Звезда мёртвого города

Приветственное сообщение:

Если ты читаешь это, значит я... опять забыл запаролить свою учётку. Готов поспорить, ты сейчас подумал что-то вроде: «Вот он идиот!» Но не торопись с выводами. Кто знает, может так распорядилась сама судьба?

О, совсем забыл тебя поздравить, ведь ты только что нарушил самый крутой принцип всех времён: хочешь что-то спрятать — положи на самое видное место. Звучит как бред? Я тоже так думал. Пока не проверил на собственной шкуре.

И да, «собственная шкура» — это не метафора. У меня она действительно есть. Серебристая, густая, одним словом — она меня бесит. Мама говорит, что я красивый. Но мамы всегда так говорят, даже если их сын похож на помесь человека и хаски.

У меня и имечко под стать. Меня зовут Вольфганг. Очень оригинально для парня с белой волчьей шерстью, согласен? Родители явно не заморачивались с выбором. Спасибо и на том, что у них не хватило фантазии на Тузика или Дружка. Короче, лучше называй меня Снежком. Знаю, звучит смешно для шестнадцатилетнего парня ростом под два метра, но это единственное, что мне реально нравится в моей жизни.

Ладно, не хочу, чтобы ты уснул, слушая мои жалобы. Просто верни мне учётку, раз уж она оказалась у тебя. Свяжись с любым смотрителем Арктического круга (ты верно понял, того самого, где в постоянном дубаке выращивают динозавров, мамонтов и прочих милых пушистиков) и передай ему логи. А дальше мы сами разберёмся. Спасибо!

P.S. Будет круто, если ты захочешь пообщаться лично. Я всегда рад новым знакомствам.

3 сентября 2145 года

Запись добавлена в дневник

Сегодня с Астрой гуляли по Москве. Не по настоящей, конечно. Но эффект погружения бомбический! Даже мелкие трещинки и царапинки на брусчатке можно прощупать, и тогда на пальцах остаётся серая дорожная пыль. Запахи, звуки, суета — сразу понимаешь, что идёшь по столице. Ну, мне так кажется, ведь сравнивать мне не с чем. Короче, моё уважение разработчикам «Виртуальных путешествий». Ребята реально постарались.

Астра выбрала аватар коротко стриженной рыжеволосой девчонки без мутаций. Говорит, что всегда мечтала о такой внешности. А я решил не оригинальничать и, как обычно, взял стандартного брюнета без особых примет. Зачем мне красота в виртуале, если в реале жизнь потопталась по мне обеими ногами? Всё чаще ловлю себя на мысли, что хочется хоть где-то побыть обычным.

— Смотри, — Астра показала на тактильно-голографическую реконструкцию музея Пушкина. — Ты можешь себе представить, что здесь действительно лежала мумия какого-то фараона и люди приходили на неё смотреть. Бр-р-р, жуть какая! Неужели такое правда было?

— Говорят, что да, — пожал плечами я, хотя честно говоря, больше смотрел на неё, чем на достопримечательности. — Время такое было.

— Это так странно, что даже не верится, — она недоверчиво сморщила носик.

— Знаешь, если бы людям тогда рассказали, что мы будем восстанавливать вымершие виды и растить их в естественной «морозилке» на полюсе для сохранения устойчивости межмолекулярных связей, они бы тоже пальцем у виска покрутили. А потом ещё эти мутации населения в Арктической зоне. Если бы не знал сам, каково это, то… — я осекся, поняв, что сболтнул лишнего. Хорошо, что аватары ещё не научились краснеть.

— Эй, Снежок, — Астра толкнула меня в плечо, — ты опять завис? Да не переживай ты за «арктиков». Сейчас у многих свои особенности. Как ты сказал, время такое. Пойдём лучше на смотровую площадку Москвы-реки. Скоро будут транслировать закат. Мы же его не пропустим, верно?

Я кивнул и улыбнулся. У неё такой заразительный смех. И она единственная, кто не задаёт дурацких вопросов.

Мы прибежали на площадку, и я снова подумал, как же было бы круто увидеть всё это своими глазами. Но нет, мне светит только вечная мерзлота и белое безмолвие. Спасибо, мутация, отличный подарок судьбы! А Астра всё болтала без умолку и восхищённо вскидывала руки при каждом плеске воды под нашими ногами.

Не понимаю, почему Макс с таким подозрением относится к ней. Вот, например, вчера он снова завёл свою «шарманку»:

— Слушай, а ты уверен, что твоя Астра — это и правда девчонка? Может, за аватаром скрывается какой-нибудь сорокалетний дядька? Ты же её никогда не видел. Вот я — это понятно. Мы с детского сада вместе. А она?

Честно, уже достал. Да, Астра почти ничего не рассказывает о своей реальной жизни. Да, я не знаю, как она выглядит на самом деле. Но какая разница? В виртуале она — настоящая. Её смех, её шутки, её способность поддержать в трудную минуту — всё это реально. А остальное... может, и не так важно?

— Астра, — спросил я сегодня, когда мы сидели на виртуальной набережной и смотрели на баржи в вечерних огнях, — а ты бы хотела когда-нибудь встретиться? Без аватаров?

Она едва заметно вздрогнула, а потом так долго молчала, что я уже начал думать, будто связь прервалась.

— Не знаю, — ответила она наконец, не поднимая головы. — А ты?

— Не знаю, — соврал я.

На самом деле знаю. Очень хочу. Но боюсь, что она увидит меня и всё закончится.

P.S. Макс, если ты когда-нибудь это прочитаешь, то знай, иногда виртуальная дружба бывает реальнее настоящей.

9 сентября 2145 года

Запись добавлена в дневник

Макс окончательно меня достал. Сегодня на лабораторной по биологии мы сели вместе, и он опять начал старую песню:

— Слушай, а что если твоя Астра — это вообще не человек? Может, это продвинутый ИИ? Помнишь недавнюю историю из новостей? Девчонка три месяца общалась с программой, думая, что это парень из соседнего города.

Я сделал вид, что безумно увлечён изучением мутации белка, но Макс не отставал.

— Или того хуже, — шипел он прямо мне в ухо, — может, она вообще не существует. Просто ошибка в алгоритме. Ты разговариваешь с набором случайных фраз. Сам с собой, по сути. Или… с призраком! Прикинь, если она просто сознание мертвеца, которое застряло в сети?

Вот тут я не выдержал:

— Завязывай со своими теориями заговора! — прохрипел я так громко, что на нас обернулся весь класс.

Макс прижал хвост, но что-то в его словах меня всё-таки зацепило. Вот засада…

Вечером я не выдержал и решил поговорить с мамой. Она готовила ужин, а я тихонечко устроился за кухонным столом.

— Мам, — начал я, стараясь говорить небрежно, — а как понять, что тебе врут?

