Звёздный адмирал

Граница разною бывает — порой коварна и хитра,

Лишь только тот о ней не знает,

Кто не служил там никогда.

Граница грозною бывает для тех, кто хочет навредить.

Кто там служил, тот точно знает,

Что тишину, покой заставы порой не просто сохранить.

Граница разною бывает,

Но память воинам хранит,

Тем, кто погиб не ради славы, а думал о друзьях своих.

И только тут сумеют парни пройти проверку на любовь:

К Отчизне, матери, невесте, к земле своей – какая есть.

Будь твёрже, зорче, пограничник,

Не забывай свой долг и честь.

И на приказ: «В ружьё, застава!»

Короткое ответишь: «Есть!»

(«Граница». Автор: Любовь Кызыма)

2195 год космической эры.

Человеческая Конфедерация. Граница.

Созвездие Стрельца - Каус Аустралис.

Флагманский линкор «Протектор».

Каюта адмирала И.Н. Любина…

Кряжистый старик, под два метра роста, в военной форме с теплотой смотрел на голограмму молодой женщины. В его блекло-голубых глазах, которые выцвели с возрастом, была улыбка.

— Деда. Не забудь. Ты обещал. Что будешь на моей свадьбе. И не опоздаешь! — сказала голограмма.

— Дашенька, я уже дал тебе слово адмирала. Как я могу его нарушить? — посмеявшись, ответил адмирал Иннокентий Николаевич Любин.

«Какой же красавицей она выросла! Вся в бабку!» — Пригладив жесткий ежик седых волос, адмирал хмыкнул в пышные усы.

— Не надо мне тут смеяться! Когда я была маленькая, ты каждый раз обещал присутствовать на моих днях рождениях! А в итоге что?! Можешь не отвечать… Ты появился только два раза… Когда мне исполнилось восемь и двенадцать! — возмущенно произнесла голограмма Дашеньки.

— Внучка, ты уже не маленькая и должна понимать, что мой долг превыше всего, — жестко сказал адмирал. — Твоя свадьба через полгода, а я уйду в отставку через три месяца. Так что не волнуйся, буду я на свадьбе любимой егозы.

— Тебе уже сто восемьдесят три года! Давно пора на пенсию. Но нет, ты продолжаешь эту службу… Из-за нее ты не смог попрощаться с бабушкой. Похоронить сына. И даже побыть хорошим дедом тебе не удалось… — пробурчала Даша.

Иннокентий Николаевич на эти обвинения мог лишь тяжело вздохнуть. Он был плохим мужем, плохим отцом и плохим дедом. И самому себе адмирал мог честно в этом признаться. Но выбора не было — кто если не он будет охранять человечество? Было много отличных офицеров и просто солдат, которые посвятили себя и всю свою жизнь защите Конфедерации. И он, адмирал Любин, был одним из них!

— Прости, деда. Я не должна была этого говорить… Не должна была бередить раны…

— Все в порядке. Ты правильно сказала. И именно поэтому я не брошу тебя в этот важный день! Кто же поведёт такую егозу, как ты, к алтарю кроме ме…

Не успел Иннокентий Николаевич договорить, как в каюте замигали красные огни и раздался противный сигнал тревоги.

— Ладно, внученька, у меня появились важные дела! Так что пора заканчивать разговор, — нахмурил кустистые брови адмирал.

— Дед, это что-то серьезное? Все же будет в порядке? — взволнованно сказала голограмма девушки.

— Отставить панику! Это обычная учебная тревога, — солгал адмирал. — У меня появились дела, так что, Дашенька, честь имею!

— Пока, деда!

Голограмма погасла и звучный голос адмирала раздался в каюте.

— ИскИн, доложить обстановку.

— Господин адмирал. В двух световых днях по координатам 12.4758, 73.1188 датчики засекли прокол пространства-времени, — в каюте Любина прозвучал приятный женский голос искусственного интеллекта корабля.

«Интересно… Это кто к нам пожаловал? Кто такой наглый?»

— Тип кораблей определили? — поинтересовался Иннокентий Николаевич.

— Они еще не вышли из гиперпространства.

Адмирал нахмурился еще сильнее. Пружинисто встав с кресла, он твердым шагом направился на капитанский мостик, он же — командный центр. Двери шлюзов перед ним автоматически открывались.

