Звездные войны: Искажение судьбы

Часть 1. Система Денеба. За 6 дней до катастрофы у D56XY48.

Дверь в тюремный отсек открылась с легким шипением. По обе стороны от нее стояли два имперских штурмовика в белых доспехах. Они были приставлены охранять пленницу. Слабый свет в отсеке освещал помещение лишь частично, отбрасывая резкие тени на металлические стены.

Внутрь отсека вошел мужчина в форме имперского офицера. Он был среднего роста со строгим и сконцентрированным выражением лица. Пять красных квадратов и пять синих на его шевроне говорили о том, что он был в звании адмирала имперского флота. Он сделал несколько размеренных шагов вперед, его руки были сцеплены за спиной, взгляд — холоден и изучающий.

— Что ж, командующий Солей, я даже рад вас снова видеть на борту своего корабля, особенно в таком незавидном положении.

Пленница была прикована по рукам и ногам к вертикальной, слегка наклоненной плите, на которой обычно размещали особо опасных преступников Империи либо использовали для проведения допросов с пристрастием. Светлые волосы струились по ее плечам, а пронзительный взгляд ее зеленых глаз был направлен на вошедшего в камеру адмирала.

— Я смотрю, вы быстро продвигаетесь по служебной лестнице с тех пор, как несколько лет назад перешли на сторону мятежников, — добавил имперец.

— Вашими стараниями, адмирал Таркин. После убийства генерала Ранна я продолжаю его миссию по очищению этой галактики от имперского гнета и таких, как вы.

— Почему вы называете это убийством? Ведь генерал погиб в сражении, как и подобает настоящему солдату. В этом нет никакой несправедливости.

— Он попался в ловушку вашего флота, поверив в лживую информацию о бедствии в колонии на луне Аласпина.

— Это называется военной хитростью, и она помогала Империи выигрывать огромное количество сражений.

— Хорошо, что сейчас дни вашей Империи сочтены. После уничтожения второй Звезды Смерти и гибели Императора вместе с лордом Вейдером жалкие осколки вашей власти больше не будут держать народы галактики в страхе и подчинении. Эти бессмысленные убийства и геноцид наконец прекратятся.

— Не будьте так наивны, командующий Солей. Подчиниться — это еще не значит умереть. Ваше руководство промывает мозги людям сладкими словами о справедливости и равноправии, которого нет и быть не может! В каждом вашем политике фальши больше, чем во всем имперском совете вместе взятом. Вы просто прикрываете свои меркантильные цели ширмой демократии. И все ваше равноправие и мир закончатся ровно там, где разойдутся интересы очередных политиков.

— Вы совсем потеряли веру в благородство, находясь на службе Императора, адмирал.

— Может быть и так, но в вас, похоже, осталось одно лишь безрассудство, если вы понадеялись в одиночку проникнуть на мой корабль в надежде получить данные о проекте. Но можете не беспокоиться, в любом случае вы не нашли бы здесь никакой информации о местонахождении нашей лаборатории.

В этот момент дверь в камеру вновь открылась, и в отсек ворвались еще четыре штурмовика. Несколько точных выстрелов — и оба охранника, рухнули на пол, их броня обуглилась в местах попадания выстрелов. Таркин инстинктивно потянулся за бластером, но удар прикладом в спину, а затем по ноге заставил его коротко вскрикнуть, и он рухнул на колено. Резкая боль стиснула его зубы, но он не позволил себе выдать слабость.

Перед ним, освобожденная от пут, стояла Солей, в руках которой был бластер, снятый с мертвого штурмовика.

— Если бы я хотела явиться сюда одна, я бы прилетела на истребителе! — с легкой насмешкой сказала она. — Все-таки вы так и остались самоуверенным солдафоном, Таркин, несмотря на чин адмирала!

Ее люди быстро осмотрели помещение. Один из них, видимо, офицер, подошел ближе и доложил:

— Командующий, коридор чист. Мы можем уходить.

Солей окинула Таркина оценивающим взглядом. Ей не хотелось его убивать — плененный адмирал мог быть полезным. Да и рука не поднималось делать это с обезоруженным человеком, который в добавок ко всему прошлом был ее командиром. Она сделала шаг вперед, вплотную приблизившись к нему.