Она посмотрела на меня так, как умеют смотреть только мамы:

— Зависит от того, какую ложь ты имеешь в виду, — ответила она голосом заправского шпиона, помешивая что-то в кастрюльке. — Кто-то врёт от страха, кто-то — от собственной глупости, да и про ложь во спасение ты тоже, наверняка, слышал.

— А если человек скрывает, кто он на самом деле?

Мама отложила половник и села напротив меня.

— Вольфганг, — она всегда называет меня полным именем, когда говорит на серьёзные темы, — иногда люди скрывают правду не потому, что хотят обмануть, а потому, что боятся быть отвергнутыми.

Она взяла мою руку в свои ладони. У мамы нет мутации, и её руки тёплые и нежные. А мои… Плотная шерсть может и уколоть. Но маме всё равно.

— И как это проверить?

Мама улыбнулась как-то слишком грустно:

— Иногда — никак, — тихо сказала она. — Приходится верить. Или не верить. Нет никакой универсальной формулы, Вольфганг. Всё зависит только от тебя. Важнее, готов ли ты простить, если всё окажется ложью.

Сейчас лежу и думаю. А что если Макс прав? Что если Астра и не Астра вовсе? А если вся наша дружба — просто чья-то злая шутка? Не знаю, хочу ли я на самом деле что-то знать.

Завтра планируем прогулку по Питеру. Посмотрим на Петергоф, сходим на подводную экскурсию по Неве. Может, найду способ узнать об Астре больше.

P.S. Макс, если читаешь это, то знай — твоя паранойя заразна. Спасибо тебе большое!

P.P.S. Мама, если ты тоже читаешь, то спасибо за совет. Ты лучшая.

10 сентября 2145 года

Запись добавлена в дневник

Сегодня случилось то, чего я не ожидал. Совсем.

Мы с Астрой гуляли по Петергофу. Я смеялся над её восторгами от золотых статуй и фонтанов, но внутри всё сжималось от подозрений и диких догадок. Но Астра — она ведь такая живая, такая… настоящая.

— Слушай, Снежок, — сказала она необычно серьёзным тоном, когда мы стояли у Большого каскада, — Я всё думаю над твоим вопросом. Помнишь, ты спросил, хочу ли я встретиться с тобой в жизни?

Я похолодел, а она продолжила, глядя куда-то вдаль убегающего канала:

— Сколько мы уже, — Астра сделала паузу, как будто подбирала слово, — общаемся? Больше года? Но ведь ты ничего не знаешь обо мне. Тебе не страшно? Скажи мне, Снежок? Только честно. Если это, конечно, твоё настоящее имя.

Меня как кипятком окатило! Она, что? Читала мой дневник? Догадалась по мимике? Или умеет читать мысли? Господи, как же стыдно!

— А чего мне бояться? — выдавил я через истерический смешок. — Я многое о тебе знаю. Ну, например, ты боишься мумий и не любишь запах ананасов. А зовут меня…

— Не надо, — едва слышно остановила меня Астра. — Не говори ничего. И не спрашивай тоже. Если бы я могла, то рассказала тебе. Но не сейчас. Потом. Когда смогу.

— Ладно, — протянул я. — Тогда поговорим о чем-нибудь другом?

— Давай, — улыбнулась она так, как будто только что ничего не произошло. — Правда здесь здорово? Столько воды, зелени, так красиво вокруг. Думаю, я бы хотела жить в таком городе. А ты?

У меня резануло в желудке. Настоящие путешествия, переезд — слишком больная для меня тема. Многие из моих сверстников мечтают уехать из Арктической зоны. Но у таких, как я, это никогда не получится. Наш сосед в прошлом году уехал в Новосибирск по рабочим вопросам и вернулся через месяц больной как собака. Девчонка из моей школы поступила в один московский университет, но не смогла адаптироваться к жаре и духоте. Приехала назад, перевелась на дистанционное обучение.

— Это сложно, — сказал я осторожно. — Северяне слишком привязаны к своему климату.

— Привязаны? — переспросила она, и в её голосе было что-то странное.

— Я имел в виду... что мы плохо переносим тепло, — попытался выкрутиться я.

— А-а, — протянула она. — Понятно. А я думала...

— Что думала?

— Знаешь что, забей! — и тут она рассмеялась. Легко, беззаботно, но как-то фальшиво.

Сейчас сижу в своей комнате и думаю, что это вообще было? С чего вдруг она завела такой разговор? Зачем спросила про Питер? К чему были все её признания?

Макс прав. Астра что-то скрывает. Но что? И почему я должен бояться?

P.S. Мама, если читаешь это, не волнуйся. Я просто пытаюсь понять, как мне дальше жить эту сложную жизнь. Это же нормально, правда?

19 сентября 2145 года

Запись добавлена в дневник

Я не делал записей целую неделю. Или больше, не считал.

Руки всё ещё трясутся, когда пытаюсь набирать текст. Но если и дальше буду держать это в себе, просто сойду с ума.

Астра исчезла!

Двенадцатого мы договорились прошвырнуться по подмосковной Коломне. Она хотела посмотреть на древний кремль и старинные храмы. Долго выбирала город, сто раз переспросила, точно ли я запомнил, где мы встречаемся… и не пришла. Я ждал час, два, три — ничего!

Думал, может, у неё проблемы с соединением. Или семейные дела. Или просто забыла. Но Астра никогда не забывала о наших встречах. Никогда.

Я вернулся на следующий день. Её снова нет. И через день тоже. Я проверил все места, где мы бывали раньше. Суздаль, Томск, Казань, Питер, Москва…

Пусто.

В голову полезли дурные мысли. А что если с ней что-то случилось? Она попала в аварию? Или заболела? Или её родители узнали про наше общение и запретили?

Нет, глупости. Мы же не в каменном веке живём. Родители не могут просто так запретить ребёнку пользоваться сетью.

Тогда что?

Я перестал есть. Мама забеспокоилась, предложила помощь и даже хотела записать меня на полное сканирование психо-эмоциональных проблем. Я отказался. Не мог же я ей прямо сказать, что переживаю из-за девчонки, которую никогда не видел?

Макс, конечно, тут же выдал своё:

— Вот видишь! А я говорил, что с ней что-то не так!

Я чуть не врезал ему.

А сегодня всё снова перевернулось с ног на голову!

Я опять зашёл в «Виртуальные Путешествия» и отправился в Коломну. Ту самую, где мы должны были встретиться неделю назад. Не знаю зачем. Может, надеялся найти какие-то следы. Или просто хотел помучить себя воспоминаниями.

Бродил по тихим улочкам, смотрел на золотые купола. Без цели и уже без надежды. И вдруг увидел её!

Она смотрела прямо на меня, не отрываясь. Сухонькая старушонка, больше похожая на ведьму из детских сказок, чем на туристку. Тень от огромной круглой башни Кремля хищно прорисовывала костлявое лицо. Я отвернулся, но не мог забыть её глаз. Что-то в них было… Что-то знакомое… Чёрт побери! Астра! Это её глаза! Как я сразу не узнал?!