В командном центре царило спокойствие. Все офицеры находились на своих местах: навигаторы следили за пространством; бортинженеры проверяли аппаратуру; артиллеристы наводили оружие; заместитель ждал адмирала.

Любин прошелся по мостику и занял свое кресло. К нему подошел заместитель, вице-адмирал Джонс, и стал молча ждать приказов.

— Объявить всему пограничному флоту боевую готовность №2. Боевое построение — “свободное”, — отдал приказ адмирал.

Джонс молча кивнул и стал передавать распоряжение через наручный коммуникатор. Иннокентий Николаевич внимательно следил за эволюциями звездного флота на своем голографическом экране и был доволен его действиями.

Происходило что-то странное и это не нравилось адмиралу. Обычно когда появлялся “прокол”, то космические корабли покидали гиперпространство в течение одной минуты. Сейчас прошло уже более пяти минут и никто не появился. И это было очень странно.

Спустя еще пару минут из гиперпространства начали выходить боевые корабли империи Таг’гед. Первым появился тяжелый крейсер — огромный шарообразный корабль, размером больше “Протектора”. Затем второй, третий. В общей сложности из “прокола” вышло семь тяжелых крейсеров и все они находились в плачевном состояние, явно пережили тяжелый бой. Вслед за тяжелыми из гиперпространства вышли легкие крейсеры, эсминцы, фрегаты, корветы, бриги. И не было ни одного целого.

— Сделать предупредительный выстрел из фазового оружия и потребовать объяснения, — отдал распоряжение адмирал.

Один из крейсеров пограничной флотилии произвел залп, который уничтожил крупный метеорит вблизи незваных гостей.

Тяжелые крейсера империи Таг’гед стали занимать оборонительное построение, к ним присоединились легкие и другие звездолеты.

— Адмирал! Пришел ответ, — вытянулся вице-адмирал Джонс, ожидая разрешения, и получив кивок, продолжил. — Это группа сопровождения третьего принца. По пути на них напали и они чудом спаслись, совершив экстренный прыжок в гиперпространство. Им потребуются двое суток на ремонт и как только они его совершат, то сразу покинут нейтральное пространство!

«Хм… Слишком большой эскорт даже для принца… Бог с ними, с этими ксеносами. Кто вообще знает, что у них твориться в голове? Наши силы превосходят их в пять раз. К тому же у них только подбитые корабли. Проблем они доставь не должны», — размышлял Любин.

— ИскИн, доложить в штаб текущую ситуацию, — и уже тише адмирал добавил. — Посмотрим, что скажут эти кабинетные крысы…

Любин спокойно следил за ситуацией и ждал ответа из штаба. А тем временим по кораблям Таг’гедов начало ползать множество ремонтных дронов.

— Господин адмирал, пришел ответ из штаба. Они связались с посольством Таг’гедов и те подтвердили, что это третий принц с эскортом. Также штаб приказал внимательно следить за обстановкой, — прозвучал приятный голос ИскИна.

— Всему пограничному флоту внимательно следить за нашими “гостями”! Если кто-нибудь заметит какие-нибудь странности, то сразу связываться со мной лично. Обращать внимание на любые мелочи! — приказал Любин. — И не забудьте отправить сообщение Таг’гедам, что мы будем терпеть их присутствие в течение двух суток. По истечению которых, если они не покинут наши границы, мы уничтожим их.

Иннокентий Николаевич отправился к себе в каюту для отдыха. Распоряжения он отдал и оставалось только ждать. В душе адмирал надеялся, что все будет благополучно, но червячок сомнения не давал расслабиться и грыз душу бывалого флотоводца.

Первые сутки прошли спокойно и можно было бы уже отпустить тревогу, но странное шарообразное построение не давало покоя. Что происходило внутри? Он не знал. Датчики не могли пробиться сквозь выстроенное общую энергозащиту…

Вроде бы они так защищают имперского принца, но пограничный флот не собирался нападать и их действия выглядели излишними. А еще ремонтные дроиды очень лениво чинили корабли. Это все вместе кричало о странности всей ситуации.

— Адмирал. Капитан 1-го ранга Цзы Юй докладывает, что нашла аномалию, — прозвучал голос ИскИна.

— Немедленно соединить меня с капитаном 1-го ранга Цзы! — взволнованно приказал адмирал.

