Звёзды

Каждое лето родители привозили Наденьку к бабушке и дедушке в крошечную деревню Замятино. Обычно девочка проводила там около месяца, но иногда бывало, что и все два – родители были слишком заняты развитием своего дела и считали, что бабуля и дедуля всё же будут для их маленькой дочки лучшей компанией, чем опытная, но всё же чужая няня. Да и бабушка Марфа с дедом Матвеем души не чаяли в единственной внучке.

На удивление, дитя новых технологий в глухой деревушке не скучало. Наденька каждый день ходила с бабушкой в лес, где они вместе собирали грибы, ягоды и целебные травы. Потом варили варенье, делали закрутки, готовили диковинные настойки и натуральные лекарства, часть которых девочка потом увозила с собой в город и при любом недомогании напоминала маме и няне о бабушкиных снадобьях. И они зачастую помогали не хуже аптечных таблеток, а иногда и получше. Так, благодаря бабуле в свои восемь с небольшим лет Наденька уже знала все растения в лесу и всех живущих в нём животных и птиц.

— Всё вокруг нас живое, Надюша, у всего есть душа. – приговаривала бабушка Марфа, бережно прикасаясь к стволу старого дуба. – Вот, милая, потрогай деревце. Чувствуешь, какое сильное? Бури, шторма, грады пережило, всё ему нипочём. Оно слышит тебя. Ему можно доверить любые тайны, дуб никому не скажет.

И Наденька доверяла. Искренне, чисто, безоговорочно доверяла. Она с любопытством знакомилась со всем, что окружало её в деревне и в лесу. Время от времени к бабушке захаживали соседки, жаловались на житейские трудности, а та их успокаивала, предлагала отвары и напоследок, уже перед самым прощанием, незаметно вкладывала в руку каждой гостье маленькую, свёрнутую в несколько раз бумажечку. А на вопросительные взгляды внучки каждый раз отвечала: «Слово доброе лечит, Надюша, а мне добрых слов не жалко».

Подобно бабуле Наденьке хотелось дружить с рекой, ветром, со всеми растениями, животными и птицами. Вместе с бабушкой они свистели в ответ лесным пичужкам, спасали выпавших из гнёзд птенцов и мастерили кормушки – в последнем принимал участие даже дед Матвей, который обычно баловать внучку только рыбалкой и сладостями. Наденька не понимала, почему дед не смотрит на бабушку с таким же обожанием, как она. Как можно не смотреть, когда бабуля столько всего умеет!

Но самым любимым занятием в деревне Наденьки в деревне всегда были бабушкины гадания по звёздам. Когда опускалась ночи, они вдвоём выходили в большущий огород, откуда лучше всего виднелось небо, и долго-долго вглядывались в звёзды. Бабуля водила пальцем от звезды к звезде, что-то шептала, а потом мягко озвучивала внучке предсказание:

— Скоро подарок тебе будет, Надюша. – и ласково улыбалась.

На следующий день Наденька непременно находила на улице рублёвую монетку, получала от деда Матвея любимую шоколадку или угощалась мёдом на местной пасике. И каждый раз девочка на всех парах неслась к бабушке, чтобы поскорее поделиться, как сбылись её слова.

Но однажды что-то изменилось в Наденьке. На второй день после очередного приезда в деревню девочка перестала ходить с бабушкой в лес, наотрез отказывалась смотреть на звёзды и слушать предсказания. «Ба, это всё глупости!» — заявляла она всякий раз, когда бабуля снова предпринимала попытку разжечь во внучке былой интерес к гаданию. Бабушка Марфа удивлялась и, оставаясь в одиночестве, подолгу грустила из-за неожиданного отдаления внучки не в силах понять, что с ней стало. В первый день, ещё родители уехать не успели, Наденька уже рвалась в огород, а на уже на следующее утро была готова закатить истерику, лишь бы никуда не идти с бабушкой.

