Звезда этого Дома

Хорошо, что Кот вернулся.

Когда хозяева уехали, Кота оставили на улице. Не знаю, как у людей принято поступать в таких случаях, но Кот был огорчен.

Я в Доме осталась. Потому что я - часть Дома. Я - очаг в Доме. Я - уют и тепло. Меня ценят. У меня статус выше.

Кот - тоже часть, но подвижная. А я - недвижная. А толку-то. Оба от холода замерзаем.

Иногда во мне просыпаются подозрения, что хозяева уехали из-за меня. Я не злая и не капризная. Но дрова для топки нужны сухие. Их заранее надо заготавливать. Просушивать и хранить в дровянике. И размер нужно понимать. Не стоит топить мокрыми метровыми бревнами. Будете настаивать - дымом задымлю весь Дом. Уж лучше воробьят нянчить в дымоходе, чем иметь нехозяйственных хозяев.

Вот они и уехали. В разные стороны. Хозяйка в ближайший город, а хозяин - в другую страну. А Кота оставили. Он, конечно, нашел лазейку на чердак, но холодно. И мне неуютно. Сама себя не затоплю. А Кот... Кот - не дрова. Ничего сказать не могу про него. Но разговорчивый, иной раз новости приносит. Про лису рассказал, когда захромал на переднюю лапу - он с лисятами играл. Доигрался. После - соседских кошек обзывал, устраивал бои с ними - из зависти, что у них молоко каждый день. Сосед даже щенка завел. Кот смеялся над щенком, через полгода перестал.

Когда захромал на три лапы, рассказал про орла. Как Коту было больно и страшно. Зато летал три секунды. И тут я почему-то заволновалась. Зачем тогда вырвался? Летал бы все время с орлом. Ах, да. Орлят кормить... Вот мне воробьи никогда не предлагают полетать. А ведь птенцов в трубе уже третий выводок за лето.

А посреди следующей зимы Кот пришел с тревожной новостью. Приезжают новые хозяева.

Да, новые Хозяева. Две женщины с кучей кошек. Ну, всякое бывает, посмотрим.

Две Женщины, три чемодана, десять Кошек. Детей нет. Без Детей Дом - не Дом. Надо подумать, кого у Очага за Детей держать - Старшую Женщину или Кошек.

Крутилась Младшая Женщина. Только чемоданы выпустила из рук и сразу - топить. Ха. Три раза Ха. Дрова нужны. Причем хорошие дрова - кинула я ей вдогонку.

Нет, не умеет топить. Городская. Я ей надымила для острастки, сама тоже наглоталась. Пусть учится, пока я добрая.

- Док, - закричала она, - по ходу здесь сова в дымоходе. Такой дым был описан у Линдгрен в "На острове Сальткрока".

- Нет, - твердо возразил Интеллигент с экрана, - ни у Тебя, ни на Сальткроке, ни в трубе совы точно нет.

Хвала Доброму Огню. Младшая наконец-то уложила поленья. Почти не подвела. Теперь бы дымоход почистить. Не от сов, а от сажи.

Но Кот ошалел. Думал, праздник ему будет, а тут - ненатуральные все, кастрированные. Да еще и городские. Всего боятся. Ничего не умеют. Накинулись на него всем десятком. Он от ужаса в лес убежал. Неделю там продержался. Решил, что стал полноценным Лешим. И завел привычку каждый день приходить и наводить ужас. Это в моем Доме - десять Кошек. А у соседа еще пять и Собака. Леший им тоже поддает страстей. Это он мог бы мне уже и не рассказывать, сама сквозь стены слышу. Вопли стоят и короткие и затяжные. Сосед завел вторую Собаку.

А Младшая стала по вечерам ставить кошачью еду на террасу. Леший, забывший вкус хозяйской еды, пристрастился не на шутку. Но марку держал. Был независимым и бичевал всех этих сородичей.

Наступило лето и наши препирательства с Младшей закончились. Она застелила меня роскошным одеялом и устроила кошачье лежбище. Тут, знаете, я даже растрогалась, - я без дров потеплела.