Через несколько секунд перед Иннокентием Николаевичем появилась голограмма миниатюрной азиатки. Она вытянулась, отдала честь и молча ждала разрешения, чтобы доложить.

— Докладывай, Юй.

— Господин адмирал! Как вы знаете, на моем легком крейсере недавно поставили экспериментальные сканеры. Один из бортинженеров решил проверить его в полевых условиях, да и случай удачный выдался. Так вот, датчики обнаружили, что энергетические щиты Таг’гедов в полном порядке! И имеют стопроцентный запас прочности. А при таких внешних повреждениях этого просто не может быть! — отрапортовала капитан 1-го ранга.

— Это довольно странно… То есть они нам солгали и в этом участвовало даже посольство, — пробурчал адмирал. — Вы молодец, капитан 1-го ранга Цзы! Это очень ценная информация! И обязательно наградите этого бортинженера.

Отключившись, Любин быстрым шагом направился на командный мостик. Включил общую связь и начал отдавать распоряжения:

— Приказ всему флоту! Боевая готовность №1. Построение “Вихрь”. Свяжитесь с Таг’гедами и потребуйте объяснений. Отправить также новые данные в штаб.

Вся пограничная флотилия пришла в движение. Боевые корабли совершали один манёвр за другим, занимая нужные позиции.

— Адмирал! Мы не получили ответа от Таг’гедов. Мы несколько раз отправили запрос — они нас игнорируют! А Штаб попросил не спешить и ждать указаний, — отчитался вице-адмирал Джонс.

— Плевать мне на этих штабных крыс! Перед нашим носом устроили диверсию, и противник что-то замышляет и готовит! А эти имбецилы просят нас подставить теперь и левую щеку!? Да хрен им! — возмутился Любин. — Приказываю левому флангу открыть огонь по Таг’гедам! — прорычал Иннокентий Николаевич.

Пятерка тяжелых крейсеров, пятнадцать легких крейсеров и другие корабли открыли огонь из всех орудий: лучевых, фазовых, кварковых, гравитационных и других. Энерго-щиты противника с легкостью выдержали массированный обстрел.

— Щиты Таг’гедов просили меньше чем на одну десятую процента, — доложил один из офицеров. — С такими темпами нам понадобится около двадцати часов, чтоб пробить их!

«Они просили двое суток для ремонта… Что можно сделать за это время?! И для чего им оно нужно?! — размышлял Любин. — Что они могли замыслить? Если только не…»

Вскочив с места, Иннокентий Николаевич приблизил изображения шарообразной обороны, покрутил его, ввел сначала одни данные, затем другие, подставил размеры и побледнел.

— ОНИ СТРОЯТ ПРОСТРАНСТВЕННЫЕ ВРАТА! — раненым зверем заревел адмирал. — Немедленно доложить в штаб! Это ВОЙНА! Всему флоту! Открыть огонь из всех орудий! Их надо уничтожить любой ценой!

Вся пограничная флотилия открыла огонь из всех орудий. Время медленно шло и спустя полчаса массированной атаки щиты противника просели только на два с половиной процента.

«Мы не успеем, — горько заметил адмирал. — Переброска и стягивание войск займет несколько дней, и за это время Таг’геды успеют перебросить достаточно войск и закрепиться… Будет огромное количество жертв…»

Выхода из этого положения практически не было… Имелась только одна возможность, которая со стопроцентной гарантией решит этот кризис, но Любин пытался о ней не думать. Семнадцатый пограничный флот Конфедерации продолжал атаковать надеясь перегрузить щиты противника. Шло время и стала понятно, что чуда не случится. Враг все хорошо рассчитал.