— Видите, адмирал, ваша Империя уже проиграла, даже если вы не хотите этого признавать, — ее голос звучал спокойно, но в нем было нечто угрожающее. — Вы всегда верили в порядок и силу, но ваш порядок дал трещину, когда силы стало недостаточно. Надеюсь вы еще сможете это осознать.

Она резко развернулась, жестом приказав своим людям следовать за ней.

— Заприте адмирала в камере! Тюремный блок очищен?

— Так точно, командующий.

— Тогда не теряйте времени нам нужно успеть выгрузить из бортового журнала трек гиперпространственных прыжков этого корабля.

— Дирен уже занимается этим, терминал в КПП блока в рабочем состоянии.

Один из бойцов бросил на пол маленькое устройство — активировавшийся глушитель связи. Это давало им дополнительное время на отход. После чего дверь в камеру была закрыта. Адмирал остался внутри.

Часть 2. Путь спасения.

На контрольно-пропускном пункте тюремного блока царила тишина, нарушаемая лишь мерцанием красных ламп тревожного освещения. Два рабочих места, предназначенные для операторов, пустовали, а рядом с ними на полу безжизненно лежали тела двух имперских офицеров и нескольких штурмовиков. Следы ожогов от бластерных выстрелов на броне и стенах говорили о том, что схватка была короткой, но довольно ожесточенной.

За одним из рабочих мест сидел мужчина в белых доспехах имперского штурмовика. Однако форма была лишь прикрытием — это был Дирен, член диверсионной группы Солей. Его шлем лежал на столе рядом с консолью, обнажая сосредоточенное лицо. Его пальцы быстро бегали по интерфейсу терминала, а в руках он держал маленький технический дроид, напоминавший желтую пластиковую коробку с экраном и парой манипуляторов. Это TD12 — узкоспециализированный дроид с искусственным интеллектом, предназначенный для работы с закрытыми информационными системами.

— TD12, ты уже нашел данные по треку гиперпрыжков корабля? — спросил Дирен, вглядываясь в символы на дисплее.

Дроид был подключен к терминалу через специальный разъем, который периодически вращался по часовой стрелке, считывая и передавая данные. Экран мигнул, дроид издал серию коротких писков. Дирен бросил взгляд на текстовый ответ:

«Выделение трека гиперпространственных прыжков затруднено. Предлагается загрузка полного бортового журнала. Оставшееся время: 1 минута 54 секунды».

Дирен обратился к Солей:

— Командующий, выделение трека займет слишком много времени. Дроид выгружает весь бортовой журнал, осталось чуть меньше двух минут.

Солей нахмурилась, напряженно глядя на экран настенного дисплея, который показывал общее состояние корабельных систем, примыкавших к тюремному блоку. Хотя тревога еще не была объявлена, задерживаться здесь было опасно.

— Поторопитесь. Как только данные будут получены, мы уходим. Долго оставаться на этом корабле — слишком рискованно, — сказала она, бросая быстрый взгляд на окружающих.

Она повернулась к одному из бойцов — молодому офицеру с коротко стриженными темными волосами.

— Лейтенант, вы знаете путь к ближайшему ангарному отсеку?

— Да, командующий. Мы тщательно изучили схемы корабля во время подготовки к миссии, — кивнул лейтенант Солк.

— Шаттл, на котором мы прибыли, наверняка сейчас усиленно охраняется. Взять на прокат другой имперский челнок будет гораздо проще, — сказала Солей в ответ. — На борту десятки таких машин, и никто не заподозрит неладное, пока не будет слишком поздно.

Солк коротко кивнул, соглашаясь с планом. Пока он следил за коридором, Дирен вновь сосредоточился на терминале, наблюдая за процессом загрузки. Прошло еще несколько напряженных мгновений, прежде чем TD12 издал длинный звуковой сигнал, сообщая о завершении операции.

«Бортовой журнал успешно загружен. Данные зашифрованы. Данные сохранены»

— Готово! — Дирен отключил дроида от терминала и аккуратно убрал его в отсек на поясе. — Мы можем идти.

Солей кивнула и дала сигнал к отходу. Группа начала двигаться по коридору, покидая тюремный блок. Лейтенант Солк шел впереди, держа бластер наготове и внимательно осматривая повороты. Солей и оставшиеся бойцы следовали за ним. Дирен замыкал отряд.

Часть 3. Бегство.