Я резко развернулся и рванул к ней. Сердце колотилось как бешеное. Но Астра даже не шевельнулась. Просто стояла и смотрела.

Когда я был совсем рядом, метрах в пятидесяти, она отрицательно качнула головой. А потом повернулась и пошла прочь.

— Астра! — закричал я. — Подожди!

Но она ускорила шаг. Потом побежала. А потом просто исчезла — вышла из сервиса.

Задыхаясь от собственного бессилия и отчаяния, я добрёл до места, где видел её всего несколько минут назад. Мне хотелось рыдать навзрыд и крушить всё вокруг. Ненавистный город, ненавистные стены! Я размахнулся, чтобы выплеснуть всю свою боль на потрескавшейся кирпич равнодушной башни. И тут на замшелых камнях проступили буквы. Не граффити, не голограмма. Это было сообщение, записанное в системных настройках локации. Что-то вроде скрытого послания, которое оставляют тестеры разработчикам, когда находят баги.

«Они всё знают. Они держат меня. Я пытаюсь, но мне сложно. Прости. Астра»

Я перечитал это раз десять. Сначала трясущимися губами вслух, и ещё столько же про себя. Потом сделал скриншот. Потом снова перечитал.

Что это значит? Кто «они»? Её где-то держат насильно? Угрожают? И если это так, почему она извиняется?

Я вернулся домой и заперся в своей комнате. Не могу сейчас никого видеть. Я понимаю, что должен что-то сделать, но что?

Связаться с «Виртуальными Путешествиями»? И что я им скажу? Что девушка, которую я никогда не видел в реале, обошла все уровни их защиты и оставила мне ни черта не понятное личное послание?

Рассказать маме? Но она и так волнуется.

Написать в глобальную службу поддержки пользователей? Но там боты, которые не понимают ничего сложнее технических проблем.

Я чувствую себя абсолютно беспомощным. Астре нужна моя помощь. А я даже не знаю, в каком городе она живёт.

26 сентября 2145 года

Запись добавлена в дневник

Я почти не сплю. Боюсь своих снов. В них я вновь и вновь бегу за Астрой, а она исчезает, стоит мне приблизиться.

Но у меня появилась надежда! В моей ситуации, это как висеть над пропастью, держась за соломинку, — и всё равно лучше, чем беспросветная неизвестность.

Объясню с самого начала.

Позавчера я не выдержал и рассказал обо всём маме. Ну, почти обо всём. Сказал, что познакомился с девочкой в «Виртуальных Путешествиях», что мы дружим уже больше года, а теперь она исчезла. Про странный аватар и зловещее послание я решил умолчать. Объяснил своё волнение тем, что она из другого города и у неё проблемы с семьёй.

Мама выслушала, не перебивая. А потом мягко спросила:

— Вольфганг, эта девочка — она тебе нравится?

Я покраснел как рак. Ну или вернее, как собака, учитывая мою шерстистость. Хотя я не уверен, что собаки могут краснеть.

— Не знаю, — честно ответил я, немного запинаясь. — Может быть. Я никогда не думал об Астре с такой стороны.

— Астра? Какое красивое имя. А ты знаешь, что в переводе с латинского «астра» переводится как звезда?

— Круто, — безучастно выдал я. — Только какая разница? Латинский — это же мёртвый язык.

— И да, и нет, — мама хитро подмигнула мне. — Это удивительный язык. На нём не говорят, но он продолжает жить. Например, как в имени твоей подруги. Скажи честно, разве Астра не похожа на звезду?

— Иногда даже слишком, — кажется, я впервые за много дней искренне улыбнулся.

— В таком случае, мы должны ей помочь, — сказала мама так просто, что я даже удивился. — У меня есть приятельница, может ты помнишь Инну Петровну? Она заходила в гости, когда приезжала в нашу зону на экскурсию, — я зачем-то кивнул, хотя и близко не помнил такую даму. — Так вот, она работает в архиве цифровых данных. У них хранятся все логи заходов в сеть со всеми сопутствующими параметрами. Я передам ей информацию, и думаю, Инна поможет найти адрес твоей Астры. Мы ведь не можем оставить девочку в беде, верно?

Я чуть не расплакался от облегчения. Моя мама — лучшая в мире.

— Только обещай мне, — добавила она строго, — что сначала мы свяжемся с её родителями. Всё спокойно выясним, а уже потом решим, что делать дальше. Хорошо?

Я пообещал. В ответ мама поцеловала меня в лоб.

Когда я рассказал обо всём Максу, он чуть не взорвался от эмоций:

— Эй, ты совсем тронулся?! — заявил он мне, брызгая слюнями во все стороны. — А что если это ловушка? Что если она специально всё подстроила, чтобы ты начал её искать? Вот скажи, почему она выглядела, как старуха? Об этом ты не думал? А если она такая и есть на самом деле?

— Нет, я так не думаю, — уверенно ответил я. — Она просто привлекала моё внимание.

— Привлекала внимание, как же, — крякнул Макс. — Привлекательнее некуда. Хотя, — он вылупил на меня бешеные глаза, — если её похитили, ведь это мог быть кто-то из преступников! Точняк! Ой-ёй-ёй, куда же ты вляпался?! Это точно чёрные трансплантологи. Или секта. Или ещё чего похуже.

— Макс, не наводи панику. Мне и так несладко.

— Нет-нет, — продолжил он, как будто и не слышал, что я ему сказал. — Ты прав. Это нельзя так оставлять. Ладно, раз такое дело, я с тобой. Уговорил, прикрою твой тыл, так сказать, — он по-отечески похлопал меня по плечу. — И знаешь, не благодари. На то я и твой лучший друг.

Иногда мне кажется, что у Макса биполярное расстройство. Но самое страшное, что он может быть прав!

После исчезновения Астры я постоянно анализирую всё, что она говорила мне, каждую фразу, каждую шутку. Вспоминаю, как иногда она замолкла на полуслове — почему? Что-то знала? Или это было предчувствием беды?

Может, она пыталась мне что-то сообщить, а я не понял? Или, наоборот, понял не так, и теперь ей приходится расплачиваться за мою глупость?

Или она прочитала мой дневник. Узнала про мои сомнения и обиделась?

Господи, я схожу с ума.

Вчера опять зашёл в Коломну. Надеялся, снова увидеть Астру. Хотя бы издалека. Пытался найти новое послание от неё. Но там было пусто. Только туристы-боты и пара влюблённых парочек. Старого сообщения тоже больше нет.

Мама права. Я должен всё выяснить. Должен ей помочь.

Проверил почту. Пока ничего.

Ещё раз.

И ещё.

Инна Петровна, ну где же вы? Время идёт, а я понятия не имею, что происходит с важным для меня человеком.

P.S. Макс сейчас сидит в моей комнате и говорит, что всё будет хорошо. Не знаю, верю ли я ему, но я действительно рад, что он рядом.

