вертикальные зарубки. Они шли параллельно друг другу и опоясывали дерево. Он пошёл вокруг, рассматривая витки. Внезапно послышался треск. Земля под Сергеем разверзлась, и он полетел вниз. Ему казалось, что он летел несколько секунд, но яма, в которую он упал, была не больше двух-трёх метров глубиной. Прежде чем Сергей опомнился и схватился за ружьё, прошло несколько секунд. Сергей поднялся, затаив дыхание, и стал таращить глаза во тьму. Казалось, что там кто-то перемещается, готовый наброситься и разорвать на части. Подрагивающей рукой Сергей нащупал на поясе фонарик, нажал кнопку. Перед ним оказался широкий тоннель. Сергей оцепенел. Сделав над собой невероятное усилие, он вскинул ружьё, спустил предохранитель и медленно пошёл вперёд, освещая путь. Стены коридора были оплетены корнями. Пахло дымом и гнилью. За очередным поворотом коридор раздваивался, Сергей пошёл налево. Через десяток шагов тоннель расширялся и превращался в подобие комнаты. Впереди появилась стена. Охотник осмотрелся. Стены комнатки были изрыты небольшими ямками. Сергей стал их исследовать. Все они были наполнены разными корешками, плодами, посудой. Сергей вздрогнул, встретив глаза, смотрящие на него из одного углубления. Но это оказалась голова большой куклы, покрытая плесенью.

Сергей сглотнул вязкую слюну, чуть не закашлялся. Он не стал здесь задерживаться и опять вернулся к тому месту, где коридор раздваивался. Теперь он пошёл направо. Через несколько шагов тоннель сужался и круто заворачивал. Сергей пригнулся и стал пробираться дальше. Вскоре коридор перешёл в очередную комнату. Эта комната была несколько больше предыдущей. Здесь мужчина нашёл грубую самодельную мебель - стул, стол и кровать. На стенах висели шкуры животных. Сергей повернулся направо и застыл - в углу пирамидой были сложены человеческие черепа. Их пустые глазницы словно рассматривали незваного гостя. Их было много, Сергей не успел сосчитать, страх мешал думать, сковывал. Надо было выбираться отсюда скорее.

Внезапно совсем близко в коридоре за поворотом послышался треск и чьи-то быстрые шаги. Сергей встал спиной к стене и направил ружьё на проход, предварительно выключив фонарик. В коридоре всё стихло. Как Сергей не прислушивался, он не мог услышать ничего кроме своего прерывистого дыхания. В комнату не попадал ни один луч света. Руки у него дрожали. Он боялся, что сейчас из коридора на него бросится Зверь и таращил глаза во тьму. Ему даже стало казаться, что впереди появилось огромное светлое пятно. Сергей глубоко вздохнул, закрыл глаза. Он знал, что это человек, и не мог выстрелить. "Ни с места, тварь!" - громко сказал он и включил фонарь. Прямо перед собой он увидел двухметровое существо с грустными глазами. Великан был одет в балахон, сшитый из множества небольших шкурок, седые вьющиеся волосы спускались чуть ли не до пола.

Незнакомец молча прошёл в угол и сел на кровать. Сергей держал дрожащие пальцы на курках, чтобы в случае опасности выстрелить дуплетом. В животе бурлило от страха. Проклятый звук был отчётливо слышен в звенящей тишине. Незнакомец из ниши в стене достал керосиновую лампу и поджёг фитиль.

-Ну, как тебя зовут, друг? - прохрипел он голосом, похожим на рычание.

- Ты Зверь? - угрюмо спросил в ответ Сергей.

-А кто его знает? Вообще я Пров, но вон те, что в углу, - он махнул ручищей в сторону черепов, - они почему-то меня чуждались. - Пров затрясся от смеха. Это было похоже на лай собаки.

- Вчера ты ранил моего лучшего друга, и если он погибнет, то тебе писец!

-Ну, полно меня своей палкой пугать! Думаешь, я боюсь твоей пищали? Опусти.

-Что ж ты, зараза, людей губишь? - Спросил Сергей, не опуская ружьё.

-Я? Это не я, это лес их губит! Место здесь проклятое! - сказал Пров, усердно заплетая свои волосы в косу огромными чёрными ручищами.

- А эти не хотели понять. Вот я давно понял, что проклятое. Ты, друг, сядь и послушай! - Пров говорил с каким-то странным акцентом. Видимо, он не говорил с людьми уже многие годы, а может и десятилетия.

Сергей опустился на стул. Всё было настолько необычно, настолько неожиданно, что он не принимал происходящие за реальность.