Группа диверсантов добралась до ангарного отсека спустя несколько напряжённых минут передвижения по внутренним коридорам корабля. Несмотря на присутствие нескольких имперцев по пути, им удалось избежать столкновений, используя укрытия и повороты коридоров. Вскоре перед ними оказалась массивная дверь, рядом с которой было широкое окно. Сквозь него был виден просторный ангар. Внутри виднелось около десяти шаттлов типа "Лямбда", выстроенных в ряд. Вдоль ангарного помещения сновали техники, а неподалёку стояли штурмовики-часовые, внимательно следившие за порядком.

Первыми в ангар шагнули трое бойцов, облачённых в белую броню штурмовиков. Лара Солей следовала сразу за ними, а ещё двое замыкали отряд. Они шли уверенно, не привлекая к себе лишнего внимания, словно обычный патруль, выполняющий поставленную задачу. Без лишних слов и движений группа направилась к ближайшему шаттлу.

Все пятеро вошли внутрь по спущенному в нижней части корабля трапу. Кабина управления была небольшая, рассчитанная на двоих человек, но с возможностью оперативного управления одним пилотом. Грузовой отсек довольно просторный с местами для пассажиров. Бойцы разместились в нем, держа оружие наготове на случай экстренной ситуации. Дирен быстро занял место капитана, проверяя основные системы.

— Запускаем двигатель, — тихо сказал он, активируя стартовую последовательность.

Звук работы реактора постепенно нарастал, и вскоре шаттл начал медленно подниматься. Он плавно оторвался от ангарного пола, направляясь к вылету.

— Шаттл "Эклипс-7", доложите полётную программу, — раздался голос диспетчера в бортовой связи.

Лара и Дирен переглянулись. Они продолжали движение, игнорируя вызов.

— Шаттл "Эклипс-7", это ангарный контроль. Повторяю, доложите полётную программу, — голос диспетчера стал напряжённым.

Несколько долгих секунд в эфире стояла тишина. Внезапно голос диспетчера вновь прорезал пространство:

— У нас перебежчики! Ангар номер два! Повторяю, у нас перебежчики! Доложите капитану и адмиралу Таркину!

В это время в рядах Империи действительно наблюдалась волна дезертирства. Многие военные, узнав о гибели Императора и лорда Вейдера, начинали терять веру в систему и искать пути к спасению. Экипаж "Неумолимого" знал об этих слухах, поэтому самым логичным было предположить, что "Эклипс-7" просто попытался дезертировать.

Однако у командования не было намерения отпускать беглецов. Массивные шлюзовые створки ангара начали медленно смыкаться, стремясь отрезать путь к свободе.

— Быстрее, быстрее, вылетаем отсюда! — скомандовала Лара, её голос был полон напряжения.

Дирен не заставил себя ждать. Он резко увеличил тягу, и шаттл рванул вперёд, мчась к выходу на полной скорости. Щель между створками стремительно уменьшалась, но корабль проскользнул в последний момент, едва не задев обшивку.

— Остановить дезертиров! — раздался в эфире голос офицера с мостика.

В этот же миг тревога охватила весь корабль. Вслед за беглецами развернулись турболазерные батареи, и в космосе заискрились первые выстрелы. Зеленые лучи лазеров пронеслись в опасной близости от шаттла, но пилот удерживал его на сложной траектории, препятствуя прицельном огню.

— Щиты держат, но долго мы так не протянем! — крикнул один из бойцов, следя за показателями.

Однако еще большую угрозу сейчас представляли не турболазеры, а проекторы лучей захвата. Один из них уже поймал шаттл, замедлив его движение. Ещё пара попаданий — и прыжок в гиперпространство станет невозможным.

— Дирен, маневрируй как можно ближе к корпусу! — скомандовала Лара.

Пилот направил шаттл ближе к корпусу "Неумолимого", используя его габариты как прикрытие от орудий. Это было рискованно, но позволяло минимизировать попадания.

— Лучи захвата начинают нас фиксировать! — раздалось с места управления.

— Нам нужно ещё немного времени! Гипердвигатель почти готов к прыжку! — выкрикнул Дирен.

Очередной выстрел ударил по корпусу шаттла, вызвав небольшую перегрузку систем. Щиты мигнули, индикаторы начали тревожно мигать. После чего навигационный компьютер ушел в перезагрузку. Прыжок откладывался.