P.P.S. Мама принесла нам горячий шоколад и сказала, что первая любовь — это всегда немножко страшно и очень волнительно. Не знаю, о чём она, но шоколад вкусный.

27 сентября 2145 года

Запись добавлена в дневник

Ответ пришёл в 17:38. Я помню точное время, потому что смотрел на часы каждую минуту.

Пока я открывал сообщение, думал, что умру. А сам текст от волнения смог прочитать только со второго раза.

Вначале письма шли обычные извинения за задержку, потом технические подробности и наконец координаты. Я онемел…

ПРИПЯТЬ! В письме были координаты Припяти!

Я перепроверил. Потом ещё раз. Может, я что-то не так понял? Может, это ошибка в системе?

Точно нет. Последний сигнал от аккаунта Астры шёл именно оттуда. Из города-призрака. Из мёртвой зоны, где уже полтора века никто не живёт.

Я сидел, уставившись в экран, и чувствовал, как мир вокруг рушится. Что она там делает? Как вообще туда попала? Там же смертельная радиация! Там нельзя жить!

Или... можно?

Я слышал, как ребята в школе шёпотом рассказывали друг другу страшные истории про такие места. Про монстров, шастающих в развалинах, про живых мертвецов. Про то, что правительство скрывает правду, и поэтому строит по границе мощные защитные купола, которые невозможно пересечь. С обеих сторон. Я всегда думал, это байки. Городские легенды. Даже смеялся над теми, кто верил в подобные россказни.

А теперь...

Мама вернулась с работы в семь. Я сидел в гостиной и делал вид, что читаю. На самом деле я пялился в одну строчку уже час, не видя ни одной буквы.

— Ну что, сынок? — спросила она ещё в дверях. — Пришёл ответ?

Я кивнул, не поднимая глаз.

— И что? Всё в порядке? Где твоя подруга?

Я соврал. Впервые в жизни соврал маме так нагло и так серьёзно.

— В Твери, — сказал я. — Оказывается, она из Твери. Я уже успел познакомиться с её родителями. Обычные люди, нормальные. Я им звонил. Прости, что не дождался тебя. Очень волновался за Астру. Оказывается, просто проблемы с сетью в их районе. Там прокладывали новые климатообразующие кабели и что-то случайно повредили. В ближайшее время всё восстановят.

Мама так искренне обрадовалась, что мне стало тошно от собственной лжи.

— Ну вот видишь! — сказала она. — А ты переживал. Значит скоро Астра снова выйдет на связь.

Я выдавил улыбку.

— Да, наверное.

Когда мама ушла готовить ужин, я написал Максу: «Срочно приезжай. Никому ни слова».

Макс примчался через 15 минут, весь взъерошенный.

— Что случилось? — спросил он, влетая в мою комнату. — Не переживай, я проверил — хвоста не было. Наверное, они ещё не догадались, что я помогаю тебе.

Я не стал отвечать и просто показал Максу письмо от Инны Петровны. Он читал молча, и я видел, как шерсть на его руках становится дыбом.

— Это... это какая-то ошибка, — пробормотал он наконец. — Не может быть.

— Может, — сказал я. — Помнишь, как она не хотела рассказывать о себе, о месте, где живёт.

— Но это же... там нельзя жить! — Макс смотрел на меня широко раскрытыми глазами. — Там вообще никто не живёт.

Я пожал плечами.

— Погоди, — не унимался Макс. — Мы же сейчас говорим об одном и том же месте? Припять — это город рядом с Чернобыльской АЭС. Взрыв реактора, радиация, зона отчуждения. Та самая авария в 1988 году, да?

— В восемьдесят шестом, — поправил я.

— Офигеть! Так она правда там?

— Выходить, что так, — тихо сказал я.

Мы сидели молча минут десять. Макс периодически качал головой, а я просто смотрел в окно на вечерний город, где все было нормально, безопасно и предсказуемо.

— Что ты собираешься делать? — спросил он наконец.

— Ехать туда.

— Куда — туда?

— В Припять.

Макс вскочил с кресла.

— Ты псих что ли?! Туда нельзя! Это запретная зона!

— Мне можно.

— Ага, а радиация? Да ты там и часа не продержишься!

— Продержусь, — пробормотал я. — Я читал, что в 21 веке туда ездили нелегальные туристы.

— И где они сейчас? Да и потом, это было давным-давно, а сейчас там системы защиты, военные, может и ещё что-то. Как раз от таких дураков, как ты.

— Знаю, — сказал я предательски дрожащим голосом. — Что–нибудь придумаю.

Макс долго смотрел на меня. Потом тяжело вздохнул.

— Ладно. Я понял. Ты поедешь туда, что бы я ни сказал. Правильно?

Я кивнул.

— Когда собираешься?

— Завтра.

— И мама тебя отпускает?!

— Она не знает про Припять. Я скажу, что еду в Тверь.

— Пф, скажу… Сказать ты можешь всё, что угодно. Где ты возьмёшь код принимающей стороны? У нас, кажется, ещё не пускают несовершеннолетних в порталы просто так.

— У меня есть план.

— Интересно, какой?

— Это неважно. Просто пообещай, что если со мной что-то случится, ты скажешь маме…

— Эээ, не впутывай меня в свои семейные дела! — прервал меня Макс. — Так подставляться я точно не собираюсь!

Я хотел возразить, но понял, что он по-своему прав. Я положил руку на его плечо:

— Тогда просто вспоминай меня иногда, — Я постарался улыбнуться, глядя в слишком серьёзное лицо друга.

Макс не ответил. Он встал, подошёл к окну и долго смотрел на улицу, где начинала разыгрываться ночная метель.

— Сколько времени тебе нужно? — Спросил Макс, не оборачиваясь.

— Не знаю. Несколько дней. Может, неделя.

— Ладно, — он говорил так тихо, что я едва различал слова. — У тебя неделя. А потом я всё расскажу твоей маме, — он сделал паузу, — и извинюсь перед ней за нашу дурость.

После он молча вышел за дверь, даже не посмотрев в мою сторону.

Я остался наедине со своими мыслями и безумным планом.

P.S. Макс, я надеюсь, что ты это читаешь. Знай, я очень благодарен судьбе за такого друга, как ты.

P.S.S. Астра, я иду за тобой. Если у меня не получится, знай — я старался, очень старался.

28 сентября 2145 года

Запись добавлена в дневник

Я снова соврал маме. На этот раз ещё более изобретательно. Чувствую себя полным дном.

Всю ночь я просидел в сети, изучая слитые базы переписи населения и системы генерации цифровых приглашений. Оказывается, Астра — это очень редкое имя. Тем более в Твери. Само провидение помогло мне каким-то чудом отыскать в этом городе семью Мироновых с девочкой-тёзкой. Правда ей всего 13 лет. Но сейчас это неважно.