— ИскИн, включи оповещение для всех офицеров и матросов «Протектора», — надломленным голосом сказал адмирал. Встав с капитанского кресла, Любин заложил руки за спину, набрал воздуха в легкие и обратился ко всему экипажу. — ЗАЩИТНИКИ! Нас поимели как детей! Да каких детей!? КАК ШЛЮХ! ГРЯЗНО И ТОЛПОЙ! С текущей скоростью, мы не успеем уничтожить энергетические щиты врага и не дать построить пространственные врата… Остается только одна возможность — использовать протокол “Божественный ветер”. Только высшие чины знают, что это за протокол. И сейчас я вам открою эту тайну. На каждом военном космическом корабле 1-го ранга и выше есть система самоуничтожения… Она дестабилизирует энергетическое ядро корабля и создает взрыв такой мощности, что может уничтожить карликовую звезду! Но есть и огромный минус, как только запускается протокол, все управление переходит в ручной режим… Вы должны понимать что это значит?! Каждый член «Протектора» давал присягу и сегодня мы исполним СВОЙ ДОЛГ! МЫ УМРЕМ! НО ЗАЩИТИМ КОНФЕДЕРАЦИЮ! — Иннокентий Николаевич перевел дыхание и продолжил. — Даю каждому члену экипажа полчаса для записи сообщения своим близким. Через это время КАЖДЫЙ должен быть в парадной форме на своем месте!

Адмирал Любин посмотрел на бледные лица офицеров, каждому заглянул в глаза и не увидел в них страха.

«Это мои орлы! Ни одного труса!» — гордость переполнила душу адмирала.

Первым покинул командный центр Иннокентий Николаевич. Уже в своей каюте он посмотрел на коммуникатор и решил не тянуть “коты за яйца”:

— Даша, я вновь должен нарушить своё обещание… Я все понимаю, но у меня нет другого выбора! Либо я исполню свой долг, либо будет большая война. Война в любом случае будет, но я могу предотвратить ОГРОМНОЕ количество жертв… И я сделаю это! Скорее всего это мои последние слова. И я хочу чтобы ты знала. Я горжусь тобой! Ты должна прожить счастливую жизнь! Люблю тебя!

Сделав запись, Иннокентий Николаевич надел парадную форму, поправил боевые награды и отправился в командный центр. Прибыл он первым, сел в свое кресло и стал ожидать остальной офицерский состав.

Вторым появился вице-адмирал Джонс, он также был в парадной форме и со всеми регалиями. В течение десяти минут прибыли все офицеры.

«Красавцы! Какие же они красавцы! Все до единого! Жаль только, что эти бравые офицеры не переживут следующие несколько часов…» — грустно подумал Любин.

— ИскИн. Включить общую связь со всем флотом.

— Выполнено.

— Товарищи! У меня нет выбора и придется запустить протокол “Божественный ветер”. Приказываю всем кораблям сделать все возможное, но прикрыть «Протектора»! Командование на себя возьмет вице-адмирал Судзуки! Честь имею!

Офицеры флота не понимали, что происходит, и только лица вице-адмиралов приобрели серо-зеленый оттенок.

Адмирал прикрыл веки и вздохнул. Осталось сделать только последний шаг.

— ИскИн, рассчитай координаты гиперпрыжка.

— Выполнено, адмирал.

— ИскИн! Запустить протокол “Божественный ветер”! — приказал адмирал.

— Требуется пароль!

— 00/7/914/альфа/стигма/643/5/0000/75/39/бета, — на одном дыхание произнес Любин.

— Пароль подтвержден! Дестабилизация ядра началась! Структура нарушена на 1%!

— Рассчитать координаты и совершить прыжок!

Линкор «Протектор» мигнул несколько раз и появился рядом формацией Таг’гедов. Раньше они были в глухой обороне и вообще никак не отвечали, но сейчас видимо что-то почувствовали и открыли огонь по флагманскому линкору.

— Структура ядра нарушена на 50%! Уровень энергии щитов составляет 70%!

— Структура ядра нарушена на 70%! Уровень энергии щитов составляет 50%!

— Структура ядра нарушена на 80%! Уровень энергии щитов составляет 30%!

— Структура ядра нарушена на 90%! Уровень энергии щитов составляет 20%!

Адмирал Иннокентий Николаевич Любин слушал отсчеты ИскИна и злорадствовал. Не успеют враги пробить щиты и уничтожить «Протектора»! Не суждено их коварным планам сбыться и за них обязательно отомстят!

— Структура ядра нарушена на 99%! Уровень энергии щитов составляет 5%!

Иннокентию Николаевичу Любину вспомнилось одно четверостишие и слова сами сорвались с его губ:

И мёртвый адмирал сойдёт со стен к свечам,

И пустотой зеркал наполнит свой бокал.

И в гробовой тиши провозгласит он тост

За упокой души, за вечную любовь!

(Отрывок из «Никогда». Автор: Агата Кристи)