— Командующий, мы так долго не продержимся! — голос одного из бойцов прозвучал сдавленно.

— Выходите на связь с «Небесным соколом» на оговоренной частоте. — скомандовала Солей

Через пару секунд, ввода данных частоты, коммуникация была включена

— Макс, это Лара. Нам требуется помощь! Срочно вылетайте!

— Так точно, мы готовы к прыжку, быстро ответил Макс.

Часть 3. Миссия завершена.

Спустя считанные секунды пространство рядом со звёздным разрушителем внезапно взорвалось от появления массивных очертаний огромного крейсера. Вслед за ним из гиперпространства вышли два корелианских корвета и несколько звеньев истребителей.

— Прикрытие прибыло, — выдохнул Дирен, отчаянно удерживая шаттл на курсе.

Не теряя времени, крейсер, корветы и эскадрильи истребителей тут же бросились в бой, обрушивая шквал огня по «Неумолимому». Взрывы потрясали дефлекторные щиты разрушителя, вынуждая его экипаж сосредоточиться на защите. Красные и зелёные лучи переплетались в пространстве, словно хаотичный смертоносный узор. Один из корветов ловко маневрировал, выходя в фланг «Неумолимого» и пытался нанести прицельные удары по узлам оружейных систем.

— Полный ход к «Небесному соколу»! — скомандовала Лара.

Пилот перевёл двигатели на предельную тягу, и шаттл рванул вперёд, оставляя позади ослабевшие лучи захвата. Турболазерный огонь ещё следовал за ними, но теперь большую часть огневой мощи «Неумолимый» перенаправил на флот прикрытия. В иллюминаторы можно было видеть, как звенья истребителей рассыпались в атакующих манёврах, ведя напряжённый бой с патрульными тай-файтерами имперцев.

— Макс, мы на подлёте! — крикнула Лара в коммуникатор. — Готовьте ангар, прыжок сразу после посадки!

— Понял вас, ангар открыт. Ждём, — раздался в ответ голос капитана «Сокола».

Шаттл лавировал между вспышками разрядов, проносился мимо охваченных огнём истребителей, стремясь к спасению. «Небесный Сокол» уже разворачивался для прыжка, готовясь мгновенно покинуть зону сражения.

— Ещё немного… — пробормотал Дирен, выравнивая курс.

В этот момент последний турболазерный выстрел «Неумолимого» прошёл в опасной близости, но шаттл успел нырнуть в ангар крейсера, боковые стабилизаторы едва не задели входной шлюз. После того как корабль оказался внутри, за ними вспыхнула серия взрывов от вражеского огня, но они уже были остановлены дефлекторным щитом крейсера.

— Есть контакт! — крикнул один из членов экипажа «Небесного сокола».

— Прыгаем! — приказал Макс.

В следующую секунду пространство вокруг корабля искривилось, и крейсер, сопровождаемый корветами, растворился в голубых всполохах гиперпространственного скачка.

— Мы ушли… — произнёс Дирен, тяжело откинувшись на кресле.

Ангар наполнился шумом работающих систем охлаждения и шагами встречающей группы. Служебные дроиды подкатили к шаттлу, сканируя повреждения корпуса. Макс, молодой мужчина с короткими тёмными волосами, шагнул вперёд, глядя на Лару.

— Рад вас видеть целыми, — сказал он, радостно пожимая ей руку.

— Мы потеряли Ристона, но миссия выполнена, — ответила Солей. Её голос был хриплым от усталости. — У нас бортовой журнал «Неумолимого».

Макс издал тихий свист.

— Если нам удастся расшифровать его, то мы получим все маршруты движения этого корабля.

Лара кивнула. Её взгляд оставался холодным и сосредоточенным несмотря на усталость после миссии.

— Среди точек следования «Неумолимого» наверняка есть Периметр-47 — секретная база, где Таркин ведёт разработку нового оружия. Нам нужно отправить разведывательные зонды в каждую из этих полученных точек. Как только расшифруем журнал, отправляйте их немедленно.

Макс обменялся взглядами с офицерами и кивнул.

— Я займусь этим.

Лара оглянулась на свою команду. Они были измотаны, но в их глазах горел огонь. Эта операция была только началом. Им предстояло сделать следующий шаг и сорвать планы империи по разработке оружия которое помогло бы ей переломить ход войны в свою пользу.