Перевоплощение же из Наденьки, разговаривающей с деревьями и звёздами, в Наденьку серьёзную, не верящую «глупости» произошло поздней ночью, когда и бабушка, и дедушка, будучи твёрдо уверенными, что их внучка сладко спит завели негромкий разговор.

— Мы завтра с утра с Надюшей в лес собираемся, пойдёшь с нами? – предложила бабушка Марфа.

— Не хочу. – сухо ответил дед Матвей и пояснил. – С тобой по грибы ходить невозможно. Вечно ты ерунду городишь, ещё и Надюхе голову забиваешь.

— Не хочешь – не ходи, а ерунду мою не тронь.

— Сходила бы ты с ума сама по себе, слова бы лишнего не сказал, но ты ведь и ребёнка за собой тащишь! Как на рыбалку ни пойдём, так начинается: «А я рыбке секрет расскажу»; «А можно я пока кустик поглажу?»; «А звёзды бабушке сказали…». Я то ей не говорю ничего, пока малая, пускай балуется. Но ты то баба взрослая, Марфа, я бы даже сказал, старая. Сама подумай: вырастет девка, а в голове так и останется дурь про говорящие звёзды. Как на неё люди смотреть будут? А кто её замуж возьмёт после таких россказней?

— И вовсе не дурь это. – вздохнула бабушка, понимая, что деда ей не переспорить. – Всё моё предсказанное сбывается, тебе ли не знать.

— Вот говорила бы ты чего конкретного: мол, найдёшь завтра по дороге в лавку купюру сторублёвую, а я бы на следующий день пошёл да и нашёл. Тогда бы да, тогда и верил бы. А то мутное всегда что-то бормочешь: «подарок», «благая весть» или что там у тебя ещё было, я уж не помню. Под это потом любую фигню приплести можно. Я и сам так предсказывать мог бы, будь моя воля.

— Ну а купюра не подарок что ли? — бабушка хитро вскинула бровь, всё же пытаясь словить деда Матвея на противоречии.

— Звёзды — это всего-навсего шары раскалённого газа в далёком космосе, Марфушка. Они не живые и уж тем более не говорящие. А если и говорили бы, то какое им дело до крошечных людишек за тысячи световых лет от них?

Сказал как отрезал. Бабушка понурилась, отвела взгляд и молча принялась мыть посуду. Она уже не в первый раз прятала таким образом слёзы. «Хорошо, что у деда хватает ума хотя бы не делиться этой резкостью с Надюшей» — печально думала бабуля, старательно полоща внучкину кружку.

Но делиться и не потребовалось. Наденька, которой в эту ночь не спалось ни после бабушкиного пения, ни после дедушкиной сказки, тихонько притаилась за дверью и внимательно слушала их разговор. Дед Матвей никогда не говорил при ней ничего подобного. На словах о газовых шарах сердце девочки забилось чаще, а дыхание участилось, словно она втайне от взрослых смотрела запрещённый ужастик. Неужели всё, о чём говорила бабушка – неправда? Неужели ничего этого нет? И неужели... звёзды не разговаривают?

На следующий день Наденька впервые в жизни отказалась идти с бабушкой в лес. Вместо этого она отправилась в сарай, где дед Матвей оборудовал свою столярную мастерскую и всё свободное время стругал табуретки или вырезал из дерева удивительные поделки и игрушки для любимой внучки. Сарай давно был заставлен мебелью собственного производства: шкафами, столиками, скамейками, на одну из которых и забралась Наденька. Посидела немного, неловко поболтала ножками, а потом спросила:

— Деда, а что такое звёзды?

Дед Матвей обернулся и удивлённо взглянул на неё. Прежде у девочки не возникало подобных вопросов, она только и делала, что восторженно рассказывала о сбывшихся бабушкиных пророчествах и о дружбе с деревьями. А если и случалось у Наденьки надобность что-то узнать, то она первым делом всегда шла к бабуле и ничуть не сомневалась в её словах. Дедушка задумчиво почесал в затылке, но всё же решил не утаивать:

— Это шары раскалённого газа в далёком космосе, Надюха.