Я сгенерировал приглашение от их имени и подделал цифровую подпись через старый форум хакеров, за что мне пришлось отдать почти все игровые кредиты и два прокачанных аккаунта в одной известной тактической «стрелялке». Утром я показал всю эту «красоту» маме.

— Смотри, — протянул я ей планшет, стараясь не дрожать. — Астра прислала приглашение. Хочет извиниться за исчезновение. Говорит, что её семья будет рада познакомиться со мной лично.

Мама проверила код через городскую базу. Выяснилось, что не зря я отдал столько своих «сокровищ» — недельное приглашение на пребывание от реально существующей семьи Мироновых из Твери.

— Какая молодец, — сказала мама, улыбаясь. — Похоже, она очень дорожит вашей дружбой. Когда едешь?

— Сегодня, — ответил я. — Если ты, конечно, не возражаешь. Обещаю не прогуливать школу — буду присутствовать удалённо.

Мама поверила. Она отсканировала код приглашения и своего согласия на видное место моей походной жилетки, чтобы я без сопровождения мог войти в тоннель телепорта до Твери. Потом дала мне препараты от жары с запасом, денег на дорогу и даже несколько моих любимых бутербродов, заботливо упакованных в вакуумные конверты. А я стоял и врал ей в лицо.

Хуже всего, что когда она обнимала меня на прощание, я чуть не расплакался. Не от страха — от стыда. Если я не вернусь, то последнее, что она будет помнить обо мне — это моя ложь… Но другого выхода у меня нет.

Вот так, переполненный чувством отвращения к самому себе, я начал своё путешествие. Никакого чёткого плана у меня, конечно, не было. Пришлось добираться с многочисленными приключениями. Сначала я телепортировался в Тверь обычным транспортным порталом. А вот дальше началось веселье...

Естественно в городе меня никто не ждал и не встречал. Купить билет до нужного места назначения я не мог. И не только из-за отсутствия кода, но и из-за боязни, что мама слишком быстро обо всём догадается. Биометрические деньги оставляют следы, а мне нужно было исчезнуть из поля всех и вся, кто мог бы меня отследить.

Пришлось искать нелегальные порталы. И в этом, как ни странно, помогла моя «неотразимость». Меня сразу приметили местные неформалы. Через них я вышел на подпольных перевозчиков. Ехать в какую-то тверскую тьмутаракань на попутках было страхово, но я справился. Никогда бы не подумал, что я — паинька и отличник — буду торговаться с подпольными перевозчиками в заброшках на окраине неизвестной деревни. Деньги они не взяли. Пришлось расплачиваться препаратами от жары. Отдал больше половины запаса. И тут началось…

Первый портал забросил меня в Воронеж. Потом был Смоленск. За ним — Минск и Гомель. От частых переходов кружилась голова, немного тошнило. Но останавливаться было поздно. Оттуда — на перекладных до какого-то полувымершего посёлка. Комарин, кажется, так он называется. Местный дедок, которому на вид было лет двести, согласился довезти меня — внимание! — НА ТЕЛЕГЕ до границы зоны. За такое историческое такси я отдал почти все оставшиеся препараты. Последние километры шёл пешком. Чудом не утонул в болоте и не встретил ни одного патруля. Наоборот, такое ощущение, что всё вымерло, и очень давно.

И вот я здесь. Стою на краю леса и смотрю на то место, где когда-то была Припять. Вернее, где она есть до сих пор — где-то там, за невидимым барьером.

Сам барьер я не вижу, но знаю, что он есть. Должен быть, ведь прямо напротив меня контрольно-пропускной пункт. Правда внутри, похоже никого нет. И вокруг тоже. Но как же тогда Астра там живёт?

Я хожу вдоль границы уже несколько часов. Пытаюсь найти хоть какую-то подсказку, слабое место, способ пройти. Но пока ничего. Только лес, пение птиц и моя растущая паника.

Препараты от жары заканчиваются быстрее, чем я думал. Видимо, стресс ускоряет обмен веществ. Если так пойдёт дальше, к завтрашнему вечеру я превращусь в кучку пепла.

Но сдаваться нельзя. Астра где-то там. Ей нужна моя помощь.

Я решил заночевать прямо на земле. Устал так, что глаза слипаются. Завтра с утра продолжу поиски. Может, найду что-то, что поможет пройти через барьер. Ну, или хотя бы увидеть его.

Спать на окраине леса совсем одному страшно. Очень страшно…

Кажется, в лесу что-то шевелится. Надеюсь, это просто какое-то безобидное животное. А может, и не животное…

P.S. Мама, если ты когда-нибудь прочтёшь это — прости меня. Я не хотел врать. Просто, так получилось.

P.P.S. Астра, если ты меня слышишь — я рядом. Я пытаюсь попасть к тебе. Просто дай мне знак. Любой знак.

29 сентября 2145 года

Запись добавлена в дневник

Я проснулся в луже собственного пота, когда солнце уже вовсю палило. Последнюю дозу препарата от жары я принял ещё перед сном. Голова раскалывалась, во рту пересохло как в пустыне, а желудок скрутило от голода.

И первое, что я увидел, открыв глаза,— маленькая рыжая морда. Лиса! Обычная рыжая лиса размером с небольшую собаку нагло пялилась на меня с расстояния нескольких шагов.

Я аккуратно поднялся с земли, стараясь не делать резких движений. Кто знает, что у неё на уме? А если она заразная или радиоактивная?

Нахалка внимательно проследила за моим манёвром, а потом спокойненько развернулась и, как ни в чём ни бывало побежала в сторону барьера. И перешла его! Вот так просто, будто никакого барьера не существовало.

Я вскрикнул от удивления и протёр глаза, думая, что это галлюцинация от жары. Но нет. Лиса снова вынырнула откуда-то из зарослей на противоположной стороне с чем-то непонятным в зубах, опять пересекла невидимую линию, остановилась, посмотрела на меня умными жёлтыми глазами, и неторопливо побежала мимо в сторону леса.

Я сидел, не в силах поверить в происходящее. Где защитный барьер? Где смертельное поле? Где хоть что-то, что должно охранять мир от радиации?

Я нашарил на земле какой-то камень, поднял его и швырнул в сторону границы барьера. Камень спокойно пролетел и упал в траву по другую сторону. Никаких искр, взрывов, дезинтеграции.

Я встал на ноги и решил продолжить свой эксперимент. Нашёл длинную палку и осторожно просунул её через границу. Ничего. Немного подумал и вытянул вперёд руку. Потом голову.

Никаких ощущений. Никакой боли. Обычный воздух. Обычная нестерпимая жара.

Я стоял у входа в Припять и понимал, что всё, чему нас учили в школе, — ложь. Никакого барьера нет. Никогда не было. Или... был, но больше не работает?

Я сделал шаг. Ещё шаг. Потом пошёл уже увереннее.

Ничего не случилось. Я не умер. Не превратился в пепел. Не почувствовал боли. Только сердце в груди колотилось как бешеное, а дыхание никак не хотело приходить в норму.