- Первый раз я услышал о проклятии леса, когда мне было семь годов. Шёл девятьсот пятый. Мы с отцом пошли сюда на белок. Мы долго ходили, но дичи не было. И вот, когды мы уже повёртывали обратно, я услыхал вдалеке хлопок, и в ту же минуту отец упал наземь с простреленной черепушкой. Я очень испужался тады. Знал, что это беглые, что место это проклято. Я со всех ног помчался в хату. Вот так моя семья осталась без кормильца. Тяжко было. Прошло несколько годов. Однажды мать с бабами пошла в лес по грибы. Все - ничего, а её там волк загрыз. Вот мы сиротами и остались. Был это восемнадцатый год уже. Со мной остались сиротки меньшие - брат и две сестрицы. Я в ту пору в поле работал. Слышу - шум в деревне, дым валит. Красные, оказывается, хаты подожгли. Покуда я добежал, моя хата и сгорела, а сиротки там задохлись. Да! - Пров, рассказывал абсолютно безо всяких эмоций, как небылицу. - Я стал тогда всем объяснять, что земля здесь проклята, а кто слушал? Глаза только таращили. Ну, я думал образумить их, думал, что поймут со временем. Прошли годы. Я женился. Ребятки у нас народились. Вроде бы всё нормально, но тут война. Меня сразу на фронт. Ну воевал я. Убивал всех без разбора. В бой я ходил, как душу лечил. А меня любили все! Что, не веришь? Ну, да ладно! Приходит мне письмо - немедля в Дубровку! Я тотчас и пошёл домой - дезертировал, значит. Пришёл, смотрю - деревенька наша вся мёртвая! Не знаю, что уж тут приключилося. А хату мою с лица земли-то стёрло. Вместе со всеми моими стёрло! - Он помолчал. - Я собрал оставшихся и говорю: "Люди! Земля сия проклятая. И если не уйдём отсюда, то все сгинем!" А кто меня слушал? Совсем, говорят, рехнулся с горя. Я повернулся тогда и пошёл прямо в лес. Я себя пожертвовал ради них! Вот здесь я обосновался и стал им объяснять, что место это проклятое. Так что я агнец, а не зверь. Лет через тридцать все ушли - поняли. А мне радости! Вот так и живу, служу людям.

Сергей не верил ушам. По словам этого человека, ему было уже сто четыре года! Вполне можно было предположить, что Пров помешанный, но в глазах его Сергей видел ум. Он был в растерянности. Пров встал, подошёл к Сергею и похлопал его по плечу. Затем он достал из ниши маленькую баночку с серым порошком. "На! - Сказал он Сергею. - Рану посыпь другу. На утро будет здоров как лось. Сергей встал, взял банку и, пятясь, пошёл назад.

-Да не боись ты! Что мне тебя трогать, ты же знаешь, что место здесь нехорошее!

-Я тебя и не боюсь. Иди вперёд!

Пров пошёл вперёд, освещая путь. Дойдя, до того места, где Сергей провалился в подземелье, он поставил лампу на пол, а сам одним прыжком выскочил на поверхность. Сверху он протянул руку, чтобы помочь охотнику. "Сто четыре года!" - подумал Сергей.

После подземелья дневной свет ослеплял. Сергей подождал, пока глаза привыкли, а потом ещё раз посмотрел на Зверя. Его серое морщинистое лицо улыбалась. Сергей пошёл, ничего не сказав на прощанье. В смятении он шёл быстро, не разбирая дороги. Сейчас ему казалось, что Зверь достоин смерти, но там, в подземелье он полностью оправдывал этого человека. Сергей не мог поверить, что этот старик поубивал столько людей, тут ему вспомнилась пирамида из черепов и он прибавил шагу.

Когда Сергей поднялся на холм, то увидел, как кто-то возиться на кладбище. Он стремглав понёсся вниз. Навстречу ему шёл Степан Игнатьевич.

-Ну что, нашел? - тихо спросил он.

-Да! Вот противоядие, - он протянул старику баночку.

Степан Игнатьевич поворошил порошок пальцем и громко засмеялся. Потом он вдруг остановился и сказал:

-Николай умер час назад, а это ты принёс засушенные перетёртые жёлуди. Ха-ха-ха! Сергей бросил банку с порошком на землю и побежал в избу. Николай лежал в таком же положении, как до ухода Сергея. Только теперь не было слышно его тяжёлых вздохов. Сергей взял товарища за руку и заплакал. Так он стоял с минуту, а потом решительно наклонился и, вытащив из патронташа Николая два патрона, зарядил их в ружьё. Потом он повернулся к образам, перекрестился и вышел из избы. На улице он ускорил шаг, а затем побежал.

Он буквально перескочил холм и понёсся по лесу. Он бежал, ничего не замечая вокруг, ломая ветки и кусты, царапая лицо. Через полтора часа он уже был около знакомого дуба.

- Пров! - громко крикнул он, - Выходи!

Под землёй послышался шум и на поверхность бодро выскочил Зверь.

- Я тебе же сказал, что проклято! - начал он.