А тут Леший на порог приполз. С мозгами-то проблема. Подрался основательно с соседской Собакой. Она и прокусила ему голову. Младшая его на руках носила, лекарства с вкусностями давала, промывала, мазала. Тут у него хватило мозгов все вытерпеть. Выжил. И даже замурлыкал. Я уже сама его на лежбище пригласила. Вижу, что хочет полежать, попробовать нашу лежанку. А стеснялся-то, а стеснялся! Прямо такой весь воспитанный стал, вежливый, даже лоток сам нашел.

И вот, как все разлягутся по лежанкам и кроватям, Младшая садится за стол, включает экран и печатает. Оно мне не надо, смотреть, что и как печатает. Но иногда раздавалась и речь. Я узнала этот язык. Немецкий. Бывший хозяин туда уехал, тоже учил. Я насторожилась. Младшая собралась уезжать?

Нет, не собралась. Просто мозги развивает. Ну, дело доброе. Мы всё понимаем. Боится, что заболеет, как Старшая. Когда памяти нет.

Но все чаще слышалось и другое. На русском. С экрана вместо строк появлялся добродушный мужчина с благородным лицом. Острый проницательный взгляд, зачесанные на особый манер волосы и, главное, интонация — пытливая и всегда убедительная. Интеллигент. Все его слова падали в мое внимание хорошо прокаленными кирпичами с чистым звонким стуком.

Это я уже потом поняла. А вначале - ну, разговаривает Младшая с кем-то и ладно, главное - спокойно, тихо и умно. Глупости мне не нужны. Я летом на отдыхе. На спокойном отдыхе. И разговоры их хорошо шли - размеренно, мирно и мимо меня.

И тут задела какая-то Маска. Что-то прозвучало с Маской. Полет. Летать? Орел или воробей? Я прислушалась. Сложно, но осторожно вникла - полет на другие планеты. В мое сознание постепенно влилось особое колдовство. Да, это было колдовство! Я стала думать о космосе.

Легко ли думать о космосе, когда не знаешь, что это? По крупицам недолгих разговоров я стала представлять космические ракеты.

- Док, очень привлекает затея Маска об изменении атмосферы Марса. Представь - не красный Марс, а зеленый Марс.

- Маск хочет не просто улететь, а создать новый дом на Марсе. Но дом — это не только купол. Это — очаг.

Марс, полет, полгода полета и - новый Дом... Это было так волнующе, что я не заметила прихода осени.

Ракета, пламя, полет. Я должна лететь - у меня же есть пламя, хвала Доброму Огню. Мне нужны Сопла. Где бы я их поставила? Да вместо дымохода! И пламя - необходимо очень сильное пламя. И я полечу! Хотя бы и три секунды.

А куда? На Марс. Я буду марсианским Очагом для Землян. Чем меня будут топить? Боже, там сейчас нет кислородной атмосферы? Вы извините, но я в этом разбираюсь. Кислород - значит, горение. Нет кислорода - это очень мокрые дрова. Этот Марс - совсем бесхозяйственный Дом.

Младшая улетит? А Кошки и Леший? Как останется Старшая в одиночестве? В холоде? Нет, это мы уже проходили.

Ага, никто никуда не летит. Чего только бесполезного не наговорят эти хозяева.

Утром Младшая запаниковала. Котенок Тишка наелся сладкой каши из тарелки Старшей. И что? Это не сырые дрова, это обыкновенная еда. Зачем паника? Ах, вредно. Вот как, значит. А мне не вредно сажей кашлять? Прочищайте дымоход, а то не запалюсь сегодня. И завтра. Даже сопла поставить некуда. Вот приспичит полететь, - а никак! Надо же быть ко всему готовым.

Тишке и впрямь плохо. Жадность до добра не доводит. Ешь свое и в меру. Это Старшая Тишу учит, на коленях качает. Добрая она. Не помнит, как он сегодня у нее кашу съел. И царапал ее, пока она его в тарелке ловила.

Объявили диету Тишке. Вот наивные. Он уже у Лешего миску очистил. Это у Лешего получилась диета. Хотя нет, он у Бесенят все подчистил. Короче, распределилась диета на всех.

- Док, почему Хокинга так зацепило состояние Черной Дыры?

- Потому что он математически вычислил испарение этого Объекта. Медленно, почти незаметно, но Черная Дыра теряет массу, то есть - излучает частицы. Это как если бы печь, потухнув, ещё долго отдавала тепло стенам дома.