Вокруг было очень тихо. Тишина такая глубокая и плотная, что собственный пульс казался оглушительным. Только изредка ветер приносил скрип старого металла и шелест листьев.

Я шёл по тому, что когда-то было главной улицей. По обочинам — отцветшие, разросшиеся и неухоженные заросли диких роз почти сожрали остатки ржавых столбов. Наверное, когда-то это были фонари. Рядом какие-то небольшие каменные блоки, непонятный железный хлам, а дальше — громадные корпуса многоэтажек, безглазые, с пустыми рамами окон. В одних проёмах — чёрные дыры, в других — растут деревья.

Я вслушивался в каждый шорох. Меня не покидало чувство, что кто-то постоянно смотрит мне в спину. Я обернулся не меньше сотни раз, но так никого и не увидел. Паника нарастала. Жара тоже. На секунду я задумался о том, что ещё можно вернуться. Последний раз обернулся на здание пропускного пункта и… углубился в город, оставляя позади границу и свой старый мир.

Астра, дождись меня. Я скоро приду за тобой.

Какой-то день

Запись добавлена в дневник

Я всё ещё здесь. Не знаю, сколько времени прошло. Может, день, может, два. Может, неделя. Время здесь течёт как-то странно, вязко, как мёд. Или это я схожу с ума от голода и жары.

Кажется, мой желудок превратился в пульсирующий комок. Я уже не чувствую боли, только непроходящую тошноту. Последний раз ел... когда? Позавчера? Вчера? Мамины бутерброды закончились в первый же день, а здесь нет ни магазинов, ни кафе. Пробовать местные растения я не решаюсь даже под страхом голодной смерти.

Голова кружится. Мысли путаются. Я брожу по пустым улицам и не могу понять, зачем вообще всё это пишу. Может, в надежде, что кто-нибудь когда-нибудь найдёт мой дневник и поймёт, что со мной произошло. Я просто хотел найти свою Звезду в мёртвом городе, свою Астру.

Она единственная частичка жизни, что есть в этом месте. Единственное, что даёт мне силы идти дальше.

Но где она?

Я обошёл уже половину города. Был в гостинице «Полесье» — там всё разрушено, но с крыши открывается жутковатый вид на завалившееся колесо обозрения.

Прошёл мимо дворца культуры — всё заросло, но на стенах ещё видны облупленные лозунги.

Заглянул в какие-то развалины с пересохшей ямой бассейна — только ржавые поручни и тени.

Даже нашёл школу, где в спортзале до сих пор валяются полуистлевшие противогазы. Кажется, там я услышал, как кто-то дышит. Или это было моё собственное эхо?

Я искал Астру в каждом окне, за каждым поворотом…

Может, она где-то рядом. А может… стала частью этого проклятого города, ведь здесь невозможно выжить. И теперь я не знаю, что страшнее.

Мама, наверное, уже волнуется. Интересно, когда я должен был вернуться? Бедная мама...

Солнце палит нещадно. Мне всё труднее двигаться. Дышать раскалённым воздухом практически невозможно. Нужно найти укрытие. Какой-нибудь подвал. Хоть что-то, где можно спрятаться от этого пекла.

Не знаю, как я оказался на окраине города. Здесь нет жилых зданий, только горы какого-то строительного мусора, а чуть дальше — полуразрушенные гаражи. Часть из них обвалилась, но некоторые ещё держатся. Воспалённый мозг выдал странное воспоминание: в таких гаражах люди рыли ямы. Иногда, достаточно глубокие. Использовали их как погреба и склады для ненужных вещей. Удивительно, откуда я об этом знаю? Впрочем, какая разница? Мне нужно доползти туда. Может в каком-то уцелевшем гараже я смогу найти хоть немного прохлады.

Заглянул в первый — яркое солнечное пятно от дырявой крыши на ровном полу. Во второй — похожая история. В третьем что-то блеснуло в углу, но это оказался обычный осколок стекла.

А в четвёртом меня кто-то встретил.

Человек. Или то, что очень похоже на человека.

Он сидел на старой табуретке ровно посреди гаража и читал какую-то книгу. Когда я вошёл, человек поднял голову и улыбнулся.

— А, Миронов! — сказал он так, как будто знал меня с рождения. — Наконец-то. Я уже думал, ты не придёшь.

Я замер. Миронов? Откуда он знает эту фамилию, фамилию семьи из моей выдуманной тверской истории?

— Отчёты готовы? — спокойно продолжил человек, закрывая книгу. — Начальство интересуется результатами.

Я не мог оторвать от него свой затуманенный взгляд. С ним явно было что-то не так, хотя выглядел он абсолютно обычно — мужчина средних лет, из под вязаного свитера торчит воротничок рубашки, затянутый галстуком, брюки со стрелками.

— Я... я не Миронов, — еле пробормотал я слипшимися губами.

Человек нахмурился:

— Миронов, ты издеваешься? Одного предупреждения тебе мало, ты выговор в личное дело захотел? Неделю назад получил задание, а теперь играешь в амнезию?

Я попятился к выходу. Это галлюцинация. Точно галлюцинация. От голода и жары я начинаю видеть то, чего нет.

— И куда ты собрался? — Мужчина встал со стула. — Работу никто не отменял. Что у тебя по Астре?

Я вздрогнул.

— Астра? Вы знаете Астру?

— Ну и шуточки у тебя. Смотри, Миронов, дошутишься так, — человек снова улыбнулся, и в этой улыбке было что-то жуткое. — Хватит ваньку валять. Значит так, если сегодня к вечеру отчёт не будет лежать у меня на столе, я буду вынужден доложить Куратору.

Всё поплыло перед глазами. Я чувствовал, как падаю, как мир становится ватным, как реальность затягивается чёрной тугой пеленой.

Астра... отчёты... куратор…. что происходит?

Последнее, что я помню, смех человека, который эхом разносится по пустому гаражу.

А потом — темнота.

Новый день

Запись добавлена в дневник

Я очнулся в странном месте. И… не чувствовал ни жары, ни голода. Вообще ничего. Как будто кто-то выключил все мучившие меня ощущения.

Я понял, что лежу на узкой кровати в небольшой комнате. Вокруг — бетонные стены. На таком же сером потолке горит жёлтым светом странная круглая лампочка. Похоже, я в каком-то бункере или вроде того. Только в очень-очень старом, хоть и хорошо сохранившемся.

Я сел на кровати и с удивлением обнаружил, что на мне белый халат. Точно такой же, как на картинке из учебника истории. Кажется, в таких ходили врачи или продавцы веке так в двадцатом. На груди болтался бейджик: «Эдуард Миронов, старший механик»

Опять Миронов?! Та самая фамилия, которую я украл для подделки приглашения. Но причём здесь я?

Я встал с кровати — никакой слабости. Это хорошо. Подошёл к двери — не заперто. Значит я не пленник. Тоже неплохо.

