Антикварная лавка утерянных судеб. Что если у тебя появится шанс прожить жизнь заново? - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Алекс Савицкий (Увертюра Увертюра) #1

Алекс Савицкий Антикварная лавка утерянных судеб. Что если у тебя появится шанс прожить жизнь заново?

⁂

Антикварная лавка утерянных судеб… есть в этом что-то загадочное, не так ли? Как герой Бальзаковской “Шагреневой кожи” Марк, потеряв всякий вкус к жизни и утратив надежду, оказывается на пороге загадочного магазина.

Я уверена, что каждый из вас хотя бы раз в жизни жалел о принятом решении, хотел повернуть время вспять и все изменить… Да что уж, мне самой приходилось часто сомневаться и рисковать, делая выбор.

Книга показывает важность настоящего, именно этим она подкупает. В бесконечном многоголосии сомнений и визуализации альтернатив под соусом “а если бы…” мы теряем главное – себя. Это напомнило мне замечательный фильм “Семьянин” с Николасом Кейджем в главной роли. Важно быть здесь и сейчас, творить свою судьбу самостоятельно.

Произведение Алекса Савицкого тронуло меня, в нем наш мир и волшебство – союзники, помогающие вырваться из лап серой рутины и начать ценить жизнь, которая не только про радость и успех, но и про разочарование, неудачи и боль.

А если вам иногда, как и мне, хочется полениться, то можно послушать аудио-версию книги в озвучке Всеволода Кузнецова, который без сомнения знаком почти каждому. Саунд-дизайн моментально погружает в атмосферу произведения и создает такое ощущение, будто вы находитесь в иммерсивном театре.

Катя Качур, писатель, автор романов «Любимчик Эпохи», «Желчный ангел», «Ген Рафаила» и «Капля духов в открытую рану»

Увертюра Увертюра

Диплом был размером с ладонь, пах типографией и почему-то старым книжным шкафом. Сразу после вручения парень закинул его в рюкзак и отправился на железнодорожную станцию. Выпускной отметят и без него, а его праздник уже заждался на перроне хорошенькой девушкой в джинсовых шортах.

– Опаздываешь, – улыбнулась она.

Дневная электричка оказалась приятно пустой, и даже горячие от солнца сидения и духота в вагонах если и раздражали, то совсем чуть-чуть. Парень закрыл глаза. В его руках была тоненькая девичья ладошка, в рюкзаке – диплом, пусть даже и не тот, о котором мечталось, а электричка впервые за последние пять лет везла его туда, куда он действительно хотел.

Заранее купить еду они не догадались, поэтому пришлось выбирать из скудного ассортимента киоска на станции. Купили две упаковки сосисок, килограмм картошки, немного фруктов, овощей и два стаканчика пломбира.

– Студенты? – спросила продавщица.

– Я – еще да, – весело ответила девушка. Получать ненужный диплом ей предстояло только через год.

Пока шли по ухабистой дороге до дачного поселка, ели мороженое. От жары оно плавилось, капало со стаканчика, пачкало руки. Парень целовал девушку в сладкие сливочные губы, а та хохотала в ответ. В траве трещали кузнечики. Над крышами дач белой юркой змейкой плыл дым от мангалов. Впереди было два дня выходных и целая жизнь.

Девушка еще никогда здесь не была. Он показал ей запущенный сад («Какой кошмар!» – восхищенно проговорила она), вид с балкона и место, где любил прятаться от взрослых в детстве.

– Почему вы забросили дачу?

– Бабушка умерла, а родители – совсем не дачники.

– А я обожаю возиться с землей. Ухаживать за цветами. Собирать урожай, – сказала девушка. – Будь у меня такая дача, я бы приезжала сюда каждые выходные.

– Будет, – приобнял ее парень, – и будешь приезжать. Обязательно.

И от смысла, который он вложил в эти слова, в груди обоих разлилось сладкое тепло.

Потом они вместе убирали дом, подпевая песням, доносящимся из старого телевизора – с большим трудом, но у парня всеже получилось настроить антенну и поймать MTV.

– Давай вечером зажжем камин, – попросила девушка, – будем сидеть на полу и смотреть на огонь, как в фильмах.

– Ну давай, – неуверенно сказал парень, вспоминая, что в таких случаях делал отец. Кажется, сначала нужно было убрать золу из камина.

– Я гляну твой диплом, ладно?

– Гляди, сколько хочешь.

Она достала из его рюкзака тонкую синюю книжечку, на которую он убил пять лет жизни, и провела пальцами по вытисненным на ней буквам:

– Даже не верится, что через год у меня будет такой же. И вообще не представляю, что делать после этого.

– Я тоже, – сказал парень, – но давай пока с этой золой разберемся.

Девушка улыбнулась. На черно-белом экране телевизора появились силуэты четверки из Queen, пропевших на английском, что от реальности не уйти, а потом молодой Фредди без усов заиграл клавишный проигрыш «Богемской рапсодии».

– У меня всегда мурашки от его «Мама, у-у-у-у!», – призналась девушка.

Золы было так много, что она уже не помещалась в пакет. По экрану шли помехи.

– Давай представим, что это наша старая жизнь, – вдруг сказала девушка, продолжая сжимать в руках диплом.

– Что «это»?

– Зола. Пепел. Что это все, что у нас не получилось. Все, что шло не так, как хотелось.

Парень вытер руки полотенцем, подошел к девушке и сел рядом с ней.

– А что потом? – спросил он, мягко вынимая диплом из ее рук.

– Мы его – ее – выкинем. И начнем все заново. Новую жизнь. Такую, какую выберем сами.

– Давай, – прошептал он и поцеловал ее под заверения Фредди, что все – суета.

Если бы жизнь была книгой, то можно было пролистать ее вперед – хотя бы на главу – и узнать, что будет дальше.

Если бы жизнь была книгой, кто знает, может, у него бы и хватило духу вырвать из нее лишние страницы и вклеить новые. Заменить одну главу другой, или даже целую часть – кто знает.

Если бы жизнь была книгой, он положил бы закладки на всех днях, когда был счастлив. Обвел бы этот абзац в дачном домике карандашом, чтобы вспоминать его снова и снова, чтобы возвращаться в него, как в место, где можно спрятаться от всего мира. И, помня о нем, не наделал бы тех ошибок, что ждали его в следующих главах. Тогда бы и вырывать страницы не пришлось.

Если бы жизнь была книгой – но она, конечно, ей не была. Поэтому день на даче растаял в памяти как дымок над домами. Поэтому он забыл теплоту тонких ладошек, изгибы локонов у лица, мягкость щеки на своем плече. Поэтому через год он останется на перроне один, а поезд увезет его праздник и счастье в новую жизнь. Ту, которой на двоих у них так и не случится.

Но это потом. В следующей главе. А в этой они еще были счастливы и целовались под помехи черно-белого телевизора, не думая больше ни о дипломе, ни о золе в старом камине.