ЛУЧШЕЕ: Апокалиптическая фантастика

Конец всего

Нас привлекает идея апокалипсиса, конца всего. Конечно, мы к нему не стремимся, — по крайней мере, я на это надеюсь, — но мы не можем не задумываться о нем. Фраза «Конец близок» употреблялась слишком часто, чтобы сохранить свою первоначальную силу, и сейчас используется в языке для обозначения всего лишь очередного ложного пророчества.

Апокалипсис, или Судный день, имеет вполне определенное религиозное воплощение — библейский Армагеддон, скандинавский Рагнарёк, исламский Кияма (день Страшного суда) и так далее. И это в свою очередь влияет на растущую научную убежденность в возможном вымирании человечества в результате пандемии, космической катастрофы, климатических изменений или неизбежной гибели Солнца. Образ четырех всадников Апокалипсиса — Завоевателя, Войны, Голода и Смерти — убедителен сегодня, как и всегда.

В данной антологии собраны произведения, представляющие различные сценарии того, как Земля или жизнь на ней могут быть уничтожены из-за чумы или потопа, ядерной войны или столкновения с кометой, инопланетного вторжения или вырвавшихся из-под контроля новейших технологий, а также по другим причинам, находящимся за пределами вашего буйного воображения.

Здесь есть все это и намного больше. Но я не хотел выпускать антологию, в которой каждое произведение заканчивается смертью или разрушением, — пятьсот страниц подобных текстов выглядели бы весьма уныло. Поэтому для равновесия я решил добавить какую-то надежду на будущее. По крайней мере половина историй посвящена тому, какой станет жизнь после гибели цивилизации или даже после гибели Земли.

Научную фантастику всегда вдохновляла тема конца света. У ее истоков находился роман «Последний человек» («Le Dernier Homme»), написанный французским священником Жаном-Батистом Кузеном де Гренвилем в конце XVIII века. Французская революция наложила свой отпечаток на мировоззрение Гренвиля и послужила причиной депрессии, в результате которой в 1805 году он покончил жизнь самоубийством, оставив свой новаторский труд в виде рукописи. В нем содержалось несколько примечательно передовых идей в описании мира, который по причине плохого управления и перенаселения истощился экологически.

На работу Гренвиля, несомненно, повлиял опыт Террора, и неудивительно, что такие события, как конец столетия (или тысячелетия) или мировые войны, заставляют задуматься о возможном апокалипсисе. За романом Гренвиля последовало несколько других произведений, включая одноименный роман создательницы «Франкенштейна» Мэри Шелли. В ее «Последнем человеке» («The Last Man», 1826) люди вымерли в результате страшной чумы, а рассказ Эдгара Алана По «Разговор Эйрос и Хармионы» («The Conversation of Eiros and Charmion», 1839) стал одним из первых произведений, в котором Земля была уничтожена кометой. Однако настоящий поток апокалиптических книг обрушился в конце девятнадцатого столетия.

Ричард Джефферис в своем романе «После Лондона» («After London», 1885) описывает Великобританию, вернувшуюся в каменный век в результате неизвестной катастрофы, а Джон Эмес Митчелл в «Последнем американце» («The Last American», 1889) повествует о персидской экспедиции, обнаружившей руины Нью-Йорка, — Соединенные Штаты были уничтожены по причине социальных беспорядков.

Знаменитый французский астроном Камиль Фламмарион написал один из первых значительных романов о мировой катастрофе «Гибель мира» («La fin du monde», 1894), более известный как «Омега. Последние дни мира» («Omega: The Last Days of the World»), в котором огромная комета разрушила не только Землю, но и Марс. В рассказе Герберта Уэллса «Звезда» («The Star», 1897) жизнь была практически уничтожена, но спасение пришло благодаря Луне. Сэр Артур Конан Дойль, прославившийся своим Шерлоком Холмсом, объединяет идею чумы и космической катастрофы в «Отравленном поясе» («The Poison Belt», 1913), в котором наша планета проходит через токсический пояс. В романе М. Ф. Шиля «Багровое облако» («The Purple Cloud», 1901) вулкан выпускает ядовитый пар из недр Земли. Уэллс представил другую форму Армагеддона: в его романе «Война миров» («The War of the Worlds», 1898) человечеству угрожает вторжение марсиан.

После Первой мировой войны неизбежно начали появляться апокалиптические произведения. Эдвард Шенкс описал гибель цивилизации в романе «Люди руин» («The People of the Ruins», 1920), в то время как в романе Дж. Дж. Коннинггона «Миллион Норденхольта» («Nordenholt's Million», 1923) показано, как с помощью науки восстанавливается цивилизация, оказавшаяся на грани уничтожения по причине экологической катастрофы. Примечательно, что одно из первых произведений, рассматривающих гибель цивилизации из-за излишней зависимости от техники, «Машина останавливается» («The Machine Stops»), было написано еще в 1909 году Э. М. Форстером.