— А они живые?

— Спроси у бабушки, как придёт. – ответил дед Матвей, немного помолчав. Хоть он и не одобрял занятия бабушки Марфы, но не хотел становиться тем, кто первым уничтожит Наденькину веру в чудо. Да и куда торопиться? Девчушке то всего восемь годков, пускай себе играет.

— А я у тебя, деда, спросить хотела! – не сдавалась девочка. – Ты же так много знаешь! Звёзды живые?

Дед Матвей задумался, понял, что внучка так просто не отстанет. «Но ведь если бы она хотела услышать, что звёзды живые, она бы у Марфы спросила» — наконец нашлось оправдание. Он ответил, немного замявшись:

— Наверное… нет.

— Вот как… — выдохнула Наденька, казалось, потрясённая до глубины души. – А почему?

— Что почему?

— Почему звёзды не живые?

— Потому что это просто газ. – пожал плечами дедушка. – Как облако, только очень горячее и в форме шара. И этот шар не растёт, не питается и не размножается.

Наденька не останавливалась и продолжала настойчиво задавать вопросы. Дед Матвей понимал, что с каждым полученным ответом её детская вера в чудо всё сильнее трещит по швам. Но непонятно было другое: почему внучка так упорно хочет получить от него доказательства неправдивости всего того, чему прежде учила бабушка? В конце концов, он не выдержал шквала вопросов и вручил Наденьке толстую энциклопедию в потрёпанной обложке, на которой золотистыми буквами было написано «Астрономия. Путешествие к звёздам». Девочка с охотой открыла книгу и следующие несколько часов увлечённо читала, всё там же, в душноватой дедушкиной мастерской.

Наденька изучила эту энциклопедию за три дня с перерывами на сон и еду. Она с внимательно всматривалась в немногочисленные картинки, прочитывала каждую страничку, а если что-то было непонятно – спрашивала у дедушки. Тот, хоть и без желания, но всё-таки отвечал. Чем больше Наденька узнавала о звёздах и планетах, тем меньше ей верилось в бабушкины рассказы. Нигде в этой книге не писали о том, что звёзды разговаривают. Зато оказалось, что они бывают разных цветов, размеров и масс, проживают свои уникальные циклы длиной в миллионы и миллиарды лет и заканчивают своё существование грандиозным взрывом. И это оказалось не менее интересно, чем гадания. Тем более, что это была ПРАВДА.

Закончив энциклопедию о космосе, Наденька попросила у деда Матвея другую. Вторая книга называлась «Наша Земля». Из неё девочка узнала, что растения живые, но совсем не в том смысле, как учила бабушка Марфа, и что им категорически всё равно на чьи-либо секреты. И дружить они умеют ровно так же, как звёзды говорить. Да и многие животные оказались на это неспособны – неожиданно выяснилось, что бесполезно делиться сокровенным с торопливо бегущим по своим делам муравьишкой.

Наденька и с интересом, и с болью узнавала эту правду. Случалось, бабушка с дедом уезжали на базар, оставляя внучку дома, и она заливалась горючими слезами по сказке, которая разрушалась с каждой прочитанной страницей энциклопедии. Девочке ужасно хотелось, чтобы всё было, как в бабушкиных рассказах, но как можно было поверить в предсказания звёзд теперь, когда она точно знала, что это светящийся газ? Бывало и так, что Наденька из упрямства решала опровергнуть для себя некоторые утверждения из книг, казавшиеся наиболее сомнительными. Несколько раз она всё же сходила с бабушкой в лес, но теперь уже не обращала внимания на слова бабули о единении с природой, у неё было дело: наблюдать за растениями и животными, сверять увиденное с прочитанным в энциклопедии. И как назло, всё совпадало, всё сходилось — и птицы поют для общения между собой, а не с ней, и цветы красивые не для того, чтобы радовать путников, а чтобы приманить насекомых для опыления.

