Зверь

— Что ты видишь, Гарри? — спросила профессор Грей.

— Я в просторной больничной палате. Лежу на кровати. Здесь есть зеркало и телевизор. Плазма шириной в треть стены. Показывают «Том и Джерри». Ту серию, в которой впервые появился кузен Джерри Масл. Я тихо смеюсь.

— Есть что-то ещё, что привлекает твоё внимание? — продолжила профессор Грей.

— Окно слева. Оно не задёрнуто шторами. Из-за этого телевизор немного отсвечивает.

— Ты один, или в палате присутствует кто-то ещё?

— Не один. Рядом сидит моя мама. Справа от меня. Она держит мою руку. Я прошу её задёрнуть шторы, потому что солнце всё больше мешает смотреть мультфильм. Она отвечает: «Конечно, милый», — целует меня в лоб и, негромко вздохнув, поднимается со стула. У неё очень усталый вид. Несмотря на это, мама идёт к окну, задёргивает шторы и возвращается ко мне. Наши руки снова держат друг друга.

— Как твоё самочувствие?

— Плохо, — признался Гарри, чуть поёжившись. — Я укрыт одеялом, но мне всё равно холодно. И больно.

— Что у тебя болит? — попросила уточнить профессор Грей.

— Всё, — ответил Гарри. — Боль пробивает до самых костей, а холод заставляет дрожать. Мама всё так же держит меня за руку. Я чувствую исходящее от неё тепло.

— Хорошо, — размеренно протянула профессор Грей, — продолжай.

— Мы продолжаем смотреть телевизор. Я пытаюсь не плакать и не справляюсь. Боль усиливается. Мама вызывает медсестру. В палату заходит женщина. Молодая и красивая. На её груди висит бейдж с именем. Мария. Она осматривает меня и читает мою медицинскую карту. Она что-то говорит моей маме, но я не слышу. Слишком тихо. Затем медсестра уходит и возвращается со шприцом в руках. Я пугаюсь и начинаю плакать ещё сильнее. Мама прижимает меня к себе и успокаивает.

Гарри чувствует исходящий от неё запах. Что-то похоже на апельсин.

— Медсестра вставляет шприц в капельницу, присоединённую к моей левой руке, — продолжил описывать происходящее он. — Она выдавливает прозрачную жидкость, говорит, что мне станет легче, и уходит. Нас с мамой снова только двое. По телевизор всё ещё показывают Тома и Джери, но я уже не хочу их смотреть. Я хочу спать и молча закрываю глаза.

— Когда ты проснулся?

— Не знаю, сколько прошло времени, — ответил Гарри. — Горло саднит и мне тяжело дышать. Глаза и нос щиплет. Я снова плачу.

— Тебе всё ещё больно?

— Нет, дело не в боли, — сообщил Гарри. — Боли я больше не чувствую. Как и холода. Теперь мне жарко. В груди горит. Я пытаюсь глубоко вдохнуть, но от этого только хуже. Громко кашляя, я зову маму. Она не отвечает. Я открываю глаза и всё равно ничего не вижу. Вокруг сплошной дым. Слёзы, как и кашель, не останавливаются. Я слезаю с кровати. Пол такой горячий, что обжигает ступни.

Гарри вцепился руками в подлокотники кресла.

— Всё хорошо Гарри, ты в безопасности, — поддержала его профессор Грей. — Тебе нечего опасаться.

— Дыма слишком много. Не могу ничего разглядеть. Но я слышу. Крик. Женский крик. Совсем рядом. Я почти могу коснуться его источника. Моя рука тянется к нему… и вспыхивает пламя. Я не вижу откуда оно взялось, но всё горит. Вся палата загорается в мгновение ока. Огонь окружает меня. И жжёт. А крики не прекращаются.

Гарри почувствовал, как быстро заколотилось его сердце. Пульс просто зашкаливал. Но он всё равно пытался держать себя в руках. Медленно и глубоко дыша, он всеми силами старался себя успокоить.

— Что дальше, Гарри? Что ты видишь?

— Только огонь, — ответил он. — Очень много огня. Я иду на крики, вытянув перед собой руки. И что-то нахожу. Мои руки чего-то касаются и сжимают это. Я слышу хруст и какое-то хлюпанье. Дым сбоку чуть рассеивается, и я вижу в зеркале два силуэта. Один из них принадлежит моей матери. Её глаза закатились, а шея неестественно выгнулась. Изо рта капает кровь. А рядом…

Гарри до боли стиснул зубы.

— Рядом я вижу монстра, — тихо сказал он, открывая глаза. — Я вижу себя.

Профессор Грей спокойно встретила его взгляд.

— Ты видел себя? — спросила она. — Или просто захотел там себя увидеть?

— А какая разница, если это правда? — спросил в ответ Гарри, горько усмехнувшись.

Профессор Грей вздохнула.

— Мы уже проходили это Гарри, -мягко сказала она. — Разница есть и очень большая. Мы должны снять шелуху, если хотим добраться до сути.

— Суть в том, что я убил свою мать, — со злостью ответил Гарри. — И даже не могу этого вспомнить.

— Мы не знаем этого наверняка, — не согласилась с ним профессор Грей.

— Я знаю, — отрезал Гарри. — И прошу вас ровно об одном. Показать мне, как это было. Хватит бессмысленной болтовни. Просто залезьте ко мне в голову и вытащите оттуда всё, что есть, — потребовал он. — Мне больше ничего не надо.

— Гарри, всё не так прост… — вновь запела профессор Грей свою привычную песню.

— Да неужели?! — прикрикнул Гарри, резко вставая на ноги.

«Успокойся», — тут же раздался в его голове голос профессора.

Мышцы Гарри обмякли, и он незамедлительно рухнул обратно.

— А как по мне всё очень просто, — с усмешкой проговорил он.

— Гарри, послушай…

— Хватит, — перебил Гарри. — Наслушался уже. И наговорился. Если мы закончили, я пойду, — раздражённо выпалил он. — Мы же закончили?

На лице профессора читалось сильное нежелание так просто его отпускать, но она лишь сжала губы и коротко кивнула.

— Да, Гарри, мы закончили, — сказала она. — Отдохни как следует и, пожалуйста, постарайся больше не ввязываться ни с кем в драки.

— Не могу обещать ни первого, ни второго, — прямо заявил Гарри, медленно поднимаясь с кресла. — Но я постараюсь, — тихо добавил он из-за обеспокоенного лица профессора.

— Хотя бы так, — с улыбкой проговорила профессор Грей. — Продолжим в среду в «17:00». Не опаздывай.

— Куда я денусь? — недовольно пробурчал Гарри, подходя к выходу из кабинета. — До свидания, профессор Грей, — попрощался он, дёргая ручку двери на себя.

— Пока, Гарри, — послужило ему ответом.

И Гарри вышел, бесясь от того, что ещё один день прошёл насмарку.