Выход из комнаты вёл в длинный коридор. Тот же бетон, те же лампочки. Пахло какими-то лекарствами и почему-то ананасами. Я сделал пару шагов и тут из-за ближайшего угла навстречу мне выкатился металлический цилиндр на колёсах, с парой несуразных механических рук-щупалец и мигающими лампочками вместо глаз. Старый, но явно функционирующий.

— Товарищ Миронов, — выдал цилиндр скрипучим голосом, — Антон Семёнович ждёт вас у себя в кабинете. Идите за мной.

Я ничего не понимал, но пошёл за роботом, едва достающим мне до колена. Он лихо маневрировал по коридору, несмотря на свой по виду почтенный возраст. Я быстро потерялся в лабиринте поворотов, но упрямо следовал вперёд мимо допотопных дверей с табличками: «Лаборатория №6», «Столовая», «Склад оборудования», «Комната отдыха» и тому подобное.

Наконец мы остановились рядом с табличкой «Руководитель проекта». Цилиндр постучал в дверь механической рукой.

— Войдите, — услышал я знакомый голос.

— Проходите, товарищ Миронов, — проскрипел робот и открыл мне дверь. Я осторожно протиснулся внутрь комнаты.

Тот самый мужчина из гаража сидел за узким столом и что-то писал в большой пожелтевшей бумажной тетради. Только это был не человек — андроид с резиновой кожей. И как я раньше не заметил?

— А, Эдуард, — сказал он, поднимая голову. — Наконец-то ты проснулся. Как самочувствие?

— Я... я не понимаю, что происходит, — пробормотал я. — Где я? Кто вы? Чего вы от меня хотите?

Андроид посмотрел на меня с удивлением.

— Эдуард, ты себя плохо чувствуешь? Мы же вчера обсуждали план работы. Как-то ты неважно выглядишь. Да и побриться давно пора — уже борода отросла. Но это потом. Сперва проведи диагностику управляющих сигналов. В нашей системе жизнеобеспечение явно что-то сбоит. Астра снова выдаёт аномальные данные. Проверь, что там опять случилось. Отчёт — мне на проверку. И предыдущий тоже.

Астра? Меня затрясло, как при лихорадке. Значит она действительно здесь!

— Где она? — почти закричал я в лицо андроида.

— Кто? Комната управления? — вскинул брови он. — Эдуард, я понимаю, ты работаешь у нас не так давно, но план центра уже можно было выучить. Нет! Не оправдывайся, не надо. Тебя проводят.

— А Астра? — теперь я почти шептал.

— Ты и это забыл? Она там же, где и вчера, где и всегда. Всё, заканчивай болтать, пора за работу.

Он нажал кнопку на столе, через секунду в комнату въехал цилиндр.

— Проводи товарища Миронова в вычислительный центр. Нужно проверить основной блок управления, — сказал андроид роботу, а потом продолжил, обращаясь ко мне: — Да, Эдуард, в следующий раз будь аккуратнее во время экспериментов. Это же надо так! Даже карточка впиталась в униформу. Будем разбираться. Возможно, понимание процесса поможет нашим коллегам. Ты же не против, если я заберу это? — он вынул из ящика стола мой походный жилет с кодом приглашения.

Так вот откуда они узнали фамилию! Ладно, с этим разобрались, но как быть со всем остальным? И где в этом бетонном лабиринте искать Астру?

— Идите, — сказал андроид, пряча жилет обратно в ящик. — Время не ждёт.

Как загипнотизированный я вышел из кабинета вслед за цилиндром. Голова пухла от мыслей, а мы всё шли и шли по бесконечным тоскливый коридорам.

Наконец, робот остановился у двери с табличкой «Вычислительный центр». Я вошёл внутрь и увидел комнату, битком набитую старыми компьютерами.

— Это что, музей? — вырвалось у меня.

Цилиндр мигнул глазами-лампочками:

— Это новейшее оборудование, товарищ Миронов. Согласно вашей квалификации, вы обучались работе с ним.

Сказать, что я был в шоке, это ничего не сказать. Огромные мониторы с выпуклыми экранами, системные блоки размером с чемодан, клавиатуры с толстенными клавишами. Да это железо было устаревшем уже в прошлом веке, а сейчас выглядело просто древним!

Но я кивнул и подошёл к ближайшему «динозавру». Может с его помощью я смогу понять, что здесь вообще происходит.

Я сел перед экраном. Текстовая оболочка — сразу видно, что кривая, явно кастомная. Да ещё и на доисторическом языке программирования. Я с трудом разбирал код. Благо, он был весьма примитивным.

Таблицы, диаграммы и команды — пока ничего криминального. Я пробежался глазами по журналам: система питания, воздух, температура — сотни процессов и всё управляются чем-то вроде внутреннего ядра.

Я пролез на уровень ниже. Так и есть! Вот только это не ядро — а нейронка. Недоразвитый предок искусственного интеллекта. Кое-что он, конечно, умел, но ошибки ляпал без зазрения совести. Я цеплял их одну за одной и быстро исправлял, пока не наткнулся на что-то странное.

Я перепроверил в журнале — ошибки нет! Все эти компьютеры, весь бункер, роботы внутри — не должны сейчас функционировать. Совсем! Их выключили, если можно так сказать, примерно сто лет назад. Последние люди, что обслуживали станцию ушли, запустив напоследок процедуру уничтожения всех данных. Теперь понятно, почему я не нашёл никакой информации о том, что здесь делали, а может и продолжают делать. Но почему всё это ещё существует?

Я снова залез в программу-стиралку. Перечитал как мог строчки кода. Снова и снова — и вдруг понял! Нейронка не дала себя убить! Она пыталась спасти себя и бункер! Криво, даже по-детски, наспех переписывая критические команды, и у неё получилось. Почти. Система работала, но с ошибками. И теперь станция не знает, кто жив, кто умер, и кто здесь должен быть. Видимо, поэтому андроид принял меня за сотрудника: попытался просканировать код с моей жилетки и в его проехавших мозгах я стал старшим механиком Эдуардом Мироновым. Ладно, пусть так. Мне это даже на руку. Но Астра? Что они сделали с ней? Мне нельзя было медлить!

— Мне нужно срочно поговорить с этим… как его? Начальником, короче, — обратился я к цилиндру. — Веди меня обратно.

Робот не ответил, мигнул лампочками и покатился к выходу. Я поспешил за ним и через несколько минут снова стоял перед андроидом в его кабинете.

— Итак, Эдуард, — сказал он, — каковы результаты диагностики?

Я тяжело сглотнул и сделал шаг вперёд.

— Я думаю, проблема именно в Астре,— я старался говорить твёрдо, но голос предательски дрожал. — Поэтому мне нужно сначала… осмотреть её... её состояние. Сбои в жизнеобеспечении связаны с её... с её сектором.