Но Сергей его не слушал. Как только Зверь вылез из норы, он вскинул ружьё и нажал оба курка. Раздался оглушительный грохот. Выстрел был такой силы, что Пров отлетел к самому дубу. Он окровавленный лежал на земле и хрипел. Сергей бросил ружье и, подбежав к нему, выхватил нож. Взяв его одной рукой за косу, он занёс нож.

Через несколько минут всё было кончено. Сергей встал в исступлении, поднял перед собой на руках голову Зверя, держа её за длинную косу. Забыв про нож и ружьё, он зашагал по лесу. Голова была тяжёлая и кровь, стекая струйкой, оставляла на земля дорожку.

Спустя несколько минут, когда разум его несколько прояснился, он стал оглядываться. Это не укладывалось в голове, но ему казалось, что за ним кто-то наблюдает. Вспомнились глаза чёртовой куклы. Теперь он уже сожалел, что так опрометчиво бросил оружие. Возвращаться назад он не решился.

Отступивший страх вдруг снова накатил волной. Сергей резко повернулся и в ужасе увидел за деревьями огромное существо, покрытое белым мехом. Сергей не поверил своим глазам. Он даже подумал, что это обезглавленное тело Прова преследует его. Он мотнул головой и зажмурился. Открыв глаза, он никого не увидел, но это его совсем не успокоило. Сергей ощутил себя совершенно беспомощным. Кому он сейчас мог противостоять? Он стал себя подбадривать, стал шагать смелее, взял голову, намотав сальную косу на кулак. Но оглядываться он больше не стал.

- Вот! - сказал Сергей громко и протянул руками в запёкшейся крови голову Степану Игнатьевичу. - Вот твой страшный Зверь!

Старик обомлел.

- Ох, неужто Зверь? - он трижды перекрестился. – Господи, помилуй!

Степан Игнатьевич вышел из избы и долго не возвращался. Когда же он, наконец, пришёл, то настроение у него было отличное, Сергей же - наоборот - заразился хандрой. Ему ничего не хотелось. Он только знал, что где-то есть человек, который ждёт его, для которого его поступок многое значит.

Между тем Степан Игнатьевич засучил рукава и стал возиться с печью. Закончив это, он вытер руки об штаны и, подойдя к Сергею, взял у него голову Зверя. Степан поднял голову и стал её пристально рассматривать. Губы Прова застыли в предсмертной усмешке-оскале. Зубы его были белые и острые и что самое главное все были на месте.

Взгляд Сергея с головы переключился на руки старика, рукава на которых были закатаны по локоть. Сергей от удивления приоткрыл рот. Шрам старика был отчётливо виден. У кусавшего отсутствовали два верхних резца, да и челюсть была, чуть ли не в два раза шире челюсти Прова. Сергей в ужасе отшатнулся, сердце его бешено застучало, в животе похолодело

- Ну теперь ночью на улицу можно смело выходить! Ведь Зверь-то мёртв! Так, Сергей? - смеясь, спросил Степан Игнатьевич.

Сергей не сразу нашёл, что на это ответить.

- Мертв-то, мёртв, но Зверь ваш сущий дьявол! Кто его знает. Ночью все люди по домам сидят, нечего по тёмным улицам шататься, так, Игнатич? - попытался пошутить он в ответ.

- У, черт, неверующий! - протянул Степан Игнатьевич, однако в тот день после захода солнца на улицу выходить не стал.

Николая похоронили на третий день на старом деревенском кладбище, что у холма. Степан Игнатьевич прочитал заупокойную молитву. Сергей стал собираться в обратную дорогу. Он взял ружьё и патронташ Николая, самые необходимые вещи. Голову Прова он тщательно упаковал в полиэтилен и положил в рюкзак. Наконец всё было готово.

На следующее утро Сергей собрался в дорогу, но тут подумал о Степане Игнатьевиче, об этом беспомощном старике. Он чувствовал, что место это нехорошее.

-Игнатич, - сказал он как можно более дружелюбно, - что тебе делать здесь, в этой глуши? Пойдём в город, я тебе и жильё, и работу найду. А?

-Ну да! - засмеялся старик. - Как я уйду? Как деревенских без старосты оставлю? Тупая ты башка! - он опять засмеялся.

Сергей не стал его разубеждать. Он пожал сухую руку и пошёл.

Поднявшись на последний холм, с которого была видна Дубровка, он остановился и обернулся. Сергей увидел деревеньку в одну улочку, все одиннадцать домиков, Игнатича, возле избы. Затем он посмотрел чуть выше - на кладбище. Взгляд его упал на холм за кладбищем. На самой его верхушке стояло огромное существо, покрытое белой шерстью. Оно пристально следило за Сергеем. Охотник ещё с минуту смотрел на существо, а потом, махнув всему на прощанье рукой, быстро зашагал в направлении села Борового.