К концу лета Наденька вконец перестала верить в чудеса , в которых раньше никогда не сомневалась. На бабулю она не обижалась: вспоминала, как самой было грустно принимать болезненную правду и думала, что бабушка Марфа верит, чтобы не плакать. Девочка продолжала помогать ей в готовке, но вместо прогулок ночью в огороде под звёздным небом предпочитала вторую сказку от деда Матвея или истории о бабушкиной молодости.

Вернувшись в город, Наденька уже с помощью интернета продолжила погружаться в научный мир: смотрела документальные фильмы и обучающие мультики и даже пыталась читать научные статьи, в которых ничего не понимала. Иногда на помощь приходила няня Катя – студентка 3-го курса физического факультета, которая обладала чудесным даром переформулировать даже самую запутанную мысль так, чтобы её смог понять ребёнок. Кукол со временем заменили телескоп, микроскоп и набор юного химика, которые казались Наденьке куда важнее игрушек. Книжки со сказками сменились красочными детскими энциклопедиями, а спустя несколько лет – научными изданиями учёных, для толкования которых няня требовалась всё реже и реже.

К двенадцати годам Наденька без труда могла ответить почти на любой вопрос о мире вокруг себя. Её интересовали диковинные существа и детальное объяснение всех их необычных качеств, уникальные химические соединения и их свойства, необыкновенные эксперименты, разгадать результаты которых учёным до сих пор не удалось и невероятные космические явления вроде блуждающих звёзд и чёрных дыр с бесконечной массой. Родители, видя поразительную тягу дочери к учёбе, поскорее нашли для неё репетиторов — преподавателей из лучших московских вузов. Благо, своё дело начало с лихвой окупать вложенные в него усилия и средства. Надя была бесконечно благодарна маме и папе, а нанятые учителя положительно отзывались о своей юной ученице, на которую поначалу в силу её юных лет смотрели с недоверием. Особенно выделяли её острый ум, любознательность, смекалку, а главное – желание по десять раз всё перепроверить, изучить и всему найти чёткое логическое объяснение.

В шестнадцать лет Надя твёрдо решила, что хочет стать астрофизиком. Ей не составило труда подготовиться к экзаменам и сдать их досрочно. В тот же год девушка поступила на физический факультет того же вуза, где когда-то училась её няня Катя. Учёба давалась легко, Надя с неугасающим интересом выводила сложнейшие формулы и порой решала задачи, над которыми даже некоторые преподаватели часами ломали голову. Всё свободное время Надя проводила за штудированием научных трудов, разбирала и анализировала мысли других учёных, которые теперь из фамилий на обложках превратились в её коллег. Способную студентку вскоре заметили и стали приглашать на конференции и встречи. Первое время Надя лишь с интересом слушала чужие доклады, но уже спустя несколько месяцев начала выступать со своими. Профессора, конечно, отмечали её некоторую неопытность, но всё равно сходились во мнении, что у этой студентки огромное будущее на научном поприще.

И вот Наде двадцать. Ровно двенадцать лет назад оборвалась её детская непоколебимая вера в чудо. Двенадцать лет назад она взяла в руки свою первую энциклопедию, а сейчас едет в вагоне московского метро в главное здание университета на награждение. Двенадцать лет назад бабушка Марфа ласково называла её Надюшей, а сейчас коллеги зовут её так, как принято по этикету — Надеждой Евгеньевной. Она — победитель конкурса студенческих научных проектов, теоретически открывшая новое свойство космического излучения, которое теперь будет тщательно изучено учёными с помощью оборудования нового поколения. Но отчего же в душе так… пусто?

Надежда Евгеньевна вышла из метро и взглянула на предночное небо. Яркий свет фонарей не дал увидеть ни одной звезды. «Ну и что я там надеюсь разглядеть?» — одёрнула саму себя молодая учёная. — «Подарок? Предупреждение? Звёзды не разговаривают». Надежда Евгеньевна твёрдым шагом направилась в сторону университета.