Андроид пристально посмотрел на меня. Я почувствовал, как холодный пот ручьями льётся по моей спине. Только бы он не понял, что я вру…

— Интересная теория, — медленно произнёс он. Мне показалось, что время остановилось. — Действительно, последние показания из сектора А были нестабильными. Хорошо, Эдуард. Приступайте.

С моих плеч словно гора свалилась. Андроид опять нажал кнопку на столе и велел цилиндру проводить меня.

Задыхаясь от всего возможного спектра эмоций, я буквально летел по коридору, стараясь не отставать от робота. Ещё минута, может две — и я, наконец, увижу её!

Робот остановился у очередной двери без таблички. Дрожащей рукой я открыл её и я увидел.. огромный зал. Размером с несколько школьных спортзалов. Вдоль стен — стеллажи с пухлыми папками, а на полу — что-то вроде бетонных прямоугольных блоков, размером метр на два. Ну или около того. Я пересчитал, их было десять. Между блоками приличные расстояния, и от каждого отходят какие-то кабели и пучки проводов. Запах ананасов здесь почти нестерпимый. Видимо, из-за этого весь бункер провонял ими.

Я огляделся — никаких следов хоть какой-то жизни.

— Астра, — тихо позвал я.

В ответ только слабое гудение оборудования и шум вентиляции.

— Астра, это я, — сказал я громче. — Я пришёл за тобой. Где ты?

Ничего.

Отчаяние накатило волной. Глаза набухали и горели. Неужели это конец? Я столько прошёл, рискнул всем, а теперь стою в огромной бетонной коробке с сумасшедшими роботами неизвестно где и не знаю, что делать дальше. Я сел на корточки и заплакал.

Не знаю, сколько прошло времени. Моё сознание как будто отключилось. Очнулся я от холодного прикосновения чего-то металлического. Открыл глаза — цилиндр тыкал мне в ногу какой-то железякой с дырочками.

— Ты чего? — всхлипнул я, утирая слёзы.

— Вы забыли ключ, товарищ Миронов, — ответил робот своим механическим голосом.

— Да катись ты со своим ключом! — не сдержался я. — Мне нужна Астра! Понимаешь? Астра! Где она? Что вы с ней сделали?

Цилиндр отъехал на пару сантиметров, мигнул лампочками и направился к одному из блоков. Каким-то образом впихнул в его стенку железяку и вдруг… бетонные стенки с мерзким скрипом разошлись в стороны! Я замер, не веря своим глазам — внутри белел какой-то кокон или саркофаг.

На негнушихся ногах я подошёл ближе — похоже на какую-то капсулу с прозрачным окошком. Страшная догадка на мгновение парализовала тело, а после я молнией прильнул к стеклу, покрытому слоем какой-то тёмной пыли. Рукавом халата я протер поверхность и… чуть не упал, осознав, что увидел.

Внутри, в мутноватой жидкости, колыхалось лицо. Лицо девушки. Обычной девушки — без мутаций и особенностей. Длинные русые волосы, сомкнутые ресницы, слегка приоткрытые губы, едва заметная улыбка. Она выглядела так мирно, так спокойно. Она спит? Или…

Я отшатнулся, стараясь справиться с паникой. Что это за место? Что здесь происходит?

Цилиндр опять подъехал ко мне и заговорил… голосом Астры!

— Привет, Снежок. А ты милый. Я бы обняла тебя, но не могу. Я вообще ничего не могу. Но я рада, что ты решил зайти в гости, — она хихикнула. Беззаботно и радостно, как делала обычно.

Не отрываясь, я пялился на цилиндр.

— А… Астра? — прошептал я. — Это правда ты?

— Конечно, нет, — она снова прыснула смехом. — Ты смотришь на служебного робота-помощника. А я лежу рядышком. Точнее, моё тело там лежит.

— Но… как? Кто ты?

— Астра. Меня правда так зовут. Прости, свою фамилию я не помню.

— Ты человек?

— Ну, конечно. Просто немножко неподвижный, — её голос погрустнел, но в нём не было отчаяния. Будто она давно смирилась с этим.

— Я не понимаю… Кто это с тобой сделал? Как помочь тебе?

— Мне уже помогают, Снежок.

— Кто? Чокнутый андроид в кабинете? Или эта банка на колёсиках?!

— И они тоже. Понимаешь, я… я участвую в экспериментальной программе, которая была запущена в конце 21 века. Программы по лечению детей с неизлечимыми болезнями, — она сделала паузу, а я не верил своим ушам. — Я… Мы все здесь больны, Снежок. Были больны. Рак, генетические заболевания, дегенеративные болезни мозга... Но мы ещё живы. Значит лечение действует. Наверное, скоро я смогу покинуть свою капсулу.

Меня затрясло:

— Астра, здесь больше нет людей, понимаешь? — сбивчиво пробормотал я. — Твоя программа закрыта!

Она ответила не сразу.

— Откуда ты знаешь? Я и раньше их не видела. С момента, как уснула. Не знаю, сколько я спала. Меня разбудил Куратор. Он заботится о нас, поддерживает жизнедеятельность наших тел. И знаешь, здесь не так и плохо.

— Здесь — это где? В Припяти? В городе, убитом радиацией?

— Припять — идеальное место для нашего проекта. Радиация — идеальный источник питания для наших капсул и часть лечения. Я всего точно не знаю, прости, объясняю как могу.

Голова кружилась от её слов. Всё казалось нереальным.

— Я всё равно не понимаю… Почему я тебя слышу?

— Это самое простое, — она как будто улыбнулась на последнем слове. — Моё сознание, как и у всех других ребят, подключено к Куратору. Он нас обучает, развивает, развлекает. Создаёт для нас целые виртуальные миры.

— Но ты... ты же была в сети. Я с тобой общался!

— Я нашла способ иногда вырываться наружу. Проникать в сеть. Но ошибку обнаружили. Я пыталась снова обойти протоколы, но сделала это слишком заметно. Не хотела, чтобы Куратор узнал о тебе. Стыдно признаться, но я боялась, что он всё тебе расскажет. Поэтому оставила записку. Хотела попрощаться.

Робот замолчал. Я стоял среди бетонных саркофагов, не зная, что сказать. Вся эта история казалась кошмарным сном.

Неизвестная дата

Запись добавлена в дневник

Я всё ещё здесь — в этом странном месте ожившего прошлого. Астра тоже. Куратор разрешает нам общаться. Это хорошо. Я помогаю ему восстановить систему. Думаю, что делать с Астрой.

Я ещё не принял окончательного решения, но в любом случае, это будет только мой выбор.

P.S. Мама, Макс, я вас люблю. Надеюсь, скоро увидимся.

Системное сообщение:

Сотрудник зарегистрирован.

Восстановление Протокола 12 запущено.

Проект «Астра» возвращён в активную фазу. Идентификатор: Astra-03. Обнаружен.

Изъятие сознания — разрешено.

Использование вне зоны — разрешено.