Мы с тобой одной крови, Черная дыра. Я тоже - когда гасну, ещё долго дышу теплом в кирпичах. Ты хранишь тайну за горизонтом, я храню жар за заслонкой.

И мы обе - одиноки. Потому что все боятся обжечься.

Все спали, кошки сопели, Интеллигент давно отключился, а я задумалась. Глубоко задумалась. Есть ли у меня горизонт событий? Какой он? В пределах кухни или весь Дом? Если Черная Дыра все поглощает без остатка, то как выглядит ее горение? Вижу ли я тепло? Если я излучаю тепло, то кто его видит? Математические уравнения? Пригласить её, Чёрную Дыру, в гости? Она научит меня управлять гравитацией...

Ну, наконец-то раскачалась Младшая на Черный День - День моей чистки. С утра, накормив всех своих и не своих Любимцев, укутав и уложив Старшую, она повязала на голову белый платок. И полезла вскрывать мою топку. Щекотала-щекотала меня, отступилась. Полезла на крышу. В первый раз слетела от страха - там действительно была Сова. Очень недовольная Сова. Полезла во второй раз - из чердачных зазоров слишком дружно повылетали воробьи. Я думала, их меньше раз в десять. Даже неудобно стало... Спустя два часа Младшая усталыми руками приладила заслонку на место. И снова открыла - Персика доставать. Его отмыли, конечно, но дней десять истинный окрас не проявлялся. Леший больше всех шугался. Что-то он еще и нежным у нас стал.

- Док, не понимаю я это Десятимерное Пространство, - жалобно проговорила Младшая своему Интеллигенту.

- И не надо понимать. - Нам, трехмерным плюс время, это не увидеть, мы можем только умозрительно знать. Вот Твоя Печь. Ширина-длина-высота и время. Но как гореть Огню в Печи, диктуют не наши Четыре Измерения, а другие Шесть. Вот и вся сложность.

- То есть эти Шесть и есть Основы наших физических Законов?

- Примерно так. Но ученые утверждают, что их расчеты обязывают учитывать и Одиннадцатое Измерение ...

- Не надо пока Одиннадцатого, Док, пожалуйста. Мне и так уже страшно.

Ну-ка, посчитаем. Три измерения - да, я сама в них. И время чувствую - по своему пламени. Пятое - это, наверное, те Шесть вместе. Это точно ночные разговоры Младшей и Дока, и мои раздумья, и кошачье сопенье, и ветер в трубе, и воробьи под черепицей...

- Твой Мозг, как и вся материя, ведет себя бесстрашно, пока не доберется до предела. Кстати, Твой соотечественник Капица сказал. - Смеется Док.

- Упс. А если доберется? - растерялась Младшая.

- Поменяет режим существования. Если вещество поместить в предельные условия, то оно становится сверхтекучим. Такое вещество не будет тратить на трение энергию. Это же явление наблюдается и у Человечества. Достигло предела, начинает ценить энергию и лет через восемьдесят все трения в мировом обществе исчезнут.

- Опять пугаешь, Док. Что значит - ценить энергию? Человечеству угрожает вымирание?

- Тебе вредно не спать, - Док совсем развеселился. - Напротив. Оно становится не слабым, оно становится точным. Оно перестаёт терять себя. Предел - это не холод. Это - отсутствие потерь, экономия энергии.

А ведь это про меня. Когда мне не надо поддерживать тепло в доме, я все равно держу Дом. Я не всегда горю. Но я всегда готова. Дом знает, я - здесь. Я не трачу жар впустую. Я даю тепло тогда, когда в этом нуждаются, когда надо спасать от холода. Когда Солнце не справляется с зимой, то я дополняю Солнечный Свет своим Домашним Теплом. Я - напарница Звезды.

Я сама Звезда. Звезда этого Дома.

Наверное, я уже знаю тайну гравитации. Это не сила притяжения какого-то массива. Это - моё тепло, которое держит кошек на лежбище, Младшую у стола, даже воробьёв под черепицей. Они все крутятся вокруг меня - не потому, что должны, а потому, что хотят быть в тепле. Очаг - гравитация Дома.