Неудивительно, что Вторая мировая война и взрыв атомной бомбы повлекли за собой ряд произведений о ядерном истреблении, например «Долгая громкая тишина» («The Long Loud Silence», 1952) Уилсона Такера и «На берегу» («On the Beach», 1957) Невила Шюта, но наиболее известным, вероятно, является фильм Стэнли Кубрика «Доктор Стрейнджлав» («Dr Strange-love», 1963), основанный на романе Питера Джорджа «Красная угроза» («Red Alert»). Холодная война также вызвала всплеск романов-катастроф, особенно в Великобритании. Ветеран научной фантастики Брайан Олдисс назвал «уютной катастрофой» события, описанные в таких произведениях, как «День триффидов» («The Day of the Triffids»,1951) Джона Уиндема, «Смерть травы» («The Death of Grass», 1956) Джона Кристофера, «Белый август» («White August», 1955) Джона Боланда и «Начался прилив» («The Tide Went Out», 1958) Чарльза Эрика Мэйна. Дж. Г. Баллард создал себе имя, написав четыре романа-катастрофы о четырех стихиях — воздухе, воде, огне и земле: «Ветер ниоткуда» («The Wind From Nowhere», 1961), «Затонувший мир» («The Drowned World», 1962), «Сожженный мир» («The Burning World», 1964) и «Хрустальный мир» («The Crystal World», 1966).

Поток романов и фильмов-катастроф увеличивался в геометрической прогрессии по мере приближения миллениума. Жизнь на Земле была едва не уничтожена кометой в «Молоте Люцифера» («Lucifer's Hammer») Джерри Пурнеля и Лари Нивена. В «Почтальоне» («The Postman», 1985) Дэвида Брина и «Воротах в Страну женщин» («Gate to Women's Country», 1988) Шерри С. Теппер мы наблюдаем, как отдельные выжившие преодолевают трудности в постапокалиптическом мире. Уровень моря поднимается в романе «На пути в Корлей» («The Road to Corlay», 1978) Ричарда Каупера, Соединенные Штаты оказываются под водой в романе «Сорок признаков дождя» («Forty Signs of Rain», 2004) Кима Стэнли Робинсона, а Стивен Бакстер изображает Землю затопленной в романе «Потоп» («Flood», 2008). В романе Грега Бира «Божья кузница» («The Forge of God», 1987) инопланетяне последовательно разрушают Солнечную систему. В по-настоящему апокалиптическом романе Стивена Кинга «Противостояние» («The Stand», 1978) опаснейший вирус губит большую часть людей, в то время как в романе Дэвида Палмера «Несчастье» («Emergence», 1984) созданная руками человека чума уничтожает цивилизацию. В романе Джона Барнса «Мать бурь» («Mother of Storms», 1994) представлено сочетание ядерной и экологической катастроф, а в романе Чарльза Шеффилда «Последствия» («Aftermath», 1998) масштабная космическая катастрофа вызвала изменение климата на Земле. Получивший Пулицеровскую премию роман Кормака Маккарти «Дорога» («The Road», 2006) описывает очень мрачный мир, поставленный на грань уничтожения некой неназванной катастрофой. Такие телевизионные сериалы, как «Выжившие» («Survivors»), «Черная бездна» («Deepwater Black») и «Иерихон» («Jericho»), и такие фильмы, как «Столкновение с бездной» («Deep Impact»), «Терминатор» («Terminator») и «Армагеддон» («Armageddon»), продолжают питать наше воображение и наполнять наше сознание апокалиптическими образами.

Все вышесказанное демонстрирует популярность и обширность данной темы, а также богатство жанровой истории, в свете чего составление этой антологии становится своеобразным вызовом. Я собирался включить в сборник большое количество классических произведений, но обнаружил, что в последнее десятилетие было опубликовано так много новых работ, что я могу позволить себе втиснуть только парочку старых, принадлежащих перу Фрица Лейбера и Роберта Сильверберга.

Примечательно, что новая апокалиптическая фантастика показывает, насколько мы боимся современных технологий, особенно нанотехнологий. Я мог бы составить сборник из одних только произведений о наногибели, но я хотел представить широкий спектр катастроф, как пре-, так и постапокалиптических, и неизбежное угасание Земли. Чума и угроза чумы изображены в произведениях Роберта Рида и Кейт Вильгельм; потоп — в работах Дейла Бейли и Линды Нагата; ядерную катастрофу и ее последствия описывают Фредерик Пол и Элизабет Бир; изменение климата — Эрик Браун и Пол Ди Филиппо; о космической катастрофе рассказывают Дэвид Барнетт, Джеффри Лэндис и Уильям Бартон; об угрозе технологий или о том, как они могут нас спасти, — Кори Доктороу, Дэмиен Бродерик и Гвинплейн Макинтайр. Аластер Рейнольде представляет совершенно новую идею апокалипсиса в своей повести, одной из шести новых произведений в данной антологии. Мы перемещаемся в далекое будущее, чтобы увидеть, как эволюционирует человечество у Джека Уильямсона, и понаблюдать за гибелью человеческой расы в рассказах Стивена Бакстера и Элизабет Куниган.

Но, как я и говорил, не все здесь мрак и смерть. Во многих произведениях показано, как люди справляются с несчастьем и заново отстраивают мир. В этих работах содержится предупреждение, но также и надежда.

Начало близко…

Майк Эшли

Загрузка...